Вопрос31:

Философия Французского Просвещения Вольтер, Руссо, Монтескье, Дидро, Ламетри.

Общественно-политическая жизнь Франции в ХVIII в. характеризовалась большой инерцией привычек и традиций, унаследованных от феодального прошлого. Влиятельные общественные слои сопротивлялись новым веяниям, которые несло с собой Просвещение. В борьбе с ним просветители не могли в полной мере опереться ни на общественное мнение, еще не вполне сформировавшееся, ни на правительство, подчас относившееся к ним с нескрываемой враждебностью. Поэтому во Франции просветители не имели такого влияния в обществе, как в Англии и Шотландии, где цели и идеалы Просвещения вошли в плоть и кровь национальной культуры. Во Франции уделом просветителей было своего рода отщепенчество, порождавшее в их среде политический радикализм в мессианские настроения.

Большинство видных деятелей просветительского движения Франции подвергались преследованиям за свои убеждения. Дени Дидро побывал в заключении в Венсенском замке, Вольтер настоящее имя – Франсуа Мари Аруэ – в Бастилии. Клод Гельвеций из-за нападок был вынужден отречься от своей книги Об уме. По цензурным причинам не раз прерывалось печатание знаменитой Энциклопедии, выходившей в свет отдельными томами в течение 1751-1772 гг. Все это заставляло просветителей облекать свои мысли в оболочку абстрактных теорий, недоступных пониманию широкой публики.

Французское Просвещение во многом исходило из идей философов XVII в. Рене Декарта и Локка. Согласно разработанному Декартом рационалистическому методу познания, истина должна четко и ясно усматриваться человеческим разумом. Немало последователей во Франции нашло учение Локка об обществе и государстве.

Постоянные конфликты с властями создали французским просветителям репутацию потрясателей основ и радикалов. На самом деле в своих конституционных воззрениях многие из них не шли дальше принципов английского Просвещения. Вслед за Локком идею разделения властей на законодательную, исполнительную и судебную разрабатывал Шарль Монтескье.

При этом он выступал не просто за разграничение функций между органами государственной власти, а за разделение властей как политических сил, каждая из которых могла бы реально служить противовесом другой.

Монтескье трудно признать радикалом еще и потому, что он ощупал пределы, в которых только и возможно изменить общество и государство. Он считал, что дух законов того или иного народа определяется совокупностью объективных предпосылок: климатом, характером почвы, размерами территории, ландшафтом, образом жизни народа, религией, численностью населения, формами хозяйственной деятельности и др.

То же касается и шумных конфликтов просветителей с католической церковью. Ее идеологическая жесткость, не допускавшая отступления от догматов вероучения, исключала возможность компромисса наподобие того, какой сложился между англиканской церковью и Просвещением в Англии. В этих условиях свойственное большинству просветителей признание факта Божественного творения мира приобрело антицерковный оттенок, а критика религиозных догм, даже самая умеренная, – ореол отчаянной смелости. Как известно, Вольтер, имея в виду церковь, часто заканчивал свои письма к друзьям призывом: Раздавите гадину! Но тот же Вольтер утверждал, что религия необходима как опора морали: Вера в Бога, вознаграждающего за добрые поступки и наказывающего за дурные, а также прощающего небольшие проступки, является дли человеческого рода самой полезной верой.

Десятилетия бесплодной оппозиции вызвали глубокое разочарование просветителей. Среди них усилилось стремление к переоценке ценностей, повлекшее глубокое размежевание в их рядах. Часть просветителей сохраняла надежды на сотрудничество с властями в решении конкретных проблем управления страной. Среди них выделялось группа экономистов-физиократов от греческих слов физис – природа и кратос – власть , во главе которых стоял Франсуа Кенэ. Он считал, что земля есть единственный источник богатства и только земледелие умножает его. Поэтому он выступал за поощрение класса земледельцев, прежде всего богатых фермеров. В деревни следует привлекать не столько людей, сколько богатство т.е. капитал , – подчеркивал Кенэ. Добивался он и реформы налоговой системы, лежавшей тяжким бременем на производителях. Надежды на подъем сельского хозяйства он связывал также со свободой внутренней и внешней торговли.

Попытку осуществить эту программу реформ предпринял другой представитель школы физиократов, Анн Робер Тюрго. В 1774 г. молодой король Людовик ХVI назначил его генеральным контролером министром финансов. Тюрго ввел свободную торговлю хлебом и мукой, добился упразднения средневековых цехов и гильдий, приступил к коренной реформе налогообложения. Но сопротивление придворных кругов, дворянства и цеховой верхушки свело на нет все его усилия. Отставка Тюрго в 1776 г. предрешила и судьбу его реформ.

Сознание недостижимости целей Просвещения в рамках существующего строя побудило многих просветителей замкнуться в непримиримой оппозиции. Их протест порой принимал форму атеизма, резкой критики религии и церкви, характерных для плеяды философов-материалистов середины столетия: Дидро, Поля Гольбаха, Гельвеция и др. Иногда он проявлялся в идеализации прошлого, например республиканского строя античных государств. Жан-Жак Руссо противопоставлял их прямую демократию всем формам представительного правления, включая и английский парламентаризм.

Всякий закон, – писал он в трактате Об общественном договоре, если народ не утвердил его непосредственно сам, недействителен… Английский народ считает себя свободным: он жестоко ошибается. Он свободен только во время выборов членов парламента: как только они избраны – он раб, он ни что… В древних республиках и даже в монархиях народ никогда не имел представителей; само это слово было не известно.

С именем Руссо связан новый этап в развитии просветительского движения Франции – радикальный пересмотр некоторых его фундаментальных целей и идеалов. Радикализм самого Руссо коренился в его этических воззрениях. В противоположность философам, считавшим себялюбие и эгоизм совместимыми с общественным благом, он требовал подчинения личности благу общества. Руссо писал: двоякий человек добродетелен, когда его частная воля во всем соответствует общей воле. Добиться этого соответствия он предлагал политическими методами. В стремлении Руссо связать мораль с политикой явно различим зародыш тоталитарных теорий позднейшего времени.

Руссо разделял общую веру просветителей в природу как гармоническую систему, частью которой был человек. Но в отличие от них он был убежден, что сам человек разрушил это естественное состояние и окружил себя противоречащими закону природы учреждениями. Исчезло равенство, появилась собственность… – писал Руссо, – и обширные леса превратились в радующие глаз нивы, которые надо было орошать человеческим потом и на которых вскоре были посеяны и выросли вместе с урожаем рабство и нищета. Цивилизация настолько изменила людей, что отказаться от нее они уже не могут. Но, если нельзя вернуться к естественному состоянию, то еще можно, устранив чрезмерное неравенство, восстановить утраченные добродетели. Сделать это непросто, потому что на страже неравенства стоит деспотизм. Требуется сила, чтобы его низвергнуть: Восстание, которое приводит к убийству или свержению с престола какого-нибудь султана, – это акт столь же закономерный, как и те акты, посредством которых он только что распоряжался жизнью и имуществом своих подданных.

Эта мысль вдохновляла поколение революционеров конца ХVIII в., которое разделяло также отвращение Руссо к себялюбию и эгоистической морали, а вместе с ним – и ко всему строю, основанному на свободной игре рыночных сил. Критикуя средневековую регламентацию торгово-промышленной деятельности, Руссо не одобрял и свободу торговли. Он считал, что государство должно направлять торговлю в промышленность в соответствии с общим благом, следить за правильным распределением продуктов питания, денег, товаров. Отрицательное отношение к свободе торговли имело у Руссо этическое обоснование. Он считал, что торговля, равно как и другие достижения цивилизации: богатство, наука, искусства, – способствует порче нравов. Стремясь возродить утраченные добродетели, он объявлял их основным носителем народ, трудящиеся низы общества, поскольку они меньше всего подверглись пагубному воздействию цивилизации и поэтому в наибольшей мере сохранили нравственное здоровье.

Так как простодушный народ не способен понять, в чем заключаются его истинные интересы, то ему нужен мудрый правитель, предначертания которого воплощаются в законах и политике государства. От этой мысли Руссо – шаг до оправдания революционной диктатуры во имя народа.

Многообразие путей, которыми шло французское Просвещение, сделало его уникальной лабораторией человеческой мысли. Именно там истоки многих основополагающих идей либерализма, социализма и коммунизма, столь повлиявших на мировое развитие в XIX-XX вв.