- •1.Литература и общество 1-й половины XIX века.
- •2.Периодизация и осн. Тенденции развития лит. 1-й пол. XIX века.
- •Преддекабристский период (1801-1816):
- •3.Басни Крылова: традиции и новаторство.
- •5. Гражданский пафос творчества писателей-декабристов (к. Рылеев, а. Бестужев-Марлинский, в. Кюхельбекер, а. Одоевский).
- •19. Повести Белкина.
- •4. Специфика русского романтизма.
- •6.Творчество в.А. Жуковского
- •8.«Вечные вопросы» в комедии а.С. Грибоедова «Горе от ума»
- •10.Творчество Евгения Абрамовича Баратынского (1800—1844)
- •11.Споры о языке между «Арзамасом» и «Беседой…» в начале XIX века.
- •13.Особенности «натуральной школы».
- •15.Поэзия Пушкина лицейского периода.
- •16.Лирика Пушкина Михайловской ссылки.
- •17. Южные поэмы Пушкина.
- •18. Драматургия Пушкина «Борис Годунов».
- •20. Проза Пушкина («Капитанская дочка», «Дубровский»).
- •22. Роман Пушкина «Евгений Онегин» как «энциклопедия рус. Жизни».
- •23. Жизнь и творчество м.Ю. Лермонтова.
- •24. Основные мотивы лирики Лермонтова.
- •25. Поэмы Лермонтова «Мцыри» «Демон».
- •33. Пафос «Выбранных мест из переписки с друзьями» Гоголя.
- •27. "Герой нашего времени" как социально-психол. И философский роман .
- •28. Духовный мир н.В. Гоголя.
- •29. «Вечера на хуторе близ Диканьки» Гоголя. Особенности поэтики.
- •31. Драматургия Гоголя («Женитьба» и др.)
- •36. Динамика развития лит. 1-й пол. XIX в. От романтизма к реализму (на примере произв. Пушкина и Лермонтова).
- •35. Образ «лишнего человека» в рус лит 1-й пол XIX века (Чацкий, Онегин, Печорин).
- •32. «Петербургские повести» («Нос», «Шинель», «Невский проспект»).
- •34. Проблематика и основные образы «Мертвых душ» Гоголя.
28. Духовный мир н.В. Гоголя.
Жизнь Н. Гоголя с первого его момента была устремлена к Богу. Мать его, Мария Ивановна, была женщиной набожной, усердной паломницей. Среди предков Гоголя были люди духовного звания: прадед по отцу был священником.
Первым сильным испытанием в жизни юного Николая была смерть отца. Он пишет матери письмо, в котором отчаяние смиряется глубокой покорностью воле Божией.
После переезда в столицу Гоголь погружается в лит. жизнь. Но, несмотря на занятость, в нем проглядывает постоянное недовольство суетой, желание иной, собранной и трезвенной жизни.
Если брать нравоучительную сторону раннего творчества Гоголя, то в нем есть одна хар-ная черта: он хочет возвести людей к Богу путем исправления их недостатков и общественных пороков - т.е. путем внешним. 2-ая половина жизни и тв-ва Г. ознаменована направленностью его к искоренению недостатков в себе самом - и таким образом, он идет путем внутренним.
Условно жизнь и тв-во Г. можно разделить на 2 периода - рубежом будет 1840 г.
Летом 1840 г. Гоголь за границей пережил тяжелые приступы "нервического расстройства", "болезненной тоски" и, не надеясь на выздоровление, он даже написал духовное завещание. Но затем последовало "чудное исцеление". Ему открылся новый путь. Начинается постоянное стремление Гоголя к улучшению в себе духовного человека и преобладание религиозного направления.
В июне 1842 года Гоголь уезжает за границу - и там религиозное настроение начинает преобладать в его жизни.
Гоголь принимается за чтение книг духовного содержания, в основном, святоотеческой литературы. Письма Гоголя этого периода содержат просьбы о присылке книг по богословию, истории Церкви, русским древностям.
В статье "В чем же наконец существо рус поэзии и в чем её особенность" Гоголь указал на три источника самобытности, из которых должны черпать вдохновение русские поэты. Это народные песни, пословицы и слово церковных пастырей. Можно с уверенностью сказать, что эти источники имеют первостепенное значение и для Гоголя. Уже в школьные годы он ознакомился с "Лествицей" преподобного Иоанна Синайского. Образ лестницы, соединяющей землю с небом, - один из любимейших у Гоголя. Он встречается в одном из самых ранних его произведений - в повести "Майская ночь, или Утопленница" и в заключительной главе "Выбранных мест..".
В январе 1845 года Гоголь живет в Париже у графа А. П. Толстого.
1845 - работает над «размышлениями о Божественной Литургии».
29. «Вечера на хуторе близ Диканьки» Гоголя. Особенности поэтики.
Анализ. "Вечера..." - это произведение, наполненное народными поверьями, фантастикой, сказочными событиями, но важно то, что обычные человеческие истины, вера в добро и силу земную присутствуют в нём.
Добро здесь всегда побеждает зло, корысть и скупость наказываются, любовь торжествует над злыми силами, подлость и низость высмеиваются.
Писатель доказывает нам, что власть денег не ведёт к счастью, что земные страсти лишь помогают человеку попасть под власть тёмных сил, что вера и христианские добродетели спасут человека всегда, в каком бы сложном положении он ни оказался.
Читаем это произведение и рассказы о чертях и нечисти воспринимаются как суеверие, а на первый план выходят человеческие качества героев, их достоинства и недостатки.
Осн. цель фантастики здесь - ярче высветить тонкий психологизм и провести идею победы добра над злом, доказывая, что всё тайное становится явным, а грехи рано или поздно наказываются.
Всё это у Гоголя представлено в комической форме. Вспомните, как ни старалась Солоха скрыть то, что ходят к ней мужики со всей округи, обман раскрылся, да ещё как комически раскрылся!
Дьявольщине у Гоголя всегда противопоставлена истинная христианская вера. Жизнь людей, верящих и несущих в своей душе великие и простые истины любви, сострадания и честности, всегда прекрасна.
Природа в "Вечерах..." как бы яв-ся отражением внутреннего мира героев. Все части произведения объединены темой величия и красоты мира природы, столь же прекрасного и таинственного у Гоголя, как и мир людей.
Гоголевский юмор не обжигает нас злой иронией, он светлый и добрый. Недостатки героев вызывают у писателя и читателей смех, они не требуют негодования и порицания, т.к. все недобрые поступки наказаны, а их герои осознают свою вину.
30. "Ревизор".
В разноголосице толков и споров о пьесе наметилось три главенствующих мнения. Одни видели в комедии дерзкую клевету на существовавшие в России порядки, подрыв авторитета дворян и чиновников. Другие воспринимали пьесу как забавный и непритязательный фарс. Наконец, передовая русская критика увидела в "Ревизоре", по выражению Герцена, "ужасную исповедь современной России", выстраданный протест против несправедливости и произвола. Ревизор" ломал привычные представления о комедии и о комическом. Казалось, в гоголевской пьесе кроется какая-то тайна. Ее чувствовали и зрители, и читатели комедии. Многих из них неотступно преследовал вопрос: чем объяснить силу "Ревизора"?
Бросалось в глаза, например, что у Гоголя не было завзятых злодеев, которых обычно выводила комедия 18 - нач. 19 в. Каждый из персонажей "Ревизора", по выражению Гоголя, "не душой худ, а просто плут". А между тем всё "вместе кажется уже чем-то громадным, преувеличенным, карикатурным", так что, выходя из театра, многие невольно спрашивали: "Неужели существуют такие люди?" Или еще одно "противоречие" "Ревизора". Гоголевская комедия уморительно смешна: она действительно вышла "смешнее черта", как обещал драматург Пушкину (который, как известно, подсказал ему сюжет комедии). Знаменитая "немая сцена" - еще одна загадка "Ревизора". Она в корне противоречила всем существовавшим в то время поэтическим нормам. Можно ли было ожидать, что пьеса, которая началась как комедия - рассказом городничего о двух крысах "неестественной величины", суетливыми приготовлениями чиновников к приему ревизора и т. д. и т. п., закончится трагически - страшным оцепенением "всей группы"? Конечно, у Гоголя было "особенное намерение" – и в отношении последней сцены, и всей комедии в целом. Но это "намерение" нельзя раскрыть вне пьесы, заполучив к ней так называемый ключ. Увидеть, "намерение" драматурга можно только в самой комедии, в развитии ее действия в особенностях ее построения. Раскрывая впоследствии историю своего "авторства". Гоголь писал - "Я решился собрать все дурное, какое я знал, и за одним разом над ним посмеяться - вот происхождение "Ревизорa". Стоит обратить внимание на широту задачи, поставленной драматургом: посмеяться одним разом над всем. Но обобщение в "Ревизоре" достигает особенно высокой степени. Свой уездный город" писатель однажды назвал "сборным городом всей Темной стороны". В частности он уделял внимание его устройству. В этом городе есть всё как в маленьком гос-ве. Тут и юстиция и Просвещение, и почта, и здравоохранение и своего рода соц. обеспечение (в лице попечителя богоугодных заведений) и, конечно, полиция. Гоголь во многом отступил от реальной структуры тогдашнего уездного города: передал ряд сходных функций одному лицу, ввел новые "должности, что даже давало повод упрекать писателя в анахронизмах и "незнании" рус. жизни. Но Гоголь воспользовался этим правом xудожника ради широты и универсальности задачи. Гоголевский город последовательно иерархичен и так сказать, пирамидален: на вершине его, как маленький царек, восседает городничий. Есть в городе и свой бомонд; И свое дамское общество, в котором первенствует опять-таки семейство городничего; и свое общественное мнение; и свои поставщики новостей в липе юродских помещиков Бобчинского и Добчинского. А внизу, под пятой чиновников и полицейских течет жизнь простого люда. Мы больше ощущаем эту жизнь за кулисами чем видим ее. Но в 4-м действии те, кого городничий несколько обобщенно называет "купечеством да гражданством", прорываются на сцену Вслед за купцами, которые еще могут отделаться взятками идут беззащитные перед властями слесарша и унтер-офицерша, а там , как сообщает ремарка появ-ся "какая-то фигура во фризовой шинели, с небритою бородой, раздутою губой и перевязанной щекой, за нею в перспективе показывается несколько других". Если бы не сопротивление Хлестакова, утомленного "приемом", мы бы еще многих увидели из тех. кому власти приходятся "солоно". Гоголь оставляет открытую "перспективу' в глубь городской жизни до последних строк комедии. По крайней мере по реплики городничего: "Чему смеетесь! - Над собою смеетесь'" и до самой "немой" сцены в пьесе нет ничего, что бы указывало на ее символическое значение. Гоголь везде подчеркнуто "локален", он как бы всецело захвачен лишь происходящими в городе событиями. Но глубина перспективы этих событий исподволь подводит к обобщению. Возникает образ пострашнее самой широкой аллегории, благодаря свой цельности и органичности гоголевский город словно зажил самостоятельной жизнью.
