3. Формирование землевладения на поместном праве

После присоединения Ярославского княжества к Москве Иван III направил в новоприобретенное княжество дьяка Алексея Полуектова, который отбирал у местных удельных князей их вотчины на великого князя, а "князь великий против их отчины подавал им волости и села..." [ПСРЛ. Т. 23. Пг., 1923. С. 157 – 158 // Цит. по: Скрынников Р. Г. Иван Грозный... С. 11.]. Присоединение сопровождалось общим описанием ярославских земель с целью упорядочить службы бояр и детей боярских. У неслужащих бояр и детей боярских земли отписывались в казну, сохранить свое землевладение можно было только на условии службы.

Покорение Новгорода привело к "первой в русской истории экспроприации высшего слоя общества" [Скрынников Р. Г. Иван Грозный... С. 25.]. Имущества арестованных лидеров антимосковской боярской партии (крупнейших землевладельцев) были "отписаны" на великого государя. Первые две такие акции (1478 и 1483 – 1484) были еще относительно небольшими по числу лиц, подвергшихся экспроприации, но уже в конце 1480-х годов под руководством новгородского наместника Якова Захарьина-Кошкина было предпринято выселение более тысячи бояр, житьих людей и купцов [С. М. Соловьев сообщает, что в 1488 году из Новгорода в Москву было переведено свыше 7000 житьих людей, которые (за исключением казненных) были отправлены на житье в Нижний, Владимир, Муром и др. города, а на их место были посланы из Москвы и других низовых городов дети боярские и купцы (Кн. III. С. 33 – 34).]. В результате данных операций московского правительства в его руках образовался колоссальный фонд государственной земельной собственности, поглотивший все боярское и большую часть церковного землевладения Новгорода. Далеко не сразу было решено, как им распорядиться — первоначально земли стали раздавать знати, образовывать удельные княжества (например, княжество Федора Бельского). Но к концу XV века пожалованные новгородские земли были отобраны, что было осуществлено через передачу Новгорода в великое княжение Василию Иоанновичу и вывод его из подведомственности Боярской Думы (в результате московские бояре, присягнувшие Дмитрию-внуку, должны были покинуть удел Василия). На освободившихся новгородских землях стали испомещать московских детей боярских (этот процесс начался в последние годы княжения Иоанна III и завершился в княжение его сына Василия III). Ранее бывшие боярскими волостями, теперь новгородские земли распределялись на основаниях поместных, то есть за службу.

В этот период еще смешивают "поместье" и "кормление", встречаются даже выражения в грамотах о наделении землей: "в поместье и кормление". Разница между двумя этими формами землевладения состояла в том, что "кормление" давалось на несколько лет, а его получатель собирал на себя доходы с земли, управлял и творил суд. "Поместье" же давалось пожизненно и переходило по наследству, если только сын испомещенного достигал к этому времени 15 лет и мог нести военную службу. Суд и оправление в отношении поместного населения осуществляло само государство, как собственник земли.

Размер надела определялся с тем расчетом, чтобы испомещенный был способен нести с него службу в тяжелой дворянской кавалерии (для Новгорода достаточным наделом признавался участок в 20 – 30 обеж, благодаря чему государство экономило свой земельный фонд и получало гораздо более значительную военную силу, чем при испомещении бояр, так как для них достойным признавался размер в сотни обеж). Аналогичный процесс, хотя, разумеется, в значительно меньших масштабах, имел место и по присоединении в 1486 году Вятки, когда таким же образом был произведен взаимный перевод вятчан и московских служилых на предоставляемые государем земли [Вернадский Г. В. Россия в средние века. С. 112]. В 1510 году, уже в царствование Василия III те же меры были осуществлены во Пскове, а в 1514 году — в Смоленске [Скрыннкиков Р. Г. Иван Грозный... С. 55, 57].