1. Развитие петрографии, литологии, палеогеографии, стратиграфии, учения о геологических формациях, фациях. Лукашевич, Ван-Хайз, Боуэн, Заварицкий, Страхов, Шульц, Наливкин, Келлер, Меннер и др.

Петрография — развивалась не столь быстрыми темпами, как минералогия и геохимия. Глав­ным событием начала века в этой области можно считать обособ­ление в отдельную ее ветвь учения о метаморфизме горных пород, у истоков которого стояли американский ученый Ч. Ван-Хайз и русско-литовский ученый И. Д. Лукашевич, указавшие на место метаморфиз­ма среди процессов эволюции земной коры.

В петрографии магматических пород на рассматриваемом эта­пе оживленно обсуждались вопросы их классификации в тесном переплетении с проблемой происхождения — из одной базальто­вой (канадский петрограф Н. Л. Боуэн, русский петрографЦ. Заварицкий) пли перидотитовой (британский ученый Холмс, американский — Г. Вашингтон), двух — основной и кислой (Левинсон-Лессинг в России, Р. Дэли в США).

Наиболее актуален был вопрос о происхождении гранитов.

В 30-е годы, петрография осадочных пород стала оформляться в самостоятельную дисциплину, к концу периода окончательно отделившись от петрографии магматической и метаморфической ревратившись в особую науку —литологию. Литология быстро превращалась из чисто описательной науки в учение о происхождении осадочных род. 1940 г. «Петрография осадочных пород» Л. В. Пустовалова. Страхов развивал в своих работах актуалистический подход (исследование современных осадков Черного моря и др.) и в 1960-1962 гг. опубликовал капитальный труд по теории литогенеза, где им было выделено четыре главных типа литогенеза: ледовый, гумидный, аридный и вулкани­ческий.

В 40-е годы в России на стыке литологии, тектоники и учения об осадочных полезных ископаемых зародилось и стало быстро развиваться новое направление —учение о геологических формациях, прежде всего осадочных. Обозначилось два подхода к вы­делению и классификации формаций — одно более палеогеографи­ческое (Н. М. Страхов, Л. Б. Рухин), другое более тектоническое (Н. С. Шатский, Н. П. Херасков, Н. Б. Вассоевич, В. Е. Хаин). При первом подходе формации рассматривались как показатели палеогеографической, при втором — тектонической обстановки.

Палеогеография также относится к числу наук геологического цикла, приобретших самостоятельность в первой половине XX в. Палеогеографические построения глобального масштаба были предприняты впервые французским геологом Э. Огом в его учеб­нике «Геология» (1907—1911), а И. Д. Лукашевичем в «Неорга­нической жизни Земли» (1911). В 1952—1953 гг. усилиями коллектива ученых был создан «Атлас литолого-палеогеографических карт Русской платформы и че­тырехтомного «Атласа литолого-палеогеографических карт СССР» в 1967—1968 гг. Основными руководителями этих работ былиД. Наливкин, А. Б. Ронов и В. Е. Хаин.

В 20-30-е годы появились и специальные руководства по палеоклиматологии; первым из них была книга В. Кёппена и А. Вегенера 1924 г. (Кёппен был тестем Вегенера и находился в родстве с известными русскими геологами М. М. Мос­квиным, Б. М. Келлером и Р. Ф. Геккером).

Стратиграфия в первой половине XX в. оставалась еще почти исключительно биостратиграфией. Однако с открытием радиоак­тивности возникла, наконец, перспектива определения абсолютно­го возраста горных пород. Это стало очевидным Э. Резерфорду в 1904 г., а уже в 1905—1907 гг. англича­нин Б. Болтвуд предложил уран-свинцовый метод датирования пород.. Но решающие шаги в развитии радиогеохронометрии были сделаны шотландцем А. Холмсом, начиная с 1911 —1913 гг. Опубликованная Холмсом в 1913 г. и уточненная в 1917 г. Баррелом геохронологическая шкала фанерозоя в определении возраста границ геологических периодов фанерозоя и их длительности уже малосущественно отличается от современной.

Но тем временем и возможности палеонтологического метода существенно расширяются за счет вовлечения в орбиту исследо­ваний мелких фораминифер, радиолярий, днатомей, спор и пыльны высших растений. Оформляются в качестве самостоятельных исциплин микропалеонтология и палинология.