[Править]о познании
Фома Аквинский считал, что универсалии (то есть понятия вещей) существуют трояко:
«до вещей», как архетипы — в божественном интеллекте как вечные идеальные прообразы вещей (платонизм, крайний реализм).
«в вещах» или субстанциях, как их сущность (аристотелизм, умеренный реализм).
«после вещей» — в мышлении человека в результате операций абстрагирования и обобщения (номинализм, концептуализм)
Сам
Фома Аквинский придерживался позиции
умеренного реализма, восходящей к
аристотелевскому гилеморфизму,
отказавшись от позиций крайнего реализма,
опирающихся на платонизм в его
августиновской версии.
Вслед за Аристотелем Аквинат различает пассивный и активный интеллект.
Фома Аквинский отрицал врожденные идеи и понятия, а интеллект до начала познания считал подобным tabula rasa (лат. «чистая доска»). Однако людям прирожденны «общие схемы», которые начинают действовать в момент столкновения с чувственным материалом.
пассивный интеллект — интеллект, в который попадает чувственно воспринимаемый образ.
активный интеллект — абстрагирование от чувств, обобщение; возникновение понятия.
Познание начинается с чувственного опыта под действием внешних объектов. Объекты человеком воспринимаются не целиком, а частично. При вхождении в душу познающего познаваемое теряет свою материальность и может войти в неё лишь в качестве «вида». «Вид» предмета является его познаваемым образом. Вещь существует одновременно вне нас во всем своем бытии и внутри нас в качестве образа.
Истина — это «соответствие интеллекта и вещи». То есть понятия, образуемые человеческим интеллектом, истинны в той мере, в какой они соответствуют своим понятиям, предшествующим в интеллекте Бога.
На уровне внешних чувств создаются первоначальные познавательные образы. Внутренние чувства обрабатывают первоначальные образы.
Внутренние чувства:
общее чувство — главная функция, цель которого собирать воедино все ощущения.
пассивная память — хранилище впечатлений и образов, созданных общим чувством.
активная память — извлечение сохраненных образов и представлений.
интеллект — наивысшая чувственная способность.
Познание свой необходимый исток берет в чувственности. Но чем выше духовность, тем выше степень познания.
Ангельское познание — умозрительно-интуитивное познание, не опосредованное чувственным опытом; осуществляется с помощью присущих понятий.
Человеческое познание — обогащение души субстанциональными формами познаваемых предметов.
Три умственно-познавательных операции:
создание понятия и задержка внимания на его содержании (созерцание).
суждение (позитивное, негативное, экзистенциональное) или сопоставление понятий;
умозаключение — связывание суждений друг с другом.
Три вида познания:
ум — вся сфера духовных способностей.
интеллект — способность умственного познания.
разум — способность к рассуждению.
Познание — есть самая благородная деятельность человека: теоретический разум постигающий истины, постигает и абсолютную истину, то есть Бога.
Этика
Будучи первопричиной всех вещей, Бог, вместе с тем, является конечной целью их устремлений; конечной целью морально благих человеческих действий является достижение блаженства, состоящее в созерцании Бога (невозможного, согласно Фоме, в пределах настоящей жизни), все остальные цели оцениваются в зависимости от их упорядоченной направленности на конечную цель, уклонение от которой представляет собой зло, коренящееся в недостатке существования и не являющееся некоторой самостоятельной сущностью (О зле, 1). Вместе с тем Фома отдавал должное деятельности, направленной на достижение земных, конечных форм блаженства. Началами собственно нравственных деяний с внутренней стороны являются добродетели, с внешней — законы и благодать. Фома анализирует добродетели (навыки, позволяющие людям устойчиво использовать свои способности во благо (Сумма теологии I—II, 59-67)) и противостоящие им пороки (Сумма теологии I—II, 71-89), следуя аристотелевской традиции, однако он полагает, что для достижения вечного счастья помимо добродетелей существует необходимость в дарах, блаженствах и плодах Св. Духа (Сумма теологии I—II, 68-70). Нравственную жизнь Фома не мыслит вне наличия теологических добродетелей — веры, надежды и любви (Сумма теологии II—II, 1-45). Вслед за теологическими идут четыре «кардинальные» (основополагающие) добродетели — благоразумие и справедливость (Сумма теологии II—II, 47-80), мужество и умеренность (Сумма теологии II—II, 123—170), с которыми связаны остальные добродетели.