2.4 Коммерческий подкуп (ст. 204 ук рф)

Действующий уголовный закон предусмотрел уголовную ответственность за коммерческий подкуп в ст. 204 УК, который справедливо относится ведущими криминологами к коррупционным преступлениям по своему характеру и социальным последствиям.

Вместе с тем динамика зарегистрированных преступлений, предусмотренных ст. 204 УК РФ, начиная с 1 января 1997 года, наглядно показывает, что содержащиеся в статье нормы об ответственности за коммерческий подкуп, в отличие от некоторых других новых норм Особенной части УК, достаточно редко применяются на практике, в связи с чем можно сделать вывод о сложности применения соответствующих норм при условии их социальной востребованности.¹ Так, если в 1997 г. в России было зарегистрировано 475 преступлений, предусмотренных ст. 204 УК, в 2005 году зарегистрировано 2.178 фактов коммерческого подкупа, то в 2008 году – 1712 фактов, в 2009 году всего 1.674 фактов, в 2010 году – 1453 коммерческого подкупа, что свидетельствует о возникшей устойчивой проблеме выявления и расследования этого вида преступлений, привлечения к уголовной ответственности виновных лиц.

Для сравнения в 2009 году зарегистрировано 12.385 фактов взяточничества, в 2010 году – 9872 факта взяточничества как преступления, совпадающего с коммерческим подкупом по объективной стороне состава преступления.²

Объединяя в себе четыре части, данная норма олицетворяет диалектическое единство взаимосвязанных между собой противоправных и уголовно наказуемых действий по передаче и получению денежных средств, иных материальных ценностей или услуг имущественного характера за совершение действий (бездействия) в интересах дающего лицом, выполняющим управленческие функции в связи с занимаемым служебным положением.³

Юридическое содержание понятия «подкуп», воплощенное в ст. 204 УК РФ, не совпадает не только с общеупотребительным значением его, но и со значением, принятым в специальной литературе по отношению к классификации взяточничества. Раскрывая классификацию взяточничества в аспекте соотношения момента передачи незаконного вознаграждения и момента совершения должностным лицом действий в интересах взяткодателя, исследователи дифференцировали данное деяние на взятку-подкуп и взятку-благодарность. Первая разновидность заключается в том, что передача незаконного вознаграждения предшествует совершению должностным лицом действий в отношении взяткодателя. Вторая – напротив, подразумевает получение должностным лицом материальных ценностей или услуг имущественного характера после совершения им действий в интересах взяткодателя, но причинно обусловленных этими действиями.

Как отмечает А. А. Рыков, данное обстоятельство порой используется защитниками, апеллирующими к этимологическому значению слова «подкуп» и пытающимися таким образом убедить суд в непричастности их подзащитного, в отсутствии у него умысла на совершение действий в интересах подкуподателя именно за неправомерное материальное вознаграждение. Наряду с общеупотребительным значением слова «подкуп» в качестве доводов такие защитники упоминают и сферу свободных рыночных отношений, пытаясь добиться признания того, что в указанной сфере субъекты обладают относительной свободой деятельности, в том числе и в смысле передачи-получения специального неурегулированного официальными гражданско-правовыми договорами и иными документами материального вознаграждения.¹ На наш взгляд, независимо от момента принятия незаконного вознаграждения: до или после совершения действий в интересах лица, предложившего незаконное вознаграждение, данное деяние должно быть криминализировано.

По мнению А. В. Ганза, необходима иная формулировка понятия коммерческого подкупа как преступления, посягающего на установленный порядок реализации управленческих отношений в коммерческих и иных организациях, субъектами которых являются коммерческие или иные организации, лица, выполняющие управленческие функции в этих организациях, а также иные физические или юридические лица, по поводу реализации и охраны законных прав и интересов этих субъектов.²

В целях устранения несогласованностей между различными толкованиями слова «подкуп» и условностей его употребления считаем, вслед за А. А. Рыковым, целесообразным изменить название статьи, а именно – «передача или получение незаконного вознаграждения». С учетом нахождения данной статьи в гл. 23 УК РФ, называющей родовым объектом посягательств интересы службы и коммерческой или иной организации, полагаем, что не будет неясности по поводу сферы действия новой редакции.

Условность словосочетания «коммерческий подкуп» как названия нормы ст. 204 УК РФ заключается еще и в том, что адресатами этой нормы являются лица, выполняющие управленческие функции не только в коммерческой, но и в иной организации. Например, в религиозной или другой общественной организации, не являющейся государственным или муниципальным учреждением. При этом сфера деятельности лица, за которое им получено незаконное вознаграждение, может быть не связана с осуществлением данной организации в лице этого субъекта предпринимательской (экономической) деятельности. В отличие от иных авторов¹, А. А. Рыков не считает данную позицию упущением и полагает, что криминализация деятельности лиц, выполняющих управленческие функции в некоммерческой организации, независимо от непосредственной сферы деятельности, в связи с которой допущено данное деяние, вполне оправдана.² В частности, Г. С. Гончаренко полагает, что «коммерческий подкуп в некоммерческих организациях также должен быть связан с осуществлением ими предпринимательской (экономической деятельности)». Аргументируя свою позицию, автор в основном обращается к вопросам соответствия словосочетаний их филологическому смыслу: коммерческая организация, коммерческая деятельность, коммерческий подкуп. Внешне данная рекомендация выглядит логически верной, однако, во-первых, оставление без средств уголовно-правового реагирования действий, например, недобросовестного субъекта религиозной организации, действия которого не связаны напрямую с коммерческой деятельностью, обусловливают потенциально высокую общественную опасность; во-вторых, в таком случае и действия управленцев в коммерческой организации, за которое они получили незаконное вознаграждение, также могут быть не всегда связанными именно с получением прибыли хозяйствующими субъектами.

Другое дело, что данная ситуация еще раз подтверждает потребность в приведении названия ст. 204 УК РФ в соответствие с ее содержанием, в частности, в виде предложенного А. А. Рыковым варианта.

Примечание к ст. 201 УК РФ конкретизировало субъектов данного деяния, которыми признаны лица, выполняющие управленческие функции в коммерческой или иной организации, в том числе и в некоммерческой организации, не являющейся государственным органом, органом местного самоуправления, государственным или муниципальным учреждением. Этими субъектами являются лица, выполняющие функции единоличного исполнительного органа, члена совета директоров или иного коллегиального исполнительного органа, а также лица, постоянно, временно или по специальному полномочию выполняющие организационно распорядительные или административно-хозяйственные функции в этих организациях.

Содержание организационно-распорядительных или административно-хозяйственных функций раскрывается в Постановлении Пленума Верховного суда РФ «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе». Организационно-распорядительными обязанностями являются: руководство в целом коммерческой или некоммерческой организацией, ее структурными подразделениями, участком работы, производственной деятельностью отдельных работников (организация и планирование работы, подбор и расстановка кадров, прием на работу и увольнение, организация труда подчиненных, поддержание трудовой дисциплины и т.п.).

Административно-хозяйственные обязанности предполагают право субъекта на распоряжение и управление имуществом: заключение договоров от имени организации и совершение иных сделок, установление порядка хранения, переработки и реализации имущества, учет и контроль за движением материальных ценностей, реализацией продукции и оказанием услуг и т.п.

Федеральный Закон № 273-ФЗ отнес коммерческий подкуп к категории преступлений коррупционной направленности, чем стимулировал потребность в совершенствовании существующих методов борьбы с данным деянием. Существенное усиление санкции за незаконное получение лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, материальных ценностей или услуг имущественного характера, введенное Федеральным законом от 25.12.2008 № 280-ФЗ, явилось воплощением тенденции сближения размера санкций за совершение коммерческого подкупа и взяточничества. Модернизация в данном направлении ст. 204 УК РФ привела к целому комплексу последствий, обусловивших эволюцию как в понимании содержания и сущности данного

деяния, так и способах его раскрытия и расследования.¹

С одной стороны, законодатель акцентировал внимание на приоритетную значимость именно организационно-правовой формы предприятия или организации по отношению к форме собственности и разновидности юридического лица. Данная позиция вполне оправдана вследствие признания на конституционном уровне равноценности всех форм собственности, а также существенным удельным весом коммерческих и иных предприятий или организаций в структуре современного социума, в том числе и распространенностью государственных унитарных предприятий, являющихся по своей гражданско-правовой природе коммерческими. И в этой части исследователи, изучающие проблемы коммерческого подкупа, зачастую бывают неточными, отмечая, что различие между взяточничеством и коммерческим подкупом заключается в том, что к ответственности за совершение последнего преступления привлекаются лица, выполняющие управленческие функции именно в негосударственных организациях.¹

С другой стороны, увеличив максимальный размер санкции за данное деяние, законодатель отнес коммерческий подкуп к категории тяжких (ч. 3 ст. 204 УК РФ) и особо тяжких (ч. 4 ст. 204 УК РФ) преступлений. Учитывая, что производство некоторых оперативно-розыскных мероприятий допускается лишь по делам о тяжких преступлениях, таким образом оказался увеличен арсенал средств оперативно-тактического воздействия. Следует отметить, что долгие годы (в промежутке между принятием УК РФ 1996 г. и до внесения изменений в Закон «Об оперативно-розыскной деятельности», а также УПК РФ в 2008 г.) в правоприменительной практике наблюдался некий парадокс. Он заключался в дисбалансе между механизмом совершения коммерческого подкупа и наиболее эффективными способами его раскрытия. Сходство механизма совершения взяточничества и коммерческого подкупа предопределяет потенциально сходный механизм раскрытия данных деяний, что вытекает из криминалистического учения о способе преступления. Наиболее распространенным и эффективным способом раскрытия взяточничества является передача под контролем правоохранительных органов предмета взятки, реализуемая в рамках оперативно-розыскного мероприятия – оперативного эксперимента.

Усиление максимального размера лишения свободы оказалось во взаимосвязи и с другим так называемым дополнительным наказанием – лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью на срок до трех лет (ч. 3 и 4 ст. 204 УК РФ). Если прежде назначение данного дополнительного наказания являлось факультативным, по усмотрению судьи, то ныне по смыслу указанных норм его применение носит обязательный характер. Во многом такая новация представляется оправданной, ибо в практике встречались случаи, когда лицо, осужденное по ч. 3 ст. 204 УК РФ, получало наказание, не связанное с реальным лишением свободы (осуждалось условно в порядке ст. 73 УК РФ). Оставаясь на свободе и занимая ту же должность, лицо продолжало заниматься противоправной деятельностью. Лишение же виновного права занимать определенные должности окажет не только профилактическое значение и снизит уровень рецидива, оно также скажется на характеристике криминалистически значимых признаков субъекта коммерческого подкупа.¹

Естественно, судьям следует дифференцированно подходить к вопросу о выборе видов деятельности, на занятие которыми налагать запрет осужденному. В частности, согласно эмпирическим данным, значительное количество осужденных являлись преподавателями (руководителями) различных курсов, альтернативных образовательных программ. Лишать этих лиц права заниматься педагогической деятельностью вообще, по мнению А. А. Рыкова, нецелесообразно, поскольку это «означает лишить их возможности осуществлять привычную для них трудовую деятельность в целях получения для себя и своих близких необходимых материальных и духовных благ. На наш взгляд, вполне достаточно лишить их права осуществлять итоговую аттестацию обучаемых, а также руководить педагогическим коллективом».²

Федеральным законом от 04.05.2011 № 97-ФЗ также были внесены поправки в данную статью УК. Так, п. «б» ч. 2 ст. 204 УК РФ теперь предусматривает в качестве квалифицирующего признака совершение коммерческого подкупа за заведомо незаконные действия (бездействие), что отсутствовало в прежней редакции данной статьи. Аналогичным квалифицирующим признаком дополнена и ч. 4 ст. 204 УК РФ, п. «в» которой устанавливает уголовную ответственность управленца организации за получение предмета подкупа (денег, ценных бумаг, иного имущества и др.) за незаконные действия (бездействие).

Помимо сказанного, с учетом введения особого порядка исчисления штрафа за коррупционные преступления, санкции в ч. ч. 1-3 ст. 204 УК РФ в целом стали более строгими: увеличены максимальные сроки лишения свободы, закреплены штрафы в кратном отношении к сумме подкупа (не менее 25 тыс. руб.).¹

Таким образом, более чем десятилетний период криминализации коммерческого подкупа применительно к постепенно эволюционирующим новым социально-экономическим условиям жизни нашего государства и общества позволил выявить ряд новых проблем, одним из решений которых является совершенствование законодательства, в частности, изменение названия статьи 204 УК РФ, а именно – «передача или получение незаконного вознаграждения». С учетом нахождения данной статьи в гл. 23 УК РФ, называющей родовым объектом посягательств интересы службы и коммерческой или иной организации, полагаем, что не будет неясности по поводу сферы действия новой редакции нормы.