13 Января 1982 Chresis и душа-субъект

Можно задать два важных вопроса:

а. Что есть я сам (как объект заботы)?

б. Каким образом проявление заботы о себе может привести к умению управлять другими?

Обратимся сперва к проблеме заботы о себе. Что значит проявлять заботу о себе? Из «Алкивиада» Платона можно вычле­нить глобальную теорию заботы о себе, согласно которой не­возможно постичь истину, не имея определенного практического навыка или даже целой системы практических навыков. Эти навыки имеют весьма специфический характер, они трансфор­мируют способ существования субъекта и определяют его в про­цессе трансформации. В этом заключается философская тема, породившая впоследствии многочисленные процедуры, имеющие более или менее ритуализованный характер. Мысль о необхо­димости определенной технологии обращения со своим «Я» для постижения истины была известна грекам еще до Платона.

1) практика духовной концентрации;

2) практика отшельничества — анахорезис: видимое отсут­ствие;

3) практика терпеливости: надо уметь переносить страдания. Платон в «Алкивиаде» заимствует старые мотивы, обеспечивает их техническую преемственность: я обязан проявлять заботу о самом себе с тем, чтобы стать способным управлять другими людьми и полисом (городом-государством); следовательно, забота о себе должна превратиться в искусство, techne, умение, которое позволило бы одному человеку руководить другими.

Рассмотрим теперь проблему своего «Я» (heautou). Забота о себе равнозначна заботе о своей душе: я семь моя душа. Когда мы констатируем, что Сократ разговаривает с Алкивиа-дом, что это значит? Это значит, что Сократ пользуется опре­деленным языком. Этот простой пример имеет большое значение, поскольку поставленный вопрос есть вопрос о субъекте. Сократ говорит с Алкивиадом: каков предполагаемый субъект, когда мы подразумеваем эту речевую деятельность Сократа по отношению к Алкивиаду? Следовательно, дело заключается в том, чтобы в речевой деятельности провести различие, которое позволит изолировать, выделить субъект этой деятельности и совокупность элементов, слов, шумов, составляющих ее и позволяющих ей осуществиться. Иными словами, необходимо выявить субъект в его неизменности. Субъект — это то, что пользуется опреде­ленными средствами, для того чтобы что-то сделать. Тело совершает какое-то действие лишь постольку, поскольку существует некий элемент, который его использует. Этим элементом не может быть само тело, им может быть только душа. Субъектом всей этой телесной, инструментальной, языковой деятельности является душа, использующая язык, инструменты и тело. Таким образом, мы подошли к вопросу о душе. Эта душа не имеет ничего общего, например, с душой — пленницей тела, душой, ко­торую надо освободить («Федон»), ни с душой, которую сле­дует вести в нужном направлении («Федр»). Это также не та душа, организованная согласно определенной иерархии инстанций, которую нужно привести в гармонию («Государство»). Это душа только потому, что она является субъектом действия, по­скольку она движет телом, действует посредством своих инстру­ментов и т. д. Используя выражение chresis, Платон хочет ука­зать, что отношение субъекта к его средствам имеет не просто инструментальный характер (chrestai — пользоваться; существи­тельное chresis обозначает определенный тип отношения к дру­гому человеку). Употребляя глагол chrestai и существительное chresis, Платон в действительности стремится обозначить не некое инструментальное отношение души ко всему остальному миру или к телу, а, скорее, своеобразную страсть трансцендент­ного характера, которую испытывает субъект ко всему, что его окружает, к объектам, находящимся в его распоряжении, а также к другим людям, с которыми он вступает в отношения, к своему телу и, наконец, к самому тебе. Так что, когда Платон исполь­зует понятие для обозначения того «Я», о котором надо за­ботиться, он обнаруживает не душу-сущность, а душу-субъект.

Диететика, экономика, эротика как самореализация субъекта

Существуют три вида деятельности, которые внешне напоми­нают заботу о себе: деятельность врача, хозяина дома и влюб­ленного.

1. Проявляет ли заботу о себе врач, если, будучи больным, лечит себя, используя все свои познания в области медицины применительно к самому себе? Нет, поскольку он заботится не столько о себе, то есть о своей душе-субъекте, сколько о своем теле. Таким образом, здесь должны быть налицо различные цели, объекты. Налицо также разница между techne врача, при­меняющего свои знания к самому себе, и techne, которое должно позволить индивиду проявить заботу о самом себе, то есть о своей душе, выступающей в качестве субъекта.

2. Заботится ли о себе отец семейства и собственник, когда он печется о благе своих близких и стремится приумножить свои богатства? Нет, так как он печется не о самом себе, а о том, что ему принадлежит.

3. Подобный ответ будет и в случае с влюбленным. Не стоит заботиться о теле любимого, потому что оно красиво; напротив, следует заботиться о его душе как субъекте его дей­ствий, поскольку эта душа использует его тело и его возмож­ности. В Алкивиаде Сократ ищет не что иное, как способ про­явления его заботы о самом себе.

Забота о себе невозможна без наличия наставника. А пози­ция самого наставника определяется заботой о том, какую за­боту о себе проявляет его подопечный. Наставник — это тот, кого заботит забота, которую субъект проявляет по отношению к самому себе. Любовь к ученику выражается в возможности заботиться о той заботе, которую тот проявляет о самом себе. Проявляя незаинтересованную любовь к юноше, наставник дает принцип и образец той заботы, которую юноша должен осу­ществлять по отношению к самому себе как субъекту.

Вот три основных линии эволюции понятия заботы: диететика (связь между заботой и основным режимом существования тела и души), экономика (связь между заботой о себе и социальной деятельностью) и эротика (связь между заботой о себе и любов­ными взаимоотношениями). Диететика, экономика и эротика вы­ступают как сферы самореализации субъекта. Тело, окружение, дом — эротика, экономика, диететика, — вот те три большие об­ласти, где в ту эпоху осуществляется самореализация субъекта при постоянном переходе одного вида деятельности в другой. Необходимость поддерживать определенный диететический режим заставляет человека заниматься сельскохозяйственной работой, собирать урожай и т. д., т. е. переходить к экономике, которая, в свою очередь, определяет внутрисемейные отношения и неизбежно связана с проблемами любви. Самореализация субъекта предпо­лагает новую этику в вербальных отношениях с другими людьми.

Божественное самопознание

В структуре заботы о себе содержатся три ссылки на призыв «познай самого себя» Дельфийского оракула (gnothi seauton). Прежде всего: чтобы начать заботиться о самом тебе, Алкивиад должен задаться вопросом «кто я?» Затем, самопознание как методологическое правило: к какому «Я» относится субъект заботы о самом себе? И, наконец, эта референция проявляется со всей очевидностью: забота о самом себе должна предстать в само­познании как ответ на вопрос: в чем состоит забота о себе?

Можно отметить, что как только была открыта область примене­ния «заботы о себе» и как только «Я» было определено как «душа», вся эта открытая таким образом область оказалась пе­рекрытой принципом «познай самого себя». Это можно расценивать как вторжение gnothi seauton в пространство, открытое «заботой ° себе». Самопознание и «забота о себе» переплетаются друг с другом; между ними существует взаимная перекличка, и не следует пренебрегать ни одним из этих элементов в ущерб друтому. Каким образом можно познать самого себя? В чем зак­лючается самопознание? Мы руководствуемся принципом, согласно которому для того, чтобы проявить заботу о самом себе, нуж­но сначала себя познать. Чтобы познать себя, необходимо вгля­деться в элемент, идентичный своему «Я», всмотреться в него, поскольку он сам есть принцип знания (savoir) и познания (соп-naissance), т. е. является божественным. Таким образом, следует вглядеться в частицу божества, чтобы узнать самого себя, следует познать божественное, чтобы познать себя.

Движение самопознания ведет к мудрости. Начиная с момен­та, когда душа овладеет мудростью, она сумеет отличить истин­ное от ложного; она будет знать, как следует себя вести, и, таким образом, она станет способной управлять. «Забота о себе» и «забота о справедливости» — одно и то же по сути.

Существует тройное отношение «заботы о себе» в полити­ческой, педагогической и эротической деятельности.

1. Проявлять заботу о себе — это не только привилегия пра­вителей, но и требование, предъявляемое к ним. Однако обязан­ность заботиться о себе имеет и более широкий смысл — она значима для всех людей, но со следующими ограничениями: а) «заботиться о себе» говорят лишь людям, обладающим культур­ными и экономическими возможностями, образованной элите (фактическое разделение); б) эту фразу говорят лишь людям, способным выделиться из толпы (заботе о себе нет места в пов­седневной практике; это свойство элиты нравственной — разделение навязанное).

2. Педагогика страдает недостаточностью. Забота о себе должна проявляться во всех мелочах, чего не может гаранти­ровать педагогика; заботиться о себе следует в течение всей своей жизни — развитие зрелости. Молодые люди должны го­товиться к зрелому возрасту, а взрослые — к старости, которая является завершением жизни.

3. Эротическое чувство юношей будет иметь тенденцию к ис­чезновению.

Эти три аспекта подвержены постоянным вариациям, которые составят постплатоновский период истории «заботы о себе». Алкивиад представляет собой типично платоновское решение дан­ной проблемы, ее сугубо платоновскую форму, а не общую историю «заботы о себе».

Понимание заботы о себе в платоновской и неоплатонической традиции характеризуется, во-первых, тем, что «забота о себе» обретает свою форму и свое завершение в самопознании, ко­торое является если и не единственной, то, по крайней мере, абсолютно суверенной формой по отношению к ней; во-вторых, тем, что самопознание как высшее и независимое выражение своего * «Я» обеспечивает доступ к истине, и именно к ней; наконец, постижение истины позволяет в то же время признать сущест­вование божественного начала в самом себе. Познать самого себя, познать божественное начало, узнать его в самом себе — это, я полагаю, является основополагающим в платоновской и неоплатонической форме «заботы о себе». Одним из условий доступа к истине в учении Платона является отношение к себе и к божественному; отношение к себе выступает как проявление божественного начала и отношение к божественному для своего «Я».

Забота о себе как врачевание души

Самореализация: от невежества (как области референции) к критике (самого себя, других, мира и т.д.). Образование пред­ставляет собой остов индивида перед лицом событий. Самореа­лизация перестает быть настоятельной необходимостью на фоне невежества (Алкивиад), которое само не подозревает о своем существовании; самореализация становится необходимой на фоне ошибки, на фоне дурных привычек, на фоне всякого рода де­формаций и ставших привычными и укоренившимися зависимо­стей, от которых надо освободиться, отряхнуться. Речь идет скорее об исправлении, об освобождении, нежели о формировании зна­ния. Именно в этом направлении будет развиваться самореализа­ция, что представляется весьма существенным. Даже если че­ловеку не удалось «исправиться» в молодости, этого всегда можно достичь в более зрелом возрасте. Даже если мы согбенны, су­ществуют различные средства, чтобы помочь нам «распрямиться», исправиться, стать тем, чем мы должны были бы стать и чем мы никогда не были. Стать вновь тем, чем человек никогда до этого не был, — это, я думаю, один из основных элементов, одна из главных тем самореализации.

Первым следствием хронологического перемещения «заботы о себе» — с конца юношеского возраста на взрослый период жиз­ни — является критическое отношение к самореализации. Вторым следствием будет отчетливое и ярко выраженное сближение самореализации и врачевания. Самореализация задумана как акт врачевания, как терапевтическое средство. Терапевты находятся в корреляции между уходом за человеком и уходом за его душой. Существует очевидная взаимозависимость между философией и медициной, между практикой души и практикой тела. (Эпиктет считал свою философскую школу лечебницей души.)