«Песнь мюльхаузенских повстанцев»

Этот фольклорный памятник отражает ход вдохновлявшегося Мюнцером восста­ния в Мюльхаузене с 17 марта по 25 мая 1525 г. Песнь сохранилась в виде рифмо­ванных строк, напечатанных на листовке. Она представляет собой одно из немного­численных дошедших до нас народных произведений, посвященных Великой крестьян­ской войне.

Хотите песенке внимать,

Что пелась про князей да знать,

Высокоблагородных

Теснителей народных?

...В четверг стряслась у нас беда:

Сошлись князья и господа

Под Шлоттейм всей оравой,

Грозили нам расправой...

Мюльхаузен — крепость хоть куда

Но взяли город господа,

В том доктор был виною

С багряной бородою...

Так нам мюльхаузенский совет

Немало понаделал бед,

Из злобы и из мести

Нас бьют на лобном месте

И даже тех, кому князья

Свободу дали, видел я,

Прислужники хватали

И насмерть убивали.

Людей не милуют они.

Господь, теснителей казни!

Пусть черти с хворостиной

Их примут в час кончины...

Кто эту песенку сложил,

Тот на Земле недолго жил...

Он выпил злую чашу.

Ты песню слышал

нашу?

Хрестоматия по западноевропейской литературе: Эпоха Возрождения / Сост . Б. И. Пурищев.— М., 1947.— С. 246.

«ПРОТЕСТ ДВАДЦАТИ ИМПЕРСКИХ ЧИНОВ»

В Шпейере на имперском съезде 1529 г. католики сумели добиться решения о запрещении лютеранства. Тогда 19 апреля четырнадцать городов и шесть князей подали императору протест, в котором заявили, что религия — дело совести, а не результат убеждения, внушаемого большинством. Подписавших протест назвали протестантами. Отсюда пошел термин «протестантская церковь».

После того как римское императорское величество, наш всемило­стивейший господин, недавно созвал общий рейхстаг и повелел курфюрстам, князьям и чинам явиться в Шпейер... мы, руковод­ствуясь должным его императорскому величеству подданническим повиновением, явились туда собственной персоной с намерением обсудить вместе с другими курфюрстами, князьями и чинами вопро­сы, перечисленные в вышеупомянутой императорской созывной гра­моте, и оказать помощь своим мнением и советом.

Затем мы по многим веским и очень важным причинам — ибо наша совесть и долг требуют, чтобы мы были верны богу, нашему творцу,— на нынешнем рейхстаге, вместе с нашими друзьями, имен­но с высокородными князьями: господином Георгом, маркграфом Бранденбургским и т. д., господином Эрнстом и господином Франци­ском, братьями — герцогами Брауншвейгским и Люнебургским, гос­подином Филиппом, ландграфом Гессенским и т. д., князем Вольф­гангом Ангальтским, нашими любезными дядей, кузенами, кумом и зятем, объявляем, что с вышеозначенным принятым постановле­нием не имели ничего общего и согласиться с ним не хотим и не можем.

Вследствие чего мы против этого совершенного и принятого изме­нения предыдущего шпейерского постановления и против связанных с этим тягостных пунктов публично протестовали вместе со всеми нашими друзьями. К этому протесту присоединились послы из некото­рых соседних свободных имперских городов. Вот слова этого заявлен­ного нами протеста.

Хрестоматия по истории средних веков/Под ред. Н. П. Грацианского, С. Д. Сказкина.— М., 1950.— Т. III.—С. 117.