III. Концепция человека и его природы

Общеизвестно, что всем людям свойственны одни и те же основные антропологические и физиологические черты, и каждый врач понимает, что любого человека, вне зависи­мости от расы и цвета кожи, он мог бы лечить теми же ме­тодами, какие он применяет к человеку своей расы. Но имеет ли человек столь же общую психическую организа­цию; есть ли у всех людей вообще одна и та же человечес­кая природа? Существует ли такая сущность — «человечес­кая природа»?

Эти вопросы ни в коем случае нельзя считать чисто ака­демическими. Если бы люди различались в своей психи­ческой и духовной основе, как бы мы могли говорить о че­ловечестве в более широком смысле, нежели физиологи­ческий и анатомический? Как бы мы могли понять «чужа­ка», если бы он в принципе отличался от нас? Как бы мы могли понять искусство совершенно иных культур, их мифы, их драму, их скульптуру; не свидетельствует ли это о том, что все мы обладаем одной и той же человеческой природой?

Вся концепция человечности и гуманизма основывается на идее человеческой природы, присущей всем людям. Это — исходное положение как буддизма, так и иудейско-хрисгианской традиции. Первое из этих учений разрабатыва­ло представления о человеке в экзистенциальных и антропо­логических понятиях; в нем утверждалось, что одни и те же психические законы распространяются на всех людей, по­скольку «человеческая ситуация» одинакова для всех нас; что все мы живем под влиянием иллюзии отдельности и неру­шимости нашего «я»; что все мы пытаемся найти ответ на вопрос о существовании, алчно цепляясь за вещи, в том числе и за такую специфическую вещь, как «я»; что все мы страдаем, поскольку такой ответ на запрос жизни ошибочен, и что мы можем избавиться от страдания, только' дав пра­вильный ответ о необходимости' преодолеть иллюзию от­дельности, преодолеть алчность и пробудиться навстречу фундаментальным истинам, которые управляют нашим су­ществованием.

Иудейско-христианская традиция определяла человека по-иному, поскольку основывалась на признании Бога как высшего творца и правителя. Мужчина и женщина — пред­ки всего человеческого рода, и эти предки, как и все гряду­щие поколения, сотворены «по образу и подобию Божье­му». Всем им свойственны одни и те же основные черты, делающие их людьми и дающие им возможность знать и любить друг друга, Это предпосылка для пророческой кар­тины мессианского времени, мирного единения всего чело­вечества.

Среди философов Спиноза — отец современной динами­ческой психологии — первым постулировал представление о природе человека, осмыслив, ее как «модель человеческой природы», которую можно найти и определить и из которой проистекают законы человеческого поведения и реагирова­ния. Как и любое другое существо в природе, можно познать человека вообще, а не только людей той или иной культуры, потому что человек един и все мы во все времена подвластны одним и тем же законам. Философы XVIII и XIX вв. (особенно Гете и Гердер) считали, что врожденная человеч­ность ведет человека к более высоким ступеням развития; они верили, что каждый индивид несет в себе не только свою индивидуальность, но также и всю человечность- со всеми ее возможностями. Они считали, что жизненной зада­чей человека является развитие через индивидуальность к всеобщности, и верили, что голосом человечности наделен каждый и каждое человеческое существо может его распо­знать.

Ныне идея человеческой природы, или сущности челове­ка, пользуется дурной славой, частью из-за скептического отношения к метафизическим и абстрактным терминам, типа «сущность человека», частью из-за утраты переживания человечности, лежавшего в основе концепций буддизма, иудео-христианства, спинозизма и Просвещения. Современ­ные психологи и социологи склонны считать человека чис­тым листом бумаги, на котором каждая культура пишет свои письмена. И хотя они не отрицают единства человеческого рода, едва ли они оставляют хоть какое-нибудь содержание в упомянутой концепции человечности.

В противоположность этим современным тенденциям Маркс и Фрейд полагали, что человеческое поведение пол­ностью постижимо, потому что это поведение человека, био­логического вида, который можно определить через психи­ческие и духовные характеристики.

Допуская существование природы человека, Маркс избе­жал распространенной ошибки смешения ее с некоторыми особенностями ее проявления. Он отличал «человеческую природу вообще» от «человеческой природы, изменяющейся ^ в каждую историческую эпоху». «Человеческую природу во- * обще» мы конечно же не можем увидеть как таковую, по­скольку то, что мы наблюдаем, всегда представляет собой специфические проявления человеческой природы в различ­ных культурах. Но из этих многообразных проявлений мы можем заключить, что есть «человеческая природа вообще», какие законы ею управляют и какими потребностями обла­дает человек в качестве человека.

В ранних произведениях Маркс называл «человеческую природу вообще» «сущностью человека». Позже он отказал- от этого термина, так как хотел пояснить, что «сущность человека не есть абстракт, присущий отдельному индиви­ду»¹. Маркс также старался избежать того, чтобы создалось впечатление, будто он мыслит сущность человека как вне-историческую субстанцию. По Марксу, природа человека — это данные ему возможности, набор условий, как бы сырой человеческий материал, который сам по себе не может из­меняться, так как размер и структура человеческого мозга остались неизменными со времени возникновения цивили­зации. Тем не менее человек действительно изменяется в ходе истории, являясь ее продуктом. Он становится тем, что он представляет собой потенциально. История — это процесс созидания человеком самого себя путем реализа­ции в трудовой деятельности потенций, данных ему от рож­дения...

Маркс был против двух позиций: внеисторической, со­гласно которой природа человека — это субстанция, сущест­вующая с самого начала истории, и релятивистской, утверж­дающей, что человеческая природа не обладает какими бы то ни было присущими ей качествами, а является не чем иным, как отражением социальных условий. Однако он так и не со­здал в достаточной степени развитой теории природы чело­века, которая бы преодолела как внеисторическую, так и ре­лятивистскую позиции; поэтому точка зрения Маркса на природу человека не защищена от различных противоречи­вых истолкований.

Тем не менее из его концепции вытекают некоторые идеи о психическом здоровье и патологии человека." Основным проявлением психической патологии Маркс называет изуродованного и отчужденного человека; основным проявлением психического здоровья он считает активного, производи­тельного, самостоятельного человека. Мы еще вернемся к этим утверждениям, после того как обсудим концепцию че­ловеческой мотивации у Маркса и у Фрейда.

Сейчас, однако, мы должны вновь обратиться к концеп­ции человеческой природы в учении Фрейда. Каждому, кто знаком с системой Фрейда, вряд ли нужно объяснять, что предметом его исследования был человек как таковой, или, выражаясь языком Спинозы, Фрейд был создателем «модели человеческой природы». Эта модель была разработана в духе материалистической мысли XIX в. Человек считался маши­ной, которая движется благодаря относительно постоянному количеству сексуальной энергии, называемой либидо. Либи­до создает болезненное напряжение, которое уменьшается только путем физического высвобождения энергии; это ос­вобождение от болезненного напряжения Фрейд назвал «удовольствием». После снижения либидозного напряжения

У оно вновь нарастает под влиянием химических реакций в организме, порождая новую потребность уменьшить напря­жение, то есть,._; потребность в «удовольствии». Этот динамизм, ведущий от напряжения к освобождению от него и к возобновленикгнапряжения, от страдания к удовольствию и вновь к страданию, Фрейд назвал «принципом удовольст­вия». Он противопоставлял его «принципу реальности», ко­торый подсказывает человеку, к чему следует стремиться и

чего избегать в реальном мире, в котором он живет, чтобы обеспечить себе выживание. Принцип реальности часто вступает в конфликт с принципом удовольствия, и условием душевного здоровья является определенная уравновешен­ность между ними. Если же равновесие нарушено в пользу одного из принципов, результатом станут невротические и психотические проявления.