Новая институциональная экономическая теория - Шаститко А.Е.

В рамках позитивной экономической теории на вопрос об изменении уровня благосостояния в результате приватизации ре­ сурсов определенно ответить невозможно, поскольку проблема усложняется таким перераспределением богатства, которое может изменить функцию общественного благосостояния, даже если предположить, что такая существует8. Таким образом, изменения в производстве и благосостоянии вполне могут происходить в разных направлениях. Следовательно, координационная версия институциональной трансформации основана на предположении о независимости функции общественного благосостояния от пра-. вил игры. Это означает игнорирование зависимости 6 в схеме, предложенной в главе 1 (см. рис. 2). Данное обстоятельство соот­ ветствует не только допущению об агрегируемое™ предпочтений, но и стабильности индивидуальных предпочтений.

Второй вариант. Аналогичный результат может быть получен путем насильственного отстранения одного из агентов от исполь­ зования соответствующего участка земли. Данный вариант воз­ можен в том случае, если выгоды от реализации его превысят из­ держки, связанные с производством режима исключительности права собственности на землю путем выкупа. Насильственный вари­ ант производства исключительных прав, а в более общем плане ин­ ституциональной трансформации представляет собой одну из форм реализации асимметричности переговорной силы игроков в институциональной игре, когда одна из сторон может со сравни­ тельно низкими издержками ограничить набор альтернатив для другой стороны без выплаты ей компенсации. Таким образом, в данном случае имеет смысл говорить о вынужденном контракте, соответствующем асимметричному обмену.

Следует обратить внимание, что изменение (появление ново­ го) института в данном случае оказывается функцией от результа­ тов экономической деятельности, которые, в свою очередь, также изменяются во времени [Bromley D., 1989, р. 15], что подтвержда­ ет существование и необходимость учета взаимосвязи между то­ варными и институциональными трансакциями.

Спецификация прав собственности является тем более на­ стоятельной, чем в большей степени исчерпывается ресурс и чем выше ценность производимого при помощи данного ресурса про-

8 В принципе проблема могла бы быть решена, если сконструировать такие функ­ ции общественного благосостояния, которые могут быть определены численно. Однако без определения оснований такого подхода он будет страдать крайним формализмом

300

дукта, поскольку это позволяет при прочих равных условиях пре­ одолеть те препятствия, которые обусловлены существованием трансакционных издержек.

Использование одного из двух вариантов зависит от оценки каждым из участников своих преимуществ в переговорной силе, с одной стороны, и возможностей эффективного использования данного ресурса — с другой. В данном случае мы исходим из уп­ рощающего допущения, что данные оценки адекватны.

Третий вариант. Установление исключительных прав может быть основано на естественных преимуществах в использовании ограниченного ресурса. В качестве примера можно было бы при­ вести право на воздух, когда использование атмосферы в качестве резервуара для отходов входит в конфликт с интересами тех, кто использует ее как источник чистого воздуха. Особенностью дан­ ной ситуации является то, что для одного является благом, для другого — антиблагом. Тот, кто загрязняет воздух, оказывается в ситуации естественного преимущества. Однако оно может и не быть реализовано, если другая сторона обладает переговорной силой, позволяющей сформировать благоприятное для нее право­ вое отношение (см. классификацию В.Хохфельда в главе 4).

В любом случае возникновение, воспроизводство и обостре­ ние конфликта связаны со способом распределения ограниченно­ го ресурса. Конфликт побуждает установить такие правила, кото­ рые, с одной стороны, сняли бы сам конфликт (или его наиболее острую форму), а с другой — обеспечили бы более «эффективное» использование земли (или любого другого ресурса) на основании координации действий отдельных экономических агентов.

Второй момент (координационный) оказывается побочным и зачастую непредвиденным результатом установления новой сис­ темы правил. Здесь мы вновь подошли к проблеме определения правил, по которым осуществляется разрешение распределитель­ ного конфликта. Появление их отчасти зависит от осуществления конституционного выбора, неотъемлемой частью которого явля­ ется институциональное проектирование (если речь идет о пред­ намеренном их формировании), либо от длительной процедуры проб и ошибок в процессе эволюции. В действительности два ме­ ханизма дополняют друг друга, позволяя говорить как о дискрет­ ности, так и о непрерывности в институциональной динамике.

Итак, если альтернативные издержки использования режима свободного доступа превысят величину трансакционных издер­ жек, то осуществляется институциональная трансформация в виде

301

изменения системы собственности. Здесь возможны три варианта институциональной реакции: формирование систем частной, ком­ мунальной и государственной собственности. Следует отметить, что каждый из них имеет свои сравнительные преимущества, ко­ торые являются важными детерминантами в процессе эволюции хозяйственных систем.

Возвращаясь к вопросу об особенностях построения институ­ циональных моделей, следует подчеркнуть, что в основу положе­ на сравнительная характеристика дискретных институциональных альтернатив, которая существует здесь в виде альтернативных систем собственности, а не векторов цен и количеств, подвер­ женных бесконечно малым изменениям и позволяющим говорить о равновесии на пределе.

§ 2. КОММУНАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ

Система свободного доступа существует тогда, когда каждый экономический агент, для которого данный ресурс обладает цен­ ностью, может им воспользоваться без согласия, предварительной договоренности об этом с другими агентами, без той или иной формы санкционирования своих действий (включая уплату ком­ пенсации). Сам процесс возникновения режима исключительно­ сти прав может принимать множество форм, о которых уже гово­ рилось выше. Однако принципиально важным является то, кто является обладателем исключительных прав. В соответствии с данным принципом если исключительными правами собственно­ сти на данный объект обладает только часть экономических аген­ тов из рассматриваемого множества, то возникает режим комму­ нальной собственности. Это значит, что набор правомочий, обра­ зующий право собственности, приобретает своего носителя в ли­ це определенной группы.

Система коммунальной собственности предполагает наличие момента исключительности относительно соответствующего на­ бора правомочий. Однако она распространяется лишь на тех эко­ номических агентов, которые не входят в рассматриваемую общ­ ность. Таким образом, отдельный человек обладает исключитель­ ными правами собственности только как член общины, следова­ тельно, в рамках отношения к членам других общин. Такая сис­ тема прав собственности имеет важные поведенческие последст­ вия, которые могут выражаться в разных формах.

Во-первых, если член данной общности (семьи, деревни, об­ щины и т.п.) не обладает, скажем, исключительным правом на

302

доход и распределение полученных продуктов осуществляется на основе уравнительного принципа, то в условиях неопределенно­ сти возникает проблема недоиспользования ресурса, поскольку каждый обладатель права на часть продукта будет рассчитывать на другого. Данная проблема тем острее, чем в меньшей степени человек идентифицирует себя с группой как целым. А степень идентификации зависит от того, в какой мере выживание группы в целом является условием выживания его отдельного члена. Если реальная зависимость велика, но она не осознается членами группы и соответственно не отражена в их ожиданиях, то, скорее всего, данная группа перестанет существовать.

Во-вторых, если принцип распределения будет установлен в соответствии с затраченными усилиями, то возникает проблема сверхиспользования ресурса, которая обусловливает нестабиль­ ность режима свободного доступа в случае возникновения и прогрессирования его исчерпания. Таким образом, в рамках комму­ нальной собственности может возникнуть эффект свободного доступа, что делает саму систему коммунальной собственности потенциально неустойчивой.

Первый и второй моменты отражают различные формы струк­ туризации взаимоотношений между членами группы по поводу ис­ пользования ограниченного ресурса. Сами по себе правила распре­ деления результатов использования ресурсов, как уже отмечалось Э.Остром, определяются правилами коллективного действия.

В-третьих, систему коммунальной собственности можно рас­ сматривать в терминах распределительной демократии, когда ре­ шение об использовании ресурса тем или иным способом опреде­ ляется посредством голосования, поскольку таким образом агре­ гируются предпочтения и возникает решение, которое в первом приближении можно рассматривать как выражение общественно­ го интереса. Сама процедура голосования является неотъемлемым элементом институционального устройства, предотвращающего возникновение рецидива свободного доступа и соответственно сверхиспользования ресурса внутри группы, с одной стороны, и проблемы безбилетника при обеспечении защиты данного ресурса от посягательств со стороны конкурирующих групп — с другой.

Однако это не значит, что данная система собственности не обладает сравнительными преимуществами. Во-первых, здесь от­ носительно ниже издержки по защите права собственности, чем для частной собственности, поскольку при обеспечении режима исключительности, направленного на аутсайдеров в других общи-

303

нах (групп экономических агентов), возникает эффект экономии на масштабе, в том числе связанный со специализацией части группы на обеспечении безопасности.

Во-вторых, система коммунальной собственности жизнеспо­ собна тогда, когда общность людей однородна (то есть их эконо­ мические интересы, если и не совпадают, то очень близки) и сравнительно невелика. Это возможно тогда, когда индивиды идентифицируют себя с тем целым, частью которого они являют­ ся, в мыслях, словах, поступках. Иными словами, оппортунизм как сильная форма эгоистического поведения (основанная на обособлении индивида от себе подобных) менее эволюционно эффективна, чем слабая форма — «послушание».

Последнее обстоятельство может значительно облегчить ре­ шение вопроса о рационировании доступа к редкому ресурсу или предотвратить оппортунистическое поведение в виде отлынива­ ния при наличии уравнительной схемы распределения, поскольку воспроизводство общности в целом оказывается неотъемлемой частью мотивации поведения человека. Агрегирование индивиду­ альных предпочтений посредством процедуры голосования позво­ ляет сэкономить на издержках оппортунистического поведения и соответственно снизить трансакционные издержки в целом.

Анализ коммунальной собственности позволяет выявить про­ блему поиска одного из фундаментальных компромиссов, связан­ ных с критериями отбора наиболее «эффективных» способов ор­ ганизации и поведения. Если рассматривать группы как объект анализа, то наиболее эффективным будет поведение человека в соответствии с собственными интересами (как показывают мно­ гочисленные эксперименты с повторяющимися играми, необяза­ тельно близоруко эгоистичное). Вместе с тем если принимать во внимание взаимодействие между группами, то при определенных условиях группа может быть более жизнеспособной, если условия ее выживания и благополучия являются аргументом в целевой функции отдельного члена рассматриваемой группы.

Чем больше численность, чем в большей степени группа ста­ новится разнородной, тем выше дифференциация экономических интересов, тем сложнее становится сохранить режим коммуналь­ ной собственности, тем сильнее неустойчивость эффективной коалиции по Бьюкенену. Он отмечает, что [Бьюкенен Дж., 1997, с.167-168]:

«По мере роста величины группы эти эффективные ограничения индивидуальных действий (необходимость симметричного распределения

304

выгод между членами доминирующей коалиции. — А.Ш.) ослабляются. Индивид будет оценивать ниже свой собственный вклад в эффективную коалицию и потому будет сильнее искушение отойти от распределения из набора F (варианты распределения выигрышей между членами груп­ пы, обеспечивающее формирование доминирующей коалиции. — А.Ш.)».

Это проявляется прежде всего в невозможности обеспечить принятие решения по взаимосвязанным вопросам путем простого голосования, поскольку в данном случае резко повышается веро­ ятность возникновения нетранзитивности общественных пред­ почтений, что при отсутствии соответствующих институциональ­ ных средств (в виде контроля над размером группы, ее однород­ ностью, а также порядком решения вопросов) и приводит к воз­ никновению проблемы цикличности голосования.

Система коммунальной собственности не исключает возмож­ ности передачи ее доли от одного человека к другому. В то же время в отличие от режима частной собственности эта передача может быть обусловлена специальными требованиями, которые напрямую связаны с условиями входа-выхода в (из) общности, которая является совокупным субъектом права собственности. Например, это может быть условие в виде согласия других членов производственного кооператива на передачу права другому лицу или определение совокупности свойств, которым должно соответ­ ствовать то или иное лицо. Данное условие может рассматриваться как часть процедуры выявления предпочтений нового участника для недопущения роста издержек принятия решений [Менар К., 1996, с. 56].

По мере роста группы людей, обладающих правами собствен­ ности (де-юре и де-факто), возрастают альтернативные издержки ее существования. Их рост обусловлен не только тем, что растет степень неоднородности группы, дифференциация предпочтений, ограничений, интересов, но и становится крайне затруднительно непосредственно осуществлять каждым дееспособным членом группы свои правомочия. В результате возникает институт предста­ вительства интересов. В качестве частного примера можно привес­ ти совет директоров в открытых корпорациях, который от имени акционеров решает наиболее важные вопросы между собраниями. Поскольку же интересы членов совета директоров и акционеров, с одной стороны, не могут совпадать, а с другой стороны, различие это существует в условиях неопределенности, то возникает про­ блема, известная в экономической литературе как проблема управ­ ления поведением исполнителя (principal-agent theory).

305

Хорошо известен железный закон олигархии [Уильямсон О., 1996, с. 421], в соответствии с которым:

«Это есть организация, которая порождает владычество избранных над избирателями, уполномоченных над уполномочившими, делегатов над делегировавшими».

Именно в изменении характеристик группы (увеличение чис­ ленности, разнородности и нестабильности) заложено основание аргумента о неустойчивости данного режима прав собственности и трансформации его либо в систему частной, либо государствен­ ной собственности. Реакцией на такую трудность являются уста­ новление свободного режима покупки и продажи титулов собст­ венности как свидетельства прав на долю имущества корпорации, переход от солидарной к ограниченной ответственности.

Поскольку здесь выделены два элемента трансакционных издер­ жек: обеспечение безопасности права собственности, а также издерж­ ки достижения соглашения и контроля за обеспечением его соблюде­ ния, можно определить оптимальный размер группы, обеспечиваю­ щей минимизацию средних трансакционных издержек (рис. 25).

АТС

T(N/...) A(N/...)

АТС2

АТС,

АТС*

D(N)

Рис. 25. Оптимальный размер группы:

АТС — средние трансакционные издержки (в расчете на одного человека), A(N) — удельные издержки достижения соглашения и обеспечения контроля за его выполнением членами группы, D(N) — удельные издержки обеспечения безопасности прав собственности от внешних посягательств; T(N) — суммарные трансакционные издержки; N* — численность группы, обеспечивающая миними­ зацию средних трансакционных издержек, АТС* — минимальные средние транс­ акционные издержки

306

Представленные зависимости могут быть объяснены следую­ щим образом. Если предположить, что давление со стороны групп постоянно, то общая величина издержек также может рассматри­ ваться как величина постоянная. Таким образом, средние, или удельные, издержки по мере роста численности данной группы снижаются. Если принятие решений в группе происходит на основе формирования решающих коалиций, например в форме простого большинства, то по мере роста численности группы количество коа­ лиций растет быстрее9. Это означает снижение вероятности участия в ней конкретного индивида. Например, если группа состоит из трех человек, то количество решающих коалиций равно 3, а вероятность участия каждого из индивидов хотя бы в одной из них 2/3. Если же численность группы равна 7, то количество решающих коалиций 35. Вероятность участия в решающей коалиции составит 4/7.

Если численность группы равна N,, то она меньше опти­ мальной, поскольку возможности экономии на масштабе при обеспечении безопасности прав коммунальной собственности бо­ лее чем компенсируют возрастание издержек принятия решения и обеспечения контроля. Наоборот, если численность группы равна N2, она превышает оптимальный уровень, поскольку теперь воз­ можности экономии на масштабе компенсируют рост издержек принятия решения и контроля лишь частично.

Предполагается, что функции издержек, определенные выше, обладают следующими свойствами:

dD/dN<0; d2D/dN2>0; dA/dN>0; d2A/dN2>0.

В качестве примера можно привести следующую модель: D = C/N,

где С — суммарные издержки защиты и обеспечения безопасно­ сти использования ресурсов от внешних посягательств;

A= bNx, х>1;

Т= D+A;

dT/dN = - C/N2 + bxN"-1 = 0;

9 В расчет принимаются только минимально эффективные решающие коалиции При N = 3 размер такой коалиции равен двум, при N = 7 — четырем и т.д Следу­ ет также учитывать, что в зависимости от используемого правила принятия реше­ ний изменяется не только численность коалиции при заданном количестве голо­ сующих, но и множество решающих коалиций

307

№ = (%x>X+1

N* оптимальная численность группы.

С помощью данной модели можно объяснить, какие группы оказываются в более выгодном положении, причем в данном слу­ чае вовсе не обязательно принимать предпосылку о сознательном выборе относительно численности, поскольку тот же результат может быть получен посредством эволюционного отбора. Следует также отметить, что выполнение условий минимизации удельных издержек не гарантирует выживания данной группы, если суще­ ствующие правила принятия решений и обеспечения контроля за их соблюдением не позволяют обеспечить минимизацию данных издержек на уровне, необходимом для выживания.

АТС

T(N,C„...)

A(N,...)

АТС*

АТС*

D'(N,C,...)

D(N,C0...)

N*„ N*.

Рис. 26. Оптимальный размер группы: сравнительная статика:

T'(N,C,...) — суммарные средние трансакционные издержки до изменения общих издержек обеспечения безопасности прав собственности от внешних пося­ гательств; T(N,C0...) — суммарные средние трансакционные издержки после уси­ ления конкуренции со стороны других групп; D(N,C0...) и D'(N,C,...) — средние издержки обеспечения безопасности прав от внешних посягательств соответствен­ но до и после усиления конкуренции со стороны других групп; A(N,...) — средние издержки достижения соглашения и обеспечения контроля; N*0, N*, — оптималь­ ные размеры группы до и после повышения издержек обеспечения безопасности прав собственности; АТС*, и АТС*2 — минимальные средние трансакционные издержки соответственно до и после усиления давления со стороны других групп

308

На основе метода сравнительной статики можно объяснить, как будет изменяться размер группы, если, например, возрастет конкуренция со стороны других групп. Это выразится в более вы­ соких издержках обеспечения безопасности от внешних посяга­ тельств. Аналогичных результатов можно добиться в том случае, если посредством постепенной адаптации вырабатывается специ­ фический механизм согласования предпочтений, снимающий проблему оппортунистического поведения ex post.

На рис. 26 отражены результаты усиления конкуренции меж­ ду группами за ограниченные ресурсы.

В качестве исторического приложения к возникновению ис­ ключительных прав коммунальной собственности как особого института можно предложить модель Д.Норта, изложенную в ра­ боте «Структура и изменение в экономической истории» (1981).

Данная модель позволяет показать, что возникновение ис­ ключительных прав (коммунальной) собственности стало важ­ нейшим условием изменения структуры стимулов, которые обу­ словили накопление практических знаний, что, в свою очередь, является неотъемлемым условием совершенствования технологии, роста отдачи от факторов производства и повышения уровня жизни. Данное событие интерпретировалось Д.Нортом как первая экономическая революция, в рамках которой произошло резкое изменение отношения численности населения к ресурсной базе. Аналогичные по значимости изменения происходили дважды, что соответствует двум экономическим революциям. Вторая эконо­ мическая революция — радикальное изменение ресурсообеспеченности населения, основанное на эластичном предложении но­ вых знаний, использовании капиталоемких технологий и соответ­ ствующих им форм экономической организации.

Вот что писал сам Д.Норт по поводу смысла первой эконо­ мической революции [North D., 1981, р. 89]:

«Первая экономическая революция не является революцией потому, что центр тяжести в экономической деятельности человека переместился с охоты и собирательства к оседлому сельскому хозяйству. Это было ре­ волюцией, поскольку переход обусловил для человечества фундаменталь­ ное изменение структуры стимулов».

Важно отметить, что вторая экономическая революция также может быть объяснена и осмыслена через изменение структуры стимулов.

309