Новая институциональная экономическая теория - Шаститко А.Е.

Контрактная проблема является двусторонней. Вот почему для объяснения преимуществ того или иного институционального соглашения рассмотрение его, с точки зрения одной из сторон, оказывается недостаточным. Основной проблемой для земельного собственника является оценка величины ожидаемой земельной ренты в случае контракта найма, выплаты фиксированной вели­ чины земельной ренты или части продукта в случае с издольщи­ ной. Основной проблемой наемного работника или арендатора оказывается оценка перспектив получения заработной платы с учетом возможностей экспроприации части земельной ренты или получения ее на основе контракта.

Наиболее очевидными кажутся преимущества контракта с самим собой. Однако здесь необходимо учитывать, во-первых, неопределенность, связанную с результатами работы, и, вовторых, издержки спецификации и защиты прав собственности. Если ожидаемый уровень дохода незначительно превышает тот уровень, который оказывается минимально необходимым для под­ держания хозяйства, а также издержки по защите прав собственно­ сти (например, в силу особых характеристик институциональной среды и локального окружения) достаточно высоки, то преимуще­ ства данной формы утрачиваются. Решить эту проблему можно за счет специализации на реализацию отдельных правомочий, кото­ рые будут сопряжены и с соответствующими издержками.

Землевладелец отвечает за предоставление права пользования землей, так что на него ложится ответственность за обеспечение безопасности данного права, а издольщик соответственно отвеча­ ет за эффективную реализацию права пользования. Однако в от­ личие от договора аренды или найма здесь возможно снизить из­ держки, связанные с неопределенностью (как для работни­ ка/арендатора, так и земельного собственника) посредством раз­ дела бремени риска.

Таким образом, определенный набор условий может сделать издольщину как форму институционального соглашения сравни­ тельно более эффективной. Вместе с тем, как только изменяется технология производства и возможности контроля над производ­ ством, издольщина может утратить свое значение.

В заключение следует отметить, что основания существова­ ния издольщины в условиях полной определенности и рацио­ нальности оказываются неопределенными, так же как основания для использования конкретной формы институциональной реак­ ции при возникновении внешних эффектов. Даже если предпо­ ложить наличие данного правила, то неиспользованные возмож-

480

ности взаимовыгодного обмена, состоящие в недопроизведенной земельной ренте, должны быть полностью исчерпаны. Таким об­ разом, контракт в условиях издольщины в соответствии с указан­ ными выше предпосылками должен быть полным.

§4. ДЕНЬГИ И ТРАНСАКЦИОННЫЕ ИЗДЕРЖКИ

Вразделе современной экономической теории, посвященном проблеме денег, основное внимание уделяется тому, каким обра­ зом формируется и как изменяется спрос на деньги, каков объем денежной массы и от каких факторов зависит ее объем. Это необ­ ходимо для объяснения условий равновесия в денежном секторе экономики и соответственно условий равновесия экономики в целом, а также функционирования «передаточного механизма», посредством которого изменения в денежном секторе влияют на условия равновесия в реальном, и наоборот.

Существенно меньше внимания во второй половине XX века уделяется вопросам, связанным с объяснением возникновения и существования денег, возникновения при этом различных согла­ шений. Отчасти это обусловлено тем, что многие вопросы счита­ ются решенными по умолчанию. Это относится к вопросу о при­ роде денег, который был предметом жарких споров на более ран­ них этапах развития экономической теории.

Действительно, теперь вряд ли можно рассчитывать на появ­ ление какого-то принципиально нового видения данной пробле­ мы, не имеющего аналогов в прошлом. Вместе с тем если учесть постановку проблемы в общем виде и ее систематическое разре­ шение как различные этапы развития теории, то все же можно говорить о новых элементах старой теории. В частности, исполь­ зование категорий трансакционных издержек и института позво­ ляет предложить интерпретацию данного феномена, не отвергая приемов анализа, используемых в рамках доминирующего на­ правления экономической теории.

В неоинституциональной экономической теории считается, что деньги появились как средство экономии на трансакционных из­ держках. В данном разделе мы выясним 1) почему именно деньги позволяют сэкономить на трансакционных издержках, 2) какая из вещей может реализовать (и реализует) функции денег13; 3) каковы преимущества и ограничения использования различных форм денег.

Постановка данного вопроса важна потому, что деньги — явление обществен­ ное Формы их существования выражают социальную и экономическую структуру общества, в котором они используются [Харрис Л , 1990, с. 81—82]

481

Для того чтобы отделить первый вопрос от второго, необхо­ димо отметить, что объяснения использования денег и историче­ ского процесса их возникновения нетождественны. Тому доказа­ тельство — модель А.Алчиана, с помощью которой объясняется экономия на издержках измерения качества благ в случае обмена правами (см. главу 8). В данном разделе будет рассмотрен альтер­ нативный вариант объяснения существования денег и сопостав­ лен с объяснением данного феномена в эволюционной эко­ номической теории.

Возможность экономии на трансакционных издержках и со­ ответственно решения проблемы, отраженной в чистой коорди­ национной игре, могут быть представлены с помощью модели, предложенной Р.Клауэром, позволяющей сравнить организацию обменов в бартерной и денежной экономике.

Предположим, что в экономике производится и обменивает­ ся четыре типа товаров. Тогда бартерным будет считаться такое хозяйство, в котором действует принцип непосредственной обмениваемости любого товара на любой товар. В денежном хозяйстве обмен организуется через особый товар — деньги. Вот почему в денежном хозяйстве существует единая общезначимая форма вы­ ражения ценности товара. Это вполне соответствует определению денег, предложенному К.Марксом [Маркс К., 1983, с. 140]:

«Товар, который функционирует в качестве меры стоимости, поэто­ му также, непосредственно или через своих заместителей, и в качестве средства обращения, есть деньги».

Теоретически бартерный обмен может быть организован раз­ ными способами. Во-первых, люди, обладающие тем или иным видом товара, могут расходовать время на то, чтобы найти контр­ агента, который обладает соответствующим товаром и нуждается в том товаре, которым обладает первый индивид. Вот что по по­ воду первой формы организации бартерного обмена говорит К.Менгер [Менгер К., 1992, с. 218-219]:

«Редко бывает действительно такого рода совпадение, чтобы благо, находящееся в распоряжении одного лица, представляло для него мень­ шую потребительную ценность, чем другое, принадлежащее другому субъекту благо, и в то же время, чтобы для последнего лица отношение оценок было обратным; еще реже случается, что при наличии такого со­ отношения эти два индивида фактически встречаются друг с другом».

Во-вторых, для организации прямого обмена могут быть созда­ ны прилавки, которые позволяют сэкономить на издержках поиска,

482

но в то же время требуют расходования ресурсов на свое содержа­ ние. Это значит, что для обеспечения обмена должны существовать прилавки для каждой пары обменивающихся товаров (табл. 28). Для обмена товара А на товары Б, В, Г должны быть созданы три при­ лавка (обмен товара А на товар А не рассматривается как условие существования дополнительного прилавка).

Таблица 28

Бартерное хозяйство

Примечание: О — разрешенные обмены между прилавками; (+) — обмены в пре­ делах прилавка

Всего для обеспечения обмена в экономике с четырьмя това­ рами потребуется шесть прилавков. В случае, если в экономике производится N товаров, необходимо создать N(N—1)/2 прилав­ ков. Например, экономика, в которой производится 100 наимено­ ваний товаров, сможет нормально функционировать в том случае, если обмен будет обслуживать 4450 прилавков.

В отличие от экономики бартерного обмена денежному хо­ зяйству с N товарами (в том числе деньгами) требуется (N—1) прилавков (табл. 29). В предложенной ниже таблице эту функцию выполняет товар А.

Таблица 29

Денежное хозяйство

Примечание. (—) — «запрещенные» обмены

В случае использования денег структура матрицы обменов изменяется, поскольку в ней появляются клеточки, которые соот­ ветствуют «запрещенным» обменам. Это означает, что сущест­ вующие правила (формальные и/или неформальные) таковы, что делают данные обмены слишком дорогостоящими для экономи-

483

ческих агентов. В частности, товар В уже не обменивается непо­ средственно на товар Б (третья строка второго столбца).

В соответствии с моделью, предложенной Клауэром, деньги при прочих равных условиях позволяют сэкономить на трансакционных издержках, сокращая количество обменных пунктов и упрощая схему обмена. В частности, если содержание одной лав­ ки обходится в М единиц блага А, общая величина экономии на трансакционных издержках составит

Е = MN(N - 1)/2 - M(N - 1),

или

Е = M(N - 2)(N - l)/2.

Нетрудно заметить, что величина экономии на трансакцион­ ных издержках возрастает по мере увеличения разнообразия про­ изводимых товаров:

dE/dN = M(2N - 3)/2 >0, так как N 2r 214.

Важно также и то, что экономия растет быстрее, чем количе­ ство товаров, так как d2E/dN2 = М > 0. Если только М как из­ держки по содержанию прилавка (напомним, что речь идет об альтернативных издержках) равны нулю, то основание использо­ вания денег в данной модели исчезает.

Поскольку многообразие товаров является следствием разви­ тия общественного разделения труда, а общественное разделение труда (и соответственно специализация), в свою очередь, — спо­ соб снятия проблемы ограниченности ресурсов, деньги также можно рассматривать как средство расширения производственных возможностей общества и фактор экономического роста. Однако такой вывод следует делать с оговорками, поскольку функцио­ нальной зависимости экономического роста от количества денег, обладающей свойствами монотонности, может и не существовать.

Какая именно из вещей является деньгами? Для ответа на данный вопрос полезно вновь обратиться к идеям, сформулиро­ ванным К.Менгером в «Основаниях политической экономии» [Менгер К., 1992, с. 219-220]:

Данное выражение не является корректным с математической точки зрения (поскольку экономия на трансакционных издержках как функция от количества товаров не является непрерывной) и служит лишь иллюстрацией общей идеи.

484

«...Экономический интерес отдельных хозяйствующих индивидов приводит по мере развития понимания ими этого интереса без всякого соглашения, без законодательного принуждения, без всяких даже сооб­ ражений об общественном интересе к тому, что индивиды отдают свои товары в обмен на другие, обладающие большей способностью к сбыту, несмотря на то, что для непосредственных целей потребления они в них не нуждаются. Так возникает под мощным влиянием привычки то на­ блюдаемое всюду при росте экономической культуры (развитие преду­ смотрительной деятельности и соответствующего образа мышления) яв­ ление, что известное число благ и именно те, которые обладают в смысле времени и места наибольшей способностью к сбыту, принимаются в об­ мен каждым и поэтому могут быть обменены на всякий другой товар.

Такие блага предки наши называли Geld — деньгами от слова «gelten» — «исполнять», «платить», почему «Gelten» на немецком языке означает платежное средство вообще».

Ксказанному следует добавить, что наибольшей способностью

ксбыту могут обладать блага, потребность в которых является наи­ более широко распространенной и стабильной для экономических агентов, вступающих в обмен. Этот момент необходимо учитывать для объяснения возникновения и эволюции форм денег.

Вповседневной жизни осуществляется великое множество

обменов, в которых конкретное благо (машины, зерно, нефть и т.п.) обмениваются на кусочки бумаги, которые, в свою оче­ редь, являются основанием для получения других кусочков бума­ ги. В частности, на двадцатифунтовой банкноте можно найти надпись: «I promise to pay the bearer on demand the sum of twenty pounds». Таково обещание Банка Англии заплатить держателю данной банкноты по первому требованию сумму, равную двадца­ ти фунтам. Вместе с тем обещанные двадцать фунтов — это те же кусочки бумаги, на которых даны аналогичные обещания. Един­ ственное отличие состоит в том, что в обмен на ветхую купюру можно получить новую. Тем не менее люди принимают их как уплату за оказанные услуги и поставленные товары. Почему так происходит? Следует ли из такой интерпретации ситуации вывод о том, что люди — нерациональны? Эти вопросы задавали в про­ шлом и будут задавать в будущем, заменяя разве что слова «клоч­ ки бумаги» на «запись на электронных счетах».

Для большинства (но не всех) народов деньги, которые сей­ час ассоциируются с банкнотами, стали таковыми лишь в резуль­ тате эволюционного отбора стратегий поведения игроков в систе­ ме обмена. Речь прежде всего идет о возникновении системы до-

485

верия, которая позволяет принимать в обмен на конкретное благо кусок бумаги, поскольку любой другой готов будет принять ее в обмен на конкретное благо. Таким образом, существенное значе­ ние имеет определенная характеристика ожиданий, связанная с использованием данного клочка бумаги, что имеет важные пове­ денческие следствия. С этой точки зрения решения, принимае­ мые экономическими агентами, могут считаться вполне рацио­ нальными.

В историческом плане многие вещи15, выполнявшие функции денег, одновременно были и конкретными благами. Вот почему их называли еще товарными деньгами. Эти функции в разное время в разных странах выполняли какао-бобы, скот, сигареты, водка, ножи, соль, золото, серебро и т.п. Выполнение двойной функции давало определенные преимущества. Если деньги нельзя было использовать по какой-либо причине по прямому назначе­ нию, то есть как средство обращения или средство платежа, то данные вещи вполне могли быть потреблены как конкретные блага. Иными словами, если человек отказывался в обмен на свои услуги получить определенное количество зерна, сигарет или зо­ лота, то данные вещи использовались как конкретные блага. Тем самым обладатель денег оказывался отчасти застрахованным от оппортунистического поведения потенциальных контрагентов. В связи с этим следует вновь обратить внимание на степень распро­ странения и стабильности потребности в данном благе среди эко­ номических агентов, участвующих в обменах.

С этой точки зрения становятся очевидными как преимуще­ ства, так и ограничения на использование различных форм то­ варных денег. Большинство благ были локальными и поэтому не могли служить средствами расчетов в случае распространения об­ менов на более обширные территории. Вот почему естественные свойства товарных денег по мере их использования в расширяю­ щейся сети обменов стали фактором, обусловившим преимущест­ ва благ, обладающих следующими природными свойствами:

1)однородность; 2) делимость; 3) хранимость; 4) портативность;

5)высокая ценность. В наибольшей мере данным свойствам отве­ чали золото и серебро.

15 Здесь речь идет именно о многих, но не обо всех вещах. Известно, что функцию денег в различные периоды истории выполняли объекты, которые могли и не иметь очевидного альтернативного применения. В частности, речь идет о «камен­ ных деньгах» с острова Яп (в Тихом океане) Однако важно отметить, что ликвид­ ность данной формы денег была ограничена «социальными платежами», например в случае свадьбы

486

Несмотря на преимущества использования товарных денег по сравнению с бартером, возникают и очевидные ограничения. Они обусловлены тем, что по мере использования в качестве средства обращения товарные деньги утрачивают свою ценность, поскольку их качество как благ, обладающих непосредственной полезностью, снижается. Альтернативная форма организации обмена состоит в том, что непосредственно из рук в руки переходят не золотые и(или) серебряные монеты, а клочки бумаги, являвшиеся, в частности, расписками золотых дел мастеров о готовности обменять данную расписку на определенное количество золота. С другой стороны, по мнению К.Маркса [Маркс К., 1983, с. 136]:

«Если само обращение денег отделяет реальное содержание монеты от номинального содержания, отделяет его металлическое бытие от функционального бытия, то в нем уже скрыта возможность заменить металлические деньги в их функции монеты знаками из другого материа,- ла или простыми символами».

Однако, если бумажные деньги никто не будет принимать в обмен на товар и услугу, сможет ли быть реализовано данное но­ вовведение? Вряд ли. Вот почему для введения в систематический оборот бумажных денег потребовался длительный период сущест­ вования порядка, когда держатели бумаги с обозначенной выше надписью могли получить взамен деньги, но которые обладают и непосредственной полезностью или могут обладать таковой в слу­ чае трансформации (что невозможно в случае с бумажными день­ гами). Сформулированный выше вопрос следует соотнести с про­ блемой, возникающей из различия условий производства золота (серебра) и бумажных денег. Если эластичность предложения зо­ лота или серебра как денег определялась условиями производства в соответствующих отраслях, то эластичность предложения бу­ мажных денег с точки зрения технологии производства стремится к бесконечности. Вот почему принципиальное значение имеют институты, которые ограничивают возможности расширения бу­ мажной денежной массы, не соответствующей динамике реально­ го сектора экономики.

В связи с этим необходимо упомянуть два принципиально различных подхода к организации системы обращения на основе использования бумажных денег. Первая система предполагает монополию государства на выпуск банкнот и монет, служащих законным средством платежа. Данная система, безусловно, явля­ ется доминирующей. Другой вариант состоит в конкурентном

487

предложении частных денег независимыми банками. Наиболее из­ вестным примером такой формы организации была банковская система Шотландии начала XIX века. Современные денежные тео­ рии, рассматривающие условия равновесия в денежном секторе экономики, исходят из монополии государства на производство денег как из готовой предпосылки. Даже представители монета­ ристского направления в экономической теории не ставили под вопрос эффективность системы монопольного предложения де­ нег, а лишь пытались выработать комплекс мер, минимизировав­ ших негативные последствия ее существования. Вот что по этому поводу пишет Ф.Хайек [Хайек Ф.А., 1996, с. 59], лауреат Нобе­ левской премии по экономике, автор книги «Частные деньги»:

«.. Когда изучаешь историю денег, не перестаешь удивляться тому, как долго люди мирились с правительствами, которые в течение 2000 лет пользовались исключительной властью для того, чтобы постоянно экс­ плуатировать и обманывать их. Это можно объяснить только тем, что миф о необходимости правительственной прерогативы укоренился на­ столько прочно, что даже профессиональным исследователям... не при­ ходило в голову когда-либо поставить его под сомнение. Но стоит только усомниться в истинности существующей доктрины, как становится ясно, на какое непрочное основание оно опирается».

Вместе с тем представляется важным понять, что послужило основой создания монополий на производство денег и почему она продолжает сохраняться несмотря на то, что стали очевидными многочисленные «провалы» данной системы. Отчасти появление монополизированной системы предложения денег можно объяс­ нить через способ решения проблемы измерения качества драго­ ценного металла, использовавшегося в обмене. Дело в том, что изначально правительство не столько изготавливало деньги, сколько удостоверяло массу и качество материала, использовав­ шегося как деньги [Хайек Ф.А., 1996, с. 52]. Унифицированная система удостоверения качества обладала значительным потен­ циалом экономии на масштабе, с одной стороны, и могла рас­ сматриваться как основание сетевого внешнего эффекта, позво­ лявшего экономическим агентам экономить на издержках полу­ чения информации, — с другой.

Однако систематическая реализация функции агента по удо­ стоверению качества денежного материала создает возможность сформировать систему предложения денег, в которой любая их форма должна удостоверяться государством, в том числе и бу-

488

мажные свидетельства на право получения соответствующего количества денег. Ф.Хайек [Хайек Ф.А., 1996, с. 61] отмечает, что:

«Некоторые из первых банков в Амстердаме и других местах обяза­ ны были своим появлением попыткам купцов обеспечить себя стабиль­ ными деньгами. Однако укрепившийся абсолютизм вскоре подавил все усилия, направленные на создание негосударственных денежных единиц. Вместо этого он покровительствовал развитию банков, выпускавших банкноты, выраженные в официальных правительственных деньгах».

Данный тезис позволяет проиллюстрировать на примере ста­ новления денежной системы идею о двойственной, координаци­ онно-распределительной природе институтов. В данном случае функции государства, призванные снизить издержки обмена, обернулись созданием монополизированной системы предложе­ ния денег, позволявшей группам, контролирующим государство, извлекать из этого выгоды в ущерб возможностям экономическо­ го роста и развития.

Основная опасность монополии предложения денег состоит в том, что покупательная способность законного платежного сред­ ства может оказаться непредсказуемой. Последнее не позволяет экономическим агентам согласовывать свои ожидания, что обес­ ценивает планы, особенно долгосрочные. Тем самым воспроизво­ дится основание для «бартеризации» экономики и автаркических тенденций.

Можно, конечно, предположить, что денежные власти будут благотворительными и честными. Однако история показывает об­ ратное: существует множество исторических свидетельств, указы­ вающих на многократные злоупотребления данной властью. Эти злоупотребления порождают особенно опасный сетевой отрица­ тельный внешний эффект, который выражается в подрыве основ социального контракта, на базе которого только и может сущест­ вовать данная система. Подверженность же оппортунистическому поведению связана с тем, что форма, в которой существуют день­ ги, — это системно-специфический актив, поскольку его нельзя использовать иначе как средство обращения. (Точнее, если его нельзя использовать как средство обращения, то все остальные функции оказываются бессмысленными.) Кроме того, в инфля­ ционной игре издержки последней распределяются между всеми игроками, тогда как выгоды присваиваются частью, что порожда­ ет дополнительные стимулы к злоупотреблениям.

489