17. Неолиберализм

    1. Чикагская школа неолиберализма

Неолиберализм возник почти одновременно с кейнсианством в 30-е годы как самостоятельная система взглядов на проблему государственного регулирования экономики.

В теории и на практике неолиберализм основывается на идее приоритета условий для неограниченной свободной конкуренции не вопреки, а благодаря определенному вмешательству государства в экономические процессы. Кейнсианство требует активного государственного вмешательства в экономику. Неолиберализм – относительно пассивного государственного регулирования.

Наиболее крупные центры неолиберализма в Германии, США и Англии соответственно называются Фрайбургская, Чикагская и Лондонская школы.

Основные принципы неолиберализма:

• либерализация экономики;

• использование принципов свободного ценообразования;

• ведущая роль в экономике частной собственности и негосударственных хозяйственных структур.

Роль государства в регулировании экономики неолибералы видят в функциях «ночного сторожа» или «спортивного судьи». Кредо неолиберализма прекрасно выразил Л. Эрхард (1897-1977): «Конкуренция везде, где возможно, регулирование - там, где необходимо».

В США, как отмечалось выше, альтернативой кейнсианству ста­ла так называемая Чикагская школа неолиберализма, монетарные идеи которой зародились в стенах Чикагского университета еще в 20-е гг. XX в. Однако самостоятельное, а тем более, лидирующее значение в неолиберальном движении американский монетаризм по­лучил в конце 50-х  – начале 60-х гг. с появлением ряда публикаций М. Фридмена (род. в 1912 г,), ставшего в 1976 г. нобелевским лауреатом по экономике. Последний и его сподвижники кейнсианским неденежным факторам (например, инвестиции) предпочли именно денежные факторы.

Первые достаточно серьезные сомнения в необходимости, как выразился М. Блауг, «упрощенных экономических рекомендаций политикам, типичных для времен кейнсианской революции», вкра­лись в экономическую науку с появлением выведенной в 1958 г, А.У. Филлипсом эмпирической кривой, характеризующей связь между ежегодным процентным изменением заработной платы в денежном выражении и уровнем (долей) безработицы в Англии за период с 1861 по 1913 г.

О последней М. Блауг пишет, что она оказалась тем открытием, которое «сразило наповал прежний кейнсианский идеал полной занятости без инфляции в качестве цели экономической политики. Стабильность цен и безработица оказались несовместимыми, кон­фликтующими целями: уменьшение безработицы достижимо толь­ко ценой ускоренной инфляции, а уменьшение инфляции обычно предполагает увеличение безработных. Таким образом, прежняя надежда на одновременное достижение устойчивых цен и полной занятости уступила место понятию выбора между стабильностью цен и полной занятостью».

М. Фридмен и его коллеги на основе исследований вокруг «конструкции» кривой Филлипса пришли к заключению, что эта кри­вая далеко не стабильна, особенно с учетом ситуации в экономике многих стран мира в конце 60-х гг., когда рост инфляции, вопреки «логике» этой кривой, сопровождался не снижением, а ростом без­работицы, и затем – в начале 70-х г.г. – наблюдался даже одновре­менный рост и инфляции, и безработицы.

М. Фридмен предпринял попытку возродить приоритетное зна­чение денег, денежной массы и денежного обращения в эконо­мических процессах. Его монетарная концепция, апробированная при Никсоне в 1969 – 70гг., имела наибольший успех при Рейгане, ослабила инфляцию при реальном укреплении доллара, а эта политика получила название «рейгономика».

Новизна концепции государственного вмешательства в эконо­мику, по Фридмену, состоит в том, что оно, в отличие от кейнси­анской концепции, ограничивается жесткой денежной политикой. Последняя тесно связана с фридменовской «естественной нормой безработицы», достигаемой посредством постоянного и стабильного темпа роста количества денег в размере 3 – 4% в год независимо от состояния конъюнктуры (учитывая средние темпы роста валового национального продукта США за ряд лет, по которым устанавли­вается максимально возможный уровень национальной экономи­ки).

Концепция М. Фридмена о «естественной норме безработицы» (ЕНБ) основывается как на институциональных, так и на зако­нодательных детерминантах (имея в виду под первыми, например, профсоюзы, а под вторыми – возможность, к примеру, принятия закона о минимальном уровне заработной платы). Она позволяет обосновывать минимальный уровень безработицы, при котором в течение определенного периода инфляция будет невозможна. По мнению М. Блауга, «ЕНБ, к которой постоянно возвращается эко­номика, – это современная монетарная версия старой классичес­кой доктрины строго пропорционального отношения между коли­чеством денег и ценами в долгосрочной перспективе; «якорь», ко­торый удерживает процентную ставку в устойчивом положении...».

В целом неолиберальные идеи государственного регулирования экономики возобладали над кейнсианскими начиная, примерно, с 70-х гг., когда для многих стран постоянными стали нарастающие инфляционные процессы, дефицит государственного бюджета, без­работица. Неолибералы поставили в вину кейнсианцам (и неокейнсианцам) разросшиеся масштабы государственного сектора эконо­мики, ограничение условий для свободной конкуренции, сокра­щение инвестиций в важнейшие сферы экономики, вопреки «обе­щаниям», что «их эффект распространяется с мультиплицирующей силой и еще более усиливается акселерато­ром». Наглядным проявлением приоритета неолиберализма над кейнсианством в 70 – 80-е гг. является планомерная по соответству­ющим многолетним программам денационализация многих отрас­лей хозяйства, находившихся ранее в сфере государственной экономики.