Примечания

1. Donald С. Freeman. 'According to my bond': Ring Lear and re-cognition // The Stylistics Reader: From Roman Jakobson to the Present. - London, New York, Sydney, Auckland, 1996. - P. 280.

2. B.H. Телия. Метафора как модель смыслопроизводства и ее экспрессивно-оценочная функция // Метафора в поэтическом тексте. - М.:Наука, 1988. - С. 96.

3. П. Рикер. Живая метафор а//Теория метафоры. - М.: Прогресс, 1990. -С.416.

4. М. Блэк. Метафора // Теория метафоры. - М.: Прогресс, 1990. - С. 167.

Е.А. Пугачева, Е.С. Гриценко

Лексические индикаторы смысловых доминант в психологических новеллах э.По

(Статья опубликована в сборнике «Теория и практика германских и романских языков: Материалы II Всероссийской научной конференции». Часть I. – Ульяновск 2001. С. 29 – 31)

Художественное произведение представляет собой систему взаимо­связанных и взаимообусловленных элементов. Раскрытие их смысловой значимости возможно лишь при рассмотрении высказывания как неразрывного единства формы и содержания. Форма и содержание обусловливают двой­ственную природу литературного произведения: эстетическую, с одной стороны, и языковую - с другой. У каждого писателя существует свой индивидуальный "набор" экспрессивных средств, необходимый для достижения желаемого эффекта. Символика каждого произведения обусловлена художественной и нравственной личностью автора, его неповторимого образного мира.

В психологических новеллах Э.По большое внимание уделено выбору лекси­ки: для По это средство достижения основной цели - единства впечатления. Имен­ные и глагольные лексемы представлены примерно в соотношении три к одному. Столь очевидный сдвиг в сторону номинативности связан с постоянным введе­нием в повествование всевозможных описательных зарисовок- пейзажей, портре­тов, а также с отсутствием практических действий героев. Персонажи По предпо­читают созерцать, а не действовать, в связи с чем наиболее широко представлена группа глаголов, характеризующих психофизическое состояние персонажей: to die, to excite, to appall, to exist, to faint, to suffer, to hesitate, to awe и т.п. У По есть также свои предпочтения в семантической сфере; концентрируя внимание на психологических переживаниях человека, он использует определенные смысловые группы, наиболее ярко подчеркивающие эмоциональное напряжение.

В психологических новеллах По можно выделить ряд смысловых доминант, которые отражают темы, преобладающие в творчестве автора. Наиболее характерными являются следующие семантические поля:

• Поле мрака и ужаса (наиболее частотное) - spasmodic, awe, wo, monstrosities, to groan in anguish, torture, evil, fear, anomalous, abhorrence, phantasm, aghast',

• Поле смерти - morbid, charnel, hue of the grave, funeral pall, the shadow of a shade, sarcophagi, agony, dissolution, cerements, cadaverousness, entombment;

• Поле болезни malady, sickness, cure, disorder, deficiency, remedy, sufferance, pallid, ill;

• Поле света - radiant, Luminous, shone, blazed,, radiance, effulgence, glow;

• Поле радости - triumph, delight, splendour, glamour, glorious.

Наибольшая частотность лексем, принадлежащих полям ужаса и смерти, отражает восприятие героями окружающего мира и происходящих с ними собы­тий. Поле болезни примыкает к полю смерти, так как у По излечимых болезней не бывает, и к тому же отражает не столько физическое, сколько психическое расстройство. Лексемы света разделяются на два типа: radiance, lambent, luminous относятся к типу чистого, непорочного света, в го время как blazed, lustre, glow к типу неестественного потустороннего света. Поле радости выступает в основном контрастом к первым двум полям: переход от света к мраку, от белого к черному у По осуществляется внезапно, а иногда эти два цвета соседствуют не смешиваясь, подобно инь-яну.

Художественная речь Э. По изобилует эпитетами; в его произведениях практически нет существительных, которые не сопровождались бы ими. Эпите­там в художественном субъязыке По свойственны две характерных особенности. Во-первых, они многократно повторяются, причем с определенными существи­тельными: unutterable horror (woe); melancholy eyes (view); disordered fancy (imagi­nation). Подобная избирательная последовательность подчеркивает и усиливает впечатление, создаваемое описанием. Во-вторых, все эпитеты у По имеют либо положительную или отрицательную коннотацию, вследствие чего описание нередко становится гиперболизированным. Так, в портрете Лигейи все идеально -marble hand, skin rivaling the purest ivory, harmoniously curved nostrils, jetty lashes of great length, thrilling and enthralling eloquence of her low musical language, sweet mouth - и это наводит на мысль, что описание отражает восхищение рассказчика своей возлюбленной, а не реальные факты. Другая крайность - пейзаж, открывающий новеллу "Падение дома Ашеров", где использованы исключи­тельно эпитеты с отрицательной коннотацией - dull, dark, and soundless day , clouds hung oppressively low; singularly dreary track, melancholy House; insufferable gloom, bleak walls; vacant eye-like windows, decayed trees. Подобное описание угнетает и создает мрачный настрой с первых страниц.

В новеллах По предпочтение отдается двум типам эпитетов. Метафорические эпитеты (jetty eyelashes, luxurious smoothness, marble hand, sullen waters, melancholy House, lurid tarn и др.) подчеркивают эмоциональное отношение автора к описываемым предметам и создают целостную картину описания, будь то безупречная красота Лигейи или гнетущий пейзаж дома Ашеров и его окрестностей. Метафоры у По разнообразны - во многих перенос основан на сходстве цвета (см. ниже). В описании дома Ашеров метафора носит характер олицетворения, приписывая пейзажу и дому психологические качества живого существа. В портретных описаниях основой переноса является восприятие автора: тактильное (wild gossamer texture); звуковое (hollow-sounding enunciation); визуальное (radiant palace).

Цветовые эпитеты, включающие как переносные, так и прямые наимено­вания, можно подразделить на несколько групп, за каждой из которых стоит определенное понятие или образ.

Группа черно-белого и красного цветов символизирует смерть во всех ее проявлениях (тьма-чернота, мертвенная бледность и цвет крови):

• портрет Лигейи, красота которой мертвенна - ivory skin, raven-black tresses, pale fingers became of the transparent hue of the grave;

• Победителя-Червя - blood-red thing;

• потустороннюю жидкость, после которой умирает Леди Ровена - ruby-colored fluid;

• пейзаж дома Ашеров и сам дом - white trunks of decayed trees, black tarn, black oaken floor, encrimsoned light, blood-red moon;

• портрет самого Ашера - cadaverousness of complexion, pallid lips, ghostly pallor of the skin;

• изображение замка с привидениями - red-litten windows, pale door.

• Маску Красной Смерти и комнату, в которой она появляется - a deep blood color, a gigantic clock of ebony, black chamber, scarlet horror, white habiliments of the grave.

Группа серых тонов символизирует упадок и создает гнетущее впечатление в описании вступительного пейзажа в "Падении дома Ашеров" - gray sedge, gray wall, leaden-hued vapour, discoloration of ages.

Все остальные цвета используются для создания контраста с выше­указанными группами и символизируют жизнь.

Многообразие образных эпитетов является одной из самых характерных черт творчества Э. По.

Н. М. Гатаулина, Е.С. Гриценко