Insanity поставлена и решена у нас как проблема

среды; оздоровление среды сделалось основой воспитательной

практики в этой области. В последние годы европейская научная и

педагогическая мысль подходит к такому же пониманию этой

проблемы. На первом немецком конгрессе по лечебной педагогике

(1922) в докладе «Психопатия и беспризорность»* на основании

исследования значительного детского материала сделан вывод,

что психопатичность играет незначительную роль среди факторов

и причин детской беспризорности, правонарушений и пр. Среди

* В группу беспризорных включаются различные типы детей—правонарушители,

трудновоспитуемые, беспризорные. В общем, состав этой группы довольно полно

охватывает категорию так называемых морально дефективных.

151

исследованных детей не нашли такой группы характеров, которая

бы сама по себе, вследствие психопатии, была предопределена и

обречена на беспризорность. Только о детях, число которых

ничтожно, делается осторожная оговорка.

На том же конгрессе в чисто теоретическом докладе «О

дефектах воли с точки зрения нормальной психологии» впервые

со всей решительностью отвергается концепция moral insanity как

душевной болезни. Докладчик говорил, что всякий раз, когда речь

идет о недостатке воли, выражающемся в выпадении тех или

иных ценностей или оценок, например мотивов поведения, причи-

ну надо искать не во врожденном дефекте воли или извращении

отдельных функций, но в среде и воспитании, которые не

установили требуемых оценок. Докладчик отмечал, что moral

Insanity следует понимать не как извращение чувств, но гораздо

проще — как недостаток нравственного воспитания индивида. По

мнению докладчика, иногда не стали бы выдавать эти проявления

за душевную болезнь, если бы составили сводку всех тех

выпадений «мотивов ценности», которые встречаются у нормаль-

ных людей. Один «невосприимчив» к эстетическим ценностям,

другой к общественным и т. д., т. е. каждый индивид имеет свою

moral insanity. В последнее время (1927) в защиту подобного же

понимания этической дефективности выступил М. Вертгаймер,

один из основоположников популярного в современной психоло-

гии направления — структурной психологии. Это психологическое

течение исходит из целостного понимания психической жизни и

психического развития. Психологическое явление представляет

всегда, согласно этому взгляду, не простую сумму отдельных

частей или составных элементов, но единое целое, имеющее свои

закономерности и свойства, не выводимые из законов и свойств

элементов. Это целое определяет свои части, а не наоборот; это

целое, но типу которого строится всякий психический процесс,

называют образом или структурой (Gestalt). Поэтому при изуче-

нии следует ІГсходить от целого, а не от частей.

Теория целостного подхода к изучению психологии привела ее

сторонников к необходимости понимать ребенка в связи со

средой. Напомним, что и у нас принципом целостного подхода

мотивировалось требование изучать ребенка, не отрывая его от

среды, в которой он растет и развивается. В частности, подобного

же подхода к морально дефективному ребенку придерживается

проф. С. С. Моложавый3. и другие. Ребенок, принадлежащий к

определенному психопатическому типу, говорит Моложавый, про-

являет грубость, небрежность, эгоизм, направленность всех инте-

ресов на удовлетворение элементарных потребностей, неинтелли-

гентность, мало живости, пониженную чувствительность к боле-

вым раздражениям и т. д. В этом видят черты этической

дефективности, или moral insanity, которые с рождения обрекают

ребенка на асоциальное поведение. И это кажется правдоподоб-

ным, если рассматривать поступки ребенка в отдельности, сводить

их в те или иные «свойства», а из свойств составлять характер.

152

Опыты с перемещением таких детей в другую, лучшую среду

показывают, что в новом целом все свойства нередко приобрета-

ют совсем иной вид, дети становятся мягкими, любезными,

живыми, уживчивыми. Часто оказывается, что мы имели дело с

детьми, у которых особо повышенная чувствительность, а наблю-

давшееся понижение чувствительности есть не что иное, как

защитная реакция, самооборона, биологический защитный пан-

цирь против болезненных воздействий среды.

Советские психологи й педагоги с чувством удовлетворения

отметят назревающий за границей пересмотр учения о моральной

дефективности и увидят в этом еще одно доказательство правиль-

ности того пути, на который встала в этом вопросе наша

педагогика,—пути, намеченного в резолюциях II съезда по

социально-правовой охране несовершеннолетних (1924): деление

ребят на нормальных, сказано в этих резолюциях, морально

дефективных, этически дефективных, этически отсталых и т. д.

съезд признает недопустимым. Остановиться на этом перекрестке

советской и иностранной педагогике нужно, однако, не только для

того, чтобы почерпнуть новое научное подтверждение давно нами

принятого и проводимого в жизнь решения, но и для того, чтобы

сравнить свой опыт с иностранным, проверить себя чужим

примером и опытом, что столь необходимо для закрепления

революционной реформы и постановки собственной научной

работы.

153

К ВОПРОСУ О ДИНАМИКЕ

ДЕТСКОГО ХАРАКТЕРА1

1

В психологической теории и в педагогической практике самая

постановка вопроса не оставляла места для учения о детском

характере, о развитии и процессе его становления. К этому

вопросу подходили статически и рассматривали характер как

устойчивую и постоянную величину, всегда равную самой себе,

наличную и данную. Характер понимали как статус, а не как

процесс, как состояние, а не как становление. Классическую

формулу этого традиционного воззрения дал Т. Рибо, выдвинув-

ший два условия, необходимых и достаточных для того, чтобы

установить понятие характера: единство и стабильность, под

которыми он подразумевал единство во времени. Истинный

признак характера, по Рибо, то, что он появляется в раннем

детстве и остается постоянным в течение жизни; настоящий

характер врожден.

В последнее время статический взгляд на характер нашел

законченное и полное выражение в теории Э. Кречмера, который

рассматривает характер в связи со строением тела, как психиче-

скую конструкцию наряду с соматической. И та и другая, т. е.

строение тела и характер, определяются, по его мнению, в

конечном счете врожденной эндокринной системой. Кречмер

различает два больших сложных биотипа, из которых (в самых

различных степенях смешения) образуется великое множество

нормальных оттенков темперамента (1930)—шизотимический и

циклотимический типы характера, стоящие в связи с двумя

основными типами душевных болезней: шизофренией и мани-

акально-депрессивным психозом (циркулярным). Это учение, как

справедливо указывает А. Б. Залкинд, оказывает сильное давле-

ние на детскую психологию (1926).

Продолжение и развитие, или, вернее, перенесение точки

зрения Кречмера в науку о ребенке, находим у П. П. Блонского,

«Одной из заслуг Кречмера является,—говорит он,—

установление связи между строением тела и характером... Я иду

дальше и утверждаю, что темпераменты—отличия не только

индивидов, но и возрастов. В частности, молочно-зубному детству

присущ циклотимический темперамент» (1925, с. 182). Подросток

сменяет циклотимический темперамент на шизоидный (там же,

154

с. 227). Изменение, которое претерпевает статическая концепция

характера при перенесении ее на ребенка, сказывается только в

том, что на месте единого, фатально обусловленного эндокринной

системой типа характера ставится последовательная смена одного

типа другим. Самый принцип стабильности, провозглашенный

Рибо, остается при этом неприкосновенным. Тип характера

оказывается только закрепленным за известной возрастной сту-

пенью, а не за установившейся конституцией. Ряд стабильных

типов, которые последовательно проходит ребенок, есть все же

статический, а не динамический ряд. И это — основная черта того

или другого учения, как, впрочем, и большинства характерологи-

ческих учений. Эту черту, как мы указывали, А. Б. Залкинд

справедливо называет абсолютным биологическим статизмом в

подходе к характеру (1926). «... Развитие человеческого характе-

ра,— оценивает он эту черту,— есть лишь пассивное развертывание

того основного биологического типа, который врожденно присущ

человеку» (там же, с. 174).

Кречмеровская схема не годится для возрастного деления

характерологических черт. Однако это все же не мешает пытаться

выявить для каждого этапа развития свое преобладающее, специ-

фическое содержание. Это специфическое содержание не вклады-

вается сейчас ни в одну из существующих характерологических

систем, оно чрезвычайно изменяется под влиянием среды, вот

почему опасно приклеивать к системам при данном состоянии

науки жесткие «паспорта». Несовершенство этой точки зрения,

как и всякой статической, а не динамической, в том, что она

бессильна разрешить вопросы происхождения, развития, течения

и вынуждена ограничиться констатированием, собиранием, обоб-

щением и классификацией эмпирических данных, не зная истин-

ной природы изучаемых явлений. «...Если бы форма проявления и

сущность вещей непосредственно совпадали, то всякая наука была

бы излишня...» — писал К. Маркс (К. Маркс, Ф. Энгельс. Соч., т.