1. Тенденция к стиранию границ между внешней и внутренней политикой.

• Суть: процессы глобализации легко преодолевают государственные границы и способны повлиять на любую социальную общность в любом уголке мира.

• Результатом является проникновение ряда транснациональных акторов (ТНА) в сферы традиционной государственной деятельности.

• Такое проникновение способствует становящемуся очевидным переплетению внутренней и внешней политик, а тем самым – усложнению общей картины политической жизни.

        2. Тенденция к размыванию государственного суверенитета.

• Суть: происходит вследствие:

  • возрастающей «проницаемости» межгосударственных границ

  • ослабления традиционных функций государства (особенно в сфере безопасности и социальной защиты).

• Государство делегирует часть своего суверенитета «наверх» (в «общий котел» интеграционных объединений или международных организаций) или «вниз» (внутригосударственным регионам или межрегиональным объединениям).

• Государство также испытывает давление со стороны других – финансовых, экономических, социальных, политических – субъектов международных отношений. При этом государство часто не в состоянии достигать своих целей без поддержки институтов международного сотрудничества.

• Способствуя реализации интересов государств, международные организации не могут не оказывать влияния на их суверенитет. Они требуют внимания в том, что касается гарантий обороноспособности, контроля за добычей природных ресурсов, обеспечения общественного порядка, регулирования рынка и глобальных потоков (миграционных, транспортных и информационных). Защита индивидуальных свобод становится предметом регулирования международного права, переставая относиться исключительно к внутригосударственной компетенции.        

3. Тенденция трансформации властных отношений.

• Суть: изменением критериев власти и силы.

• По мере изменения задач и поведения государств на международной арене происходит уменьшение роли их военной силы. В этом контексте все чаще используется понятие «power shift», означающее перераспределение силы во взаимодействии международных акторов:

  • перемещение соперничества между ними из военной сферы в сферы экономики, финансов, культурной привлекательности, влияния и авторитета в международных институтах, в том числе и неправительственных организаций. Дж. Най называет эти невоенные аспекты мировой политики «мягкой силой» (soft power)

• В целом феномен «power shift» оставляет межгосударственной системе меньше средств эффективного влияния на происходящие процессы. Новое значение приобретают краеугольные понятия, отражавшие основы исторических типов международного порядка – «безопасность», «территориальная неприкосновенность», «государственный суверенитет», «лояльность власти». Все это нередко интерпретируется как кризис государства.       

4. Тенденции к глобальному регулированию и формированию глобального гражданского общества.

• Рост влияния международных институтов, переплетение внутренней и внешней политик, меняющаяся роль государства как политического актора – все это ведет к возрастанию единства мира.

• Развитие глобализации способствует образованию политических сетей, объединяющих:

  • государственные институты,

  • гражданские общества,

  • многообразные бизнес-структуры.

Их представители во всех трех названных секторах заинтересованы в надежных формах регулирования мировых процессов.

• В позитивном плане эти изменения отражаются в метафоре «большой деревни» – возникновение всемирной экономики, общей культуры, универсальных ценностей и единой идентичности.

• В негативном – связаны с популярной метафорой «одной лодки», которая объясняет единство интересов человечества наличием общих угроз.

• Формируется всемирное «управление без правительства» (или в другой интерпретации – «global governance»), в котором принимает участие множество разнообразных ТНА, что благоприятствует возникновению глобального гражданского общества.         

Концепция мировой политики, по Богатурову, выражается в семи тезисах: