5. Принуждение к даче показаний (ст. 302)

"Выбивание" признаний насильственными методами характерно для всех карательных систем от древних времен, средневековой инквизиции, советских политических процессов 30 - 50-х годов и до настоящего времени. Подобные методы применяются в целях расправы с политическими противниками, которой для маскировки придается внешне законная форма правосудия, из карьеристских побуждений, чтобы показать себя профессионалом, умеющим раскрывать преступления, и по другим мотивам. В результате принуждения нередко в совершении преступлений признаются те, кто их не совершал, а подлинные виновники остаются безнаказанными. Но дело не только в этом - закон признает преступным сам метод получения показаний, даже если они оказались правдивыми и привели к раскрытию преступления, ибо общество не заинтересовано в том, чтобы одно преступление раскрывалось путем совершения другого, подчас более тяжкого.

При оценке опасности принуждения к даче показаний следует также учитывать, что в соответствии со ст. 50 Конституции РФ при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Это положение конкретизировано в ч. 2 ст. 75 УПК, которая к недопустимым доказательствам относит показания обвиняемого, подозреваемого, данные во время следствия в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные в суде.

Объективная сторона принуждения состоит из двух тесно связанных между собой частей: требования дать определенные показания и применения незаконных принудительных мер к допрашиваемому лицу.

Принуждение - это психическое или физическое воздействие, в результате которого допрашиваемый вынужден дать определенные показания вопреки своему желанию.

В ч. 1 ст. 302 в качестве способов принуждения указаны угрозы, шантаж и иные незаконные действия. Имеются в виду любые угрозы: применить насилие, ухудшить положение допрашиваемого (добиться увольнения с работы, арестовать, поместить в камеру к рецидивистам, лишить свиданий и т.д.). Шантаж - это угроза разгласить позорящие сведения.

Более сложным является понятие иных незаконных действий, поскольку в ч. 1 ст. 302 оно не конкретизировано. Безусловно, речь идет не о насилии, поскольку оно прямо предусмотрено в ч. 2 ст. 302; кроме того, иные незаконные действия нужно отличать от тактических и психологических приемов допроса, как допустимых, так и недопустимых, но не представляющих собой уголовно наказуемого принуждения. К иным незаконным в смысле ч. 1 ст. 302 следует относить действия, аналогичные угрозе (психическому насилию), т.е. парализующие волю допрашиваемого или ограничивающие его возможность контролировать свои поступки (гипноз, дача наркотических средств или других одурманивающих веществ, включая большие дозы алкоголя). При этом не имеет значения, применялись ли эти средства с использованием обмана или же с согласия либо даже по просьбе допрашиваемого. Иным незаконным действием считается также противоправное ограничение свободы (задержание, запирание в помещении и т.д.).

Тактические и психологические приемы допроса с целью получения правдивых показаний отличаются от принуждения тем, что они направлены не на подавление воли допрашиваемого, а на изменение его позиции. Следователь может разъяснить закон, который относит к смягчающим обстоятельствам активное способствование раскрытию преступления, использовать неосведомленность допрашиваемого об установленных обстоятельствах и имеющихся доказательствах, не оглашая до определенного момента их содержание.

Некоторую сложность представляет оценка ситуаций, когда следователь применяет недопустимые тактические приемы, например использует особенности характера допрашиваемого (раздражительность, вспыльчивость), вызывает в нем чувства зависти, мести. То же можно сказать и об обмане: ложном обещании освободить из-под стражи, прекратить дело или предоставить другие льготы, а также о введении в заблуждение о якобы имеющихся уликах и т.д. Подобные поступки не являются принуждением в смысле ст. 302, так как они не лишают допрашиваемого свободы выбора варианта поведения; они оцениваются с точки зрения норм общечеловеческой морали и профессиональной этики и могут влечь дисциплинарную ответственность. Уголовная же ответственность может последовать за злоупотребление должностными полномочиями или их превышение по ст. 285 или 286, но лишь при наличии указанных в них условий, в частности существенном нарушении прав и законных интересов гражданина (например, допрашиваемый признал себя виновным в преступлении, которого не совершал, был осужден за него и т.д.). Нарушения процессуальных норм, не являющиеся принуждением (допрос в отсутствие защитника, когда его участие обязательно, и др.), не образуют объективную сторону данного преступления.

Принуждение может применяться к любому лицу, дающему показания либо заключение (подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, свидетель, эксперт, специалист), либо при проведении с его участием любого следственного действия (допрос, опознание, следственный эксперимент и т.д.).

Принуждение наиболее опасно, когда оно используется для получения ложных показаний. Однако состав имеется и в случаях принуждения к даче правдивых показаний.

Преступление окончено в момент принуждения независимо от того, были ли фактически получены требуемые показания и наступили ли какие-либо иные последствия.

С субъективной стороны преступление совершается только с прямым умыслом: виновный сознает, что принуждает допрашиваемого к даче показаний незаконными методами, и желает действовать таким образом. Мотивы и цели на квалификацию не влияют. Нередко принуждение применяется с целью раскрыть преступление, из карьеристских побуждений, стремления создать видимость хорошей работы, что, однако, не исключает ответственность.

Субъект преступления - следователь или лицо, производящее дознание, а также другое лицо с ведома или молчаливого согласия следователя или лица, производящего дознание (потерпевший, сокамерники и т.д.). При отсутствии согласия ответственность наступает в зависимости от последствий (вреда здоровью) или как преступление против интересов службы.

Анализируемый вид принуждения к даче показаний отличается от подобного преступления, предусмотренного ст. 309, по субъекту - за последнее деяние ответственность могут нести только частные лица.

В ч. 2 ст. 302 указаны квалифицирующие обстоятельства: применение насилия, издевательств или пытки.

Насилие может выражаться в связывании, нанесении побоев, причинении вреда здоровью и т.д.; издевательство - в грубом унижении достоинства (оскорблении), причинении иных страданий, когда человека лишают на длительное время пищи, воды, сна, заставляют находиться в неудобном положении, принуждают к совершению непристойных либо бессмысленных действий и т.д.

Определение пытки дано в примечании к ст. 117.

Если в результате насилия или пытки было совершено преступление более тяжкое, чем предусмотренное в ч. 2 ст. 302, то содеянное квалифицируется дополнительно как убийство (ст. 105) либо причинение тяжкого вреда здоровью при квалифицирующих обстоятельствах (ч. 2, 3 или 4 ст. 111).

Деяния, наказуемые по ч. 1 ст. 302, - преступления средней тяжести, а по ч. 2 - тяжкие преступления.