VII. Диагностические методы в психоанализе

1. Предварительные замечания

Важнейшим диагностическим методом в психоанализе является разговор, диалог. Аналитик начинает говорить с пациентом, задает ему те или иные вопросы, не упуская при этом ни одной затронутой пациентом темы. Таким образом между пациентом и аналитиком возникает вербальная коммуникация. В силу же того, что целью такого разговора, как правило, является постановка диагноза, он оказывается разговором диагностическим.

Диагноз это прежде всего исследование и, учитывая, что разговор в психоанализе может также выполнять терапевтические задачи, диагностирование всегда следует начинать с определения конкретной цели беседы. Существуют значительные различия между личным разговором и диалогом аналитика и его пациента, поэтому оба собеседника должны ясно отдавать себе отчет, какого рода беседу они ведут, поскольку от этого зависят не только внешние рамки, но и внутреннее содержание их диалога. Для диагностирования могут быть использованы формы стандартизированного интервью, в течение которого пациенту задают вопросы, подразумевающие один категоричный ответ,— «нет» или «да»,—

-225-

или интервью полустандартизированного, допускающего возможность не ограниченного такими рамками разговора. Кроме того в психоанализе используют нестандартизнрованные или свободные интервью, ни в чем не ограничивающие естественное течение беседы. Однако приведенные ниже примеры конкретных интервью все же свидетельствуют, что, как правило, инициатива принадлежит аналитику.

В течение разговора пациент сообщает объективные сведения — год и место своего рождения, род своих занятий, живы или нет те или иные члены его семьи — и сведения субъективные. К последним относятся личные переживания пациента, чувства, которые он испытывает по отношению к отцу, матери, жене и другим родственникам. Не менее важной представляется в этой связи и та информация, которую аналитик получает, наблюдая во время разговора за поведением пациента.

2. Психоаналитическое интервью

2.1. Метод и необходимые условия

Хотя слово интервью незамедлительно вызывает ассоциацию со своего рода «опросом», какие часто проводятся в прессе и на телевидении, психоаналитическое «интервью» в действительности весьма редко заключается в одном лишь задавании вопросов и получении на них ответов, поэтому слово это взято здесь в кавычки. Прилагательное «психоаналитическое», выставленное перед ним, призвано показать, что в данном «интервью» применяются методы психоанализа.

Фрейд ввел психоаналитический метод в науку одновременно и как метод исследования и как метод лечения людей, страдающих психическими расстройствами (см. гл. VIII. 4.). Что же касается современных психоаналитических интервью, то они часто выполняют только диагностические задачи, поэтому, проводя их, психоаналитик мыслит категориями прежде всего диагностическими. Соотнося услышанное от пациента с существующей в психоанализе теорией личности и учением о болезнях он приходит к выводу, какая психодинамика может скрываться за тем или иным симптомом.

Однако в то же время психоаналитик, проводя консультацию, старается «позабыть» о существовании каких бы то ни было теорий и воспринимать сидящего перед ним человека со всей возможной непредвзятостью. Кажущаяся несовместимость этих условий психоаналитического интервью представляет собой своего рода парадокс, суть которого заключается в одновременном сосуществовании чисто теоретического и сугубо практического подходов. Если при консультации пациента главенствующая роль отводится теории, возникает угроза черезчур поспешной постановки диагноза. На человека сразу наклеивается ярлык того или иного «типичного» невроза. Ценность такой консультации невысока. С другой стороны, следует отметить, что психоаналитик, вообще не утруждающий себя теорией, рискует упустить из внимания симптомы вполне определенного заболевания. Единственным выходом из такой сложной ситуации оказывается для психоаналитика «лавирование» между научным и непосредственным восприятием говорящего.

Лично я, например, воспринимаю своих пациентов прежде всего чисто по-человечески, стараюсь проявить душевное участие, завязать знакомство. Такой не совсем профессиональный подход предоставляет редкую возможность узнать пациента поближе. Сочувствие, готовность сопереживать позволяют составить себе впечатление об образе мыслей другого человека.

Огромное значение для успешного диагностирования имеет также степень доверительности разговора. К сожалению, возможности, скажем, психоаналитика-мужчины адекватно воспринимать чувства пациентки весьма ограничены, тем не менее даже этого , казалось бы, непреодолимого препятствия можно избежать, изучая литературу и прилагая максимум творческого воображения.

Психоаналитику следует вести себя совершенно непосредственно и естественно реагировать на поведение пациента. Нет ничего ужасного в том, что психоаналитика раздражает высокомерие пациента или пугают его грубые манеры. Спешу добавить, однако, что аналитик должен всегда контролировать свои чувства и использовать их для определения образца отношений, в которые втягивает его пациент. В связи с этим личные ощущения психоаналитика оказываются великолепным инструментом диагностики расстройства отношений, применение которого в интервью позволяет получить от пациента сведения личного или интимного характера, не доступные никаким другим методам.

-227-

Однако успех этого предприятия напрямую зависит от соблюдения некоторых необходимых условий:

1. Интервьюер должен уметь создавать во время консультации атмосферу доверительности, в которой пациент чувствовал бы себя достаточно уверенно для того, чтобы вести откровенный разговор, а сам психоаналитик мог бы непредвзято воспринимать собеседника. Если аналитик добился этого, то

2. Пациенту следует поддержать инициативу интервьюера, содействуя тем самым успеху разговора. Иными словами, предоставить аналитику возможность сконцентрироваться на прослушивании. В этом контексте мы говорим о процессе активного прослушивания, в котором, в частности, Германн Аргеландер (1970) различает три уровня восприятия.