[Г) Полагание капитала в качестве денег в их различных функциях. «Капитал вообще» как экономическая категория]

Обмен не меняет внутренних условий увеличения стоимости, однако он выбрасывает их наружу, придает им самостоятельную форму по отношению друг к другу и, следовательно, позволяет их внутреннему единству существовать только в качестве внутренней необходимости, которая поэтому насильственно вырывается наружу в виде кризисов. Стало быть, как обесценение капитала в процессе производства, так и снятие этого обесценения и создание условий для увеличения стоимости капитала, — и то, и другое заложено в сущности капитала. То движение, в котором все это происходит в действительности, может быть рассмотрено только после того как рассмотрен реальный капитал, т. е. конкуренция и т. д., после того как рассмотрены действительные реальные условия. Сюда это еще не относится. С другой стороны, без обмена не существовало бы производство капитала как такового, так как без обмена не существует увеличение стоимости как таковое. Если бы не было обмена, можно было бы говорить только об измерении и т. д. произведенной потребительной стоимости, вообще можно было бы говорить только о потребительной стоимости.

После того как в процессе производства капитал 1) увеличил свою стоимость, т. е. создал новую стоимость; 2) обесценил свою стоимость, т. е. из формы денег перешел в форму какого-нибудь определенного товара; 3) после этого стоимость капитала увеличивается, включая в себя новую стоимость, когда продукт снова выбрасывается в обращение и в качестве T обменивается на Д. Действительные затруднения этого третьего процесса на той стадии исследования, на которой мы теперь находимся, рассматривая лишь капитал вообще, — существуют только как возможности, а потому и снимаются тоже как возможности. Следовательно, теперь продукт полагается вновь превращенным в деньги.

Итак, капитал теперь вновь полагается в качестве денег, и поэтому деньги положены в новом определении реализованного капитала, а не просто в качестве реализованной цены товара. Иными словами, товар, реализованный в виде цены, является теперь реализованным капиталом. Это новое определение денег или, точнее, определение капитала в качестве денег мы рассмотрим впоследствии. В соответствии с природой денег, в капитале — когда он превращен в деньги — прежде всего выступает только измерение созданной им новой стоимости, т. е. повторяется первое определение денег как всеобщей меры товаров; однако теперь деньги выступают в качестве меры прибавочной стоимости, в качестве меры увеличения стоимости капитала. В форме денег это увеличение стоимости капитала выступает как измеренное в себе самом, как имеющее свою меру в себе самом.

Первоначально капитал составлял 100 талеров; теперь, когда он равен 110 талерам, мера увеличения его стоимости положена в его собственной форме, положена в качестве соотношения между капиталом, возвратившимся из процесса производства и обмена (возвратившимся к своей денежной форме), и первоначальным капиталом; эта мера уже больше не выступает как соотношение между двумя качественно различными видами труда: между овеществленным и живым трудом, или между необходимым трудом и созданным прибавочным трудом. Когда капитал положен в качестве денег, то он, таким образом, положен в первом определении денег, в определении их как меры стоимости. Но эта стоимость является здесь собственной стоимостью капитала, т. е. мерой его самовозрастания. Мы еще вернемся к этому (в разделе о прибыли).

Второй формой денег была форма денег в качестве средства обращения, и с этой стороны денежная форма капитала выступает как всего лишь мимолетный момент, ведущий к новому обмену капитала, но не так, как это бывает в случае денег как средства обращения вообще, когда деньги в целях потребления обмениваются на товары, на потребительные стоимости, — денежная форма капитала выступает здесь с целью обмена капитала на особые потребительные стоимости: с одной стороны — на сырье и орудие, с другой стороны — на живую рабочую силу, в виде которых капитал может возобновить свой оборот в качестве капитала.

[IV—41] В этом определении капитал является оборотным капиталом, о чем позднее. Но результатом капитала как денег, выступающих в определении средства обращения, является начало производственного акта, исходящего из положенного капитала, и это тот пункт, который мы здесь рассмотрим в первую очередь, прежде чем идти дальше.

(Хотя в первом определении [капитала как денег], в определении их в качестве меры, и измеряется новая стоимость, однако различие здесь всего лишь формальное: вместо прибавочного труда выступают деньги, т. е. прибавочный труд, овеществленный в определенном товаре. Но и качественная природа этой новой стоимости, т. е. самой той величины, которая здесь измеряется, тоже претерпевает некоторое изменение, которое следует рассмотреть только впоследствии.

Далее, в определении капитала в качестве денег как средства обращения исчезновение денежной формы тоже является еще всего лишь формальным. Денежная форма становится здесь существенной только после того, как завершается не только первый, но также и второй кругооборот. Таким образом, определение капитала в качестве денег как средства обращения приводит прежде всего только к тому, что мы снова оказываемся перед началом процесса увеличения стоимости. Поэтому прежде всего с этого пункта мы и продолжим наше рассмотрение капитала.)

Третья форма денег как самостоятельной стоимости, отрицательной по отношению к обращению, — это капитал, но не тот, который в качестве товара снова вступает в обмен после процесса производства, для того чтобы стать деньгами, а такой капитал, который становится товаром в форме самодовлеющей стоимости и именно в этой форме поступает в обращение. (Капитал и процент.) Эта третья форма предполагает капитал в его предыдущих формах и вместе с тем образует переход от капитала к особенным капиталам, к реальным капиталам; ибо теперь, в этой последней форме, капитал по своему понятию распадается уже на два самостоятельно существующих капитала. Вместе с этой двойственностью дана также множественность вообще. Таков ход этого развития капитала.

{Прежде чем идти дальше, необходимо еще сделать следующее замечание. Хотя в отличие от особенных капиталов капитал вообще и выступает 1) как всего лишь абстракция, но он является не произвольной абстракцией, а такой абстракцией, которая ухватывает differentia specifica ¹⁴⁸ капитала в отличие от всех других форм богатства или способов развития производства (общественного). Капитал вообще — это такое определение, которое присуще каждому капиталу как таковому, или которое делает капиталом всякую определенную сумму стоимостей. А различия внутри этой абстракции представляют собой тоже абстрактные особенности, характеризующие каждый вид капитала, причем каждый вид капитала есть утверждение или отрицание этих абстрактных особенностей (например, основной или оборотный капитал).

2) Однако капитал вообще сам обладает реальным существованием, отличным от особенных, реальных капиталов. Это признано обычной политической экономией, хотя и не понято ею, и образует весьма важный момент ее учения о выравнивании [прибылей] и т. д. Например, капитал в этой всеобщей форме, хотя он и принадлежит отдельным капиталистам, образует, в своей элементарной форме капитала, тот капитал, который накопляется в банках или распределяется посредством банков, тот капитал, который, как говорит Рикардо^cci, распределяется достойным удивления образом в соответствии с потребностями производства. Он, этот капитал в его всеобщей форме, образует также, посредством займов и т. д., некий общий уровень для различных стран. Поэтому если, например, для капитала вообще законом является то, что для увеличения своей стоимости он должен полагать себя двояко и в этой двоякой форме должен двояким образом увеличивать свою стоимость, то, скажем, капитал некоторой особенной нации, являющейся, в противоположность другой нации, представителем капитала par excellence ¹⁴⁹, должен даваться взаймы третьей нации, чтобы иметь возможность увеличивать свою стоимость. Двоякое полагание, отношение к самому себе как к чему-то чужому в этом случае становится чертовски реальным. Поэтому общее, являясь, с одной стороны, всего лишь мыслимой differentia specifica, вместе с тем представляет собой некоторую особенную реальную форму наряду с формой особенного и единичного.

(Впоследствии мы еще вернемся к этому пункту, который, хотя и имеет характер более логический, чем экономический, все же окажется весьма важным в ходе нашего исследования.)

Так обстоит дело и в алгебре. Например, а, Ь, с представляют собой числа вообще, в общем виде; но кроме того это — целые числа в противоположность числам ^а/_b, ^b/_с, ^с/_b, ^с/_a, ^b/_а и т. д., которые, однако, предполагают эти целые числа как всеобщие элементы.}