11.Философские и научные концепции о роли журналистики в обществе.

При этом в работах, претендующих на полноту освещения журналистской деятельности, логическую завершенность и истинность (Прохорова, Свитич, Маркелова, Ворошилова, Корконосенко и других авторов) обнаруживается разность мировоззренческих и культурно-ценностных исходных позиций. Так, Прохоров и Корконосенко склонны рассматривать журналистику в качестве социально-политической и идеологической деятельности. Для Л. Г. Свитич журналистская деятельность -космическое явление. В своих рассуждениях она придерживается позиции философов, истолковывающих идею ноосферы В. И. Вернадского в качестве сферы разума, покрывающего нашу планету в качестве некого информационного поля, окружающего земной шар, где информация выступает не в качестве свойства материального мира, а отдельной мыслящей субстанции. Правда, в своих практических рекомендациях журналистам она не дает советов по поводу того, как им воспользоваться этим полем. Однако философия космистов позволяет ей заложить метафизические основы для религиозной журналистики, усмотреть предпосылки журналистики не в устных выступлениях древних ораторов, как это представлено в светской журналистике, а в "благой евангельской вести". Ворошилов и Гуревич рассматривают журналистику в плане значения ее для экономики. Маркелов склонен усматривать в журналистской деятельности прежде всего творческую, преобразующую деятельность и т.д. В концепции М. В. Раца проводится технократический вариант осмысления журналистики. Он ставит проблему миссии журналистики в современном обществе и ее профессиональных функций, утверждая, что у СМИ нет миссии, но есть функции, порожденные культурой. Миссия, определяемая СМИ в советском обществе, была миссией государства. Но СМИ тогда не были профессиональны, с его точки зрения, поскольку профессиональными они могут быть лишь тогда, когда будут выполнять свои функции: информационно-познавательную, коммуникативно-гуманитарную и авторитарную. В последней Рац не усматривает ничего дурного, поскольку, "если не связывать ее с партийной ангажированностью", но с ролью "интеллектуальной и культурной элиты", то ничего дурного в ней нет. Рац не ссылается на теории элит, но, по сути, формулирует их применительно к журналистике, где она несомненно должна быть причислена к элите, имеющей все права диктовать обществу ценности. Сама постановка проблемы Рацем, ее существо вполне правомерны, если бы мы из лона советского общества, решившего проблемы социального неравенства, и потому аполитичного (что там произошло в Гондурасе, действительно мало кого волновало, но достать запись песен Высоцкого или роман Фолкнера было проблемой) шагнули не назад, в классовую резню, а вперед, к духовно богатому и технически оснащенному и в бытовом отношении обществу. Современная ситуация в России всех сделала политиками. Журналистика авторитарная с миссией общечеловеческой, государственной, экономической или гуманитарная, побуждающая массы к самотворению, и журналистика без миссии - средство в руках каких-то сил, функционирующая по законам рынка, - две крайности. Третья также неудовлетворительна, поскольку она предполагает свою, индивидуальную, "миссийку", к которой современный российский журналист еще не готов, справедливо считает Рац. К осуществлению коммуникативно-гуманитарной функции российская журналистика еще должна прийти, пройдя этап самолюбования, самодовольства и веры в свою непогрешимость, которые обрекают ее на элементарную непрофессиональность. Чтобы стать медиатором социальных процессов, современная журналистика России должна восстановить свой авторитет, наработав созидательный багаж... А пока тиражи газет и журналов катастрофически падают, о радио- и телевизионных передачах все меньше говорят...