4.2. Максимальный возраст уголовной ответственности

Следует согласиться с аргументированным утверждением Р. И. Михеева, что преступность лиц пожилого и старческого возраста явля­ется самостоятельным объектом исследования не только уголовного права и криминологии, но и уголовно-исполнительного права, так как эта проблема недостаточно разработана в юридической науке и нуждается в дальнейшем исследовании. [4; 40]

Следовательно, субъект преступления как физическое лицо, об­ладающее возрастом, предусмотренным в законе, и вменяемостью, как уже раньше было отмечено, даже в свои преклонные годы (65-75 и более лет) не освобождается от уголовной ответственности. Од­нако суд, назначая и индивидуализируя уголовное наказание в каждом конкретном случае не должен игнорировать, а, наоборот, обязан учитывать пожилой и старческий возраст лица, совершившего преступление. Вместе с тем предложение О. Д. Ситковской о предусмотрении в законодательстве невозможности привлечения к уголовной ответ­ственности лиц старческого возраста, которые вследствие физиоло­гического одряхления, не связанного с психическим расстройством, не могли при совершении преступления осознавать свои действия или руководить ими, довольно интересно и заслуживает внимания. Оно требует своего более детального и аргументированного основания с точки зрения медицины (психиатрии), а также науки уголовного права и психологии.

Однако данная проблема должна рассматриваться еще и парал­лельно с проблемой установления предельной возрастной границы уголовной ответственности для лиц, совершивших преступление в пожилом или старческом возрасте. Причем юристы и психологи вы­сказывают самые различные мнения, которые требуют комплексно­го научного обоснования не только специалистами данных направ­лений, но и с позиции медицины. [4; 39]

В связи с этим представляется небесспорным предло­жение Л. В. Боровых о якобы возникшей потребности в специальном уголовно-правовом механизме по реализа­ции ответственности пожилых людей за совершенные преступные деяния. Думается, что такой потребности на данный период времени законодатель не будет испы­тывать, т. к. границы пожилого и старческого возраста условны и для каждого человека, исходя из физиологи­ческих и индивидуальных особенностей его организма и его образа жизни, они будут также разными. Поэтому лица пожилого и старческого возраста, совершившие преступление во вменяемом состоянии, способны нести уголовную ответственность на общих основаниях.

Другое дело, когда речь идет об утрате возможности осознавать свои действия и ориентироваться в конкрет­ной обстановке в связи с болезненным состоянием лица и расстройством его психики в период совершения преступления. В этом случае следует говорить о постанов­ке вопроса его вменяемости или невменяемости путем проведения судебно-психиатрической экспертизы. При данном подходе, как замечает О. Д. Ситковская, вопрос о верхнем возрастном пороге уголовной ответственности уже теряет смысл, т. к. эта проблема переводится на уро­вень вопроса о вменяемости или невменяемости лица. Вместе с тем нельзя в категоричной форме отрицать в дальнейшем и решение данной проблемы. [5; 99]