Вопрос 16. Теория экономических формаций.

Феодализм, рабовладение, капитализм, социализм, коммунизм

Общественно-экономическая формация — в марксизме — стадия общественной эволюции, характеризующаяся определённой ступенью развития производительных сил общества и соответствующим этой ступени историческим типом экономических производственных отношений, которые зависят от неё и определяются ею[1]. Не существует формационных ступеней развития производительных сил, которым не соответствовали бы обусловленные ими типы производственных отношений[2]. Коренной причиной перехода от одной стадии общественной эволюции к другой является несоответствие между возросшими к концу первой производительными силами и сохраняющимся типом производственных отношений.

В работе «К критике политической экономии[de]» (1859) Карл Маркс выделил «прогрессивные эпохи экономической общественной формации», которые определялись по общественным способам производства, в числе которых были названы азиатский, античный (рабовладельческий), феодальный и капиталистический. Однако в данной схеме Марксом был определён только капиталистический способ производства — как диалектическое единство машинной ступени развития производительных сил и обусловленного ею в конечном счёте прибавочно-стоимостного типа экономически производственных отношений. Остальные «общественные способы производства» были выделены Марксом вслед за эталонно-правовыми стадиями общественной эволюции из схем Гегеля и Сен-Симона. «трудно сказать, — отмечал советский историк-марксист В. П. Илюшечкин, — чем он руководствовался, допуская такую несуразность»[3].

Вопрос 17. Классовая борьба и социальные революции как локомотивы истории.

Проблематика революции занимает центральное место в теории социального изменения Маркса. Социальная революция в его истолковании - это не просто переход от одной, менее прогрессивной общественной формации к другой, более прогрессивной, не только глубокое качественное преобразование общественных отношений, но и определенный способ такого преобразования; это быстрый, резкий, конфликтный и тотальный сдвиг в социальных отношениях. Такой способ социального изменения Маркс считал исторически неизбежным и желательным, так как он позволяет ускорить общественный прогресс. Именно таков смысл его знаменитого тезиса: "Революции - локомотивы истории". К этому тезису близок по смыслу другой, не менее знаменитый: "Насилие является повивальной бабкой всякого старого общества, когда оно беременно новым".

Помимо социальной, Маркс рассматривал экономическую, промышленную и политическую революции, сближая социальную революцию то с первой, то со второй, то с третьей. Но особенно тесно он связывает социальную революцию с политической, т. е. с завоеванием государственной власти прогрессивным классом и установлением его революционной диктатуры для подавления других, реакционных классов.

Маркс несомненно различал социальную и политическую революции. Но последняя незаметно приобрела в его сознании самодовлеющее значение, превратившись из обязательного условия и элемента социальной революции в самоцель. Наоборот, социальная революция как объективно протекающий процесс стала интерпретироваться в его работах как условие и средство для революции политической, основанной на волевых устремлениях определенных групп. Когда Маркс пишет просто о революции, он имеет в виду именно революцию политическую.

Социальные и политические реформы представляются Марксу искусственным тормозом в социальном развитии, результатом вынужденных уступок и (или) обмана со стороны господствующих классов или же слабости и нерешительности угнетаемых классов. Его идеал социального развития в "предыстории" общества, которое построено на частной собственности и эксплуатации человека человеком, - это "непрерывная революция", постоянная революционизация общества для скорейшего наступления "подлинной" истории, коммунизма. В этом золотом веке, согласно одному из пророчеств Маркса, политических революций уже не будет. "Только при таком порядке вещей, когда не будет больше классов и классового антагонизма, социальные эволюции перестанут быть политическими революциями. А до тех пор накануне каждого всеобщего переустройства общества последним словом социальной науки всегда будет: "Битва или смерть; кровавая борьба или небытие. Такова неумолимая постановка" (Жорж Санд)".