Восьмое заключительное отделение (глава 16)

1. Распоряжение о заготовлении милостыни для иерусалимлян (16, 1–4)

Глава 16, стих 1. О милостыни же, яже ко святым, якоже устроих церквам Галатийским, тако и вы сотворяйте.

Эта милостыня собиралась на иерусалимлян, которые больше всех в начале подвергались лишениям, утеснениям и гонениям. Известен неумолимый фанатизм евреев. Со времени гонения по убиении Стефана первомученика нападения на христиан там не прекращались, и они были тем горше, что совершались по своеволию народа. Святой Павел о собрании на них милостыни получил заповедь от Апостолов, не между прочим, а как первое дело, которое он и старался исполнять со всем усердием.– Святыми названы иерусалимские христиане все, а не особые какие между ними лица. Так обычно именует Апостол христиан, яко освященных благодатию Святого Духа и обет святости давших, и ревнующих о ней. В Галатийских церквах Апостол сделал распоряжение о собрании означенным образом милостыни, во время пребывания своего у них, а не в послании, где об этом не поминается. Помянул об этом Апостол, чтоб раздражить соревнование в коринфянах.

Святой Златоуст говорит на это: «милостынею, λογια, он назвал сбор (на бедных) для того, чтобы тотчас же с самого начала представить это дело легким, ибо, если она должна собираться со всех, то такое установление для каждого становится легким. Указанием на совершаемое другими (галатийцами) он возбуждает их к соревнованию, предлагая им это в виде повествования. Так он поступил и в послании к Римлянам, где, объясняя им причину своего отправления в Иерусалим, говорит между прочим и о милостыне: Ныне же гряду в Иерусалим, служай святым. Благоволиша бо Македония и Ахаиа общение некое сотворити к нищим святым (Рим. 15, 25–26). Тех располагает к милостыне примером македонян и коринфян (здесь, в послании к Римлянам, он поминает о милостыне, собранной по распоряжению, о коем речь), а этих – примером галатийцев. Им стыдно было оказаться ниже галатийцев.– Якоже устроих в церквах Галатийских. Не сказал: я убеждал, или советовал, но устроих, чем выражается большая власть; привел в пример не один город, не два и не три, но целый народ, как делал он и в отношении к догматам: яко, говорит, во всех церквах святых (1 Кор. 14, 33), ибо если такое убеждение сильно для веры в догматы, то еще сильнее в отношении к делам. Что же, скажи мне, устроил ты?»

Стих 2. По единей от суббот кийждо вас да полагает у себе сохраняя, еже аще что благопоспешится: да, не егда прииду, тогда собрания бывают.

По единей от суббот, κασα μιαν σαββατων– субботы, σαββατα, означает неделю, все семь дней; едина от суббот, μια σαββατων, означает первый день недельный, день Господень, воскресенье. По единей – не после, а в каждый первый день недели, по воскресеньям. В воскресенье, с Апостольских времен, было в обычае между христианами устроять дела благотворения. Своих бедных достаточные питали в этот день на вечери любви, а дальних – посредством сборов и посылок им вспомоществования.– Не вдруг отлагать, а понемножку заповедует Апостол, потому что этим способом незаметно можно собрать больше, нежели сколько готова была бы рука дать зараз. Почему употребил слово: сохраняя, θησαυριζων – сокровиществуя, собирая в сокровищницу. Что благопоспешится, смотря по тому, какая у кого будет прибыль у самого от оборотов и трудов; но вместе намекается и на благорасположение: не хочет неволить, доброхотна бо дателя любит Бог. «Количество подаяния Апостол предоставляет расположению, научая, что душам, избирающим лучшее, содействует Бог. Ибо сие выразил словами: еже аще что благопоспешится» (Феодорит). Почему: да не когда прииду собрания бывают? – Или, опять, чтоб не стеснять их, или чтоб, когда придет, умы их были свободны от всяких сторонних забот, а только внимали тому, что он имел им предлагать.

Святой Златоуст говорит: «Смотри, как он убеждает их самым временем; ибо этот день сам по себе достаточно располагает к милостыне. Вспомните, говорит, чего вы сподобились в этот день: неизреченные блага, корень и источник нашей жизни получили начало в этот день. И не потому только это время располагает к человеколюбию, но и потому, что оно доставляет отдохновение и свободу от трудов, ибо души, облегченные от бремени трудов, бывают удобопреклоннее и способнее к милосердию. Кроме того и причащение в этот день страшных и бессмертных Таин производит великую готовность к подаянию. Итак, в этот день кийждо вас, не тот или другой, но кийждо, беден ли он или богат, жена или муж, раб или свободный, да полагает у себе сохраняя. Не сказал: пусть приносит в церковь, дабы им не стыдно было приносить малое, но: пусть, сберегая мало-помалу, увеличивает приношение, и потом покажет его, когда я приду; а до того времени, говорит, отлагай у себя, и дом свой делай церковию, ковчегом, сокровищницею; будь стражем священного имущества, самопоставленным домостроителем бедных; человеколюбие дает тебе сие священное право. Знаком этого остается и доныне сосудохранительница. Но знак остается, а дела нет.– Смотри, опять, как это не трудно. Не сказал: столько-то или столько-то, но: еже аще что благопоспешится, много ли, мало ли. Не сказал также: сколько кто приобретет, но: еже аще что благопоспешится, выражая, что приобретение – от Бога. И не таким только образом он делает совет свой удобоисполнительным, но и тем, что не повелевает вносить все в одно время, ибо, если собирать мало-помалу, то служение и иждивение делается нечувствительным. Посему он и повелевает не тотчас принести, но назначает продолжительный срок и приводит причину: да не егда прииду, говорит, тогда собрания бывают, то есть дабы не делать сборов тогда, когда наступит время взноса. И не без цели предлагает им такое замечание; ожидание Павла должно было возбуждать в них более усердия».

Стих 3. Егда же прииду, ихже аще искусите, с посланми сих послю отнести благодать вашу во Иерусалим.

Возбуждает к собранию подаяния и делает все относящиеся к сему распоряжения, а сам себя держит вдали от прикосновения к собранному. Кого, говорит, послать с милостынею, сами изберете доверия достойных людей. Это делает он для того, «чтобы самому первому делать то, что советует другим, и быть беспреткновенну иудеом и еллинном и Церкви Божией. 1 Кор. 10, 32» (Феодорит). А чтобы не показалось, что он безучастен к сему делу, то говорит: я пошлю их, и дам им письма, буду их руководителем в этом деле. Тут все будет, говорит, идти от вас: я не заслоню собою вашего лица. Иерусалимляне увидят в этом не мои труды, а ваше доброхотство. Почему и назвал милостыню благодатию, яко благое даяние их, или как доброе дело, благодатию в них совершаемое и благодать приносящее, и благодатному обществу христианскому приличное. Святой Златоуст говорит: «Не сказал: кого-нибудь пошлете, но ихже аще искусите, то есть кого изберете, дабы служение было несомнительно. Дело избрания тех, которые отнесут милостыню, он предоставляет самим коринфянам. Но, чтобы не показалось, будто устраняет себя от них, он прилагает и свои послания: с посланми сих послю; как бы так сказал: и я буду с вами, и я приму участие в служении посредством посланий. Не сказал: пошлю их отнести милостыню вашу, но: благодать вашу, дабы показать, что они совершают великое дело, и дабы внушить, что и сами они от этого получают пользу».

 Стих 4. Аще же достойно будет и мне ити, со мною пойдут.

Аще достойно будет,– если нужно будет, если так случится, что и мне необходимо будет идти, со мною пойдут. Я буду им проводником и послужу им вместо писем руководственных. Количество сбора не имело влияния на такое решение. Как бы оно велико ни было, все несут его поверенные. Это, сказал Апостол, вместо писем. Когда со мною пойдут, не нужно будет писем. Такая мысль кажется прямее. Но, может быть, и та есть здесь мысль, что коль скоро так много соберется, что и мне надо будет идти, и я пойду. Так, впрочем, понимают все, и старые и новые. Святой Златоуст говорит: «Здесь он опять располагает их к щедрости: ибо если, говорит, будет столько собрано, что понадобится и мне идти, то и я не откажусь. Но прямо не обещал этого и не сказал: когда приду, то сам отнесу, ибо не столько расположил бы их к увеличению подаяния, если бы сказал это в начале; а после такое прибавление хорошо и благовременно, потому он и не решительно обещал, и не совершенно умолчал об этом, но сказал наперед: послю, потом упомянул и о себе. И в этих словах: аще достойно будет и мне ити, он опять предоставляет на их волю, то есть от них зависело собрать много и столько, чтобы не стыдно было ему предпринять путешествие».