Эпизод 13

М е й е р х о л ь д. Почему вы не идете домой?

Р а й х. Дети еще, наверное, не спят┘

М е й е р х о л ь д. Вам тоже не мешает выспаться.

Р а й х. Детям труднее┘

М е й е р х о л ь д. Я вас провожу.

Р а й х. Нет. нет, еще рано┘ Они не заснули┘

М е й е р х о л ь д. Уже ночь, я вас провожу┘

Р а й х. Вы не понимаете! Они голодные!.. Надоело унижаться┘ Я всю жизнь унижалась┘

М е й е р х о л ь д. Зинаида Николаевна, я люблю вас и прошу стать моей женой.

Р а й х. Как же так сразу┘ведь я еще замужем┘да и вы женаты┘

М е й е р х о л ь д. Мы с женой уже давно разные люди┘ Она вся еще в том мире, а я уже давно в новом┘ это даже не непонимание, а отчуждение┘ она не понимает меня, я - ее┘ Только с вами я чувствую себя вновь молодым┘ Я сделаю из вас первую актрису нашего театра┘ Вы будете блистать за границей┘

Р а й х. Я даже не знаю, что ответить┘ Все это так сразу┘

М е й е р х о л ь д. Теперь все свершается сразу┘ мы революционеры-ленинцы ждать нам некогда┘ мы привыкли действовать.

Р а й х. Я бы хотела подумать┘

М е й е р х о л ь д. Некогда раздумывать! Выходите за меня или нет?! Согласны?

Р а й х. Да┘ я согласна.

М е й е р х о л ь д. Пойдемте прямо сейчас к товарищу Сталину, он нас поддержит.

Кабинет С т а л и н а.

С т а л и н. Вай-вай-вай! Какой плохой человек! Чужая жена, вай-вай! Коммунист говенный!

М е й е р х о л ь д. Что вы, что вы, Ес Сарионыч! Мы создаем новую пролетарскую семью, отряхаем, так сказать, прах старого и все по-новому. Вы ведь так учили.

С т а л и н. Это, конечно, учил. Да вас учи-не учи, все на молодых кидаетесь, все старые коммунисты молодых баб расхватали, а старых боевых подруг бросили. Коммунисты называется. Ну, ничего, вот скоро вызову из Грузии друга своего, он быстро порядок наведет. А то распустились тут у меня. Добрый я очень, а Лаврентий умеет с вами обращаться.

Эпизод 14

М е й р х о л ь д, С т а л и н и все тот же мордастый драматург.

Одет, однако, цивильно.

М е й е р х о л ь д. Прочел я вашу вещь┘

Д р а м а т у р г. Когда начнете репетировать?

М е й е р х о л ь д. Боюсь, что в ближайшее время мы не сможем поставить вашу пьесу.

Д р а м а т у р г. Как же так?! Я перся аж с Черного моря. Мне товарищ Берия сказал, чтобы вы непременно ставили.

М е й е р х о л ь д. Я очень уважаю одного из руководителей грузинской партии большевиков, но портфель нашего театра переполнен.

Д р а м а т у р г. Так купи еще портфель. Или отдай в другой театр.

М е й е р х о л ь д. Я, к сожалению, больше не командую всеми театрами России. У меня у самого все время помещения отбирают. Попробуйте к Таирову в Малый. А нам ваша пьеса не подходит.

Д р а м а т у р г. Интересно получается! Товарищу Берия понравилось, а вы, значит, игнорируете его мнение!

М е й е р х о л ь д. Ну, зачем же так?

Я очень уважаю мнение товарища Берия┘ но знаете┘ ваша пьеса не революционная, а квазиреволюционная. Она построена по простому рецепту - есть белые и красные, а не живые люди. В ней действуют абстракции┘ таких пьес сколько угодно! Не надо даже дочитывать до конца. Финал известен - обязательное махание красными флагами и пение революционных гимнов. Вы мне живых людей напишите, и тогда я завтра же поставлю.! А так придется подождать несколько годков.

Д р а м а т у р г. Вот значит, почему вы не хотите ставить! Красные флаги вам не нравятся, наши гимны не хороши! Мы еще с вами поговорим в другом месте! Товарищ Сталин, обижают новую драматургию!

С т а л и н. Вот-вот, коммунист называется. Как же вы игнорируете рекомендации руководителя такой важной компартии, как грузинская? Что же это получается - распустились совсем, а?

М е й е р х о л ь д. Что вы, что вы, Ес Сарионыч! Мы создадим под вашим руководством новый коммунистический театр. Вы наш вдохновитель и первый строитель. Ваше руководство поднимает советский театр на небывалую высоту. Окажите честь, покажите личный пример! "Ревизор": Начинаем! Хлестаков - сам дорогой товарищ Иосиф Виссарионович Сталин! Городничий - Всеволод Мейерхольд! Поехали!

Эпизод 15. "РЕВИЗОР".

(Парафраз из книги П. Гарина "С Мейерхольдом", стр 137-140 и комедии Гоголя. Х л е с т а к о в - С т а л и н, Г о р о д н и ч и й - М е й е р х о л ь д.

"Второй акт спектакля начинался картиной "Шествие". По редакции 1842 года это пятое явление третьего действия. Подходила к завершению длительная, напряженная работа театра. Приближались сроки выпуска спектакля, а основной сцены у Х л е с т а к о в а не было. Я начал нервничать. На очередную утреннюю репетицию пришел Мастер, очень озабоченный и деятельный. Параллельно просцениуму поставили балюстраду. М е й е р х о л ь д обходил ее, примеривался. Очевидно, конкретизируя и примеряя придуманное. Как выяснилось уже в ходе этой репетиции, М е й е р х о л ь д сцену вранья поделил на две части, и вот на утренней репетиции началась реализация первой ее части".

Вначале за балюстрадой, придерживая болтающиеся на поясе парабеллумы, выбегали озабоченные, взволнованные и взмыленные энкавэдешники. Убедившись, что путь свободен, они занимали свои места в позиции - по команде "Смирно! Ешь глазами начальство!" Один из них становился по эту сторону балюстрады. Неверной, но стремительной походкой выскакивал Х л е с т а к о в - С т а л и н в полувоенном мундире и шинели, наброшенной на плечи. Он доходил почти до середины и останавливался, как вкопанный. Затем, как бы что-то соображая, немного раскачиваясь, ощупывал за собой перила балюстрады, чтобы опереться на них для устойчивости. В благоговейном согбении, топоча, как многоголовое животное, выползал х о р и н т е л л и г е н т о в, продавшихся большевикам. Поотставший было г о р о д н и ч и й -

М е й е р х о л ь д распихивает всех и занимает место в голове процессии, ближе к начальству. Но вот зашевелилась драпированная шинелью фигура Х л е с т а к о в а. Он что-то собирается произнести. В почтительное внимание превратилось многоголовое бюрократическое животное.

И вот она, долгожданная и такая приятная резолюция.

Х л е с т а к о в. Хорошие заведения. (Пауза. Фигура раскачивается.) Мне нравится┘ (фигура раскачивается сильнее, ей не хватает уверенной опоры), что у вас показывают! В других театрах мне такое не показывали.

Г о р о д н и ч и й. В других театрах, осмеюсь доложить вам, руководители больше заботятся о своей то есть пользе.

И многоголосый х о р и н т е л л и г е н т о в сладостно вторит:

Больше заботятся о своей то есть пользе.

Г о р о д н и ч и й. А здесь, можно сказать, нет другого помышления, чтобы благочинием и бдительностью заслужить внимание вождя┘

И снова многоголосый х о р вторит:

"Чтобы благочинием и бдительностью заслужить внимание вождя".Но вот начальство выпрямилось, запахнуло шинель.От этого движения фигуру рвануло вперед и стремительной и неверной походкой понесло с балюстрады. Все засеменили вслед┘ Но стоп! Начальство остановилось. Остановилось выжидательно и интеллигентская сороконожка. А начальство повело назад. Назад и задом, так сказать, наперед. И чиновничья сороконожка подобострастно попятилась задом. Избави бог начальство опередить, точнее, оперезадить. Но опять стоп. Начальство остановилось. Все остановились. Начальство собирается заговорить. Все - внимание".

Х л е с т а к о в. Завтрак был очень хорош. (Начальство отяжелело, его немного поводит.) Я совсем объелся. (Шинель упала на балюстраду. Ему полегчало. Он кокетливо рисуется.) Что у вас каждый день бывает такое?

Г о р о д н и ч и й. Нарочно для такого приятного гостя.

Продолжая рисоваться, фитюлька произносит с фатовством:

Х л е с т а к о в. Ведь на то и живешь, (напевает), мы наш мы новый мир построим. (Уж очень он объелся. Тошно. Противно и рвотно плюет.)

"Сороконожка всеми своими сорокоручками хватает шинель, чтобы помочь начальству напялить ее на фигуру. Как только шинель укреплена на плечах, Х л е с т а к о в снова сбрасывает ее. Ему жарко. Ее снова напяливают ему на плечи. Хлестаков запахивается - вдруг осваивает равновесие и грозно задает вопрос":

Х л е с т а к о в. Как называлась эта рыба?

И н т е л л и г е н т ы задумались. Г о р о д н и ч и й стремительно подбегает к уху Х л е с т а к о в а и сообщает специально для начальства приготовленный термин:

Г о р о д н и ч и й. Лабардан с. (Начальство довольно.)

Х л е с т а к о в. Очень вкусная. (Рванулся вперед, повторяя свой уже раз пройденный путь. Интеллигенты за ним. Дойдя до энкавэдэшника - того, что занял позицию перед балюстрадой, Хлестаков остановился, не понимает. Припоминает, сообрадает). Где это мы?.. Завтракали?! В театре, что ли?

Г о р о д н и ч и й. В Народном театре имени товарища Мейерхольда.

Х л е с т а к о в. Помню, помню, там стояли такие столы┘ а народ, где народ?

Г о р о д н и ч и й. Народ безмолвствует, товарищ Сталин! Уж на что, осмелюсь доложить вам, головоломна обязанность театрального руководителя┘ (В течение этого доклада Х л е с т а к о в а настигает внезапное желание покончить с возникшей нуждой. Порывисто осмотревшись, он отправляется за кулису. Г о р о д н и ч и й продолжает свой доклад. Приблизившись к кулисе, он осторожно, дабы не нарушить священодействие начальства, продолжает еще более вкрадчиво): ┘Когда в театрах во всем порядок, сцены выметены, артисты хорошо содержатся, пьяниц мало┘

И вот, облегченный, появляется Х л е с т а к о в и занимает прежнее место у балюстрады.

Я почестей никаких не хочу. Оно, конечно, заманчиво,но перед добродетелью все прах и суета. Вот если распорядитесь где пьеску поставить┘ Анатолий Васильевич написал┘

Х л е с т а к о в (услышал слово расписаться.) Это правда. Я признаюсь , сам люблю иногда заумствоваться. Иной раз прозой, а иной раз и стишки выкинутся. Вообще нет ли у вас каких-нибудь развлечений, общества тайного, чтобы раскрыть? Или еще какой опозиции?

Г о р о д н и ч и й. Боже сохрани.

Твердость городничего ни в чем не убеждает Х л е с т а к о в а, и тут он произности свое знаменитое философское mot.

Х л е с т а к о в. Все зависит от той стороны, с которой кто смотрит на вещи┘ если, конечно, забастуешь тогда, когда нужно гнуть в три погибели┘ Ну тогда, конечно┘ (Аудиенция окончена.) Allons! (небрежно бросает и идет в обратном направлении.)

И н т е л л и г е н т ы. (Испуганно останавливают его). Куда же вы? Куда?

Х л е с т а к о в (остановился. И н т е л л иг е н т ы подобострастно указывают в противоположную сторону.) Ах, туда?! (Изумлен. Запахивает шинель. Уходит. Сороконожка семенит за ним.)

Эпизод 16. РЕПЕТИЦИЯ.

М е й е р х о л ь д. Не так! Зина, не так! Ты меня тянешь в натурализм! (Вбегает на сцену, Показывает.) Повтори!

Р а й х пробует, не получается М е й е р х о л ь д. Снова показывает.

Повторяй за мной! Так, так! Хорошо! Ты не видишь, как я это сделал?! Ну, порхай, порхай! Кокетничай! Ты же это умеешь!

Р а й х пробует, но у нее ничего не получается.

М е й е р х о л ь д. Зина, разве так любят?! Ты не умеешь любить!

Р а й х. Севочка, ты меня будешь учить любви?! Я была женой Сергея Есенина! Вот кто научил меня любить! Не тебе меня учить! Сам поучись!

М е й е р х о л ь д. Это невозможно! Ты это играть не можешь! Я снимаю тебя с роли! Покинь сцену! Рутковская! С выхода Прима! Суфлер, подавайте! Что вы машете веером, как шваброй! Танцуйте между гостями, плывите, очаровывайте! Гости! Вы что спите?! Нет, это невозможно! Где автор?! Почему его нет в театре?! Почему автор вообще перестал ходить на репетиции?! А если никто из нас не может понять, что он тут написал?! А ? Что?! Я спрашиваю, где автор?!

Р а й х. Ты его сам прогнал!

М е й е р х о л ь д. Тсссс! (Завопил снова.) А Роом? Где Роом?! Ему тоже все это неинтересно?! Куда он прячется?!

Р а й х. Всеволод Эмильевич, по вашему указанию он проверяет хронометраж┘

М е й е р х о л ь д. Не проверять ему нужно! Волноваться нужно! Волнуйтесь, все волнуйтесь! Приготовились! Тишина! Все с начала! Музыка! Зина! Где ты там запропастилась, быстро на авансцену! Пошло!

Эпизод 17. У КРОВТИ РАЙХ.

М е й е р х о л ь д. Зиночка, прости меня!..

Р а й х. Оставь меня!.. Голова раскалывается!.. Я ухожу из театра!

М е й е р х о л ь д. Ерунда! Никуда ты не уйдешь!.. Вставай! Будем репетировать!

Р а й х. Ты меня публично позоришь, обзываешь всякими словами, а теперь лезешь с извинениями?!

М е й е р х о л ь д. Зина, не ерунди! Вставай! Я придумал для тебя потрясающую мизансцену. Смотри! Ну же, вставай! Повторяй за мной!.. Так!.. Молодец!.. Ну, вот видишь! Можешь!