2. Смерть как отсутствие проявлений жизни. Отмечается отсутствие движения и реакции. Интересно употребление фразеологического сочетания «лыко не вяжет» в значении «не сочетается, не взаимодействует»:

Лыко не вяжет внутри кровь с кислородом…;

Кругом души от покаяний

Безысходности без движений

Неподвижности без исходов

Неприятие без воздействий

Нереакция до ухода…

3. Смерть как покой, отдых. Внешнее бытие обусловливает усталость от жизни, стремление к покою, которое возможно, по мнению поэта, только в смерти. Это традиционное для русского менталитета понимание смерти как успокоения (ср.: за упокой души).

Параллельно пути черный спутник летит

Он утешит спасет – он нам покой принесет…;

Расстараться – отоспаться за стеною дня

За чертою отлетевших просветленных душ

За глазами с пятаками круга не нарушь.

4. Смерть как освобождение. Жизнь представляется как тяжелый труд, болезнь, усталость. Жизнь всегда сопровождается грехом, без которого не может существовать, так как человек на земле грешен. Смерть воспринимается поэтом не как наказание, а как освобождение:

а) от тягот жизни, от совершаемых вольно или невольно грехов:

Перед костром по росту построение

Тоскующих по месту под мостом

Стреляющих в упор по представлению о жалости:

Животворящей смертью по суете постылых ситуаций

По выходам и выводам…

Интересен оксюморон «животворящая смерть». Эта парадоксальность мышления, перевернутость восприятия жизни характерна, на наш взгляд, личности и творчеству Янки Дягилевой. Её лирическая героиня «вырывается» из замкнутого пространства жизни, где её постоянно что-то отягощает в смерть.

Смерть сияние страх Чужой дом

Все по правилам, все по местам

Боевая ничья до поры

Остановит часы и слова

Отпустите меня…

Смерть противопоставляется жизни, как свобода – связанности:

Тяжело здесь лежать, были б силы уйти

Или вниз, или с краю чуть-чуть отойти

Хоть на метр – присесть, посидеть – покурить

Может дух испустить, может перевести…

Смерть наделяется способностью побуждения к действию, движению. Традиционная метафора жизненного пути получает новые смыслы: человек движется к смерти, смерть воспринимается как итог пути, пристанище:

И найдут все странники уставшие

Путь к столбу последнему поломанному

На столбе о финише известие

У столба всем путникам пристанище

Над столбом летает птица вещая

А за ним лишь камни да пожарища…

Велико стремление лирического героя освободиться от греха (грязных рук – грязных дел):

Я оставлю свой голос, свой вымерший лес

Свой приют

Чтобы чистые руки увидеть во сне…

б) от болезни, усталости:

Лексические средства (излечиваться, медицинский, больница) объединены семой «излечение от болезней жизни»:

Звездам мы становимся подругами

Навсегда от сил земных излечиваясь…;

Наивные созвездия за медицинской ширмою

Накроют покрывалом мой безвременный уход…;

Ишь ты классные игрушки тетька в сумочке несет

А ребеночек в больнице помирает ведь помрет

Он объелся белым светом, улыбнулся и пошел

Он не понял, что по-правде-то все очень хорошо…