Глава III

РАЗДЕЛЕНИЕ ТРУДА ОГРАНИЧИВАЕТСЯ

РАЗМЕРАМИ РЫНКА

Так как возможность обмена ведет к разделению труда, то степень

последнего всегда должна ограничиваться пределами этой возможности,

или, другими словами, размерами рынка. Когда рынок незначителен,

ни у кого не может быть побуждения посвятить себя целиком какому-

либо одному занятию ввиду невозможности обменять весь излишек про-

продукта своего труда на необходимые продукты труда других людей.

Существуют профессии, даже самые простые, которыми можно зани-

заниматься только в большом городе. Носильщик, например, ни в каком дру-

другом месте не может найти себе занятие и прокормление. Деревня является

слишком узким поприщем для приложения его труда, даже город сред-

средней величины вряд ли достаточно велик для того, чтобы обеспечить ему

постоянную работу. В уединенных фермах и маленьких деревушках, раз-

разбросанных в такой редконаселенной стране, как горная Шотландия,

каждый фермер должен быть вместе с тем мясником, булочником и пиво-

пивоваром для своей семьи. В таких условиях трудно встретить даже кузнеца,

плотника или каменщика на расстоянии менее 20 миль от его собрата

по профессии. Семьи, живущие на расстоянии 8 или 10 миль друг от

друга, вынуждены сами выполнять множество мелких работ, за выпол-

выполнением которых в более населенных местностях они обратились бы

к содействию этих ремесленников. Деревенские ремесленники почти

повсеместно вынуждены заниматься самыми разнообразными промыс-

промыслами, имеющими лишь то общее, что для них употребляются одинако-

одинаковые материалы. Деревенский плотник выполняет всякого рода работу

по дереву, деревенский кузнец выделывает все изделия из железа. Пер-

Первый является не только плотником, но и столяром, краснодеревцем и

даже резчиком по дереву, а также изготовляет колеса, телеги и плуги.

Работа кузнеца еще более разнообразна. В отдаленных и внутренних

частях горной Шотландии немыслима даж"е профессия гвоздаря. Такой

рабочий при выработке в день 1 тыс. гвоздей и при 300 рабочих днях

в году изготовит за год 300 тыс. гвоздей. Но в такой местности невоз-

невозможно сбыть и 1 тыс. гвоздей в год.

Так как благодаря водному транспорту для всех видов труда откры-

открывается более обширный рынок, чем это мыслимо при существовании

одного лишь сухопутного транспорта, то разделение труда и совершенст-

совершенствование всякого рода промыслов, естественно, вводятся впервые в при-

приморских местностях и по берегам судоходных рек; часто эти улучше-

улучшения спустя лишь долгое время проникают во внутренние части страны.

Большой фургон, запряженный 8 лошадьми и при 2 работниках, в про-

продолжение шести недель свезет из Лондона в Эдинбург и обратно около

4 тонн товара. Приблизительно за то же самое время парусное судно с

экипажем в 6 или 8 человек, курсирующее между портами Лондона и

Лейта, свезет туда и обратно 200 тонн товара. Таким образом, 6 или 8 че-

человек при помощи водного транспорта могут свезти туда и обратно между

Лондоном и Эдинбургом такое же количество товаров, какое свезут

50 больших фургонов при 100 работниках и 400 лошадях. Следовательно,

на 200 тонн товаров, перевозимых самым дешевым способом — сухим пу-

путем — из Лондона в Эдинбург, должны ложиться расходы по содержанию

в течение трех недель 100 человек и 400 лошадей; к этому надо присо-

присоединить уменьшение стоимости лошадей — сумма, приблизительно рав-

равная содержанию их, равно как и 50 фургонов. Между тем на такое же

количество товаров, перевозимых водою, приходится наложить только

расход по содержанию 6 или 8 человек и стоимость снашивания судна

вместимостью в 200 тонн плюс оплата большего риска, или разницы

между морским и сухопутным страхованием. Поэтому, если бы между

этими двумя пунктами не было иного сообщения, кроме сухопутного, и

из одного из них можно было бы перевозить в другой только такие то-

товары, цена которых весьма значительна в сравнении с их весом, эти

пункты могли бы вести между собою лишь ничтожную торговлю по

сравнению с тою, которая существует в настоящее время, и, следова-

следовательно, могли бы поощрять промышленность друг друга в значительно

меньшей степени, чем пыне. При таких условиях или совсем не могла

бы существовать какая бы то ни было торговля между различными

частями света, или имела бы ничтожные размеры. Какие товары могли

бы выдержать расходы по сухопутной перевозке между Лондоном и Каль-

Калькуттой? И если бы даже нашлись столь дорогостоящие товары, чтобы

выдержать такие расходы, то разве перевозка их через территории

стольких варварских народов могла бы быть безопасна? Между тем эти

два города в настоящее время ведут между собою очень значительную

торговлю, и каждый из них, представляя рынок для другого, в большей

мере поощряет промышленность последнего.

При таких преимуществах водного транспорта представляется естест-

естественным, что первые успехи ремесел и промышленности имели место там,

где удобство сообщений открывало весь мир для сбыта продуктов

всех видов труда, и что они всегда позднее начинали развиваться во

внутренних областях страны. Последние в течение долгого времени не

могут иметь для большей части своих товаров другого рынка, кроме при-

прилегающих к ним местностей, отделяющих их от морского берега и боль-

больших судоходных рек. Размеры рынка поэтому в течение продолжи-

продолжительного времени должны соответствовать богатству и населению этих

местностей, и потому рост их богатства всегда будет отставать от роста

богатства упомянутых местностей. В наших североамериканских коло-

колониях плантации постоянно устраивались на берегу моря или по берегам

судоходных рек и вряд ли где-нибудь простирались на значительное

расстояние от них.

Народы, которые, согласно самым достоверным историческим источ-

источникам, представляются первыми носителями цивилизации, жили по бе-

берегам Средиземного моря. Это море, величайшее из известных на земле

внутренних морей, не знающее ни приливов и отливов, ни волнений,

кроме вызываемых ветром, благодаря спокойствию своей поверхности, а

также обилию островов и близости окаймляющих его берегов чрезвычайно

благоприятствовало зарождавшемуся мореплаванию в то отдаленное

время, когда люди, не знавшие еще компаса, боялись терять из виду берег

и вследствие слабого развития кораблестроения того времени не решались

пускаться в бушующие волны океана. Проплыть геркулесовы столпы, т. е.

выйти за Гибралтарский пролив в открытое море, долго считалось в древ-

древнем мире самым удивительным и опасным подвигом. Много прошло вре-

времени, пока финикийцы и карфагеняне, самые искусные мореплаватели

и кораблестроители тех отдаленных времен, попытались сделать это, и

еще долгое время только они предпринимали такие попытки.

Из всех стран по берегам Средиземного моря Египет, по-видимому,

первый занялся в сколько-нибудь значительных размерах земледелием и

промышленностью и усовершенствовал их. Верхний Египет ни в одном

месте не отделяется более чем на несколько миль от Нила, а в Нижнем

Египте эта великая река разветвляется на множество рукавов, которые

при помощи несложных искусственных сооружений обеспечивали, по-

видимому, водное сообщение не только между крупными городами, но

и между всеми значительными сельскими поселениями и даже мно-

многими отдельными поместьями, как это в настоящее время имеет место по

Рейну и Маасу в Голландии. Обширность и легкость этого внутреннего

водного сообщения послужили, вероятно, одной из главных причин ран-

ранней цивилизации Египта.

Земледелие и промышленность развились, по-видимому, также в

весьма глубокой древности в провинциях Бенгалии в Индии и в неко-

некоторых из восточных провинций Китая; впрочем, отдаленность этого

времени не может быть установлена вполне достоверно для нас исто-

историческими источниками. В Бенгалии Ганг и ряд других больших рек

разветвляются на множество судоходных рукавов, подобно Нилу в Египте.

В восточных провинциях Китая несколько больших рек с их притоками

тоже образуют много судоходных путей и, сообщаясь между собой, по-

порождают внутреннее судоходство, еще более оживленное, чем по Нилу и

Гангу или, пожалуй, по обоим вместе. Интересно, что ни древние

египтяне, ни индусы, ни китайцы не поощряли внешней торговли, но свои

большие богатства все они извлекали, по-видимому, из этого внутрен-

внутреннего судоходства.

Вся внутренняя часть Африки, часть Азии, которая отстоит далеко

к северу от Черного и Каспийского морей, древняя Скифия, современ-

современная Татария и Сибирь во все века находились, по-видимому, в таком

же варварском и диком состоянии, в каком они находятся и в настоя-

настоящее время. Единственным морем Татарии являлся Ледовитый океан,

который не допускает судоходства; и хотя несколько величайших рек

в мире протекает по этой стране, они находятся на слишком боль-

большом расстоянии друг от друга, чтобы по ним можно было поддерживать

сношения и вести торговлю с большей частью страны. В Африке совсем

не существует таких больших внутренних морей, как Балтийское и

Адриатическое в Европе, Средиземное и Черное в Европе и Азии, и таких

заливов, как Аравийский, Персидский, Индийский, Бенгальский и Сиам-

Сиамский в Азии, а потому внутренние области этого великого материка недо-

недоступны морской торговле, большие же реки Африки находятся слиш-

слишком далеко друг от друга, чтобы делать возможным сколько-нибудь зна-

значительное внутреннее судоходство. Помимо того,, торговля, которую

может вести'народ, пользуясь рекой, не имеютцей большого числа при-

притоков и рукавов и протекающей перед впадением в море по чужой терри-

территории, никогда не достигает очень значительных размеров, потому что

всегда во власти народов, обладающих этой территорией, воспрепятство-

воспрепятствовать сообщению между истоками реки и морем. Судоходство по Дунаю

приносит очень мало пользы различным государствам, через которые

он протекает, — Баварии, Австрии и Венгрии — в сравнении с тем, что

оно могло бы давать, если бы одно из этих государств владело рекою на

всем ее протяжении до впадения в Черное море.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Я закончу эту весьма длинную главу замечанием, что всякое улуч-

улучшение в условиях жизни общества имеет,тенденцию прямо или косвенно

повышать действительную ренту с земли, увеличивать действительное бо-

богатство землевладельца, его способность покупать труд или продукт

труда других людей.

Распространение улучшения земли и ее обработки ведет непосред-

непосредственно к повышению ренты. Доля землевладельца в продукте необхо-

необходимо увеличивается вместе с увеличением всего продукта.

Возрастание действительной цены сырых произведений земли, кото-

которое первоначально является следствием распространения улучшений и

обработки земли, а затем и причиной их дальнейшего распространения,

например увеличение цены скота, также ведет к непосредственному по-

повышению ренты с земли, и притом в еще большей пропорции. Действи-

Действительная стоимость доли землевладельца, его действительное распоряже-

распоряжение трудом других людей, не только увеличивается с увеличением дей-

действительной стоимости его продукта, но и увеличивается вместе с тем

также и отношение его доли к всеобщей массе продукта. Для добывания

этого продукта, после повышения его действительной цены, не требуется

большего количества труда, чем прежде. И потому меньшая доля про-

продукта оказывается достаточной, чтобы возместить с обычной прибылью

капитал, затрачиваемый на этот труд. Вследствие этого большая доля его

должна оставаться землевладельцу.

Все улучшения в производительности труда, которые ведут непо-

непосредственно к понижению действительной цены промышленных изделий,

косвенно ведут к повышению действительной ренты с земли. Землевла-

Землевладелец обменивает на промышленные изделия ту часть своего продукта,

которая остается от его собственного потребления, или, что то же самое,

цену этой части его. Все, что понижает действительную цену первых, по-

повышает действительную цену последнего продукта. В силу этого одно и

то же количество сельскохозяйственного продукта становится эквивалент-

эквивалентным большему количеству промышленных изделий и землевладелец по-

получает возможность приобретать большее количество предметов удобства,

украшения или роскоши.

Всякое увеличение действительного богатства общества, всякое уве-

увеличение количества затрачиваемого в нем полезного труда ведет косвенно

к повышению действительной ренты с земли. Определенная доля этого

труда вкладывается, естественно, в землю. Большее количество людей и

скота употребляется на ее обработку, получаемый продукт увеличивается

вместе с увеличением капитала, затрачиваемого на его производство, а

рента увеличивается вместе с продуктом.

Противоположные явления — плохая обработка земли, понижение

действительной цены кйкой-дибо части продуктов земледелия, повыше-

повышение действительной цены промышленных изделий в результате упадка

мануфактур и промыслов, уменьшение действительного богатства обще-

общества — все это ведет к понижению действительной ренты с земли, к

уменьшению действительного богатства землевладельца, к уменьшению

его способности покупать труд или продукт труда других людей.

Весь годовой продукт земли и труда каждой страны или, что то же

самое, вся цена этого годового продукта, естественно, распадается, как

уже было замечено, на три части: ренту с земли, заработную плату труда

и прибыль на капитал — и составляет доход трех различных классов

народа: тех, кто живет на ренту, тех, кто живет на заработную плату,

и тех, кто живет на прибыль с капитала. Это — три главных, основ.-

ных и .первоначальных класса * в каждом цивилизованном обществе,

из дохода которых извлекается в конечном счете доход всякого другого

класса.

Из сказанного выше явствует, что интересы первого ив этих трех

главных кпас?$в~ тесно и неразрывно связаны с общими интересами об-

щества!ТВсе, что благоприятствует или вредит интересам первого, неиз-

неизбежно благоприятствует или вредит интересам общества. Когда общество

обсуждает вопросы регулирования торговли или экономической политики,

qo6cTBjBHHEUffl земли никоим образом не могут вводить его в заблуждение

в целях благоприятствования интересам только своего класса, если они,

конечно, хотя бы сколько-нибудь понимают эти свои интересы. Правда,

слишком часто им недостает такого понимания. Они представляют собою

единственный из трех классов, доход которых не Стоит им труда и уси-

усилий, а приходит к ним как бы сам собой и независимо от каких бы то

ни было их собственных проектов или планов. Эта бездеятельная жизнь,

являющаяся естественным последствием довольства и прочности их поло-

положения, делает их слишком часто не только несведущими, но и неспособ-

неспособными к той умственной деятельности, которая необходима для того,

чтобы предвидеть и понять возможные последствия той или иной меры

регулирования.

Интересы второго класса, члены которого живут заработной платой,

столь же тесно связаны с интересами общества, как и интересы первого.

Как уже было выяснено, заработная плата рабочегд никогда не бывает

так высока, как тогда, когда спрос на труд неизменно увеличивается или

когда количество употребляемого труда ежегодно значительно возра-

возрастает. Когда действительное богатство общества перестает возрастать

и остается неизменным, заработная плата этого класса скоро сокра-

сокращается до такого размера, который как раз достаточен для того, чтобы

рабочий мог содержать семью или продолжить существование расы ра-

рабочих. При упадке общества она даже падает ниже этого уровня. Класс

собственников может, пожалуй, извлекать большую выгоду из процвета-

процветания общества, чем класс рабочих, но ни один другой класс не страдает

так жестоко от его упадка, как рабочие. Но хотя интересы рабочего

тесно связаны с интересами общества, он неспособен ни уразуметь эти

интересы, ни понять их связь со своими собственными. Условия его

жизни не оставляют ему времени для того, чтобы приобретать необходи-

необходимые сведения, а его образование и привычки обыкновенно таковы, что

делают его совсем неспособным к правильному суждению, даже если бы

он обладал всей полнотой сведений. Ввиду этого при общественном об-

обсуждении вопросов его голос слабо слышен, на него обращают мало

внимания, исключая особые случаи, когда его требования достаточно

громки, настойчивы и поддерживаются предпринимателями в их соб-

собственных целях.

Люди, употребляющие в дело рабочих, составляют третий класс,

класс тех, кто живет на прибыль. Для получения прибыли пускается в

оборот капитал, который приводит в движение ббльшую часть полезного

труда всякого общества. Планы и проекты обладателей капитала регули-

регулируют и направляют все важнейшие приложения труда, прибыль соста-

составляет конечную цель всех этих планов и проектов. Но норма прибыли не

повышается подобно ренте и заработной плате вместе с процветанием

общества и не понижается вместе с его упадком. Напротив, она обычно-

?изкд)в богатых странах и вадсок^ в бедных, а на еамом высоком уровне

она* всегда держится в тех стратах, которые быстрее всего идут к разо-

Р?нию_и_гибе,!Щ. Ввиду этого интересы этого тре'тьегоТотасса'не так свя-

связаны с общими интересами общества, как это наблюдается "у др?угих двух

класс6в.Т^пды_и^„цр^гммп1ленники, входящие в этот класс, "пускают в

ЯёжГо'бычно крупные капиталы и благодаря своему богатству пользуются

в обществе очень большим уважением и влиянием. Поскольку в течение

всей своей жизни они разрабатывают всяческие планы и проекты, они

часто отличаются большей сообразительностью и пониманием, чем боль-

большинство землевладельцев. Но так как их помьюты обыкновенно погло-

поглощены скорее интересами собственной специальной отрасли, а не об-

общими интересами общества, то их мнение, даже высказываемое р полной

искренностью (что бывает далеко не во всех случаях), в гораздо боль-

большей степени отвечает первым интересам, чем последним. Их превосход-

превосходство над землевладельцем состоит не столько в понимании ими общест-

общественных интересов, сколько в лучшем понимании своих собственных инте-

интересов, чем это наблюдается у землевладельца. Именно благодаря такому

лучшему пониманию своих интересов им часто удавалось влиять на вели-

великодушие землевладельца и убеждать его пожертвовать своими интере-

интересами и интересами общества в силу весьма простого, но благородного

довода, что их интересы, а не интересы землевладельца представляют

собою интересы общества. Между тем интересы представителей той или

иной отрасли торговли или промышленности всегда в некоторых отноше-

отношениях расходятся с интересами общества и даже противоноложны им.

Расширение рынка и ограничение конкуренции всегда отвечает интересу

тортовтЩвТ~Расширение рынка часто может соответствовать также инте-~

йбСам общества, но qrpaHH4ej™jKOHj?XJLeH4HH всегда должно идти вразрез

с\ними и может только давать торговцам возможность путем повышения

их прибыли сверх естественного ее уровня взимать в свою личную пользу

чрезмерную подать с остальных своих сограждан. К предложению об из-

издании какого-либо нового закона или регулирующих правил, относя-

относящихся к торговле, которое исходит от этого класса, надо всегда отно-

относиться4 с величайшей осторожностью, его следует принимать только

после продолжительного и всестороннего рассмотрения с чрезвычайно

тщательным, но и чрезвычайно подозрительным вниманием. Оно ведь

исходит от того класса, интересы которого никогда полностью ле совпа-

совпадают с интересами общества, который обычно заинтересован в том,

чтобы вводить общество в ™*™П2Л?5?& эт JWWfft YEgglgTJ: ег0> и кото"

рый действительно во многих" случаях и вводил его в заблуждение и

угнетал.