13.3 Морально-этическиепроблемы пересадки фетальныхорганов и тканей.

Пересадка органов и тканей производится от плодов, под­вергшихся абортированию - как самопроизвольному, так и ис­кусственному. Причем последний вид аборта является основ­ным источником трансплантатов, так как самопроизвольные выкидыши встречаются значительно реже и часто сопровожда­ются патологией плода, что делает их неподходящими донора­ми для пересадок.

Поскольку аборт является условием получения тканей для трансплантации, то его допустимость оказывается одной из центральных моральных проблем на пути развития рассматри­ваемого типа новых медико-биологических технологий.

Моральная оценка фетальных переса­док формировалась и формируется относительно независимо от моральной оценки аборта. Наблюдается своеобразное соче­тание этих оценок и соответствующих позиций. Консерватив­ное крыло образуют сторонники запрета аборта и фетальных трансплантаций, рассматривающие аборт как "убийство" не­рожденного человека, а трансплантацию - как разновидность "каннибализма". Существуют и такие противники искусствен­ного аборта, которые считают оправданными трансплантации фетальных тканей для лечения болезней человека. Часть из них полагает, что если уж это зло существует, то неразумно "выбра­сывать" то, что может помочь страдающим людям. Другие со­гласны с использованием тканей только естественно абортиро­ванных плодов при условии установления факта их смерти (то есть на тех же основаниях, что и при осуществлении обычных трансплантаций).

Есть, далее, сторонники аборта как права женщин на сво­бодное волеизъявление и контроль за собственной фертильностыо, которые, однако, сомневаются в моральности использо­вания плодных тканей для трансплантаций. Обычно такая по­зиция мотивируется тем, что развитие подобной клинической практики приведет к росту потребности в фетальных тканях, которая через рыночные механизмы будет стимулировать их "предложение" со стороны женщин. Существует, таким обра­зом, опасность превращения женщин в "сырьевые придатки" прибыльной медицинской индустрии - фетальной трансплантологии. Наконец, наиболее либеральное крыло составляют те, кто считает морально допустимым как искусственные аборты, так и пересадку фетальных тканей. Позиция многих представи­телей российского здравоохранения в данном вопросе является одной из наиболее либеральных в мире.

Трансплантация фетальных тканей не является единствен­ной областью утилизации абортированных плодов в современ­ной медицине. Человеческие плоды широко используются для получения вакцин, например против полиомиелита. Трудно переоценить значение этой вакцины для спасения жизней и здоровья многих миллионов детей во всем мире. Эмбрионы ис­пользуются и при диагностике многих вирусных заболеваний. Неоценимо значение научных исследований абортированных плодов для эмбриологии человека, выяснения причин врож­денных и генетических заболевании, разработки новейших ме­тодов внутриутробной хирургии и терапии различных форм па­тологии. Поэтому вопрос о моральности использования тканей абортированных плодов для целей трансплантации должен учитывать отмеченные выше, не вызывающие возражений у населения, рутинные способы их утилизации.

Новым аспектом становится сама технология пересадки тканей плода в тело пациента. В отношении нее правомерно применение этических принципов, аналогичных тем; что сло­жились в трансплантологии. Поскольку плод, естественно, не может дать добровольного согласия на изъятие от него тех или иных органов для пересадки, которая неминуемо приводит к его гибели, то трансплантация от живых плодов считается мо­рально недопустимой. Иногда используется такой путь, как по­лучение согласия матери, идущей на аборт, на использование плода для этих целей. Однако моральная весомость подобного согласия представляется крайне сомнительной, так как мать самим принятием решения об аборте "приговорила" его к смерти. Она не может полноценно отстаивать его интересы.

Поэтому морально приемлемыми считаются транспланта­ции тканей только от уже погибших плодов. Однако определение момента смерти плода с той же объективностью и точностью, ко­торая имеет место при установлении факта смерти мозга у взрос­лых, пока представляется невозможным. Ткани плода более ус­тойчивы к гипоксии, чем ткани взрослых организмов, поэтому жизненно важные функции повреждаются более медленно.

Не существует общепринятом дефиниции смерти для де­тей моложе 5 лет, а самые амбициозные медицинские критерии применяются только к новорожденным старше семи дней. По­этому на практике применяется либо критерий живорожденности, определяемый возрастом плода и его весом, либо традици­онный критерий, основанный на отсутствии дыхательных дви­жений и сердцебиения. Поскольку некоторые абортированные плоды рождаются с признаками жизни, считается неприемле­мым продлевать эту жизнь искусственными методами с целью более удобного извлечения органов и тканей для пересадки. Чтобы предотвратить преднамеренное производство плодов для трансплантологических целей, необходимо обеспечить не­зависимость принятия женщиной решения об аборте от наме­рения врачей использовать впоследствии ткани плода для пере­садок. В связи с этим подлежит запрету любая форма оплаты женщине, а также торговля абортированными плодами, их тка­нями и органами.