Глава 2. Понятие права собственности

1. Слово "право" употребляется юристами в двояком значении - в объективном и субъективном. В объективном смысле право - система норм, установленных государством правил поведения, регулирующих общественные отношения. Это понятие подробно рассмотрено в первой книге "Курса" <1>. Применительно к праву собственности достаточно в приведенном, самом кратком определении заменить слова "общественные отношения" словами "отношения собственности". В субъективном смысле под правом понимается принадлежащая определенному субъекту возможность и обеспеченность определенного поведения <2>. Переход от этого общего определения к понятию субъективного права собственности более сложен <3>.

--------------------------------

<1> См.: Тархов В.А. Курс гражданского права. Понятие гражданского права. Саратов, 1987 С. 7 - 29.

<2> См.: Тархов В.А. Гражданское правоотношение. Уфа, 1993. С. 29 - 31.

<3> См.: Тархов В.А., Рыбаков В.А. О понятии права собственности // Юрист. 2002. N 4. С. 14 - 18.

Некоторые экономисты не проводят различия между собственностью и правом собственности, считая собственность категорией юридической и ссылаясь при этом на К. Маркса <1>. При этом упускают из виду начало цитируемого ими абзаца, в котором Маркс пишет о критическом разборе гегелевской философии права. Гегель развивал свои взгляды на базе римского права <2>. Маркс, критикуя Гегеля, пользовался тем же, привычным для читателя, материалом <3>. Нельзя забывать, что в то время римское право было действующим правом в Германии <4>. А по римскому праву собственность, в отличие от владения, всегда связана с правом <5>, и во всех исследованиях, отправлявшихся от римского права, слово "собственность" употреблялось одинаково для обозначения и собственности, и права собственности <6>. Но К. Маркс в то же время различает правовую собственность и реальные отношения собственности <7>, указывая, что экономические отношения предшествуют приобретению ими правовой формы <8>.

--------------------------------

<1> См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 13. С. 7.

<2> См.: Гегель. Философия права. М., 1934. С. 14, 24, 27, 28 - 31, 67, 70 - 71, 73 и т.д.

<3> См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 36. С. 176.

<4> См.: Гражданское и торговое право капиталистических государств. М., 1966. С. 32.

<5> См.: Gaii Institutionis. IV. 52; D. 6.1.23.pr.; D. 41.1.20.pr.

<6> См.: Плеханов Г.В. К вопросу о развитии монистического взгляда на историю. М., 1933. С. 13.

<7> См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 360; Т. 16. С. 26.

<8> См.: Там же. Т. 19. С. 393. Хубиев К.А. (см.: Хубиев К.А.: Собственность в системе производственных отношений. М., 1988. С. 9) относит это различие к "Капиталу".

Диалектику собственности и права собственности призывал учитывать Гуго Гроций, считавший, что для более правильного понимания собственности необходимо познать возникновение права собственности <1>.

--------------------------------

<1> См.: Гроций Гуго. Три книги о праве войны и мира. Перевод с латинского А.Л. Саккетти. М., 1956. С. 201 - 202.

В дискуссии о собственности, развернувшейся на страницах "Экономической газеты" в 1989 г., отмечалось, что нужно различать экономическую и правовую формы собственности <1>. По-видимому, это правильно. Возможно, что во избежание путаницы между понятиями собственности и права собственности участилось использование термина "достояние". Анализ его должен быть дан в связи с понятием государственной собственности. Ю.В. Нарыкова полагает, что собственность необходимо рассматривать еще и как социальную, политическую, историческую, нравственную категории <2>.

--------------------------------

<1> См.: ЭГ. N 10. С. 20.

Ряд современных авторов справедливо отмечают, что наиболее плодотворными являются результаты исследований, опирающиеся не только на дифференциацию, но и на единство экономических и правовых отношений собственности (см., например: Лебединец О.Н. Жизненный цикл юридических лиц (гражданско-правовой аспект). Волгоград, 2000. С. 22); Кораблина О.А. Общество с ограниченной ответственностью: вопросы права собственности // Вестн. Волжского ун-та им. В.Н. Татищева. Серия "Юриспруденция". Вып. 8. Тольятти, 2000. С. 178 - 186.

Между тем в научных исследованиях разделяется мнение авторов, говорящих о первично правовой природе категории "собственность", не выводимой из категории экономической и от нее независимой (см.: Рябов А.А. Проблемы общего понятия права собственности. М., 1998. С. 10).

<2> См.: Вестн. СГАП. 2004. N 4. Ч. 1. С. 85.

Однако нельзя полагать, будто бы различия между экономическими и юридическими категориями способны привести к тому, что в области экономики будут существовать одни формы собственности, а в области права - другие, в области экономики собственностью будет одно, а в области права - другое. Как говорили К. Маркс и Ф. Энгельс, "право само по себе ничего не дает, а только санкционирует существующие отношения" <1>.

--------------------------------

<1> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 2. С. 208; ср.: Т. 40. С. 255.

Субъективное право существует только в правовых отношениях <1>. Правовое отношение собственности является формой экономического отношения собственности <2>.

--------------------------------

<1> См.: Тархов В.А. Гражданское правоотношение. С. 35.

<2> См.: Там же. С. 8 - 16. См. также: Камышанский В.П. Право собственности на недвижимость: вопросы ограничений. Элиста, 1999. С. 11 - 18.

Понятие права собственности как субъективного права не может быть дано путем простого прибавления слова "право" к данному Марксом понятию собственности как "права присвоения" или "права относиться к вещам как к своим".

Прежде всего, определение права собственности как права присвоения могло бы явиться простой тавтологией, ибо классики марксизма-ленинизма в ряде случаев употребляют термин "собственность" и "присвоение" как выражающие однозначащие понятия. Кроме того, понятие собственности употребляется К. Марксом и в широком смысле слова, при котором соответственно будут иметь место субъективные права не только собственников, но и наймодателей, нанимателей, заимодавцев, заемщиков, налогополучателей, налогоплательщиков и т.д.

Следовательно, определение права собственности должно вскрывать его специфические черты, отличающие право собственности от других субъективных прав.

Прежде право собственности по традиции определялось как право владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом <1>.

--------------------------------

<1> См., например: Синайский В.И. Русское гражданское право. Киев, 1914. Вып. I. С. 217; Трофименко А.В. К вопросу о соотношении общетеоретической модели субъективного права и цивилистической модели права собственности // Гос-во и право. 2003. N 2. С. 114 - 118.

2. Академик А.В. Венедиктов в своем труде "Государственная социалистическая собственность", вышедшем в свет в 1948 г., сделал попытку дать научное определение права собственности, основывающееся на данном К. Марксом понятии собственности.

Прежде чем предложить свое определение, А.В. Венедиктов указывает, почему не может быть принято традиционное определение права собственности как права владения, пользования и распоряжения вещью. Он приводит к этому два основания.

Во-первых, право собственности, по его мнению, не исчерпывается тремя названными правомочиями собственника. А.В. Венедиктов в качестве примера приводит судебный арест имущества, при котором собственник может быть лишен владения, пользования и распоряжения арестованным имуществом, но "у собственника остается все же какой-то реальный "сгусток" его права собственности" <1>.

--------------------------------

<1> Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. М., 1948. С. 16.

Подобное мнение высказывает А.В. Карасс. Государственная социалистическая собственность. М., 1954. С. 184. Не давая определения, он называет владение, пользование (использование), распоряжение, управление, охрану (защиту).

В.П. Мозолин, соглашаясь с первым утверждением (см.: Указ. соч. С. 33), не соглашается со вторым (там же. С. 38).

Во-вторых, определение права собственности "должно само по себе обязывать к раскрытию специфических классовых особенностей отдельных форм собственности в каждой формации" <1>.

--------------------------------

<1> Венедиктов А.В. Указ. соч. С. 16 - 17; Брауде И.Л. Права землепользователя на посевы, насаждения и сооружения // Вестн. МГУ. 1950. N 7. Вып. 3. С. 82. См. также: Васюнин М.К. Указ. соч. С. 44.

О.С. Иоффе, солидаризирующийся с А.В. Венедиктовым, указывал, что недостатком определения права собственности как права пользования, владения и распоряжения имуществом является также то, что выражаемое им отношение представляется на первый взгляд как отношение лица к вещи <1>.

--------------------------------

<1> См.: Иоффе О.С. Правоотношение по советскому гражданскому праву. М., 1949. С. 102; Он же. Избранные труды по гражданскому праву. М., 2000. С. 508 - 581.

В результате своего исследования А.В. Венедиктов пришел к выводу, что право собственности следует определить "как право индивида или коллектива использовать средства и продукты производства своей властью и в своем интересе на основе существующей в данном обществе системы классовых отношений, и в соответствии с нею" <1>.

--------------------------------

<1> Венедиктов А.В. Указ. соч. С. 34. Похожая формула - "своей волей и в своем интересе" - используется в ГК для приобретения гражданских прав вообще (п. 2 ст. 1).

Рассматривая это определение, мы прежде всего убеждаемся в том, что первый из упреков, делаемых А.В. Венедиктовым в отношении традиционного определения, с равным успехом можно сделать и его определению. Тот же самый пример с судебным арестом имущества показывает, что собственник в таком случае не может "использовать" имущество "своей властью и в своем интересе", не переставая все же быть собственником <1>. Следовательно, в этой части определение академика Венедиктова ничем не отличается от традиционного определения. К такому результату А.В. Венедиктов пришел потому, что этот указываемый им "недостаток" определения - кажущийся, о чем будет сказано в дальнейшем.

--------------------------------

<1> См.: Сов. гос-во и право. 1948. N 11. С. 74.

Действительными недостатками рассматриваемого определения являются неточности в понятиях, не дающие полного и правильного представления о субъективном праве собственности.

Разве термин "использовать" имущество лучше отражает понятие права собственности, чем "владеть, пользоваться и распоряжаться"? Ведь совершенно ясно, что "пользование" не охватывает права собственности, хотя понятие "использование" и несколько шире понятия "пользование". В докладе, сделанном 11 декабря 1950 г., А.В. Венедиктов решительно отверг отождествление понятия "использование" с понятием "пользование" <1>, однако элемент пользования является, по-видимому, настолько преобладающим в понятии "использование", что это может вызвать неправильное понимание. О.С. Иоффе прямо отождествляет эти понятия: принимая определение Венедиктова, он усматривает в этом определении три конститутивных элемента - пользование, "свою власть" и "свой интерес" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Известия АН СССР. Отд. экономики и права. 1951. N 2. С. 102.

<2> См.: Иоффе О.С. Указ. соч. С. 107.

В понятии права собственности должны быть указаны такие важнейшие элементы, как владение и распоряжение <1>. У академика Венедиктова же эти элементы должны только подразумеваться в понятии "использование". Правда, А.В. Венедиктов считает должным "решительно предостеречь против недооценки названных правомочий" <2>, но все же почему-то не включает их в свое определение.

--------------------------------

<1> См.: Сталин И. Вопросы ленинизма. Изд. 11-е. М., 1939. С. 554.

<2> См.: Венедиктов А.В. Указ. соч. С. 16; Известия АН СССР. С. 103.

Вряд ли также можно признать удачным понятие "своей" власти в общем определении права собственности <1>. Оно может быть принято в отношении государственной собственности, но не иных форм собственности, применительно к которым понятие "своей" власти приобретает какой-то индивидуалистический оттенок, не отвечающий действительности. "Своя" власть собственника есть власть, исходящая, конечно, не от самого собственника, а предоставляемая ему действующими нормами права. Если вспомнить историю вопроса, то в классической западной юриспруденции право собственности рассматривалось как наиболее полное господство над вещью. Такое понимание собственности было воспринято из римского частного права и закреплено в законодательстве. Так, ст. 544 Французского гражданского кодекса 1804 г. определяла собственность как "право пользоваться и распоряжаться вещами наиболее абсолютным образом". Согласно § 903 ГКГ "собственник вещи может... распоряжаться вещью по своему усмотрению и устранять других лиц от всякого на нее воздействия". Однако уже право XIX столетия знало различные ограничения права собственника. Такие ограничения были предусмотрены в самих определениях собственности, которые содержались в гражданских кодификациях. Особенно много этих ограничений было установлено в отношении права собственности на землю. В этой связи М.И. Кулагин справедливо отмечал, что собственность перестала быть абсолютной, ее содержание определяется ныне в законе <2>.

--------------------------------

<1> См.: Гражданское право: Учеб. / Под ред. С.П. Гришаева. М., 1998. С. 97.

<2> См.: Кулагин М.И. Предпринимательство и право: опыт Запада // Кулагин М.И. Избранные труды. М.: Статут (серия "Классика российской цивилистики"), 1997. С. 243 - 246.

Если даже отвлечься от сказанного, то все же понятие "своей" власти окажется не совсем точным. Покупатель, действовавший вполне добросовестно и в соответствии с нормами права, может не стать собственником купленной вещи, если продавец не обладал достаточными правомочиями; "своя" власть покупателя зависит, таким образом, от прав других лиц <1>.

--------------------------------

<1> См.: Сов. гос-во и право. 1949. N 4. С. 54.

А.В. Венедиктов желал этим показать, что правомочия субъекта права собственности не исходят от других субъектов; последнее имеет место в тех случаях (не считая рассмотренного с покупателем), когда право владения, право пользования или право распоряжения предоставляется собственником другим лицам. Но это можно показать, как мы увидим, без употребления понятия "своей" власти, страдающего указанными недостатками <1>.

--------------------------------

<1> Иногда власть управомоченного лица над вещью понимается как подтверждение преимущественного положения этого лица по отношению к иным субъектам права по поводу конкретной вещи (см.: Порошков В.А. Права на чужие недвижимые вещи по российскому гражданскому праву. Волгоград, 1998. С. 11).

В.П. Мозолин полагает, что слова "своей властью" лучше заменить словами "по своему усмотрению" <1>. Это разные понятия, однако вряд ли новые слова значительно лучше старых.

--------------------------------

<1> См.: Мозолин В.П. Право собственности в РФ... С. 30. См. также: Гражданское право. Л., 1996. Ч. 1. С. 299.

Введение в определение права собственности понятия "своего интереса" так же не способствует внесению ясности в это представление. В современной литературе встречаются суждения, что осуществление правомочий по владению, пользованию и распоряжению вещью в своем интересе является сущностным признаком вещного права, "позволяющим не только разграничивать вещные и обязательственные права, но и очертить сам круг вещных прав, отграничив их от иных титульных прав лица в отношении вещи" <1>.

--------------------------------

<1> Мисник Н.Н. "Свой интерес" как "индикатор" вещного права // Гос-во и право. 2005. N 12. С. 107. См. также: Михайлов С.В. Категория интереса в российском гражданском праве. М., 2002. С. 96 - 103.

Понятие "интерес" может быть употребляемо в различных смыслах. Все варианты были рассмотрены в статье: Тархов В.А. Некоторые вопросы охраны имущественных прав трудящихся по советскому гражданскому законодательству <1>.

--------------------------------

<1> См.: Учен. тр. Сар. юрид. ин-та. 1965. Вып. 2. С. 87 - 93.

Бесспорно, при отсутствии интереса субъективное право утрачивает свое предназначение. Но действующее право не устанавливает необходимости интереса для признания права собственности. "Свой интерес" может быть (и предполагается) у любого носителя права, у каждого обладателя того или иного имущества, как у собственника, так и у нанимателя, пользователя и т.д. Однако юридически наличие интереса ни у кого не требуется и ни чьи права не ставятся в зависимость от того, имеет носитель этих прав какой-либо интерес в этом или нет. Если признать интерес необходимым элементом субъективного права, то для осуществления и защиты своего права субъекту нужно было бы доказывать не только наличие права, но и наличие интереса, даже не столько наличие права, сколько наличие интереса, коль скоро интерес является "ведущим элементом", как говорил А.В. Венедиктов. Более того, можно было бы, доказав отсутствие у субъекта интереса, доказать тем самым отсутствие у него права, лишить его права собственности. Очевидно, что такое допущение не находит опоры в действующих правовых нормах и противоречит смыслу права.

Интерес, в смысле необходимости определенного блага для удовлетворения тех или иных потребностей, является нужным доказывать собственнику лишь в тех случаях, когда существует право на ту же вещь сособственников (абз. 2 п. 4 ст. 252 ГК) или других лиц. Например, при наличии договора жилищного найма право пользования жилой площадью принадлежит не только собственнику этой площади, но и нанимателю, пользующемуся преимущественным правом возобновления договора (ст. 684 ГК). Поэтому здесь необходимо учитывать интересы как собственника, так и нанимателя. Следует отметить, что речь идет об учете определенных интересов при наличии субъективного права. При отсутствии правового основания какие бы то ни было интересы не могут противопоставляться субъективному праву. Если жилая площадь занимается лицом, не имеющим на нее субъективного права, то его интересы не могут быть противопоставлены интересам собственника. В подтверждение сказанного можно сослаться на практику верховных судов <1>.

--------------------------------

<1> См.: Сб. пост. Пл. и опр. коллегий Верх. суда СССР (1938 и 1-е полугод. 1939 г.). М., 1940. С. 74, 154 - 155; Сб. действ. пост. Пл. и дир. писем Верх. Суда СССР 1924 - 1944 гг. М., 1946. С. 143 - 144; Сб. пост. Пл. и опр. коллегий Верх. Суда СССР 1944 г. М., 1948. С. 234; Суд. практика. 1947. Вып. V. С. 5; 1948. Вып. I. С. 12; Соц. зак. 1953. N 12. С. 79.

Так, по одному делу был сделан вывод, что съемщик жилого помещения в доме, принадлежащем гражданину на праве личной собственности, может быть выселен по требованию наймодателя, если судом будет установлено, что помещение необходимо для личного пользования собственника дома или членов его семьи.

Материалами дела установлено, что Федоров является собственником части домовладения N 9 по улице 3-я Пухальская в г. Калинине. Согласно акту о разделе дома Федорову выделена доля размером в 22,1 кв. м и кухня площадью 10 кв. м. С 1926 года на указанной площади проживали супруги Никифоровы. В 1962 году Федоров по болезни демобилизовался из Советской Армии и, не имея жилой площади для проживания с семьей, состоящей из четырех человек, обратился в суд с иском о выселении Никифоровых по мотивам острой нуждаемости в жилом помещении. Калининский областной суд иск Федорова удовлетворил. Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РСФСР определением от 21 декабря 1962 года решение областного суда оставила без изменения, указав следующее. Демобилизовавшись, Федоров приехал в г. Калинин на постоянное жительство, сдав предоставленную ему гарнизоном квартиру. Городская комиссия по трудовому и жилищно-бытовому устройству военнослужащих, уволенных в запас, рассмотрев заявление Федорова о прописке его с семьей в г. Калинине, с учетом проживания его до призыва в Советскую Армию в этом же городе, разрешила ему с семьей прописку на жилую площадь тетки гр-ки Суриной, где проживают и его родители, без предоставления ему жилой площади из государственного фонда, так как он на праве личной собственности имеет часть дома.

Судом установлено, что на площади Суриной размером 24 кв. м проживают: она сама, родители Федорова с дочерью, истец с семьей, всего восемь человек. Следовательно, Федоров остро нуждается в жилой площади. Произвести какой-либо раздел жилой площади, принадлежащей Федорову в доме N 9, по улице 3-й Пухальской, не представляется возможным по техническим причинам. Кроме того, размер жилой площади в 22 кв. м является явно незначительным для проживания двух семей.

Утверждение в жалобе Никифоровых о том, что Федоров может проживать в доме родителей его жены, не может служить основанием для отмены решения суда. Федоров не имеет права требовать предоставления жилой площади в доме родственников жены, так как он там не проживал. При этих условиях решение суда об удовлетворении иска соответствует требованиям ст. 58 Основ гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик <1>.

--------------------------------

<1> См.: Бюл. Верх. Суда РСФСР. 1963. N 3. С. 3.

Интерес может служить в качестве мотива поведения лица, обладающего данным интересом. Если в случаях нарушения гражданином интересов общества, например при совершении преступлений, установление мотивов этого поведения является необходимым и обязательным (ст. ст. 63 - 64 УК, ст. ст. 220 и 307 УПК), то при правомерном поведении лица в гражданском обороте установление мотивов его действий не вызывается необходимостью и могло бы привести к совершенно излишнему и недопустимому вмешательству в исключительно личные стороны жизни граждан (ст. 23 Конституции). Верховный Суд СССР неоднократно указывал на отсутствие значения для дела мотива в гражданско-правовых отношениях <1>.

--------------------------------

<1> См.: Суд. практика. 1949. N 4. С. 47 - 48; Яичков К. Практика Верховного Суда СССР по важнейшим гражданским делам // Соц. законность. 1942. N 9. С. 14.

Ни в одном из значений понятие интереса не может быть введено в определение права собственности.

Кроме того, понятие "своего" интереса является неправильным еще и потому, что оно придает субъективному праву индивидуалистический характер, вступающий в противоречие с необходимым сочетанием личных интересов с общественными интересами <1>.

--------------------------------

<1> См.: Сталин И. Соч. Т. 13. С. 351; Гребенников В.В. Роль института собственности в становлении гражданского общества в России. Саратов, 1996. С. 13.

А.В. Венедиктов, разъясняя свое определение, говорит об этом сочетании <1>, но из его определения оно не вытекает, так как там говорится именно о "своем" интересе, и только о "своем".

--------------------------------

<1> См.: Известия Академии наук. С. 98.

Академик Венедиктов считал, что понятие интереса необходимо ввести в определение права собственности потому, что иначе не будет вскрыт классовый характер права собственности, не будет показано, в интересах какого класса установлено и осуществляется право собственности. Однако это не так.

Несомненной заслугой А.В. Венедиктова является то, что он ввел в определение права собственности указание на классовый характер этого права. Но это указание усматривается не в понятии "использования" "своей властью и в своем интересе", а в концовке определения, в том, что право собственности осуществляется "на основе существующей в данном обществе системы классовых отношений и в соответствии с нею" <1>. Что же касается "своего интереса", то сам по себе он нисколько не показывает, в интересах какого класса действующее право регулирует субъективное право собственности. У мелкого частного собственника в частнособственнических обществах интерес всегда приблизительно одинаков, хотя общественно-экономическая формация сменяется одна другой и интерес этого собственника не совпадает с интересами господствующих классов. В сложном переплете различных противоречий капиталистического общества "свой" интерес представителя господствующего класса может не соответствовать интересам класса в целом и действия, совершенные в соответствии со "своим" интересом, будут выходить за рамки субъективного права собственности, установленного объективным правом. К. Маркс указывал, что противоречие между общими интересами и интересами частными присуще всякому эксплуататорскому обществу <2>.

--------------------------------

<1> Венедиктов А.В. Государственная социалистическая собственность. С. 34.

<2> См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. I. С. 440; Т. 8. С. 180; Гражданское право. 1997. С. 233.

А.В. Венедиктов говорит, что речь у него идет о классовом интересе <1>. Но в его определении сказано "своем интересе", и отсюда нельзя сделать определенного вывода - идет ли речь об интересе отдельного субъекта, совпадающем либо не совпадающем с интересом класса, или об интересе класса, и какого: господствующего в данном обществе или нет. И лишь указание в определении субъективного права собственности на то, что оно должно осуществляться в соответствии с системой классовых отношений, в соответствии с интересами господствующего класса, показывает классовый характер данного субъективного права, как и всякого права вообще.

--------------------------------

<1> Венедиктов А.В. О государственной собственности в СССР и организации управления ею // Сов. гос-во и право. 1951. N 2. С. 45.

Прежде чем дать свое определение права собственности, академик Венедиктов говорит, что нужно отправляться от данного Марксом понятия собственности. В результате же оказывается, что в определении не содержится упоминания ни о присвоении, ни об отношении к вещам как к своим, а вводятся понятия "своей власти" и "своего интереса", которые Маркс не употребляет, на что правильно обратил внимание профессор Я.Ф. Миколенко <1>. Ранее же Венедиктов говорил, что "право собственности есть прежде всего право присвоения" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Сов. гос-во и право. 1950. N 11. С. 73 - 74.

<2> Венедиктов А. Органы управления государственной социалистической собственностью // Сов. гос-во и право. 1940. N 5 - 6. С. 2.

Таким образом, ни термин "использовать", ни понятия "своей власти и своего интереса" не обогащают определение права собственности, и в предложенном А.В. Венедиктовым виде оно не может быть принято.

3. Академик Венедиктов отмечал, что Маркс и Энгельс употребляют понятие собственности в двояком смысле: как всей совокупности производственных отношений общества на определенной ступени его развития и как отношение индивида или коллектива к условиям и средствам производства "как к своим" <1> (см. гл. 1 этой книги).

--------------------------------

<1> См.: Известия АН СССР. Отд-е экономики и права. 1951. N 2. С. 89.

Коль скоро это так, то тогда, по-видимому, более правильным должно быть признано определение права собственности, предложенное профессором Братусем на основе марксовой формулы: "Отношение лица к вещи как к своей, как к результату присвоения и как к начальной предпосылке производства, отношение, которое создано коллективом, объявлено законом и гарантировано им" <1>. Однако это определение страдает тем существенным недостатком, который указан А.В. Венедиктовым в отношении традиционного определения: оно не содержит в себе признаков, обязывающих к раскрытию социальных особенностей определенных форм собственности в каждой формации. Кроме того, оно не вскрывает содержания права собственности, не показывает, в чем же выражается отношение к вещи, как к своей, и не отражает признака, отличающего право собственности от других прав на вещи.

--------------------------------

<1> Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950. С. 106. См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. 1. С. 482 - 483.

Аналогично определение, предложенное Р.Ф. Мажитовой: "санкционированное законами отношение субъекта к вещи как к своей, т.е. отношение, как к своим, к результатам производства и предпосылкам производственного процесса" (Мажитова Р.Ф. Основные проблемы права личной собственности в СССР. М., 1949. С. 4). Автор там же указывает, что речь идет не об отношении индивида к вещи, а об отношении людей по поводу распределения вещей.

Всякое определение должно в какой-то мере раскрывать содержание понятия, и определение права собственности должно показывать содержание этого права. Содержанием же права собственности являются права владения, пользования и распоряжения имуществом (п. 2 ст. 35 Конституции, п. 1 ст. 209 ГК).

Вопрос о том, что в содержание права собственности входят право владения, право пользования и право распоряжения, представляется бесспорным <1>. Владение, пользование и распоряжение образуют содержание собственности, и собственник при правовом регулировании, естественно, должен иметь соответствующие правомочия. Недаром все авторы, высказывающиеся против определения права собственности как права владения, пользования и распоряжения имуществом, не могут сами уйти от этой "триады", как они ее называют. Одни авторы предлагают свои определения, другие, осуждая традиционное определение, ничего не предлагают взамен. Но и те и другие, когда им от общего определения приходится переходить к содержанию права собственности, неизменно оперируют понятиями владения, пользования и распоряжения <2>.

--------------------------------

<1> См.: Победоносцев К. Курс гражданского права. СПб., 1873. Ч. 1. С. 145; Гражданское право. СПб., 1996. Ч. 1. С. 295; Гражданское право. М., 1997. Ч. 1. С. 233; Гражданское право: Учеб. / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 2001. Т. 1. С. 343 - 347.

<2> См.: Братусь С.Н. Некоторые вопросы проекта ГК СССР // Сов. гос-во и право. 1948. N 12. С. 17 и 18; Он же: Формы собственности по Конституции СССР // Труды военно-юридической академии. М., 1949. Вып. IX. С. 20; Он же. Субъекты гражданского права. С. 9; Венедиктов А.В. Государственная соц. собственность. С. 247, 337, 672 и др.; Мажитова Р.Ф. Указ. соч. С. 13 и сл.; Брауде И.Л. Указ. статья. С. 83.

Г.А. Аксененок в праве государственной собственности на землю в СССР усматривал четыре элемента: владение, распоряжение, управление и пользование <1>. Но, как правильно отмечали А.С. Краснопольский и И.В. Павлов, "управление землей представляет собой не что-то отличное от распоряжения, а форму осуществления самого распоряжения" <2>. Кроме того, управление выступает в качестве важнейшего компонента государственного механизма <3> и потому смешение его с правомочиями собственника явно нежелательно. Н.С. Бондарь, ограничивая право собственности правомочиями владения, пользования и распоряжения, справедливо отмечает, что в процессе их реализации они раскрываются через более дробные свои элементы - управления, учета и т.д. <4>.

--------------------------------

<1> См.: Аксененок Г.А. Право государственной собственности на землю в СССР. М., 1950. С. 196.

Мнение, что право собственности проявляется во владении, пользовании, распоряжении и управлении, высказывал Н. Варадинов в своем незаконченном труде: Исследования об имущественных или вещественных правах по законам русским. С. 9.

С.А. Зинченко единственным правомочием государства считает управление. См.: Зинченко С.А. Государственная собственность в СССР. Ростов-на-Дону, 1986. С. 59.

<2> Краснопольский А., Павлов И. Рецензия на труды Военно-юридической академии, вып. IX, 1949 г. // Сов. гос-во и право. 1950. N 6. С. 91; Павлов И.В., рец. на книгу Г.А. Аксененка // Сов. гос-во и право. 1951. N 8. С. 89; см. также: Выступление В.К. Григорьева при обсуждении книги Г.А. Аксененка в Институте права АН СССР // Сов. гос-во и право. 1951. N 7. С. 70.

Л.И. Дембо из права государственной собственности на землю и воды исключал элемент владения, считая, что взамен следует ввести элемент управления. См.: Дембо Л.И. Основные проблемы советского водного законодательства. М., 1948. С. 67. Критику этой точки зрения см.: Павлов И.В. Рецензия на книгу Л.И. Дембо // Сов. книга. 1949. N 11. С. 91.

<3> См.: Функция охраны социалистической собственности в условиях перестройки. Горький, 1990. С. 30.

<4> См.: Бондарь Н.С. Указ. соч. С. 109, 112.

Нельзя согласиться с утверждением, что право государственной и муниципальной собственности имеет иное свое содержание и должно определяться на трех уровнях. На первом уровне оно раскрывается через правомочия Российского государства по управлению всеми объектами государственной собственности. На втором и третьем - через правомочия владения, пользования, распоряжения и управления. На втором уровне объектами управляет Российская Федерация, а на третьем - субъекты Федерации. Аналогичная ситуация складывается и при управлении муниципальной собственностью <1>. Как видно, авторы относят государственную собственность к раздельной собственности, имеющей трех субъектов с различными полномочиями. Причем управление выделяется как самостоятельное полномочие, отличное от полномочия распоряжения. Между тем, как справедливо полагал С.А. Хохлов, когда речь идет об управлении имуществом, триады достаточно. Управление может рассматриваться как составная часть права собственника распоряжаться имуществом <2>.

--------------------------------

<1> См.: Зинченко С., Корх С. Вопросы собственности: Законодательство и практика // Хоз-во и право. 2000. N 6. С. 52.

<2> Хохлов С.А. Право собственности и другие вещные права: Лекция // Вестн. ВАС РФ. 1995. N 8.

Что касается охраны и защиты, о которых упоминал А.В. Карасс в указанном уже его сочинении, то они представляют собой возможности любого субъективного права и потому упоминание о них в определениях отдельных субъективных прав не требуется.

Недавно появилось еще одно определение права собственности: гарантированная "государством власть собственника над вещью или иными материальными и нематериальными благами", ограниченная "законом в интересах всего общества в целом (его экономической, политической и социальных систем) и конкретного индивида в частности. При этом критерием отнесения нематериальных субъективных прав к категории права собственности является потенциальная возможность их использования в хозяйственных (материальных) целях" <1>.

--------------------------------

<1> Гребенников В.В. Указ. соч. С. 13 и 20.

Нельзя не оценить положительно упоминания об интересах общества, которых нет в действующей Конституции, а ГК вспоминает о них только в связи с реквизицией. Однако принять данное определение не представляется возможным.

Во-первых, неприемлема "власть собственника", о чем уже шла речь в этой главе.

Во-вторых, как было отмечено в предыдущей главе, не все материальные блага могут быть объектом права собственности, а нематериальные - никогда. Гражданский кодекс правильно относит право собственности к вещным правам. Что же касается предлагаемого "критерия", то он никуда не годится, потому что нет на Земле и в космосе ни одного материального либо нематериального блага, которое не могло бы быть предметом купли-продажи <1>, то есть "их использования в хозяйственных (материальных) целях".

--------------------------------

<1> См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 605; Т. 3. С. 218, 410; Т. 4. С. 426; Т. 23. С. 112, 128; Т. 42. С. 150.

Из существующих определений права собственности наиболее удачным (по содержанию; редакционные недостатки отмечены в рецензии <1>) следует признать определение, данное в учебнике гражданского права: "право собственности является юридическим выражением присвоения, предоставляющего собственнику правомочия непосредственного владения, пользования и распоряжения вещью" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Сов. гос-во и право. 1951. N 10. С. 83.

<2> Советское гражданское право. М., 1950. Т. I. С. 271.

Это определение дает в основном правильное представление о понятии права собственности. Оно отправляется от данного Марксом понятия собственности как присвоения и показывает, что право собственности является юридическим выражением отношений собственности. Одновременно указывается и содержание этого права: собственник осуществляет присвоение путем владения, пользования и распоряжения вещью. Вместе с тем в данном определении отмечается, что собственник осуществляет свое право непосредственно, в отличие от других лиц, обладающих аналогичными правомочиями, в отличие, например, от нанимателя, получающего права владения и пользования имуществом по договору с собственником; в отличие от этих лиц, собственник относится к вещам как к своим. Таким образом, в определении показывается тот признак, который А.В. Венедиктов неудачно пытался выразить понятием "своя власть".

Осуществление собственником своего права непосредственно не следует понимать таким образом, что собственник может осуществлять свои правомочия независимо от действий других лиц. Такая точка зрения была высказана М.С. Липецкером и правильно подвергнута критике со стороны И.С. Перетерского <1>. Собственник не может рассматриваться как лицо, изолированное от окружающих. Право собственности представляет собою не отношение человека к вещи, а отношения между людьми. Собственник может осуществлять свои правомочия лишь постольку, поскольку государство, предоставляя ему право собственности, возлагает на окружающих собственника лиц обязанность воздерживаться от нарушения прав собственника и поскольку окружающие исполняют эту обязанность. Указание в определении права собственности на то, что право осуществляется собственником непосредственно, означает, что собственник владеет, пользуется и распоряжается своими вещами в силу принадлежащего ему права собственности, не нуждаясь для этого ни в каком специальном постановлении или договоре, в то время как для других лиц осуществление аналогичных правомочий возможно лишь в силу специального в каждом отдельном случае предоставления им на то права. В этой связи И.Б. Новицкий отмечал, что, "когда за лицом признается вещное право, оно так поставлено к вещи, что может непосредственно проявить воздействие на вещь, этим не предрешается, много ли власти на эту вещь принадлежит лицу; важно, что на пути между лицом и вещью с точки зрения права нет никого" <2>.

--------------------------------

<1> См.: Сов. гос-во и право. 1949. N 11. С. 77.

<2> Новицкий И.Б. Гражданский кодекс РСФСР. Право собственности. М., 1925. С. 3.

Авторы учебника сопровождают свое определение указанием, что оно должно быть наполнено классовым содержанием. Представляется целесообразным ввести это указание в само определение, вследствие чего последнее приняло бы примерно следующий вид: право собственности является юридическим выражением присвоения, предоставляющим собственнику правомочия непосредственного владения, пользования и распоряжения вещью, в соответствии с существующим правопорядком, установленным в интересах господствующего класса (в интересах бесклассового общества).

Но, может быть, это определение не исчерпывает понятия права собственности? Может быть, право собственности содержит в себе еще что-то, еще какой-то "сгусток", находящийся по ту сторону права владения, пользования и распоряжения имуществом?

Конечно, это определение не носит исчерпывающего характера, как и вообще определение не может быть исчерпывающим. Не следует забывать "условного и относительного значения всех определений вообще, которые никогда не могут охватить всесторонних связей явления в его полном развитии" <1>. Тем не менее предложенное определение вскрывает социальный характер права собственности и содержит все существенные признаки данного института.

--------------------------------

<1> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 27. С. 386. См. также: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 20. С. 84.

Когда говорят, что право собственности не исчерпывается правом владения, пользования и распоряжения имуществом, то указывают, что собственник, не могущий владеть, пользоваться и распоряжаться вещами, еще не перестает быть собственником. Так, Д.В. Дождев полагает, что "собственник остается собственником и в отсутствии любого из этих полномочий... Помимо полномочий, значимых в обороте, собственность имеет другое измерение, так что сами эти полномочия выступают лишь как проявление более основательного качества, которое не поддается выражению в положительных правовых понятиях, поскольку логически предшествует самому гражданскому обороту" <1>.

--------------------------------

<1> Дождев Д.В. Римское частное право: Учеб. для вузов. М., 1997. С. 340 - 341.

Между тем речь идет о правомочиях, о субъективном праве, принадлежащем данному лицу, собственнику, а не о фактическом их осуществлении. Фактическое состояние не является определяющим. Если собственник не осуществляет владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом - безразлично, по своей воле, или вопреки ей, - то это вовсе не значит, что он не имеет права владения, права пользования, права распоряжения своими вещами.

Обычно арест имущества с изъятием его из владения и пользования собственника, с запрещением ему распоряжаться арестованным имуществом, приводится в качестве доказательства того, что право собственности включает в себя еще что-то, кроме права владения, права пользования и права распоряжения <1>. Между тем при аресте речь идет лишь о временном ограничении собственника в осуществлении принадлежащих ему правомочий <2>. У собственника остается не какая-то составная часть права собственности, входящая наряду с правом владения, пользования и распоряжения в определение права собственности, а все право собственности, включающее права владения, пользования и распоряжения, ибо арестованное имущество признается принадлежащим собственнику, а не какому-то иному лицу, и он лишь ограничивается в осуществлении своих прав. До тех пор пока государство признает право собственности за определенным лицом, этому лицу принадлежит право владения, пользования и распоряжения имуществом, независимо от временных ограничений и независимо от фактического осуществления этих правомочий. Собственник может передать принадлежащую ему вещь другому лицу, предоставить последнему право владения и пользования; вещь может быть изъята из владения собственника на законном основании, ему может быть запрещено распоряжаться этой вещью и т.д. Но пока эти ограничения носят временный характер, право собственности со всеми его правовыми элементами остается принадлежащим данному собственнику. Наоборот, достаточно представить себе не временное лишение собственника хотя бы одного из названных правомочий, чтобы убедиться, что в этом случае право данного лица перестанет быть правом собственности.

--------------------------------

<1> См.: Венедиктов А.В. Указ. соч. С. 15 - 16; Иоффе О.С. Указ. соч. С. 102.

<2> Ю.К. Толстой. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. С. 54; Генкин Д.М. Право собственности в СССР. М., 1961. С. 48.

А.В. Трофименко предлагает исключить из п. 2 ст. 209 ГК указание на возможность передачи правомочий собственника другим лицам, полагая, что это противоречит сохранению у собственника всех правомочий, пока он остается собственником <1>. Однако из формулировки закона вовсе не вытекает, что после передачи у собственника правомочий не остается. Слова "передавать", "передача" имеют различное значение <2>. Конечно, когда речь идет о вещах, то передача их означает переход от одного лица к другому всех правомочий собственника (ст. 224 ГК). Но если говорится, например, о передаче сообщения, то это вовсе не значит, что данного сообщения у передающего не остается. Поэтому в рассматриваемом пункте об имуществе говорится "отчуждать", "отдавать", а о правах - "передавать". Возможно, лучше было бы сказать "предоставлять", здесь меньше просматривается безвозвратность <3>. Однако в любом случае следует понимать, что собственник не лишается прав, предоставляемых им другим лицам, не передавая им права собственности.

--------------------------------

<1> См.: Трофименко А.В. Право собственности на ценные бумаги. Саратов, 1997. С. 8.

<2> См.: Словарь русского языка. Т. III. С. 77.

<3> См.: Там же. С. 503. Теоретически и практически значимо изучение смысловых нюансов понятия "переход (передача) гражданского права (обязанности)" (см.: Ломидзе О.Г. Проблемы перехода гражданских прав и обязанностей. Ростов-на-Дону, 1999. С. 6 - 7, 12 - 13).

Что же касается того, что будто бы определение права собственности как права владения, пользования и распоряжения имуществом представляется как отношение управомоченного к самому имуществу <1>, то вряд ли можно с этим согласиться. Ведь право собственности принадлежит к числу абсолютных прав, здесь правовое отношение существует, конечно, между лицами, субъектами прав и обязанностей, а не между лицом и вещью, но определенными являются только активный субъект, собственник и принадлежащий ему объект, а пассивными субъектами выступают все окружающие собственника лица <2>. Поэтому не только к общему определению права собственности, но и к конкретному правовому отношению собственности нельзя предъявлять требование, чтобы в нем были показаны обе стороны. Нормативное определение права собственности дано в ст. 209 ГК.

--------------------------------

<1> См.: Иоффе О.С. Указ. соч. С. 102.

<2> См.: Иоффе О.С. Указ. соч. С. 106; Советское гражданское право. 1950. Т. I. С. 111 - 112 и 269.

В.П. Камышанский, ссылаясь на отдельные зарубежные кодексы, предлагает дополнить ст. 209 ГК указанием на пределы и ограничения воли собственника. Однако в п. 2 ст. 209 содержится указание на то, что действия собственника должны не противоречить закону и иным правовым актам и не нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц, так что о дополнении не может быть речи, можно говорить только об изменении указанной статьи, что вряд ли целесообразно <1>.

--------------------------------

<1> См.: Камышанский В.П. К вопросу о понятии права собственности на современном этапе // Современные проблемы публично-правового и частноправового регулирования: теория и практика. Ч. II. Уфа, 2005. С. 193.

4. Вкратце об истории правового регулирования отношений собственности в Советском государстве. В.И. Ленин еще в 1902 г. писал: "Для действительного освобождения рабочего класса необходима подготовляемая всем развитием капитализма социальная революция, т.е. уничтожение частной собственности на средства производства, переход их в общественную собственность и замена капиталистического производства товаров социалистической организацией производства продуктов за счет всего общества, для обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех его членов" <1>. Эти положения были закреплены программой Российской социал-демократической рабочей партии <2>. Отмена частной собственности на землю предусматривалась также аграрной программой большевиков <3>. В.И. Ленин настаивал на национализации земли, банков и синдикатов еще до социалистической революции <4>.

--------------------------------

<1> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 6. С. 204.

<2> См.: Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. М., 1983. Т. I. С. 61.

<3> Там же. С. 163, 442 - 475.

<4> См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 31. С. 168, 302 - 303; Т. 35. С. 104.

Сразу же после Великой Октябрьской социалистической революции был издан Декрет о земле, принявший крестьянский наказ об отмене частной собственности на землю <1>. Вскоре В.И. Ленин в обращении к населению объявляет, что, как и земля, "хлеб, фабрики, орудия, продукты, транспорт - все это отныне будет всецело вашим, общенародным достоянием" <2>.

--------------------------------

<1> СУ РСФСР. 1917. N 1. Ст. 3.

<2> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 67.

Национализация банков, являвшаяся одной из мер установления социалистических порядков <1>, проведена Декретом ВЦИК от 14 декабря 1917 г. <2>.

--------------------------------

<1> См.: Там же. Т. 7. С. 144; Т. 35. С. 103, 171.

<2> СУ РСФСР. 1917. N 10. Ст. 150.

Эти меры подтверждены Декларацией прав трудящегося и эксплуатируемого народа, которая была подготовлена Лениным для Учредительного собрания <1> и принята ВЦИК 5 января 1918 г., а после роспуска Учредительного собрания в связи с его отказом обсуждать Декларацию она была утверждена III Всероссийским съездом Советов 12 января 1918 г. и вошла впоследствии в содержание первой советской Конституции.

--------------------------------

<1> См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 221.

Конституция в качестве Основного Закона является базой отраслевого законодательства. Нормы Конституции непосредственно регулируют конституционные отношения, а также общественные отношения, составляющие предмет отраслевого регулирования. Поэтому нормы Конституции, регулирующие отношения, являющиеся предметом гражданского права, имеют одновременно и конституционное, и гражданско-правовое значение.

Конституция (Основной Закон) Российской Социалистической Федеративной Советской Республики опубликована Декретом ВЦИК от 19 июля 1918 г. и вступила в силу с момента опубликования <1>.

--------------------------------

<1> СУ РСФСР. 1918. N 51. Ст. 582.

Конституция провозглашала, что частная собственность на землю отменяется и весь земельный фонд объявляется общенародным достоянием. Национальным достоянием объявляются также все леса, недра и воды общегосударственного значения, а равно весь живой и мертвый инвентарь в образцовых поместьях и сельскохозяйственных предприятиях.

В отношении фабрик, заводов, рудников, железных дорог, прочих средств производства и транспорта Конституция как первый шаг к полному переходу их в собственность Советской Рабоче-крестьянской Республики подтвердила Советский закон о рабочем контроле. Национализация предприятий, вначале только отдельных <1>, была завершена Постановлением ВСНХ РСФСР от 29 ноября 1920 г. <2>.

--------------------------------

<1> СУ РСФСР. 1917. N 4. Ст. 69; N 6. ст. 95; N 9. ст. 130 и 140; 1918. N 13. Ст. 190, 191; N 16. Ст. 234 - 236; N 18. Ст. 266 и др.

<2> СУ РСФСР. 1920. N 93. Ст. 512. См., однако: 1922. N 36. Ст. 423. Разд. 1, 2. 3.

Конституция подтвердила переход всех банков в собственность Рабоче-крестьянского государства.

Этим исчерпываются нормы первой Конституции о собственности. Выделение Конституцией таких объектов, как земля, леса, недра и воды, получило развитие в последующем законодательстве и теории гражданского права в качестве объектов исключительной собственности государства.

Правовое регулирование отношений собственности нашло развернутое выражение в гражданских кодексах советских республик, принятых в 1922 - 1923 годах. В них различалась собственность государственная (национализированная и муниципализированная), кооперативная и частная, перечислялись объекты исключительной собственности государства, давался примерный перечень объектов частной и кооперативной собственности, указывались правомочия собственника, регулировались защита права собственности, долевая общая собственность, определялись момент перехода права собственности, судьба бесхозяйного имущества и находки, правовые основания реквизиции и конфискации <1>. В деталях между кодексами имелись расхождения. Так, большинство кодексов не говорило о находке, ГК БССР предусматривал перенос строений, и т.п.

--------------------------------

<1> СУ РСФСР. 1922. N 71. Ст. 904; СУ УССР. 1922. N 55. Ст. 780; СУ БССР. 1923. N 3. Ст. 29; СУ ГССР. 1923. N 2. Ст. 9 и др.

Подготовка и принятие второй Советской Конституции были связаны с образованием Союза Советских Социалистических Республик. Основной Закон (Конституция) СССР принят и введен в действие 2-й сессией ЦИК СССР 6 июля 1923 г. и окончательно утвержден 31 января 1924 г. II съездом Советов СССР <1>.

--------------------------------

<1> Отсюда название Конституции СССР 1924 г., но День Конституции отмечался 6 июля.

Конституция СССР 1924 г. не содержала норм гражданского права. На ее основе были приняты конституции союзных республик. Конституция (Основной Закон) Российской Социалистической Федеративной Советской Республики принята XII Всероссийским съездом Советов 11 мая 1925 г. <1>. В ней указывалось, что земля, леса, недра, воды, а равно фабрики, заводы, железнодорожный, водный и воздушный транспорт и средства связи составляют собственность Рабоче-крестьянского государства на основах, определяемых особыми законами Союза Советских Социалистических Республик и верховными органами РСФСР.

--------------------------------

<1> СУ РСФСР. 1925. N 30. Ст. 218.

Конституция СССР, принятая VIII Чрезвычайным Съездом Советов 5 декабря 1936 г., сформулировала экономическую основу СССР как социалистическую систему хозяйства и социалистическую собственность на орудия и средства производства, утвердившиеся в результате ликвидации капиталистической системы хозяйства, отмены частной собственности на орудия и средства производства и уничтожения эксплуатации человека человеком. Эта формула выражала победу социалистического строя.

Конституция закрепила две формы социалистической собственности: государственная собственность (всенародное достояние) и кооперативно-колхозная собственность (собственность отдельных колхозов, кооперативов и их объединений). Отмечалось, что земля, ее недра, воды, леса, заводы, фабрики, шахты, рудники, железнодорожный, водный и воздушный транспорт, банки, средства связи, организованные государством крупные сельскохозяйственные предприятия (совхозы, машинно-тракторные станции и т.п.), а также коммунальные предприятия и основной жилищный фонд в городах и промышленных пунктах являются государственной собственностью, то есть всенародным достоянием. Общественные предприятия в колхозах и кооперативных организациях с их живым и мертвым инвентарем, производимая колхозами и кооперативными организациями продукция, равно как их общественные постройки составляют общественную, социалистическую собственность колхозов и кооперативных организаций.

Впервые в истории законодательства Конституция 1936 г. закрепила личную собственность в двух ее формах. Во-первых, в Конституции говорилось, что каждый колхозный двор, кроме основного дохода от общественного колхозного хозяйства, имеет в личном пользовании небольшой приусадебный участок земли и в личной собственности подсобное хозяйство на приусадебном участке, жилой дом, продуктивный скот, птицу и мелкий сельскохозяйственный инвентарь - согласно уставу сельскохозяйственной артели. Во-вторых, Конституция содержала положение, что право личной собственности граждан на их трудовые доходы и сбережения, на жилой дом и подсобное домашнее хозяйство, на предметы домашнего хозяйства и обихода, на предметы личного потребления и удобства, равно как право наследования личной собственности граждан охраняются законом.

Конституция указывала, что наряду с социалистической системой хозяйства, являющейся господствующей формой хозяйства в СССР, допускается законом мелкое частное хозяйство единоличных крестьян и кустарей, основанное на личном труде и исключающее эксплуатацию чужого труда.

Такие же нормы о собственности были включены в Конституции союзных и автономных республик 1937 г. <1>.

--------------------------------

<1> СУ РСФСР. 1937. N 2. Ст. 11.

Конституция 1936 г. явилась юридической базой для многочисленных крупных исследований вопросов собственности и права собственности и для дальнейшего развития советского законодательства, важнейшими чертами которого были закрепление в Основах гражданского законодательства Союза ССР и союзных республик 1961 г. права оперативного управления и собственности общественных организаций.

На базе Основ гражданского законодательства в 1963 - 1964 гг. были приняты гражданские кодексы союзных республик. Воспроизводя нормы Основ, кодексы решили ряд других вопросов. Так, в ГК РСФСР были предусмотрены правомочия государственных организаций по распоряжению оборотными средствами и продукцией, содержание права собственности колхозов, иных кооперативных организаций, их объединений, содержание права собственности профсоюзных и иных общественных организаций, прекращение права личной собственности на жилые дома сверх одного, при наличии жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда или в доме ЖСК, последствия самовольной постройки дома, последствия расторжения договора о предоставлении гражданину земельного участка для постройки дома, изъятие имущества, используемого для извлечения нетрудовых доходов, имущество граждан, на которое не может быть обращено взыскание, собственность кустарей и единоличного крестьянского двора, риск случайной гибели вещей, бесхозяйственное их содержание, находка, безнадзорный скот, клад, реквизиция и конфискация, расчеты при возврате вещей из чужого незаконного владения.

Содержание гражданских кодексов согласовывалось союзными республиками, но многие вопросы решались ими суверенно. Большинство различий не относится к праву собственности.

Конституция СССР 1977 г. представляла собою новый шаг в развитии теории и законодательства. Ряд вопросов в ней решен по-новому.

Конституция указала, что основу экономической системы СССР составляет социалистическая собственность на средства производства в форме государственной (общенародной) и колхозно-кооперативной собственности. Социалистической собственностью является также имущество профсоюзных и иных общественных организаций, необходимое им для осуществления уставных задач. Государство охраняет социалистическую собственность и создает условия для ее преумножения. Никто не вправе использовать социалистическую собственность в целях личной наживы и в других корыстных целях.

Государственная собственность - общее достояние всего советского народа, основная форма социалистической собственности. В исключительной собственности государства находятся: земля, ее недра, воды, леса. Государству принадлежат основные средства производства в промышленности, строительстве и сельском хозяйстве, средства транспорта и связи, банки, имущество организованных государством торговых, коммунальных и иных предприятий, основной городской жилищный фонд, а также другое имущество, необходимое для осуществления задач государства.

Собственностью колхозов и других кооперативных организаций, их объединений являются средства производства и иное имущество, необходимое им для осуществления уставных задач <1>.

--------------------------------

<1> См.: Зырянов А.И. Право собственности потребительского общества. Саратов, 2001. С. 10 - 22.

Государство содействует развитию колхозно-кооперативной собственности и ее сближению с государственной. Земля, занимаемая колхозами, закрепляется за ними в бесплатное и бессрочное пользование. Колхозы, как и другие землепользователи, обязаны эффективно использовать землю, бережно относиться к ней, повышать ее плодородие.

Основу личной собственности граждан СССР составляют трудовые доходы. В личной собственности могут находиться предметы обихода, личного потребления, удобства, подсобного домашнего хозяйства, жилой дом и трудовые сбережения. Личная собственность граждан и право ее наследования охраняются государством. В пользовании граждан могут находиться участки земли, предоставляемые в установленном законом порядке для ведения подсобного хозяйства (включая содержание скота и птицы), садоводства и огородничества, а также для индивидуального жилищного строительства. Граждане обязаны рационально использовать предоставленные им земельные участки. Государство и колхозы оказывают содействие гражданам в ведении подсобного хозяйства. Имущество, находящееся в личной собственности или в пользовании граждан, не должно служить для извлечения нетрудовых доходов, использоваться в ущерб интересам общества.

Подобные нормы содержались также в Конституции РСФСР (РФ) 1978 г. <1>.

--------------------------------

<1> Принята 12 апреля 1978 г., изменения по законам от 27 октября 1989 г., 31 мая, 16 июня и 15 декабря 1990 г., 24 мая и 1 ноября 1991 г., 21 апреля и 9 декабря 1992 г.

В 1991 г. были приняты новые Основы гражданского законодательства Союза ССР и республик. Они закрепили предоставление собственником предприятию имущества на праве полного хозяйственного ведения, а учреждению - на праве оперативного управления <1>, предоставление гражданам земельных участков в собственность, в пожизненное наследуемое владение или в пользование, предусмотрели приобретение права собственности по давности владения, на кооперативное имущество, предоставленное в пользование - по полному внесению паевого взноса, а на другие жилые помещения путем выкупа или безвозмездно, провели различие права собственности СССР, республик, автономных и административно-территориальных образований, решили по-новому защиту интересов собственника при прекращении его прав по основаниям, предусмотренным законом, и недействительность актов, нарушающих права собственников.

--------------------------------

<1> См.: Петров Д.В. Правовая сущность институтов хозяйственного ведения и оперативного управления // Правоведение. 2001. N 3. С. 77 - 95.