Глава 4. Содержание права собственности

1. Как известно, содержание правоотношения может быть понимаемо двояко. Во-первых, им является регулируемое правом общественное отношение, в данном случае экономическое отношение собственности (социальное содержание). Во-вторых, содержание правоотношения составляют права и обязанности сторон (юридическое содержание) <1>.

--------------------------------

<1> См.: Тархов В.А. Гражданское правоотношение. С. 26 - 28.

В правовом отношении собственности на одной стороне находится собственник, а на другой - все окружающие его лица, ибо всякий и каждый обязан воздерживаться от нарушений прав собственника <1>. В понимании этого возможны ошибки двоякого характера. С одной стороны, неправильно понимать правовое отношение собственности таким образом, что участником его, обязанным лицом становится лишь тот, кто посягает на права собственника, кто нарушит их и к кому, в соответствии с этим, собственник может предъявить притязание. Субъективное право, безразлично, абсолютное или относительное, нельзя сводить к притязанию. У носителя права появляется необходимость в правопритязании, в предъявлении требований к обязанному лицу (все равно - непосредственно или через суд) лишь при нарушении его права, при невыполнении обязанным лицом своих обязанностей, иногда - при угрозе нарушения <2>. То же происходит и при упоминаемых в возражениях против этого деления способах самозащиты - выполнении кредитором обязанности должника и т.п. Но это означает нарушение нормального хода дел, которое, по сравнению с общей массой осуществляющихся в гражданском обществе отношений, не так уж часто встречается. При таком взгляде оказалось бы, что во время нормального течения дел, когда отсутствуют основания для правопритязания, субъективного права не существует. Получилось бы, что правового отношения собственности нет до тех пор, пока право собственности не нарушено. Отсюда появляются представления о существовании субъективного права вне правоотношения, с чем согласиться невозможно. В последнее время подобная позиция нашла отражение в работах В.А. Лапача <3> и К.И. Скловского <4>. Так, последний утверждает, что "во многих случаях право вполне успешно реализуется воздействием на тот или иной материальный... предмет без какого-либо участия иных лиц, которые в таком случае оказываются не обязанными..." <5>. С таким методологическим подходом согласиться невозможно. Мы убеждены, что стимулирующее и мотивационное влияние права вне правоотношения нереально ввиду отсутствия соответствующего механизма, например субъективного права и субъективной обязанности. Возникает вопрос: разве праву, кроме собственно юридических функций, присущи неправовые функции? Вряд ли. Воздействие права на общественные отношения как раз и исчерпывается правовой формой в рамках правового регулирования. Вот почему нормативное воздействие невозможно вне правоотношения <6>. Это во-первых. Во-вторых, при рассмотрении субъективного права вне правоотношения невольно исчезает не только правоотношение, но и само общественное отношение собственности, в связи с тем что отношение существует лишь между субъектами, связывает двух или более лиц, образующих стороны этого отношения. "Отношения индивидов во всяком случае не могут быть не чем иным, как их взаимными отношениями" <7>.

--------------------------------

<1> Существование субъективного права вне правоотношения невозможно. В.П. Мозолин, утверждающий иное, противоречит сам себе. Ср.: Мозолин В.П. Право собственности в РФ... С. 8 и 29.

<2> См.: Гурвич М.А. Право на иск. М.-Л., 1949. С. 142; Потапенко С.В. Судебная защита от диффамации в СМИ. Краснодар, 2002. С. 106 - 110.

<3> См.: Лапач В.А. Система объектов гражданских прав: теория и судебная практика. СПб., 2002. С. 106.

<4> См.: Скловский К.И. Применение гражданского законодательства о собственности и владении. Практические вопросы. М., 2004. С. 78.

<5> См.: Скловский К.И. Рецензия на книгу В.А. Лапача "Система объектов гражданских прав: теория и судебная практика" // Хоз-во и право. 2004. N 6. С. 95. Обстоятельная критика воззрений указанных авторов дана в работе А.О. Рыбалова "Абсолютные права и правоотношения" // Правоведение. 2006. N 1. С. 129 - 142.

<6> См.: Рыбаков В.А. Проблемы формирования гражданско-правовой активности. Вопросы теории и практики: Моногр. Уфа, 1993. С. 21 - 22.

<7> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 439. См.: Т. 13. С. 497 - 498.

С другой стороны, неправильно понимать правовое отношение собственности как отношение каждого собственника со всем населением страны. Пассивными участниками этого правоотношения являются лишь лица, которые имеют фактическую возможность ("кто может или хотел бы" <1>) нарушения прав собственника и обязаны воздерживаться от этих нарушений.

--------------------------------

<1> Очерки по гражданскому праву. Л., 1957. С. 68. Ср.: Советское гражданское право. 1983. Ч. 1. С. 92.

В литературе участников абсолютного правоотношения, находящихся на пассивной стороне, подчас называют третьими лицами. С таким наименованием трудно согласиться <1>, оно способно ввести в заблуждение. Если одно лицо нарушило право собственности другого, то тут два лица, никакого третьего нет; представляется очевидным, что нарушитель права собственности и до нарушения не был третьим лицом. Третьи лица появляются в тех случаях, когда к рассматриваемому правоотношению примыкает еще какое-то правоотношение, участника которого, в отличие от сторон первого правоотношения, называют третьим лицом (ст. ст. 37 - 39 ГПК). Например, собственник передал во временное пользование вещь другому лицу, а то лицо ее потеряло, и вещь оказалась во владении третьего лица, от которого вещь могут истребовать как собственник, так и временный владелец (второе лицо). Естественно, что порядковый счет может меняться в зависимости от правоотношения: при предъявлении собственником иска в обязательственном правоотношении на основании ст. ст. 396, 622 или 698 ГК третьим лицом будет незаконный владелец. Если же собственник непосредственно потребует вещь от незаконного владельца в правоотношении собственности на основании ст. 301 ГК, то третьим лицом окажется уже временный владелец, потерявший вещь.

--------------------------------

<1> См.: Тархов В.А. Рецензия на книгу: Гражданское право. В 4 т. Т. 1. Общая часть: Учебн. / Отв. ред. Е.А. Суханов. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Волтерс Клувер, 2004. 720 с. // Правоведение. 2005. N 5. С. 244.

Право вносит в естественные отношения определенные коррективы. Если люди биологически одинаково способны быть субъектами собственности, то объективное право их различает. Так, ст. 35 Конституции допускает быть субъектом собственности каждого человека, а субъектом земельной собственности ст. 36 считает возможным быть только гражданина <1>, не допуская, следовательно, к ней не граждан. Еще больше различий проводится между коллективами, из которых одни вовсе не признаются субъектами права, а другие считаются субъектами иных вещных прав, но не права собственности (подробнее об этом в следующей книге).

--------------------------------

<1> См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. I. С. 474. Ср.: Федеральный закон "Об обороте земель сельскохозяйственного назначения" от 24 июля 2002 г. N 101-ФЗ // Рос. газета. 2002. 27 июля.

Правовое отношение собственности считается односторонним. Обязанная сторона должна быть полностью пассивна - не нарушать прав собственника. В тех случаях, когда говорят об обязанностях окружающих что-то сделать по отношению к собственнику, имеет место другое правоотношение, а не отношение собственности (см., напр., ст. 270 УК). Поэтому содержание правоотношения собственности очерчивается только изложением прав собственника.

Если то, что может сделать собственник, охватывается владением, пользованием и распоряжением, то на эти действия при правовом регулировании собственник должен иметь соответственно субъективные права, право владения, право пользования и право распоряжения, составляющие содержание права собственности.

2. Взгляд на элементы собственности и права собственности в виде владения, пользования и распоряжения (соответственно права владения, пользования и распоряжения) является достаточно установившимся в экономической и юридической литературе <1>. Но имеются и представления, которые отклоняются от этого взгляда и которые нельзя признать правильными. Так, существует мнение о четвертом правомочии собственника применительно к предпринимательским отношениям - о праве на собственную предпринимательскую деятельность, которая совместно с другими правомочиями: владения, пользования и распоряжения - составляет содержание субъективного права собственности <2>. Свою позицию авторы не обосновали. Между тем право на собственную предпринимательскую деятельность может осуществляться как в рамках правомочий владения, пользования и распоряжения, так и всевозможных обязательств. Деятельность предпринимателя связана в основном с использованием имущества, продажей товаров, выполнением работ или оказанием услуг (п. 1 ст. 2 ГК).

--------------------------------

<1> См., напр.: Кошелев А.Я. Личная собственность в социалистическом обществе. М., 1963. С. 90, 98, 119 и др.; Советское гражданское право. М., 1959. Т. I. С. 219; Гражданское право. М., 1998. Т. 1. С. 485; Власова А.В. Структура субъективного гражданского права. Ярославль, 1998. С. 20; Павлов В.П. Метод систематизации имущественных правоотношений в гражданском праве // Гос-во и право. 1999. N 1. С. 34 - 40; Демидова Г.С. Ограничения права собственности граждан на жилые помещения // Правоведение. 2001. N 5. С. 64 - 71.

<2> См.: Витрянский В.В., Герасименко С.А. Арбитражно-судебная практика. Комментарий. М., 1993. С. 53.

У некоторых авторов отсутствует четкое различие между экономическими и юридическими категориями. Если необходимо различать собственность и право собственности, то такое же различие следует проводить между владением и правом владения, пользованием и правом пользования, распоряжением и правом распоряжения, т.е. между элементами собственности и права собственности. Между тем этого нередко не делается. Так, З.А. Федотовская пишет:

"На основании ст. 19 Основ <1> собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения имуществом". "В юридической литературе и практике под владением понимается фактическое обладание вещью. Под пользованием понимается извлечение из вещи (имущества) определенной выгоды. И, наконец, под распоряжением понимается возможность собственника определять юридическую судьбу данной вещи" <2>.

--------------------------------

<1> См.: ст. 209 ГК.

<2> Федотовская З.А. Право личной собственности на жилой дом. М., 1963. С. 66.

В первой фразе этой цитаты речь идет о правомочиях. В следующей же части говорится уже не о правах, а о фактической возможности владения и пользования. В отношении же распоряжения дается определение, предусматривающее прежде всего право, а не фактическую возможность.

Наряду с этим недостатком, правильное представление об элементах собственности и права собственности затрудняется некоторыми необоснованными концепциями.

Одну из них представляет М.В. Колганов <1>. Он отстаивает иное понимание владения и пользования, не в качестве элементов собственности, а в качестве различных форм собственности, о чем уже говорилось в первой главе. Это понимание не может быть принято <2>.

--------------------------------

<1> См.: Колганов М.В. Собственность в социалистическом обществе. М., 1953. С. 21; Он же. О формировании единой коммунистической собственности // Вопросы экономики. 1962. N 5. С. 111 - 112; Он же: Собственность в период перехода к коммунизму. М., 1963. С. 6.

<2> См.: Кузнецов А., Соллертинская Е. Серьезные ошибки в книге о собственности // Коммунист. 1953. N 17; От редакции журнала // Коммунист. 1954. N 8. С. 125.

М.В. Колганов отождествляет использование и пользование <1>. Такое смешение понятий недопустимо. Понятие использования несомненно включает в себя понятие пользования, но не исчерпывается им <2>. Основы гражданского законодательства, проводившие определенное различие между пользованием и распоряжением в ст. 19, в то же время в ст. 25 указывали, что имущество граждан "не может использоваться для извлечения нетрудовых доходов". Очевидно, что извлечение нетрудовых доходов было возможно и путем отчуждения вещей, которое представляет собою распоряжение в настолько чистом виде, что М.В. Колганов прямо отождествляет отчуждение с распоряжением <3>. Вряд ли нужно еще доказывать, что терминологическая неточность содержится не в Основах, а у М.В. Колганова.

--------------------------------

<1> См.: Колганов М.В. Собственность в период перехода к коммунизму. С. 6.

<2> Ср.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 25. Ч. II. С. 165.

<3> См.: Колганов М.В. Указ. соч. С. 6.

"Пользование, - пишет М.В. Колганов, - это присвоение продуктов природы в целях удовлетворения личных потребностей, например присвоение воздуха, воды для питья и других полезных продуктов природы, которые не являются чьей-либо собственностью" <1>. А дальше указывает, что "общественные фонды, создаваемые для удовлетворения непроизводственных потребностей общества, будут состоять из фондов общего и личного пользования" <2>. Но общественные фонды - это не только продукты природы, о них вовсе нельзя сказать, что они не являются чьей-либо собственностью. Что же остается от процитированного определения?

--------------------------------

<1> Там же.

<2> Там же. С. 71.

"Под владением мы понимаем длительное, не ограниченное сроком пользование продуктами природы (включая передачу по наследству), которые не уничтожаются в процессе их использования" <1>. В определении пользования ничего не говорится о сроке, а в определении владения не упоминается о том, являются ли предметы владения чьей-либо собственностью или нет. Следовательно, оба эти признака не могут служить разграничению данных понятий. Таким образом, владение - это то же пользование продуктами природы, только не уничтожаемыми в процессе пользования. Но затем М.В. Колганов пишет, что "владение включает в себя пользование" <2>, следовательно, и пользование потребляемыми предметами. В чем же заключается тогда различие этих понятий - остается известным только их автору. Кроме того, применительно к будущему М.В. Колганов допускает владение и продуктами труда <3>. Почему владение продуктами труда не имеет места в настоящем и не имело места в прошлом? Если же имело место, то тогда и признак "продуктов природы" оказывается ни к чему.

--------------------------------

<1> Колганов М.В. Указ. соч. С. 6.

<2> Там же. С. 8.

<3> Там же. С. 70.

Под распоряжением М.В. Колганов понимает "отчуждение продуктов в порядке товарного обмена на рынке" <1>. Только в этих случаях имеет место собственность, которая включает в себя также пользование и владение <2>. Здесь уже пользование и владение рассматриваются не в качестве различных форм присвоения, а в качестве интересующих нас элементов собственности. М.В. Колганов говорит, что мы просто привыкли различные формы присвоения называть словом "собственность", и обещает собственностью называть только формы присвоения, основанные так или иначе на производстве и обращении товаров <3>. Отсюда можно было бы предположить, что при отсутствии отчуждения продуктов в порядке товарного обмена на рынке нельзя говорить о собственности. Такого отчуждения не будет при коммунизме. Тем не менее М.В. Колганов пишет, что "коммунизм ни в какой мере не означает отмирания собственности" <4>, и с этим нельзя не согласиться. Но это делает негодным даваемое М.В. Колгановым понятие распоряжения, а следовательно, и собственности. Предлагаемое им понятие распоряжения характеризует не собственность вообще, а частную собственность, подмена же понятия собственности понятием частной собственности недопустима <5>.

--------------------------------

<1> Колганов М.В. Указ. соч. С. 6.

<2> Там же. С. 8.

<3> Там же. С. 7.

<4> Там же. С. 69.

<5> См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 3. С. 217 - 218; Т. 4. С. 438.

М.В. Колганов пытается подкрепить свои представления ссылками на классиков марксизма-ленинизма. Естественно, что эти попытки не могут быть успешными.

Прежде всего надо отметить, что М.В. Колганов не может привести ни одного высказывания, подтверждающего его понятие пользования, по той простой причине, что таких высказываний не имеется. Наоборот, можно привести высказывания, где понятия пользования и собственности употребляются как равнозначащие <1>.

--------------------------------

<1> См.: Там же. С. 330 и 439; Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 33. С. 94; Т. 34. С. 111.

Относительно же понятия владения М.В. Колганов приводит цитату из работы К. Маркса "К критике гегелевской философии права": "Собственное основание частной собственности, владение, берется как факт, необъяснимый факт, а не как право" <1>.

--------------------------------

<1> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 1. С. 347.

И вслед за цитатой пишет:

"Вот почему нельзя согласиться с утверждением... будто бы отношения владения являются юридическими отношениями" <1>.

--------------------------------

<1> Колганов М.В. Указ. соч. С. 15.

Это недоразумение. М.В. Колганов не обращает внимания на слово "берется" <1>. Кем берется? Обращение к контексту показывает, что Марксом рассматриваются взгляды римлян. Следовательно, это римлянами владение берется как факт, необъяснимый, разумеется, для римлян, а не для Маркса. Что же касается взглядов самого Маркса, то для этого нужно обратиться к другому его высказыванию, цитируемому М.В. Колгановым без должного анализа <2>. В "Введении" К. Маркс пишет:

--------------------------------

<1> Кстати, в первом издании "Сочинений" К. Маркса и Ф. Энгельса этого слова не было, что приводило к неправильной трактовке данной цитаты.

<2> См.: Колганов М.В. Указ. соч. С. 16 - 17.

"...Гегель правильно начинает философию права с владения как простейшего правового отношения субъекта. Но никакого владения не существует до семьи или до отношений господства и подчинения, которые суть гораздо более конкретные отношения. Напротив, было бы правильно сказать, что существуют такие семьи, роды, которые еще только владеют, но не имеют собственности. Более простая по сравнению с собственностью категория выступает, таким образом, как отношение, свойственное простым семейным или родовым сообществам. В более развитом обществе она выступает как более простое отношение развившегося организма. Однако тот конкретный субстрат, отношение которого есть владение, постоянно предполагается. Можно представить себе единичного дикаря владеющим. Но тогда владение не есть правовое отношение" <1>.

--------------------------------

<1> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 46. Ч. I. С. 38 - 39; Ч. II. С. 443.

Из этого фрагмента видно, что Маркс рассматривал владение в качестве правового (юридического) отношения - в том же смысле, в каком он рассматривал в качестве такового обмен: "Это юридическое отношение, формой которого является договор, - все равно закреплен ли он законом или нет, - есть волевое отношение, в котором отражается экономическое отношение" <1>. При этом нисколько не отрицается экономический характер владения. Отношения владения, как и отношения собственности, никогда не могут быть "только" юридическими <2>.

--------------------------------

<1> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 23. С. 94. Толкование, даваемое этим словам В.П. Грибановым, что "договор, не урегулированный законом, есть волевое отношение, но не юридическое отношение" (Вестн. Мос. ун-та. 1959. N 2. С. 182) не соответствует букве и смыслу слов Маркса, а также нашему законодательству. См. также: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 19. С. 393.

<2> См.: Колганов М.В. Указ. соч. С. 16.

Далее, из указания Маркса во "Введении" следует, что владение существует не только в начальной стадии развития общества, как пишет М.В. Колганов <1>, а и в более развитом обществе, и не только в порядке сделок по предоставлению собственником своей вещи во владение другому лицу <2>, но в качестве отношения, более простого по сравнению с отношением собственности.

--------------------------------

<1> См.: Там же. С. 8.

<2> Там же. С. 9.

Римляне рассматривали владение как факт <1>. Собственность они выводили из владения <2>. Но в отличие от владения собственность у них, как уже указывалось в предыдущей главе, всегда была связана с правом <3>. Как связанные с объективным правом, отношения собственности являются более сложными, чем отношения владения, для которых такая связь не выглядит непременной. Значение этого различия утратится в будущем.

--------------------------------

<1> См.: D. 41.2.1.pr.

<2> Ibid., § 1. В учебнике "Римское частное право" (М., 1948. С. 169) ошибочно указан § 2.

<3> В апологетической литературе собственность стали связывать со справедливостью. См., напр.: Кавелин К. О теориях владения. М., 1859. С. 17.

Не более удачна ссылка М.В. Колганова на В.И. Ленина <1>, из речи которого приводятся отдельно взятые слова: "владение еще не есть собственность" <2>. Но о чем идет речь у Ленина? Вовсе не о том, что владение существует наряду с собственностью как различные формы присвоения, что требуется доказать М.В. Колганову <3>, а о том, что "собственность на землю должна быть общенародной" <4>, крестьянам же предоставляться во владение <5>, в аренду <6>, в пользование <7>. Это положение было впоследствии закреплено в ст. 21 ГК РСФСР. Следовательно, вопреки мнению М.В. Колганова, В.И. Ленин не отрицал, что земля может быть объектом собственности, не противопоставлял владение, пользование и собственность как различные формы присвоения, а имел в виду тот бесспорно существующий и потому признаваемый всеми, в том числе и М.В. Колгановым, случай, когда владение предоставляется собственником другому лицу.

--------------------------------

<1> См.: Колганов М.В. Указ. соч. С. 17.

<2> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 32. С. 179.

<3> См.: Колганов М.В. Указ. соч. С. 16.

<4> Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 32. С. 176. См. также: Т. 16. С. 317; Т. 41. С. 311.

<5> См.: Там же. Т. 53. С. 303.

<6> См.: Там же. Т. 32. С. 179.

<7> См.: Там же. С. 180.

Иная концепция, также неприемлемая, представлена Ю.К. Толстым. Он упрекает В.А. Тархова в том, что им "владение, распоряжение и использование рассматриваются... как правомочия", в то время как при помощи указанных категорий раскрывается содержание собственности, а не содержание права собственности <1>. Но, во-первых, Тархов никогда не включал использование в число элементов собственности или права собственности и не усматривал этого из приводившейся тогда им и Ю.К. Толстым цитаты. Когда говорится об использовании средств производства, то имеется в виду, очевидно, и распоряжение этими средствами производства <2>. Во-вторых, представляется, что при рассмотрении содержания права собственности должно быть принято за основу содержание собственности. Бесспорно, что собственность существовала и будет существовать без правового регулирования, однако, когда говорят о праве собственности и тем самым исходят из наличия правового регулирования, то содержание права собственности не может не отражать содержания собственности. Фактические действия, совершаемые собственником и без правового регулирования, получают правовую форму; "но эта форма не создает ни своего содержания..., ни существующих в ней отношений лиц друг к другу, а наоборот" <3>. Эти слова Маркса, написанные по поводу обмена, целиком применимы и к отношениям собственности. Материальное отношение собственности объективно существует со всеми его элементами. Правовое регулирование, вносящее в эти отношения волю законодателя, не отменяет и не заменяет элементы собственности какими-либо другими элементами.

--------------------------------

<1> См.: Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. Л., 1955. С. 6 - 7.

<2> См.: Политическая экономия. М., 1962. С. 11.

<3> Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 19. С. 393.

Не так полагает Ю.К. Толстой. В указанном сочинении он в отношениях собственности усматривает владение, распоряжение и использование <1>, а в праве собственности - правомочия владения, пользования и распоряжения <2>. Таким образом, содержание собственности по кругу действий, совершаемых собственником, оказалось отличным от содержания права собственности. Чем определялось это различие и в чем, кроме названий, оно заключалось - автор не объяснял.

--------------------------------

<1> См.: Толстой Ю.К. Указ. соч. С. 6.

<2> Там же. С. 60.

В позднейшем сочинении Ю.К. Толстой определяет экономические отношения собственности как совокупность владения, присвоения и распоряжения <1>. Он находит, что "пользование как экономическая категория совпадает с присвоением" <2>, хотя в другом месте усматривает в отношениях собственности "не только пользование и распоряжение средствами и продуктами производства, но и присвоение их" <3>, то есть различает пользование и присвоение. Что же касается права собственности, то Ю.К. Толстой по-прежнему указывает на правомочия владения, пользования и распоряжения, поясняя, что правомочия присвоения не может быть, потому что если оно не совпадает ни с распоряжением, ни с пользованием, то выступает как юридический факт, в результате которого право собственности только еще возникает <4>.

--------------------------------

<1> См.: Толстой Ю.К. Понятие права собственности // Проблемы гражданского и административного права. Л., 1962. С. 153.

<2> Там же. С. 152.

<3> Там же. С. 161.

<4> См.: Толстой Ю.К. Понятие права собственности // Проблемы гражданского и административного права. Л., 1962. С. 187.

Как уже отмечалось, использование не может рассматриваться в качестве одного из элементов собственности, поскольку оно охватывает и пользование, и распоряжение <1>.

--------------------------------

<1> См.: Вильнянский С.И. Лекции по советскому гражданскому праву. Харьков, 1958. С. 198.

Относительно присвоения понимание его, как известно, является различным. Одни авторы отождествляют присвоение с собственностью <1>, другие рассматривают его как предпосылку собственности <2>. Во всяком случае присвоение не может рассматриваться, как это делает Ю.К. Толстой, в качестве одного из элементов собственности, потому что в одних случаях оно совпадает с пользованием, в других - с распоряжением, а когда не совпадает ни с тем, ни с другим, то лежит за пределами данного отношения собственности. Ю.К. Толстой замечает последнее обстоятельство применительно к правовому отношению собственности, но оно в равной мере относится и к лежащему в его основе экономическому отношению: юридический факт, лежащий за пределами правоотношения, - это обстоятельство, находящееся за пределами экономического отношения, формой которого данное правоотношение является.

--------------------------------

<1> См.: Венедиктов А.В. Органы управления государственной социалистической собственностью // Сов. гос-во и право. 1940. N 5 - 6. С. 24 - 25; Он же: Государственная социалистическая собственность. С. 29; Братусь С. Вопросы собственности в рукописи Маркса "Формы, предшествующие капиталистическому производству" // Сов. гос-во и право. 1940. N 11. С. 28; Иоффе О.С. Указ. соч. С. 269; Радаев В.В. Личная собственность в социалистическом обществе. М., 1963. С. 4.

<2> См.: Флейшиц Е.А. "Абсолютная" природа права собственности // Проблемы гражданского и административного права. С. 218.

Иногда говорят также - "результат присвоения" (Братусь С.Н. Формы собственности по Конституции СССР // Труды ВЮА. 1949. IX. С. 5). Это, очевидно, одно и то же. См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т. 26. Ч. III. С. 534.

Поэтому следует признать, что элементами собственности являются владение, пользование и распоряжение, а элементами права собственности - права владения, пользования и распоряжения. Е.А. Крашенинников высказал весьма спорную точку зрения относительно содержания права собственности. Он утверждает, что право собственности представляет собой единство не трех, а двух правомочий: правомочия требования и правомочия собственника на свои действия, в которых заключены три субправомочия: возможность владеть, возможность пользоваться и возможность распоряжаться вещью <1>. Критика подобного взгляда была дана в цивилистической литературе <2>.

--------------------------------

<1> См.: Крашенинников Е.А. Содержание права собственности // Актуальные проблемы права собственности. Материалы Всероссийской межвузовской конференции, посвященной 90-летию профессора В.А. Тархова (октябрь 2003 г.). Саратов, 2004. С. 64.

<2> См., например: Тархов В.А. Гражданское право. Курс. Общая часть. Уфа, 1998. С. 115, 121.

3. Владение нередко определяется как фактическое господство лица над вещью <1>. Такое определение не может быть принято прежде всего потому, что понятие господства лица над вещью является нежелательным для правовой теории, рассматривающей отношения между людьми, а не отношения между людьми и вещами <2>. Кроме того, говоря о господстве, нужно было бы еще сказать, в чем оно выражается, иначе применение этого определения оставляет все-таки неясным ответ на вопрос, существует в определенном случае владение или нет.

--------------------------------

<1> См.: Коваленков М.П. Понятие владения в литературе уголовного права // Уч. зап. Сар. ун-та. 1924. Т. II. Вып. 4; Учебное пособие по советскому гражданскому праву. М., 1938. С. 93; Агарков М.М. Основные принципы советского гражданского права // Сов. гос-во и право. 1947. N 11. С. 41; Советское гражданское право. 1950. С. 266; Брауде И.Л. Право на строение и сделки по строениям. М., 1954. С. 66; Вильнянский С.И. Указ. соч. С. 197; Советское гражданское право. М., 1959. Т. I. С. 220; Генкин Д.М. Право собственности в СССР. М., 1961. С. 82. В учебнике 1997 г. - "физическое господство" (С. 233).

<2> См.: Генкин Д.М. Право собственности в "Манифесте Коммунистической партии" // Уч. зап. ВИЮН и ВЮА. М., 1949. С. 99; Толстой Ю.К. Содержание и гражданско-правовая защита права собственности в СССР. С. 51.

Некоторые авторы определяют владение как обладание <1>. Такое "определение" явно не годится, потому что оно вместо того, чтобы дать понятие владения, предлагает синоним этого слова <2>. По этой же причине несостоятельна и попытка разграничить владение и обладание <3>.

--------------------------------

<1> См.: Еремеев Д.Ф. Право личной собственности в СССР. М., 1958. С. 24; Федотовская З.А. Указ. соч. С. 66.

<2> См.: Клюева В.Н. Краткий словарь синонимов русского языка. М., 1956. С. 44. Между прочим, более точным разграничительным признаком этих синонимов является пользование, а не распоряжение, как полагает В.Н. Клюева.

<3> См.: Толстой Ю.К. Гражданско-правовая охрана социалистической и личной собственности в СССР. Уч. зап. ЛГУ. 1954. N 182. Вып. 5. С. 126.

Владение не может быть, конечно, представляемо только как непосредственное, физическое обладание вещью по трехчленной формуле древнеримских юристов: tenere, sedere, stare <1>. Владение может существовать и при отсутствии физической связи между владельцем и вещью. Условия жизни общества и господствующие в данном обществе взгляды определяют достаточность или недостаточность признаков, позволяющих окружающим судить о нахождении вещи во владении какого-то лица. Для всех лиц, окружающих владельца, такими признаками будут те, которые свидетельствуют о нахождении вещи во владении вне зависимости от того, знают окружающие, кто владелец, или нет. Вещи, находящиеся в квартире гражданина, предполагаются принадлежащими данному гражданину. Но владение существует и без знания окружающих о его наличии в данном конкретном случае. Определяющим в ответе на вопрос о том, существует ли владение, является фактическая возможность для владельца пользоваться вещью.

--------------------------------

<1> См.: D. 41.2.3.5; Юшкевич В.А. О приобретении владения по римскому праву. М., 1908. С. 53.

Таким образом, владение теснейше связано с пользованием <1>. Тем не менее владение может существовать и при отсутствии пользования <2>. Для фактического владения важна возможность пользоваться вещью, независимо от того, пользуется ею владелец в настоящий момент или нет. Следовательно, владение существует во всех случаях, когда лицо имеет фактическую возможность пользоваться вещью. Наоборот, пользование, как правило, возможно лишь при наличии владения, но не обязательно собственности. Пользование отделяется от владения лишь в тех случаях, когда предоставляется пользователю вещь, находящаяся во владении наймодателя (ст. 606 ГК).

--------------------------------

<1> См.: Новицкий И.Б. Право собственности. М., 1925. С. 33; Брауде И.Л. Указ. соч. С. 67.

<2> См.: Липецкер М. Право владения // Сов. юстиция. 1937. N 5. С. 17.

Придание пользованию самостоятельного значения явилось основанием упрека Советской власти, будто бы она не выполнила своего обещания предоставить землю крестьянам во владение <1>. Это недоразумение. Пользование таким объектом, как земля, без владения ею, возможно только временное, например для отдыха на ней. Производственное использование земли без владения невозможно. Советская власть выполнила свое обещание и предоставила крестьянам землю во владение, оставив собственность у народа. Раздела земли в собственность тогда не предлагалось <2>. В ст. 21 ГК 1922 г. было сказано: "Земля является достоянием государства и не может быть предметом частного оборота. Владение землей допускается только на правах пользования". Сейчас возможно предоставление земли в собственность, во владение, в пользование. В последнем случае лицо осуществляет владение и пользование земельным участком (ст. 269 ГК).

--------------------------------

<1> См., напр.: Социалистическая собственность: формы реализации. М., 1989. С. 41.

<2> См.: Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 32. С. 134.

Возможность пользования, естественно, не свидетельствует еще о праве пользования, так же как и наличие владения не означает наличия права владения <1>. Но фактическая возможность пользоваться вещью является тем признаком, который свидетельствует о наличии фактического владения и в тех случаях, когда владелец не имеет юридической возможности пользования, не имеет права пользоваться вещью. Владелец не обязательно должен пользоваться вещью, но он должен иметь фактическую возможность этого, иначе не будет владения.

--------------------------------

<1> См.: Карасс А.В. Право государственной социалистической собственности. М., 1954. С. 200; Рубанов А.А. Понятие владения в советском гражданском праве. М., 1956. С. 8.

Право владения означает наличие правового основания, правовой охраны владения, возможности его защиты. Вопрос же о праве пользования разрешается в зависимости от характера юридического основания, лежащего в основе права владения. Так, право владения, принадлежащее собственнику или нанимателю, связано с их правом пользования вещью, а право владения, принадлежащее залогодержателю, хранителю или перевозчику, существует при отсутствии у этих лиц права пользования данной вещью.

Собственник всегда обладает правом владения и, как правило, осуществляет фактическое владение принадлежащими ему вещами. Однако фактическое владение не является необходимым для существования права владения. Право собственности, а следовательно, и право владения, может возникнуть у приобретателя в случаях, предусмотренных законом или договором, до передачи ему вещи (п. 2 ст. 225 ГК). Вещь может быть передана собственником во владение другого лица по договору найма, безвозмездного пользования имуществом, хранения, перевозки, комиссии, экспедиции, подряда - без передачи права собственности, с сохранением этого права в полном объеме за собственником, включая и правомочие владения, и с возникновением этого права у титульного владельца. Вещь может быть изъята у собственника помимо его воли в случаях, предусмотренных законом, с сохранением за ним права собственности (арест), вещь может быть изъята у собственника незаконно, наконец, собственник может временно оставить вещь вне места своего пребывания, не осуществлять фактического владения вещью без передачи ее другому лицу - во всех этих случаях собственник сохраняет право владения.

Д.Ф. Еремеев пишет, что, "если собственник длительное время не владеет вещью (например, пропустил давностный срок на истребование), закон признает ее бесхозяйной" <1>. В таком виде это утверждение неправильно. Его автор тут же сам добавляет, что "строение, собственник которого известен, но живет не в той местности, где находится строение, не может быть признано бесхозяйным". Следовательно, само по себе неосуществление владения не влечет за собою никаких юридических последствий. Бесхозяйным признается имущество, которое не имеет собственника или собственник которого неизвестен (п. 1 ст. 225 ГК). Высшие судебные органы неоднократно указывали, что не может быть признано бесхозяйным имущество тех владельцев, о которых точно известно, где они находятся <2>, или хотя и неизвестно точное их место нахождения, но известно, что они выбыли либо могли выбыть в связи с обстоятельствами военного времени <3>. Не может быть признано бесхозяйным также имущество, находящееся во владении возможных наследников <4>. Что же касается задавненного имущества, то истечение срока исковой давности само по себе не прекращает права собственности на него (ст. 206 ГК).

--------------------------------

<1> Еремеев Д.Ф. Указ. соч. С. 28.

<2> См.: Гражданский кодекс РСФСР. М., 1957. С. 164 - 165; Сб. пост. Пленума и опр. коллегий Верх. Суда СССР за 1944 г. С. 359; Суд. практика Верх. Суда СССР. 1952. N 5. С. 35; 1952. N 1. С. 34; 1954. N 1. С. 31; Феофанов Ю. Мелкое дело // Известия. 1963. 31 авг. N 207.

<3> См.: Сб. пост. Пл. и опр. коллегий Верх. Суда СССР за 1943 г. М., 1948. С. 164.

<4> См.: Суд. практика. 1953. N 1. С. 34; 1954. N 1. С. 31.

Наоборот, осуществление фактического владения вещью способно повлечь возникновение права на нее, о чем в следующей главе.

При правомерном изъятии вещи у собственника без лишения его права собственности право владения сохраняется за ним и одновременно возникает у лица, осуществляющего владение в силу закона или договора. В этой связи М.В. Самойлова справедливо считает, что передача собственником одного или нескольких принадлежащих ему правомочий вообще невозможна, как невозможно признание существования неполной собственности, неизвестной нашему законодательству. Передача правомочия означала бы тождественность правомочия собственника с одноименным правомочием несобственника, к которому оно перешло. Между тем в этом случае "право собственности на вещь временно усложняется наличием известного права на ту же вещь у контрагента по договору, что не лишает, однако, собственника его права в целом или правомочия владения в отдельности, а ограничивает осуществление права собственности. Отношения по поводу вещи определяются теперь совокупностью нескольких правовых характеристик. В отношении одной и той же вещи оказываются сосуществующими два различных правомочия владения: владение собственника и договорного владельца. Через владение последнего осуществляет правомочие владения также и собственник" <1>.

--------------------------------

<1> Самойлова М.В. Законное владение в советском гражданском праве // Правоведение. 1965. N 4. С. 66.

В литературе высказывается взгляд, что право владения отделимо от права собственности <1>. Правильнее было бы говорить о возможности ограничения права владения собственника. Собственник не осуществляет фактического владения, но не теряет права владения, если остается собственником. Д.М. Генкин правильно отмечает, что собственник, временно лишившийся возможности использовать принадлежащие ему правомочия, не лишается их, а лишь временно ограничивается в них <2>. Но он почему-то различает: если вещь изъята у собственника помимо его воли, безразлично, правомерно (при аресте) или незаконно, то собственник не лишается правомочий; если же собственник передает владение нанимателю, то последний в это время является единственным титульным владельцем <3>. Между тем одинаково, лишь ограничение правомочий, но не утрата их имеет место как в случае ареста имущества, так и в случае предоставления имущества в пользование другому лицу. Поэтому следует признать неточным утверждение Д.М. Генкина, что "носитель права собственности использует свои правомочия самостоятельно и независимо от прав других лиц на эту вещь" <4>. Если другие лица имеют какие-либо права на ту же вещь, то ни собственник, ни эти лица не могут использовать свои права независимо друг от друга. Данное правило, например, распространяется на учреждения, финансируемые собственником <5>.

--------------------------------

<1> См.: Гражданское право. М., 1938. Ч. 1. С. 169; Граве К. Момент перехода права собственности по договору // Сов. юстиция. 1940. N 22. С. 10; Советское гражданское право. 1950. С. 174; Основы советского государства и права. М., 1947. С. 308; Шапп Я. Основы гражданского права Германии: Учеб. М., 1996. С. 54 - 61.

<2> См.: Генкин Д.М. Право собственности в СССР. С. 48.

<3> См.: Там же. С. 93.

<4> См.: Там же. С. 62.

<5> См.: Сафронова Т.Н. Некоторые проблемы осуществления вещных прав образовательного учреждения // Закон. 2006. N 4. С. 71 - 75.

Римская конструкция о недопустимости одновременного владения одной вещью двумя лицами имеет в своем основании защиту интересов частного собственника, каковым владелец является в тот момент или в последующем (по давности владения). Поэтому при наличии собственника всякий иной правомерный фактический владелец для усиления его зависимости от собственника рассматривается не как владелец, а как держатель. Даже буржуазные юристы, поклонники римского права, признавали, что различие между владением и держанием заключается не в существе отношений, а создается законом в силу практических соображений, с целью создания беззащитности перед владельцем <1>. Иеринг, понятно, не договаривает, что это были практические соображения верхушки господствующего класса, крупных земельных собственников, воля которых выражена в римском законе, точно так же, как в современных буржуазных законах выражена воля кучки монополистов, магнатов капитала. В нашем гражданском праве нет достаточных оснований для проведения различия между владением и держанием <2>. Все граждане, правомерно владеющие вещами, должны пользоваться одинаковой защитой, что и закреплено ст. 305 ГК. Следовательно, отпадают препятствия для признания права владения одновременно за двумя лицами - собственником и несобственником - титульным владельцем.

--------------------------------

<1> См.: Ihering Rudolf v. Der Besitzwille. Jena, 1889. S. 7, 431.

<2> В рецензии на учебник гражданского права 1944 г. (см.: Соц. законность. 1946. N 4 - 5) указывалось на желательность проведения различия между владением и держанием. С этим теперь можно согласиться применительно к приобретению права собственности по давности владения.

В случае столкновения вещных требований двух правомерных владельцев, каждый из них должен доказать правовое основание своего владения, в зависимости от чего должен решаться вопрос об оставлении вещи у обладателя или передаче ее другому лицу. Подробнее в заключительной главе.

4. В литературе имеется достаточно общих определений пользования <1>. Удачным представляется определение, даваемое профессором Агарковым:

--------------------------------

<1> См.: Вавин Н. Право собственности. М., 1923. С. 27; Новицкий И.Б. Указ. соч. С. 34; Анисимов В.В. Основы инвентаризации строений. М.-Л., 1945 - 1947. С. 17; Советское гражданское право. 1950. С. 173; Советское гражданское право. 1950. Т. I. С. 167.

"Пользованием является употребление вещи для достижения тех или иных целей, в частности для удовлетворения каких-либо потребностей, а также для извлечения доходов" <1>.

--------------------------------

<1> Агарков М.М. Основные принципы советского гражданского права. С. 41.

Близко к этому определение М.К. Васюнина: "Пользование означает фактическое применение объектов присвоения в соответствии с их назначением в качестве средств производства или предметов потребления, извлечение из них полезных свойств". Однако он не считает пользование "стороной или моментом собственности (как его считают в юридической литературе)". К сожалению, он почти так же определяет владение: "во-первых, фактическое использование работником (членом общества) объектов присвоения в процессе труда и, во-вторых, частичное присвоение результатов трудовой деятельности" <1>.

--------------------------------

<1> Васюнин М.К. Указ. соч. С. 17 - 18.

Пользование может выражаться в разнообразных действиях и бездействии.

Закон не обязывает собственника пользоваться его имуществом <1>. Однако если закон обязывает субъекта действовать (например, по ст. 426 ГК), то косвенно это может относиться и к пользованию необходимым для этого имуществом. Непользование или ненадлежащее пользование способно послужить основанием прекращения права собственности (ст. ст. 240, 241, 284 - 286, 293 ГК).

--------------------------------

<1> Предложение Б.Л. Хаскельберга о принудительном отчуждении неиспользуемых картин, рукописей (см.: Хаскельберг Б.Л. Содержание права личной собственности граждан СССР // Уч. зап. Томского гос. ун-та. 1957. N 33. С. 73) вряд ли приемлемо, в случае его принятия создало бы исключение, не меняющее общего правила.

Под распоряжением понимается совершение действий, влекущих за собою существенное изменение самой вещи (вплоть до перехода ее в иное состояние) либо ее правовой принадлежности, а также предполагающих возможность такой перемены. Такими действиями могут быть: отчуждение вещи, отказ от нее, залог, переработка, уничтожение и т.д. <1>.

--------------------------------

<1> См.: Советское гражданское право. 1950. Т. I. С. 267 - 268. Другие авторы ограничивают распоряжение совершением сделок (см.: Учебное пособие по советскому гражданскому праву. 1938. С. 93; Граве К. Указ. соч. С. 10; Советское гражданское право. 1950. С. 173 - 174) или изменением юридического положения имущества (Карасс А.В. Указ. соч. С. 186).

Распоряжение и пользование тесно связаны между собою <1>. Когда собственник сам осуществляет пользование и распоряжение, то вопрос о том, что относится к пользованию, а что к распоряжению, носит отвлеченный характер и практического значения не имеет. Если собственник, например, переделает свои часы из карманных в наручные или наоборот, то спор о том, что он осуществил в данном случае - пользование или распоряжение, носил бы схоластический характер. Но когда пользование предоставляется другому лицу, то практически важно установить, что охватывает одно понятие, а что другое. Если лицо имеет право пользоваться вещью, но не имеет права ею распоряжаться, то такие действия, как в приведенном примере, оно осуществлять не может <2>.

--------------------------------

<1> См.: Корнеев С.М. Право государственной социалистической собственности в СССР. М., 1964. С. 118.

<2> См.: Сб. пост. Пленума и опр. коллегий Верх. Суда Союза ССР за 1944 г. С. 274.

Промежуточное положение в отношении пользования и распоряжения занимает предоставление вещи в пользование другому лицу. С одной стороны, совершается предоставление права другому лицу, то есть акт распорядительного характера. С другой стороны, имеет место использование вещи для получения наемной платы, что почти всеми авторами включается в пользование <1>. По ст. 606 ГК нанимателю принадлежит право временного пользования имуществом. Верховный Суд СССР указывал, что наниматель не имеет права распоряжаться нанятым имуществом <2>. Тем не менее наниматель вправе отдавать нанятое имущество в пользование другому лицу (ст. ст. 615, 647, 685 ГК), что является уже распоряжением. То обстоятельство, что договором может быть установлено иное, то есть отсутствие у нанимателя права сдачи имущества в поднаем, не имеет решающего значения, ибо договором вообще может быть предусмотрен определенный порядок пользования имуществом, с теми или иными ограничениями. Так этот вопрос рассматривается и судебной практикой <3>.

--------------------------------

<1> Д.М. Генкин различает получение натуральных и денежных доходов. См.: Указ. соч. С. 105.

<2> См.: Сб. пост. Пленума и опр. коллегий Верх. Суда Союза ССР за 1940 г. С. 270.

<3> См.: Сб. пост. Пленума и опр. коллегий Верх. Суда Союза ССР за второе полугодие 1939 г. М., 1941. С. 43.

Пользование и распоряжение, подобно владению, могут быть связаны с правом собственности, могут быть осуществляемы на иных правовых основаниях, и могут встретиться такие случаи, когда пользование и распоряжение осуществляются без какого-либо правового основания, незаконно. Следовательно, пользование и распоряжение могут быть соединены с правом пользования и правом распоряжения и могут быть отделены от правомочий.

Д.Ф. Еремеев, видящий различие между фактическими действиями и их правовой формой, проводит, однако, это различие недостаточно четко. Он говорит, что следует "различать распоряжение в юридическом смысле (передача прав на имущество другому лицу) и в смысле фактическом (потребление)" <1>. Такое противопоставление проводить нельзя, и неудивительно, что дальше Д.Ф. Еремеев говорит, что и потребление носит правовой характер <2>. Передача имущества представляет собою фактическое действие, распоряжение, а передача прав на имущество - действие юридическое, осуществление права на распоряжение. Потребление носит фактический характер, но оно влечет за собою исчезновение объекта права и потому имеет юридическое значение.

--------------------------------

<1> Еремеев Д.Ф. Указ. соч. С. 10.

<2> См.: Еремеев Д.Ф. Указ. соч. С. 47.

Д.М. Генкин тоже противопоставляет распоряжение и право распоряжения. Изменив прежнюю точку зрения, он полагает, что уничтожение вещи "не является осуществлением правомочия распоряжения. В этих случаях имеет место прекращение волей собственника самого права собственности" <1>, хотя экономически это распоряжение <2>. Но распоряжение может иметь правовую форму только правомочия распоряжения. Прекращение волей собственника своего права собственности и представляет собою распоряжение, безразлично, прекращается ли это право собственности путем передачи его другому лицу или без такой передачи. Собственник может правомерно уничтожить свою вещь именно в силу того, что он является собственником. Следовательно, уничтожая вещь, собственник осуществляет право собственности. А поскольку право собственности складывается из различных правомочий, то надлежит определить, какое же правомочие в данном случае осуществляется. Если бы Д.М. Генкин поставил такой вопрос, то представляется, что единственным ответом было бы: правомочие распоряжения. Как он правильно писал, ни о каком правомочии распоряжения нельзя говорить при уничтожении вещи в результате тех или иных событий <3>. Это лишний раз подтверждает то, что если вещь уничтожается не событием, а действиями собственника, то эти действия представляют собою распоряжение, при правовом регулировании - осуществление правомочия распоряжения.

--------------------------------

<1> Генкин Д.М. Указ. соч. С. 101.

<2> См.: Там же. С. 144.

<3> См.: Там же.

Собственник осуществляет пользование и распоряжение на правовом основании, он имеет право пользования и право распоряжения, входящие необходимыми составными элементами в право собственности.

5. Едва ли можно согласиться с утверждением, будто бы владение является ведущим признаком собственности <1>. Во-первых, собственником можно стать, не получив вещи во владение и в дальнейшем не владея ею. Во-вторых, владельцами признаются и несобственники, также нередко не владеющие вещью.

--------------------------------

<1> См.: Функция охраны социалистической собственности в условиях перестройки. С. 63. Некоторыми авторами вносится предложение о предоставлении объективным правом владельцу имущества правового титула собственника (см., например: Батчаев Ю.С. Защита владения в российской праве. Краснодар, 2005. С. 6).

Реализация права собственности заключается главным образом в пользовании вещами, принадлежащими собственнику <1>.

--------------------------------

<1> См.: Haney Gerhard, Thoms Franz. Zur Regelung des personlichen Eigentumsrechts im kunftigen Zivilgesetzbuch // Neue Justiz. 1960. Nr. 16. S. 545.

Право распоряжения признается наиболее специфическим элементом права собственности, потому что оно редко осуществляется без права собственности. Право распоряжения также служит собственникам для удовлетворения их потребностей. Распоряжение совершенно необходимо для использования потребляемых вещей, для использования денег. Совершение распорядительных актов необходимо для реализации натуральных доходов путем потребления либо отчуждения с целью получения денег и иных вещей <1>. Отчуждение может потребоваться любому лицу, желающему заменить принадлежащий ему предмет другим, израсходовать полученные деньги, одарить кого-либо и т.д. <2>. И все же наиболее характерным для собственности является пользование, эксплуатация своих орудий и средств производства, непосредственное удовлетворение своих потребностей с помощью объектов собственности.

--------------------------------

<1> См.: Сб. пост. Пл. и опр. коллегий Верх. Суда СССР за 1942 г. М., 1947. С. 74; Генкин Д.М. Право личной собственности в социалистическом обществе // Труды науч. сессии ВИЮН. С. 56.

<2> См.: Амфитеатров Г.Н. О праве личной собственности // Соц. законность. 1945. N 8. С. 16.

Государство не устанавливает для собственников обязанности распоряжения принадлежащими им вещами. Н.В. Рабинович, анализируя практику Верховного Суда СССР за 1950 г. и отмечая случаи, когда присутствовавшие при открытии наследства утрачивают, по мнению Верховного Суда, свои права в пользу сонаследников, писала: "Основное, что в подобных случаях определяет права сонаследников на спорное имущество, это то, что один из наследников не осуществляет своих прав по управлению и распоряжению своей собственностью" <1>. Такое утверждение ошибочно. Сам факт неосуществления своих прав не способен повлечь за собою их прекращение. К тому же следует различать право наследования и право собственности, которое наступает лишь после принятия наследства. В одном из рассматриваемых Н.В. Рабинович определений Верховный Суд пишет, что истица "в соответствии со ст. ст. 44 и ст. 432 ГК РСФСР право на иск утратила за давностью" <2>. В другом определении Верховный Суд прямо не высказал своего мнения, предлагая выяснить, кто являлся законным наследником, кто фактически принял наследство и можно ли через 15 лет требовать признания прав на наследство, фактически перешедшее к другим наследникам, то есть опять-таки речь идет о давности, осложненной специальными вопросами взаимоотношений сонаследников <3>. С позиций последствий истечения давностного срока решает этот вопрос и Пленум Верховного Суда СССР в руководящем указании "О судебной практике по делам о наследовании" <4>.

--------------------------------

<1> Рабинович Н.В. Практика Верховного Суда СССР по гражданским делам в 1950 г. // Вестн. Л. ун-та. 1951. N 2. С. 88.

<2> Суд. практика. 1950. N 10. С. 36. Ныне ст. 195 ГК РФ и ст. 546 ГК РСФСР.

<3> Там же. С. 37 - 38.

<4> См.: Сб. пост. Пленума Верх. Суда СССР. С. 21; Сб. пост. Пленумов Верх. Судов СССР и РСФСР. Саратов, 1988. С. 193; Сб. пост. Пл. Верх. Суда РФ. М., 1994. С. 114; Антимонов Б.С., Граве К.А. Советское наследственное право. М., 1955. С. 204.

Непользование не должно приводить к порче и гибели вещей, в которых заинтересовано общество (жилых домов, предметов искусства и т.п.). Здесь дело не в неосуществлении права, а в ненадлежащем его осуществлении, приводящем к противоречию личных интересов с общественными, что недопустимо <1>.

--------------------------------

<1> См.: Орловский П. Право собственности в практике Верховного Суда СССР. С. 14; Вестн. гражданского права. 1913. N 3. С. 100 - 112.

Для каких целей, удовлетворения каких потребностей осуществляются пользование и распоряжение - это решается самим собственником <1>. Характер и границы осуществления права собственности определяются принципами права, важнейшими из которых являются принципы разумности и добросовестности <2>.

--------------------------------

<1> См.: Сб. пост. Пл. и опр. коллегий Верх. Суда СССР 1943 г. С. 159; Карасс А.В. Вопросы советского гражданского права // Сов. гос-во и право. 1950. N 12. С. 14.

<2> См.: Дзидзария И.Ш. Принципы разумности и добросовестности и их роль в регулировании отношений собственности // Актуальные проблемы современного права и политики: Межрегион. сб. науч. тр. Рязань: Рязанский гос. ун-т им. С.А. Есенина, 2006. С. 82 - 84.

Возможно предоставление собственником принадлежащих ему вещей в пользование другим лицам. Предоставляя вещь в пользование другому лицу, собственник предоставляет ему тем самым и право пользования данной вещью, сохраняя за собой право собственности и лишь ограничивая свои правомочия <1>. В этом отношении не имеет значения, предоставляется ли вещь другому лицу в пользование за плату или бесплатно. Ни в том, ни в другом случае получатель не становится собственником предоставленной ему в пользование вещи. Нужно совершенно оторваться от жизни, чтобы написать, что "только сам собственник пользуется принадлежащими ему вещами бесплатно. В том случае, когда ими пользуются и другие субъекты бесплатно, они становятся такими же собственниками данного имущества, как и он сам" <2>. Подобная позиция исходит из конструкции разделенной (двойственной) собственности, которая в настоящее время поддерживается рядом авторов <3>. Среди них А.И. Смирнов, отстаивающий взвешенную точку зрения. По его мнению, "прямая рецепция конструкции двойственной собственности из системы общего права, скорее всего, невозможна. Но существует вполне успешный опыт заимствования модифицированных трастовых конструкций стран континентального права. Эти конструкции облекаются в форму либо уже известных моделей учреждения и фонда, либо при помощи создания новых, например модели трастового предприятия... Вполне достойный пример для подражания и, главное, не требующий в рамках российского права существенного изменения законодательства" <4>. В связи со сказанным заслуживает быть отмеченным мнение В.П. Мозолина. Он полагает, что право оперативного управления и право хозяйственного ведения необходимо заменить правом персонифицированной собственности, применяемым в рамках существующих форм собственности. В соотношении с правом собственности, принадлежащим юридическому лицу, право персонифицированной собственности должно предоставляться организации, создаваемой учредителем (учреждению, унитарному предприятию и др.) и обладающей большими имущественными правомочиями <5>.

--------------------------------

<1> Ср.: Генкин Д.М. Право собственности в СССР. С. 94.

<2> Колганов М.В. Указ. соч. С. 23.

<3> См., например: Богданов Е.В. Моделирование права собственности в гражданском законодательстве РФ // Гос-во и право. 2000. N 11. С. 18 - 22; Савельев В.А. Действующее право собственности и некоторые сложноструктурные модели собственности // Гос-во и право. 2001. N 9. С. 19 - 23.

<4> Смирнов А.И. О перспективах "двойственной" собственности (траста) в России // Правоведение. 2005. N 2. С. 61.

<5> См.: Мозолин В.П. Развитие гражданского законодательства на современном этапе (дискуссионные проблемы) // Журн. рос. права. 2005. N 7. С. 43.

Реализация собственности - явление экономическое <1>, поэтому реализация правомочий собственника зависит прежде всего от объективных условий, а затем уже как от него самого, так и от окружающих его лиц. Не повторяя подробно рассмотренного в "Курсе" осуществления гражданских прав и исполнения обязанностей <2>, следует сказать, что никогда право собственности не было буквально неограниченным ни юридически, ни фактически <3>. Абсолютный характер права собственности представляет собою не более как условное обозначение вещных прав и им подобных для отличия от прав относительных, обязательственных, где подчас кредитор имел больше власти, чем собственник.

--------------------------------

<1> См.: Васюнин М.К. Указ. соч. С. 139.

<2> См.: Тархов В.А. Гражданские права и ответственность. Уфа, 1996. С. 41 - 42; Вестн. СГАП. 1995. N 3. С. 20 - 28.

<3> См.: Лазар Ян. Собственность в буржуазной правовой теории. С. 9; Мозолин В.П. Указ. соч. С. 31.

Осуществление права собственности сильно различается в зависимости от типа, вида и формы собственности, о чем шла речь в третьей главе настоящей книги.

В качестве общего указания в законе говорится, что собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц <1>, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. Владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами в той мере, в какой их оборот допускается законом, осуществляются их собственником свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов других лиц (п. 2 и п. 3 ст. 209 ГК).

--------------------------------

<1> См.: Поротикова О.А. Проблема злоупотребления субъективным гражданским правом. Саратов, 2002. С. 11; Медведев М.Ф. Ответственность за вред, причиненный органами государственной власти и местного самоуправления по гражданскому праву России. Волгоград, 2002. С. 7 - 28.

Как видно, ограничения права собственности сведены до минимума по сравнению с правомочиями собственника, закрепленными в ст. 92 ГК РСФСР 1964 г. Собственник мог осуществлять или не осуществлять свои правомочия лишь в пределах закона и в соответствии с ним <1>. Теперь же собственник вправе по своему усмотрению совершать любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам.

--------------------------------

<1> См.: Иоффе О.С., Толстой Ю.К. Новый Гражданский кодекс РСФСР. Л., 1965. С. 95 - 96.

Таким образом, с развитием рыночных отношений в нашей стране вмешательство государства в отношения собственности значительно уменьшается. В то же время сейчас возникает актуальнейшая проблема допустимых ограничений свободы распоряжения частной собственностью в интересах баланса публичных и частных интересов <1>. Многие исследователи справедливо отмечают, что эйфория частнособственнической предпринимательской деятельности привела к тому, что цементирующее публичное начало было забыто. Определенную роль в этом плане сыграл Гражданский кодекс РФ, предоставивший гражданам и юридическим лицам возможность приобретения и осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе. Однако те ограничения указанной свободы, установленные в ст. 1 ГК, не дают нужного баланса имущественных интересов индивида и общества, что приводит к реализации отрицательной свободы субъектов предпринимательства. В конечном счете игнорирование публичного интереса с неизбежностью ведет к деградации частного интереса <2>.

--------------------------------

<1> См.: Мечетина Т.А. Ограничение права собственности: проблемы публичных и частных интересов. Рязань, 2001. С. 8 - 24; Куликова И.П. Право собственности: вопросы соотношения неприкосновенности и ограничений. Саратов, 2003. С. 10 - 21; Пономарев В.С. Право собственности граждан на жилое помещение: вопросы ограничений. Рязань, 2004. С. 8 - 24.

<2> См., например: Зинченко С., Корх С. Вопросы собственности: Законодательство и практика // Хоз-во и право. 2000. N 6. С. 50.

По мнению Л.А. Морозовой, ограничения права частной собственности должны соответствовать следующим принципам: 1) установление ограничений исключительно в интересах "общего блага", "общественного интереса"; 2) справедливой компенсации государством собственнику имущественных потерь; 3) установление ограничений на основании и в пределах закона; 4) равенство всех собственников перед лицом подобных ограничений; 5) возможность судебного оспаривания изъятия государством имущества из частной собственности <1>.

--------------------------------

<1> См.: Гос-во и право. 1998. N 8. С. 57; см. также: Гаджиев Г.А. Защита основных экономических прав и свобод предпринимателей за рубежом и в Российской Федерации. М., 1995. С. 34 - 51. Следует приветствовать исследования проблем ограниченности права собственности как принципа осуществления права собственности (см., например: Костин В.В. Принципы осуществления и защиты права собственности. М., 2005. С. 123 - 150).

В этом плане представляет большой научный и практический интерес исследование ограничений форм и видов права собственности, отдельных видов ограничения права пользования и права распоряжения земельными участками, участками недр, обособленными водными объектами, лесами и многолетними насаждениями, зданиями, сооружениями и жилыми помещениями <1>. Такие ограничения права собственности допустимы как в интересах неопределенного круга лиц, так и в интересах определенных лиц <2>.

--------------------------------

<1> См.: Демидова Г.С. Ограничения права собственности граждан на жилые помещения // Правоведение. 2001. N 5. С. 64 - 71; Мантул Г.А. Особенности осуществления права собственности юридическими лицами при применении к ним процедур банкротства. Краснодар, 2006. С. 17 - 25.

<2> См.: Камышанский В.П. Право собственности в России: Лекция. Волгоград: ВЮИ МВД России, 1998. С. 13 - 16; Он же: Право собственности на недвижимость: вопросы ограничений. С. 133 - 308; Гос-во и право. 1998. N 8. С. 57 - 58; Копылов А.В. Вещные права на землю в римском, русском дореволюционном и современном российском гражданском праве. М., 2000. С. 14 - 78.

В целом же в литературе обосновывается общая классификация ограничения права собственности на принудительное (в силу закона) и добровольное. Принудительное ограничение права собственности устанавливается в публичных и частных интересах, а также как санкция за правонарушение. Добровольное ограничение осуществляется в силу договора и односторонних сделок (завещания) <1>.

--------------------------------

<1> См.: Богатых Е.А. Гражданское и торговое право. М., 1996. С. 105; Бадальянц Ю.С., Ягофаров Д.А. Права человека: Учеб. пособие / Под ред. М.И. Кошелева. Москва-Рязань, 2005. С. 194 - 204.

Необходимость исследования проблем ограничений права собственности в немалой степени обусловлена и ратификацией 20 февраля 1998 г. Государственной Думой ФС РФ Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. Она в ст. 1 Протокола N 1 закрепляет право государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов <1>.

--------------------------------

<1> См.: СЗ РФ. 1998. N 14. Ст. 1514.

Интересное и глубокое исследование вопросов ограничения права собственности лиц, осужденных к лишению свободы, проведено В.В. Рыбаковым (см.: Рыбаков В.В.: Имущественные права лиц, осужденных к лишению свободы. М., 2006. С. 11 - 26). См. также: Гришко А.Я. Гражданско-правовой статус лиц, отбывающих наказание в виде лишения свободы: Моногр. М.: ИГ "Юрист", 2005. 225 с.

В этой связи в настоящее время обоснованно предлагается разработать федеральный закон, который бы предусматривал условия и порядок проведения государственных мер, непосредственно ограничивающих право собственности. Речь идет не о дублировании гражданско-правовых норм о собственности, а определении единых параметров защиты и ограничения частной собственности как права человека. Этот закон должен четко определить роль суда в процессе изъятия собственности (национализация, реквизиция, конфискация и т.д.), непременное его участие в определении размера компенсации в тех случаях, когда она причитается <1>.

--------------------------------

<1> См. подробно: Глотов С.А. Конституционно-правовые проблемы сотрудничества России и Совета Европы в области прав человека. Саратов, 1999. С. 199 - 250.

Безусловно, недопустимы ограничения права собственности, устанавливаемые отдельными законами в нарушение конституционных норм. Такие факты выявлялись Конституционным Судом РФ.

Так, в жалобе ОАО "Тверская прядильная фабрика" оспаривалась конституционность положения абзаца 3 статьи 77 Федерального закона от 8 января 1998 года "О несостоятельности (банкротстве)", согласно которому внешний управляющий в трехмесячный срок с момента введения внешнего управления вправе отказаться от исполнения договоров должника, не исполненных сторонами полностью или частично, если договор является долгосрочным (заключен на срок более одного года). Это положение не только препятствует восстановлению платежеспособности должника, но и вводит несоразмерное ограничение гарантированных Конституцией РФ свободы экономической деятельности, права на свободное использование имущества для предпринимательской деятельности, прав владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом. Поэтому Конституционный Суд РФ признал не соответствующим Конституции РФ, ее статьям 8 (часть 1), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (часть 2) и 55 (часть 3), положение абзаца третьего пункта 2 статьи 77 Федерального закона от 8 января 1998 г. "О несостоятельности (банкротстве)" <1>.

--------------------------------

<1> См.: СЗ РФ. 2000. N 24. Ст. 2658.

По другому делу Конституционный Суд РФ установил, что статья 104 Федерального закона от 8 января 1998 года "О несостоятельности (банкротстве)", определяя правовой режим имущества должника, которое не включается в конкурсную массу, устанавливает, в частности, что жилищный фонд социального использования, детские дошкольные учреждения и объекты коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимые для региона, подлежат передаче в предусмотренном пунктами 1 - 3 данной статьи порядке соответствующему муниципальному образованию (пункт 4) по фактическому состоянию без каких-либо дополнительных условий (пункт 5).

Как следует из представленных материалов, Арбитражный суд Вологодской области признал общество с ограниченной ответственностью "Судский ЛДК-А" несостоятельным (банкротом) и в целях обеспечения требований кредиторов открыл конкурсное производство. Формируя конкурсную массу, конкурсный управляющий не включил в нее котельную, входившую в принадлежащий должнику производственный комплекс, признав, что она относится к числу объектов, жизненно необходимых для поселка Суда Череповецкого района Вологодской области, поскольку является для него единственным источником теплоснабжения, и потому в силу статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" должна быть передана соответствующему муниципальному образованию. Решение конкурсного управляющего было оспорено в Арбитражном суде Вологодской области, который отказал в удовлетворении требований истца о признании недействительной передачи котельной либо выплате ее стоимости, обосновав свой отказ ссылкой на статью 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Между тем Конституционный Суд РФ пришел к выводу, что положения пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" представляют собой чрезмерное, не пропорциональное конституционно значимым целям, а потому произвольное ограничение права собственности должника и, следовательно, конкурсного кредитора в конкурсном производстве и умаляют конституционное право частной собственности, т.е. противоречат статье 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации. В связи с этим законодателю надлежит, исходя из принципов правового государства, регламентировать условия перехода права собственности в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Данные требования распространяются и на предоставление компенсации должнику - собственнику имущества в процедуре конкурсного производства, - такая компенсация должна быть соразмерной с точки зрения обеспечения справедливого баланса между публичными и частными интересами.

В этой связи Конституционный Суд РФ признал не соответствующими Конституции РФ, ее статьям 35 (часть 3), 46 (часть 1) и 55 (части 2 и 3), положения пункта 4 статьи 104 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" в той части, в какой они по смыслу, придаваемому им сложившейся правоприменительной практикой, позволяют передавать соответствующим муниципальным образованиям жилищный фонд социального использования, детские дошкольные учреждения и объекты коммунальной инфраструктуры, жизненно необходимые для региона, без выплаты должникам-собственникам, находящимся в процедуре конкурсного производства, разумной, справедливой компенсации, а также не допускают судебной проверки такой передачи по существу <1>.

--------------------------------

<1> См.: СЗ РФ. 2000. N 21. Ст. 2258.