§ 2.2. Анализ восприятия аудиторией фильма «Анатомия протеста»

В исследовании проблемы доверия невозможно обойтись без качественных методов социологии, таких как глубинное интервью или фокус-группа. Как мы выяснили в прошлой главе, уровень доверия зависит от многих факторов, при этом фактор содержания информации занимает роль скорее второстепенную, нежели основную. Поэтому мы не можем предсказать, каков возможный уровень доверия к данному фильму, просто проанализировав его. В прошлой главе мы упоминали о характеристиках аудитории – социальных, гендерных, возрастных – как об одном из основных факторов доверия-недоверия. В данном исследовании нас, в первую очередь, интересует мнение молодежи, людей от 18 до 25 лет. Это студенты, люди, которые уже имеют гражданскую позицию, но она еще мобильна и может измениться на диаметрально противоположную. В первой главе мы приводили исследование ВЦИОМ, согласно которому люди от 18 до 24 лет доверяют СМИ больше, чем предыдущее поколение от 25 до 35 лет.

Портрет участника фокус-группы: молодой человек или девушка, получающий(ая) высшее образование в городе Барнауле, курс обучения от 3 до 2 магистратуры, факультет журналистики, биологии, юриспруденции, филологии. Участники были набраны методом «снежного кома», т. е. исследователь выбрал рекрутера и попросил набрать необходимое число участников, сам при этом до последнего не зная, кто будет участвовать. Всего участников фокус-группы: 6 человек и модератор-исследователь. Фокус-группа заняла ровно 1,5 часа, участники посмотрели фильм «Анатомия протеста» и обсудили его по сценарию (см. Приложение). Цель данной фокус-группы состояла в том, чтобы установить уровень доверия/недоверия аудитории к данному фильму, данному СМИ и информации, транслируемой в этом фильме, а также обозначить факторы, влияющие на восприятие аудитории, уровень ее доверия/недоверия.

В сценарии было три блока вопросов. Первый (общий) касался отношения аудитории к каналу НТВ в целом. Второй (конкретный) был нацелен на сам фильм и его восприятие. Третий (глубинный) был направлен на выявление факторов доверия-недоверия.

Во время вступительной речи было уточнено, осведомлены ли участники о митингах и протестах оппозиции, проходивших во время предвыборной кампании 2012 года (выборы Президента РФ). Все участники в курсе названных событий, никто из них фильм «Анатомия протеста» прежде не видел и не слышал о нем ранее.

Во время просмотра фильма участники внимательно следили за происходящим на экране. В некоторых моментах реакция была отрицательной: скука, потеря интереса, негативные комментарии. Несколько раз аудитория смеялась (хором), чаще в тех местах, где это было запланировано авторами. В целом, исследователю могло показаться, что аудитория воспринимает фильм с интересом. Однако, обсуждение доказало обратное.

После первого же вопроса выяснилось, что участники не смотрят канал НТВ. Двое из них (юноши) не смотрят телевизор вообще. Однако, так как о его существовании осведомлены все, модератор продолжил задавать вопросы. На вопрос, как они относятся к НТВ, модератор получил более развернутые ответы. Участник №1 высказался очень категорично: «Я отношусь к каналу НТВ очень негативно, и я ему не верю в принципе. Что бы он там не говорил». Второй участник его поддержал, добавив, что он не верит ни одному центральному каналу, однако больше всего НТВ. Участник №3 высказал мнение, что «скандалы, интриги, расследования, которые там преобладают, компрометируют какую-то серьезную, более-менее правдивую информацию, если она там есть вообще». Четвертый участник высказался еще более категорично: «Я считаю, что это все фальсификация и полное запудривание мозгов и всего, что возможно человеку запудрить». Пятый охарактеризовал НТВ как канал «бесконечных сериалов про правоохранительные органы, притом, некачественных. Ну и канал зависимый и управляемый». Шестой отказался как-то комментировать свое отношение к НТВ на основании, что не смотрит телевизор.

Таким образом, легко подытожить, что мнение фокус-группы касательно НТВ единодушно отрицательное, среди участников не нашлось человека, лояльно относящегося к данному каналу или его программам. Дальнейшие вопросы только подтвердили первые выводы. Из программ канала у участников вызывает интерес и уважение только программа «Своя игра», а также «Намедни» с Парфеновым. Далее между участниками состоялся следующий диалог:

АА. Прошу прощения, на НТВ была одна достойная программа.

Е: Какая?

АА. «Намедни» с Парфеновым.

Е: Ого! С тех пор, извините.

АА. Очень много воды ушло, но это единственный достойный проект. И сам Парфенов как личность.

Е: С тех пор и НТВ изменилось после ухода Парфенова.

Здесь мы можем наглядно увидеть, что в сознании аудитории существует очень точный водораздел между «старым» и «новым» НТВ. «Старый» НТВ воспринимается ими как СМИ, заслуживающий доверия, а «новый» – зависимый, управляемый и не заслуживающий доверия. Объективную информацию участники ждут от новостных передач, таких как «Сегодня», хотя здесь единогласия не было. Кое-кто из участников заявил, что «вообще рассуждать так нельзя о таком канале. Он зависим, поэтому об объективности, особенно в это время, не стоит и говорить». Другой участник смотрит на эту тему иначе: «То есть, она может быть объективной, эта информация, но так, как они ее преподнесли... они, то есть, могут сказать, одно, а чтобы по-другому впитали». Интересны ответы участников на вопрос, насколько НТВ объективнее, чем остальные центральные каналы:

В: Каждый раз, когда я смотрю какие-то новости на первом, втором или НТВ, посмотрев их, я уже точно знаю, какую позицию, какое мнение мне хотят привить та или иная новость, та или иная программа. Это видно.

Е: У меня сложилось такое мнение, что первый канал показывает, как нужно правильно делать, а НТВ нас запугивает.

А: Я теряюсь с ответом, потому что за каждым каналом стоит какая-то сила, и они со своей колокольни преподносят новости.

Е: По-моему, у них одна колокольня на всех.

Вывод по данному блоку: все участники единодушно признали, что НТВ – зависимый канал. Правда, они и прочие центральные каналы не считают заслуживающими доверия. Хотя показательно то, что НТВ они выделяют среди прочих скорее в негативном ключе, так как информация данного СМИ не только необъективна, но вдобавок еще и «запугивает». Один из участников признался: «Меня начинают бесить всякие вот эти темы: убийство, насилие. Я даже боевики уже не могу смотреть».

Блок конкретный вопросов о фильме «Анатомия протеста». Первый вопрос: «Как вы думаете, насколько этот фильм отражает действительность и почему?». Первая реакция: «А он отражает действительность?!», двое участников тут же поддержали скепсис первого: «Он не отражает действительность!». Л: «Я согласна, что он не отражает действительность. Они нарезали каких-то кусков, показали нам, толком не объяснили. Мне кажется, это такой стиль у НТВ. Говорят сенсациями. Они кормят нас сенсациями! И вот это как остается анонсом в голове, так и после просмотра передачи это всего лишь анонс. Ничего более мы не узнаем». Все прочие участники согласились с этой мыслью: информация подается мозаикой, доказательств по сути, нет.

А: «Я хотела сказать, что до того момента как заговорили про США, я еще думала: «О! Интересное расследование!» А потом уже появилось ощущение, что это заказной материал». Ответы участников на этот вопрос представляются нам, как исследователям общественного мнения, весьма показательными. Важно то, что никто не принял эту информацию всерьез, несмотря на то, что с какой-то точки зрения, она может быть убедительной. Участники подтвердили нашу догадку о том, что уровень доверия к информации напрямую зависит от уровня доверия к источнику. Если никто не доверяет НТВ, если все сходятся на том, что он зависим, не объективен, то никакие аргументы фильма: видеоряд (наглядность), мастерски составленный закадровый текст, искусные приемы манипуляции, такие как клиповый монтаж, «белый шум» и прочие – не могут заставить их переменить свою точку зрения. Соответственно, как не изменилась их позиция касательно канала НТВ, так и мнение насчет оппозиции осталось неизменным.

АА: «Нет, ничего нового не узнали. Я думаю, что оппозиция – это миф... Я не считаю оппозицию существующей, потому что в сложившемся политическом климате на данный момент ее просто быть не может».

Е: «Про оппозицию. У нас менталитет такой, я об этом хотела бы сказать. Изначально у нас царь был не тот. И всегда находились люди, которые хотели царя убрать. Ну я царя говорю в общем, не важно царь или президент. А остальная масса, причем большее количество людей смирялась просто с этим. У нас сейчас так же. Нам проще так жить».

В: «Никто из моих друзей или знакомых не является членом оппозиции, подавляющее большинство из них старается держаться подальше от политики. Что касается оппозиции. Может и есть где-то какие-то мелкие группы. Нам их реально не показывают, а если и показывают, то в числе больших групп, которые не являются реальными. Но мне все равно, есть оппозиция или нет».

Е: «По поводу оппозиции. Я никогда не интересовалась политикой. Я пошла на журналистику и подумала, что никогда ни за что в жизни не буду лезть в политику. Почему я сейчас заинтересовалась, меня затронуло это глубоко, я пошла туда и больше не ходила? Почему? Потому что мне показалось, что это сборище каких-то хипстеров, которые пришли просто потому что им было интересно, что это там твориться. О, и нам надо поучаствовать, показать себя: вот какой я, настоящий гражданин!».

Для чего мы так подробно приводили цитаты участников? Для того, чтобы проиллюстрировать тот вывод, который мы хотим сделать. В фильме оппозиция изображалась фиктивной, купленной или срежиссированной Западом. Интересно то, что участники придерживаются подобной точки зрения: для них оппозиция также миф, однако фильму они все же не поверили. Можно лишь предполагать, почему так. Скорее всего, в глаза зрителям буквально бросается пропутинская направленность антиоппозиционного фильма. Это не домысел. Здесь уместно указать факт, что 14 апреля 2012 года возле телецентра «Останкино» прошел митинг «Против цензуры и лжи на ТВ», участники которого вспоминали освещение на телевидении войны в Чечне, записку офицера с подводной лодки «Курск» и другие эпизоды, как они их назвали, «допутинского телевидения». По словам организаторов, с приходом к власти Владимира Путина, произошла «зачистка» российского телевидения, как, впрочем, и других СМИ, превратившая средства массовой информации в средства массовой пропаганды и агитации [23].

Мы уточнили вопрос: «Есть ли моменты, которые показались вам убедительными?» Участникам показалось убедительным то, что студенты выходят на митинги за деньги и что люди так падки на бесплатное печенье. Зато неубедительными моменты участники перечисляли очень долго. Они упомянули вновь клиповый монтаж: «Нам не показали, что было до и что было после, поэтому мы не можем судить объективно о том, что показывают». Факты показались им недостаточно доказательными: например, переименование группы в контакте, что, действительно, не доказать. Очень большое сомнение вызвала женщина из движения «Солидарность» и факт раздачи денег на улице.

Е: «Если мы говорили раньше, что там надерганы кадры, если к ним придумать текст, то можно какую угодно мысль доказать. (они доказательны или нет?) Ну если учитывать то, что они придумали тот факт, который собрались доказывать, а потом еще и доказали, теоретически да. А так нет. Они меня не убедили».

А: «Я хочу сказать, что не было ни одного убедительного синхрона. Весь ряд был ориентирован на эмоции».

На вопрос «Какова данная мысль этого фильма» участники ответили практически единогласно: «Не верьте оппозиции, а если верите, то знайте, что это зло».

Все участники выразили согласие с тем, что подача информации (монтаж) могут оказать существенное влияние на восприятие фильма. Е: «Мы уже об этом говорили, какие они куски нарезали туда. Чтобы как раз повлиять на наши эмоции. Большинство роликов были такие быстрые, эмоциональные. Может, это еще и на подсознание влияло». Показательно, впрочем, что признавая за фильмом его способность влиять на подсознание, участники все же не поддались этому влиянию. Это существенно снижает правдоподобность данного предположения и только еще раз доказывает то, что если у реципиента существует «информационный фильтр», который не пропускает информацию из недостоверного источника, никакие приемы манипулирования не помогут оказать внушение. И напротив, чем ниже уровень барьеров и фильтров у человека, тем больше он подвержен внушению. Таков вывод по второму блоку.

Третий блок был целиком посвящен вопросу: «Доверяете ли вы СМИ?». Нам важно было обсудить как саму проблему доверия к СМИ, так и факторы, которые оказывают преимущественное влияние на уровень доверия.

Выяснилось, что в большинстве, участники фокус-группы согласны доверять только близким людям или тому, что видели своими глазами. Информацию в СМИ, каждое отдельное сообщение они фильтруют на предмет адекватности и убедительности, каждый раз подвергают услышанное критической проверке, прежде чем поверить.

Д: «Я хочу сказать, что доверие к СМИ может быть во времена, когда есть газета и ты не знаешь, что она может тебя обмануть. А в девяностые, когда пошли информационные войны, мы узнали, что СМИ могут и врать. Благодаря таким вот фильмам НТВ мы узнали, что этим можно управлять. Если бы мы не знали таких вещей, мы бы так и доверяли. Так что доверие – это твое незнание, что это может быть так».

В: «А я не согласен. По-моему доверие – это вера в компетентность. Я доверяю человеку, если считаю, что он мне может сказать что-то важное, что -то стоящее. Я доверяю СМИ, если считаю, что оно может сказать мне что-то стоящее. То есть это та вера, которая возникает до аргументации, то есть до того, что он мне что-то скажет».

Итак, суммируя ответы на этот вопрос, можно сказать, что все склонны скорее не доверять СМИ, чем доверять. Для кого-то важно знать человека лично, чтобы ему доверять, для кого-то решающим будет фактор доброй репутации, а кто-то и вовсе считает, что все зависит от общественных условий страны. Один из участников выразил уверенность в том, что в странах, где невозможно надавить на прессу и где СМИ имеют свободу слова, уровень доверия к СМИ естественно высок. Интересно то, что все участники признают, что на НТВ работают профессионалы и что продукт выпускают качественный. АА: «Именно потому что профессионалы – нет [не доверяю]».

Все участники единогласно отрицают возможность перемены собственной позиции после получения информации, противоречащей их собственным знаниям.

Благодаря проведенной фокус-группе мы получили возможность наглядно убедиться в том, что механизм доверия чрезвычайно сложен и включает в себя работу многих факторов, о которых мы уже говорили выше. По результатам фокус-группы мы убедились, что характеристики самого сообщения играют минимальную роль в том случае, когда высок уровень недоверия к конкретному каналу информации. Мы пришли к выводу в каком-то смысле парадоксальному: даже если точки зрения аудитории и авторов в целом совпадают, зритель все равно может относиться к продукту негативно и не соглашаться с ним. Все дело в расставляемых акцентах. В конечном итоге, проблема доверия аудитории к СМИ не лежит на поверхности и требует глубокого и детального исследования.