2. Состав незаконного производства аборта.

2.1. Объективные признаки незаконного производства аборта.

Как физиологический процесс жизнь имеет начало и конец. Не может быть убийства ни до начала жизни, ни после ее прекращения.  Момент начала жизни приобретает непосредственное уголовно-правовое значение при отграничении убийства от плодоизгнания (аборта). Строго говоря, плод в утробе тоже живет. Поэтому аборт можно рассматривать как умерщвление плода. Однако жизнь человека, согласно господствующим представлениям, начинается с момента рождения. А поскольку роды сами по себе имеют некоторую протяженность во времени и проходят несколько этапов, принято считать началом жизни человека момент начала физиологических родов.  В курсовой исследуются дискуссионные вопросы, относящиеся к определению начала жизни человека с позиции положений различных наук, норм Конституции России и зарубежного уголовного законодательства. Обосновываются позиции о законодательной регламентации статуса эмбриона и установлении ответственности за посягательства на жизнь эмбриона. Наиболее сложным и дискуссионным является вопрос определения начала жизни, имеющий определяющее значение в уголовно-правовом аспекте защиты его жизни. Проблема жизни человека изучается представителями различных наук – генетики, физиологии, психологии, социологии, философии, медицины, юриспруденции.

Конституция РФ, провозгласив в ст. 20 право на жизнь в качестве приоритетных прав человека, не раскрывает его содержание. Она больше внимания уделяет гарантиям реализации этого естественного и неотчуждаемого права. Если же исходить из текстуального содержания ст. 17 Конституции РФ, которая провозгласила, что «основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения», то следует согласиться, что правом на жизнь человек обладает с момента рождения.

Следует согласиться с точкой зрения М.П. Авдеенковой и Ю.А. Дмитриева, которые обоснованно считают, что право на жизнь включает в себя правомочия не только сохранять свою жизнь и требовать от иных субъектов права не нарушать право на жизнь, но и правомочие распоряжаться своей жизнью в любых формах, не представляющих опасность для окружающих .Однако реализация данного права сопровождается множеством ⁶дискуссионных вопросов и, в первую очередь, моментом возникновения такого права. В последнее время получает все большее распространение точка зрения, согласно которой человеческая жизнь начинается с момента зачатия, а аборт представляет собой не просто прерывание беременности, а преднамеренное убийство. В частности, Л.Н. Линик полагает, что по смыслу Конституции РФ начало жизни должно устанавливаться с момента зачатия.Данная точка зрения не является новой. Начало человеческой жизни с момента зачатия признавалось еще древними. Церковь рекомендовала женщинам, которым стало известно о своей беременности, не употреблять спиртного, чаще ходить в храм. И сейчас как православная, так и католическая церковь отстаивают позицию, согласно которой жизнь начинается с момента зачатия. С точки зрения современной биологии и эмбриологии, человек как биологический индивидуум формируется сразу же после слияния родительских половых клеток, когда образуется неповторимый набор генов. По биологической структуре и генетически эмбрион не тождественен материнскому женскому органу, так как он представляет собой человеческое существо, растущее в теле женщины. Нельзя уравнивать жизнь эмбриона и жизнь родившегося человека. Безусловно, эмбрион человека – свидетельство зарождения новой жизни, но пока человек не родился, можно вести речь о жизни именно эмбриона. Даже в рамках медицины делается различие между внутриутробной жизнью, возникновение которой отождествляется с моментом зачатия, и внеутробной, когда новорожденный начинает существовать автономно[10].Однако жизнь эмбриона должна стать объектом уголовно-правовой охраны при условии введения в уголовный закон соответствующих норм. Как справедливо отмечает Г.Б. Романовский, отрицание человеческого статуса у эмбриона приводит к безграничности возможных манипуляций над ним, когда происходит нивелирование личности в человечестве в целом . Так, на сессии Совета Европы по биоэтике в декабре 1996 г. некоторые ученые утверждали, что эмбрион является человеком уже на 14-й день после зачатия, приводя конкретные факты уникальных операций по спасению детей, находящихся еще в утробе матери. В австрийском городе Линце хирурги провели уникальную операцию по спасению жизни девочки, которой предстояло появиться на свет только через 13 недель. Современные исследования позволяют утверждать, что уже на 18-й день от зачатия у плода начинается сердцебиение, приходит в действие собственная система кровообращения и формируются основы нервной системы, а с 12-й недели беременности у плода функционируют все системы организма [12]. В настоящее время благодаря достижениям в области реанимации и интенсивной терапии выживают и дети, родившиеся до 28 недель, в то время, когда нормальная беременность длится 40 недель. В ноябре 2007 г. 21-летняя студентка из Иркутска Н. Лихушко родила девочку на 23 неделе беременности весом в 300 грамм и 26 сантиметров длиной. При этом девочка оказалась полностью жизнеспособной. С биологической точки зрения, оплодотворенная яйцеклетка, несомненно, является живой субстанцией. Однако плод становится жизнеспособным именно с момента родов, которые свидетельствуют о том, что плод созрел для внеутробной жизни. В российской уголовно-правовой науке существуют различные точки зрения о моменте начала жизни. Причем многие из них были высказаны еще в начале прошлого века. Так, И.Я. Фойницкий началом жизни считал момент, когда ребенок «отделился от чрева матери» и «начало дыхательного процесса» .В.Д. Набоков под началом жизни понимал появление из утробы матери какой-либо части тела ребенка с чем нельзя согласиться. М.Д. Шаргородский связывал начало жизни с началом дыхания и моментом ⁷отделения пуповины .По мнению А.А. Пионтковского, основным критерием начала жизни является начало родов ,что, на  мой взгляд, справедливо, так как начало физиологических родов свидетельствует о возможности ребенка существовать самостоятельно. Только родившийся человек способен совершать юридически значимые действия, то есть вовлекаться в сферу правоотношений. В современной уголовно-правовой доктрине данное мнение поддержано Н.К. Семерневой и Е.О. Маляевой. Так, например, Н.К. Семернева ссылается на мнение медицинских работников, которые рассматривают роды как процесс, начинающийся прорезыванием головки ребенка, выходящего из утробы матери, и заканчивающийся отделением ребенка от тела и первым самостоятельным вздохом . Е.О. Маляева, напротив, не связывает начало жизни с первым вздохом, определяя начало жизни человека с момента физиологических родов. С. Бояров связывает начало жизни с момента появления из организма женщины части тела младенца, имеющего сердцебиение, отмечая, что наличие или отсутствие дыхания может не определять первые моменты жизни. Сердцебиение же определяется задолго до рождения . Т.Н. Нуркаева полагает, что пока ребенок не подал признаков жизни, свидетельствующих о возможности его самостоятельного существования вне утробы матери, нельзя однозначно сказать, что всегда рождается живой ребенок . По моему мнению, названные исследователи отождествляют жизнь человека и жизнь плода, которая, безусловно, возникает еще в утробе матери. Плод же становится способным для внеутробной жизни именно с момента родов   т.е   процесс, начинающийся прорезыванием головки ребенка, выходящего из утробы  матери  только в этом случае можно говорить о начале жизни человека. На мой взгляд, в моей курсовой работе следует уточнить вопрос о структуре состава криминального аборта: материальный он или формальный. В юридической литературе высказаны различные суждения по этому вопросу. Одни авторы считают, что сущность рассматриваемого преступления ⁸заключается в самом поставлении в опасность, причинения вреда здоровью и жизни беременной женщины. Другие авторы полагают, что криминальный аборт считается оконченным с момента удаления плода из утробы женщины.

По моему мнению, состав преступления, предусмотренный ст. 123 УК РФ, является формальным. Как известно, такими признаются составы, объективная сторона которых не включает в число своих признаков общественно опасное последствие. Производство аборта, предусмотренное ч. 1 ст. 123 УК РФ, представляет опасность для здоровья женщины, а в ряде случаев и для ее жизни. Однако законодатель считает преступление оконченным с момента производства аборта независимо от того, был ли причинен при этом ей определенный вред.

Поэтому утверждения о том, что этот состав является материальным, так как преступление является оконченным после прерывания беременности, являются ошибочными. Так, в учебнике по уголовному праву (автор главы

Н. К. Семернева) говорится о данном составе как о материальном. Л. Л. Кругликов считает, что состав незаконного производства аборта является формальным. Одновременно поясняя, «аборт полагается оконченным с момента удаления плода из чрева матери. До этого момента можно говорить лишь о покушении на производство незаконного аборта». Так же считает и Н. И. Загородников. А. Н. Красиков считает, что аборт считается оконченным, когда совершены действия, даже если они и не привели к плодоизгнанию.

Точка зрения Н. И. Загородникова имела глубокие исторические корни: «Преступление признается совершившимся, когда примененный способ вызвал разрешение матери от мертвого или незрелого, умершего после родов ребенка. Так как лишь в редких случаях можно с точностью установить причинную связь между примененным средством и смертью ребенка, то приходится в большинстве довольствоваться одним вероятием, если только доказано, что после применения средств, которые могли вызвать выкидыш, последний действительно произошел и на лицо не имеется никаких других причин этого явления».

Авторы, считающие состав незаконного производства аборта материальным, ошибочно полагают, что прерывание беременности является здесь последствием, в то время как оно считается деянием, а не последствием. Так как это преступление своим непосредственным объектом имеет здоровье, то последствием может быть признано только причинение вреда здоровью женщины.

Для правильного решения спорного вопроса, очевидно, решающим должно являться то, что выступает объектом этого преступления. Исходя из признания объектом незаконного аборта здоровья, а в некоторых случаях и жизнь роженицы, оконченным преступлением следует считать такой незаконный аборт, когда результатом его совершения явилось наступление вредных последствий для здоровья женщины, независимо от того, произошло или нет плодоизгнание.

Руководствуясь изложенным, представляется правильным криминальный аборт считать оконченным с момента вмешательства в полость матки беременной женщины и наступления вредных для организма изменений. Поэтому оконченным составом криминального аборта является не только изгнание плода, но и наступление любого другого результата, связанного с прерыванием беременности.

Установление причинной связи между наступившими последствиями и совершением соответствующих инкриминируемых действий для решения вопроса о квалификации оконченного аборта обязательно, поскольку причинная связь выступает элементом состава криминального аборта.

Во многих случаях квалификации аборта решение вопроса о причинной связи между действиями лица и наступившими последствиями не ⁹представляет ^ какой-либо трудности, особенно в тех случаях, когда речь идет о прямой причинной связи.

Однако на практике бывают случаи, когда установить прямую причинную связь представляет сложность. Например, П. у себя в квартире произвела криминальный аборт своей племяннице путем спринцевания в полость матки. В момент аборта племянница скончалась от воздушной эмболии сердца.

Отсутствие причинной связи между действиями обвиняемого и наступившим вредом свидетельствует о том, что лицу незаконно вменялись в вину последствия, которых оно не причинило, в то время как подлинные причины этих последствий установлены не были.

В случаях, когда действие или бездействие, являющееся необходимым условием для наличия причинной связи само по себе не привело бы к наступлению имевших место в действительности последствий, оно не может быть признано их причиной. В таких случаях причину надо искать в действиях третьих лиц, или самого потерпевшего, или каких-то иных обстоятельств. Практика показывает, что иногда в развитие событий изменения вносит сам потерпевший, вследствие чего также могут наступить последствия, которые не вытекают с внутренней необходимостью из действий привлеченного к ответственности.

Говоря о причинной связи, следует также иметь в виду возможность тяжелых последствий, связанных с индивидуальными особенностями организма потерпевшей (например, наличие заболеваний или других нарушений в организме женщины). В этих случаях необходимо выяснить, являются ли наступившие последствия результатом действия преступника или же результатом того, что индивидуальные особенности организма потерпевшей привели к тем или иным последствиям.

Незаконный аборт может быть совершен путем оперативного вмешательства или применения других средств, вводимых в полость матки, вызывающих искусственное прерывание беременности.