Альбер Камю
"Я удалился от мира не потому, что имел врагов, а потому, что имел друзей. Не потому, что они вредили мне, как это обычно бывает, а потому, что считали меня лучшим, чем я есть. Этой лжи я вынести не мог."
Альбер Камю по его собственным словам никогда не был профессиональным философом, несмотря на то, что получил философское образование.
Какими бы не были старания самих философов-экзистенциалистов, обществом их идеи были восприняты как пессимистическое учение об абсурдности человеческого бытия. В городах Европы стали появляться "экзистенциалистские кафе", обязательным атрибутом которых был черный потолок, чтобы посетителям было легче сосредоточиться на переживании "тоски", "тревоги", "абсурда". У Камю такая мода вызывала возмущение. Он не причислял себя к классикам "абсурдизма", а "игру в мировую скорбь" считал признаком интеллектуального убожества. Религиозного воспитания Камю не получил, веры у него не было ни в юности, ни в зрелости. Идеалы евангельского христианства он рассматривал через труды Святого Августина, а также современных философов - Кьеркегора, Шестова, Ясперса. [7] Идеей является то, что жизнь в обезбоженном непременно ведет к обожению человека. Философ пытается ответить на вопрос: В чем обрести надежду в современном мире, где религиозная надежда умерла? В процессе решения вопроса Камю эволюционирует от провозглашения тотального "бунта против всех" к представлению о том, что сохранить духовный мир человека и человечества с помощью нигилистической морали и философии невозможно. Недостаточность нравственной, социальной, исторической оправданности "бунта против всех" преодолеваются Камю в процессе переосмысления его конструктивно-деструктивных возможностей, в поиске критериев направленности бунтарского сознания человека в определении меры абсурдности мира. Онтологизация бунта как целостной установки человеческой деятельности позволили Камю трактовать его в качестве инструмента, с помощью которого мир теряет разрозненную бессвязность и обретает разумную целостность. Ограничение бунта, по мнению Камю, заложено в человеке, вышедшим из страданий. Он знает о своих правах и в бунте выражает сознание неустранимости трагизма человеческого существования. Протест человека против своего удела, так или иначе, обречен на поражение, но столько же необходим индивиду, как собственный труд Сизифу("Миф о Сизифе" (1941)).
Искусство для Камю служит средством спасения от нигилизма. Оно не может сделать человека счастливее, но человек становится свободным, освобождаясь от иллюзий прогресса, обращаясь к собственной натуре, вглядываясь в несовершенство мира. Анализ искусства у Камю движется от искусства как эстетического бегства от реальности к утверждению эстетики природы и идеалов всеобщности человеческого общения. [8]
Пытаясь разобраться в смысле своей жизни, человек обращается к окружающему его миру. Но чем глубже он взаимодействует с природой, тем более явным становится ее отличие от человека и ее равнодушие к человеческим заботам. В таком случае "абсурдный человек", являющийся идеалом Камю, осознает что источником всех ценностей и единственным судьей может быть только он сам.