2.5.2. Язык эмо­ций

Сле­дую­щий язык, язык эмо­ций, в про­цес­се эво­лю­ции воз­ник как сред­ст­во, по­зво­ляю­щее жи­вым су­ще­ст­вам оп­ре­де­лять био­ло­ги­че­скую зна­чи­мость со­стоя­ний ор­га­низ­ма и внеш­них воз­дей­ст­вий. Са­мая при­ми­тив­ная фор­ма это­го язы­ка – эмо­цио­наль­ный тон ощу­ще­ний – су­ще­ст­ву­ет уже в пер­вые ме­ся­цы жиз­ни ре­бен­ка (по не­ко­то­рым но­вым ис­сле­до­ва­ни­ям – уже во внут­ри­ут­роб­ном со­стоя­нии). Эмо­цио­наль­ный тон ощу­ще­ний со­про­во­ж­да­ет не­по­сред­ст­вен­ные пе­ре­жи­ва­ния, со­про­во­ж­даю­щие от­дель­ные жиз­нен­но важ­ные воз­дей­ст­вия (вку­со­вые, тем­пе­ра­тур­ные), и спо­соб­ст­ву­ет их со­хра­не­нию или уст­ра­не­нию.

Чем даль­ше раз­ви­ва­ет­ся ре­бе­нок, тем бо­лее диф­фе­рен­ци­ро­ван­ны­ми ста­но­вят­ся ка­че­ст­ва эмо­ций, ус­лож­ня­ют­ся объ­ек­ты, вы­зы­ваю­щие эмо­цио­наль­ное от­но­ше­ние. Ре­бе­нок по­сте­пен­но нау­ча­ет­ся кон­тро­ли­ро­вать эмо­ции, ре­гу­ли­ро­вать их внеш­нее вы­ра­же­ние.

Эво­лю­ция язы­ка эмо­ций как в фи­ло­ге­не­зе, так и в он­то­ге­не­зе про­ис­хо­дит от ме­нее про­стых к бо­лее слож­ным, от це­ло­ст­ных со­стоя­ний к все боль­шей и боль­шей диф­фе­рен­ци­ро­ван­но­сти.

Зна­ние и тон­кая реф­лек­сия язы­ка эмо­ций во внут­рен­нем про­стран­ст­ве чрез­вы­чай­но зна­чи­мы, так как эмо­ции име­ют важ­ную ре­гу­ля­тор­ную функ­цию. Со­глас­но ин­фор­ма­ци­он­ной тео­рии эмо­ций, роль это­го язы­ка в ор­га­ни­за­ции це­ле­на­прав­лен­но­го по­ве­де­ния за­клю­ча­ет­ся в сле­дую­щем:

• стрем­ле­ние уси­лить, про­длить си­туа­ции, в ко­то­рых воз­рас­та­ет ве­ро­ят­ность удов­ле­тво­ре­ния по­треб­но­сти (ви­таль­ной, со­ци­аль­ной, иде­аль­ной, по­треб­но­сти в ком­пе­тент­но­сти или в пре­одо­ле­нии пре­пят­ст­вий),

• тен­ден­ция к ос­лаб­ле­нию, пре­дот­вра­ще­нию в си­туа­ци­ях па­де­ния ве­ро­ят­но­сти удов­ле­тво­ре­ния по­треб­но­сти.

В ду­хов­ных тра­ди­ци­ях от­но­ше­ние к эмо­ци­ям и чув­ст­вам чрез­вы­чай­но раз­но­об­раз­но от пол­но­го ас­ке­ти­че­ско­го от­ка­за до пол­ной вклю­чен­но­сти и про­жи­ва­ния. Час­то тра­ди­ции от­но­сят­ся к ним се­лек­тив­но, куль­ти­ви­руя од­ни и по­дав­ляя дру­гие.

Важ­но, что куль­ти­ви­руе­мое чув­ст­во час­то яв­ля­ет­ся на­столь­ко при­ори­тет­ным, что на­хо­дит­ся за пре­де­ла­ми мо­ра­ли и оцен­ки или, что про­яв­ля­ет из­нан­ку мо­раль­ной ин­диф­фи­рент­но­сти, яв­ля­ет­ся выс­шей доб­ро­де­те­лью. Та­ко­вы­ми яв­ля­ют­ся Ве­ли­кое Со­стра­да­ние (ма­ха­ка­ру­на) в буд­диз­ме, лю­бовь к ближ­не­му в хри­сти­ан­ст­ве и чув­ст­во свя­щен­ной мес­ти (джи­хад) в му­суль­ман­ст­ве.

Мы не бу­дем ана­ли­зи­ро­вать под­роб­но дан­ную про­бле­му в этой кни­ге. Но важ­но от­ме­тить, что чув­ст­ва яв­ля­ют­ся не толь­ко пи­ко­вым вы­ра­же­ни­ем выс­ших дос­ти­же­ний тра­ди­ции. Их куль­ти­ви­ро­ва­ние яв­ля­ет­ся фи­ло­соф­ским кре­до и ду­хов­ным пу­тем.

И все-та­ки сле­ду­ет от­ме­тить, что все ме­та­фо­ры «слия­ния», «сия­ния», «пол­но­го рас­тво­ре­ния», «про­свет­ле­ния», ко­то­рые яв­ля­ют­ся блек­лы­ми и ма­ло­со­дер­жа­тель­ны­ми обо­зна­че­ния­ми пи­ко­вых со­стоя­ний эмо­цио­наль­но­го экс­та­за или ин­ста­за, ото­бра­жа­ют про­стой факт со­при­кос­но­ве­ния ин­ди­ви­ду­аль­но­го соз­на­ния с «энер­ги­ей» или ар­хе­сен­сор­ной сре­дой.

Стра­те­ги­че­ски сле­ду­ет от­ме­тить, что лю­бое чув­ст­во при глу­бо­ком про­ник­но­ве­нии-про­жи­ва­нии мо­жет при­вес­ти к пи­ко­вым со­стоя­ни­ям-от­кро­ве­ни­ям. При этом мы го­во­рим не толь­ко о фрей­дов­ском ка­тар­си­се. Это яв­ля­ет­ся дос­та­точ­но важ­ным, но не выс­шим уров­нем по­сти­же­ния со­дер­жа­ния чувств. Про­ник­но­вен­ная ра­бо­та с чув­ст­вом мо­жет при­вес­ти к со­стоя­нию выс­ше­го по­коя и це­ло­ст­но­сти на­по­до­бие «шунь­я­ты», про­жи­ва­ния пус­тот­но­сти как пол­но­ты бы­тия за пре­де­ла­ми не­бы­тия и ино­бы­тия.

И, на наш взгляд, здесь не ва­жен пред­мет про­ник­но­ве­ния: или это ра­дость, или пе­чаль, вул­ка­ни­че­ский экс­таз или пре­дель­ная де­прес­сия, злость, аг­рес­сия, со­стра­да­ние, лю­бовь – за пре­де­ла­ми лю­бо­го чув­ст­ва есть без­бреж­ный оке­ан це­ло­ст­но­го соз­на­ния.

Но при ра­бо­те с чув­ст­вом как пред­ме­том транс­фор­ма­ции, лич­но­ст­но­го рос­та и те­ра­пии нуж­но все­гда иметь в ви­ду не­сколь­ко важ­ных мо­мен­тов:

• чув­ст­ва и эмо­ции име­ют очень ди­на­мич­ный и «те­ку­чий» ха­рак­тер, и час­то ра­бо­та с ни­ми по­хо­жа на стрем­ле­ние на­пол­нить во­дой си­то;

• лю­бое стрем­ле­ние про­ана­ли­зи­ро­вать, от­реф­лек­си­ро­вать чув­ст­во или эмо­цию при­во­дит к пе­ре­фо­ку­си­ров­ке осоз­на­ния на са­мо со­дер­жа­ние мыш­ле­ния и к из­ме­не­ию са­мо­го чув­ст­ва, час­то к его ги­бе­ли;

• лю­бые дос­та­точ­но силь­ные чув­ст­ва (де­прес­сия, чув­ст­во оди­но­че­ст­ва, лю­бовь, сек­су­аль­ное чув­ст­во и др.) пол­но­стью «за­хва­ты­ва­ют» лич­ность, соз­на­ние че­ло­ве­ка и ли­ша­ют его са­мо­стоя­тель­но­сти и воз­мож­но­сти тон­кой реф­лек­сии. Ин­ди­ви­ду­аль­ное соз­на­ние те­ря­ет субь­ект­ность, а чув­ст­во пе­ре­ста­ет быть объ­ек­том про­жи­ва­ния. В дан­ной си­туа­ции мы мо­жем го­во­рить о пол­ном и то­таль­ном до­ми­ни­ро­ва­нии язы­ка чувств на уров­не гло­баль­но­го «ми­ро­ощу­ще­ния», вос­при­ятия ми­ра внут­рен­не­го и внеш­не­го из чув­ст­ва.

Из вы­ше­на­зван­ных мо­мен­тов мы мо­жем сде­лать не­сколь­ко так­ти­че­ских вы­во­дов:

1) не­об­хо­ди­мо опи­рать­ся для ста­биль­но­сти и эф­фек­тив­но­сти ра­бо­ты на наи­бо­лее силь­ные чув­ст­ва, ко­то­рые свя­за­ны с без­овы­ми по­треб­но­стя­ми че­ло­ве­ка: секс, страх смер­ти, стрем­ле­ние к пре­вос­ход­ст­ву, эго­изм, жа­ж­да жиз­ни и др.

2) раз­ви­вать в лич­но­сти со­зар­ца­тель­ность и уме­ние не те­рять со­стоя­ние «вэй у вэй» – дея­ния не­дея­ния. В тра­ди­ци­ях тре­бо­ва­ние это за­клю­ча­ет­ся в «ос­та­нов­ке внут­рен­ней бол­тов­ни», со­зер­ца­тель­ной вни­ма­тель­но­сти. Ос­нов­ная цель – нау­чить­ся то­таль­но про­жи­вать це­ло­ст­ность чув­ст­ва.

3) фор­ми­ро­вать осоз­нан­ность и ото­жде­ст­в­лен­ность со сво­бод­ным ин­ди­ви­ду­аль­ным соз­на­ни­ем.

Важ­но, что в те­че­ние 40 ты­сяч лет «Че­ло­век-ра­зум­ный» ищет реа­ли­за­цию в чув­ст­вах.

Ес­ли не на­хо­дит – зна­чит все еще не по­ни­ма­ет пре­дель­ную пра­виль­ность вы­ше­ука­зан­ных те­зи­сов.

Ес­ли не по­ни­ма­ет – зна­чит его прав­да жиз­ни в этом.

И в смер­ти то­же.