Существует два главных мнения относительно содержания Песни Песней, имеющие основание в самой книге.

По одному мнению, действующие лица ее – Соломон и одна из его жен (Суламита); Соломон является женихом в день обручения его с невестою (3,7–11) и владыкою виноградника, вручающим его для охранения и возделывания стрегущим (8,11–12); следовательно, изображается любовь плотская, освященная брачным союзом. Однако этот взгляд на Песнь Песней не был характерен уже для древнееврейской традиции толкования этой священной книги, понимающей ее аллегорически (большинство толкователей под образом Жениха Песни Песней разумеют Мессию, а под образом Невесты – еврейский народ). В христианской же Церкви такое буквальное толкование Песни Песней было отвергнуто на 5-м Вселенском Соборе, осудившем изъяснение этой книги Феодора Мопсуэстийского и засвидетельствовашем понимание Церковью ее содержания в смысле духовно-таинственном.

Взаимные отношения Возлюбленной и Возлюбленного описываются в книге такими чертами, которые показывают, что содержание Песни Песней нужно понимать в иносказательном (аллегорическом), таинственном смысле.

Так, например, Возлюбленный в одно и то же время есть:

• пастырь (1:6; 6:2):

• виноградарь (5:1)

• царь (1:11; 3:11);

Возлюбленная есть

• пастушка (1:7):

• страж винограда (1:5)

• царица (6:7–8).

Жених и Невеста  в одно и то же время являются

• братом и сестрой (6:12):

• мужем и женой (2:6);

Невеста

• после брака остается девой (4:12).

• эта сестра и невеста своему Возлюбленному, его жена и царица, ходит ночью по темным улицам, ища своего Возлюбленного (3:2–4)

• подвергается оскорблениям от стражи (5:7).

• Невеста, обладая красотой (1:8; 4:1–7 и др.), чистотой (4:7; 5:2) и сильной любовью (3:1–4; 5:6), называется также восходящей от пустыни (3:6); пустыне же пророки уподобляли язычников, не имеющих истинного знания о Боге. Цель стремлений Возлюбленной к братскому соединению с Возлюбленным состоит, между прочим, в научении от Него (8:1–2).

По свидетельству свт. Афанасия Великого, «все в (Песне Песней), от начала до конца, написано таинственно, с загадочным иносказанием, и смысл догматов, в ней заключающихся, содержится не в букве, но глубоко скрыт под нею...».

Именно в таком – аллегорическом, таинственном смысле смысле понимали Песнь Песней большинство ее толкователей.

 

В Новом Завете образ брачного союза употребляется для изображения союза Христа и Церкви Его.

• Иоанн Креститель называет Иисуса Христа Женихом, имеющим невесту и говорящим с нею, а себя – другом Жениха, с великою радостию внимающим этой беседе (Ин. 3,29).

• Иисус Христос говорит об учениках Своих, как о сынах чертога брачного, а о Себе Самом как о Женихе (Мф. 9,15) (срав. П.п. 5,1).

• Апостол Иаков в своем послании говорит о возжигаемой Духом Святым в сердцах христиан любви к Богу до ревности, исключающей всякую привязанность к миру и его благам (Иак. 4,4–6) (срав. П.п. 8,6–7).

 

Святые отцы и учители Церкви разумели под главными действующими лицами Песни Песней – Возлюбленным и Возлюбленною, Женихом и Невестою, – согласно с евангельским пониманием этих образов, Христа Бога и Его Церковь, а под брачным союзом и супружеской любовью – таинственный, благодатный союз Христа с Церковью и с каждой верующей душой.

Так и в псалме 44 («Песнь о возлюбленном»), параллельном по содержанию Песне Песней, по свидетельству апостола Павла (Евр. 1,8–9), содержится учение о воплощенном Сыне Божием, когда Он, совершив Собою очищение грехов наших, воссел одесную престола величия на высотах (Евр. 1,3), а царица-невеста, изображенная в этом псалме, по согласному изъяснению святых отцов (свт. Афанасия Великого, Иоанна Златоустого (†407), Василия Великого (†379)) есть Церковь в союзе с Христом, или верующая «душа, сочетанная с Женихом  –  Словом» (свт. Василий Великий).

Первым христианским писателем, оставившим толкование Песни Песней, был сщмч. Ипполит, епископ Римский (†235).

Св. Ипполит жил верою в Господа Иисуса и главною мыслию его о каждой книге Священного Писания была мысль о Господе Иисусе. И в книге Песнь Песней он, стоя на почве догматического истолкования, усматривает историческое изображение воплотившегося Мессии – Слова, ставшего плотию.Подобный взгляд на Песнь Песней находим также у свт. Афанасия Великого, Филона, епископа Карпасийского (†410) и др.

Несколько позже появилось толкование на Песнь Песней  Оригена .

Блаж. Иероним (†420) говорит об Оргиене как о наиболее выдающейся личности в области изъяснения Песни Песней. «В толковании прочих книг Писания, – пишет он, – Ориген превзошел всех, а в изъяснении книги Песнь Песней он превзошел самого себя. Ибо в написанных им десяти книгах толкований, заключающих в себе почти до двадцати тысяч строк, он... объяснил эту книгу так превосходно и с таким проникновением сокровенных таин, что даже поэтому, мне кажется, на нем исполнилось сказанное: Введе мя царь в ложницу свою (Песнь 1,3)». Однако от этого обширного «комментария Оригена сохранились (лишь) некоторые отделы: пролог и первые четыре книги (1,1–2,15) в переводе Руфина». Также у него сохранились две беседы на Песнь Песней «для питающихся еще млеком младенцев, где предлагается только вкус, а не самая пища мыслей».

Толкование Оригена – нравственного характера; оно сводится к изображению отношений между Богом и человеческой душой. В дальнейшем выразителями подобного же взгляда на Песнь Песней были: свт. Григорий Нисский († после 394), блаж. Феодорит, епископ Кирский (†457), и др.

Свт. Григорий Нисский довел толкование Песни Песней до 6 гл., 8 ст. О толковании свт. Григория Нисского П. Юнгеров пишет следующее: «В 15-и гомилиях на «Песнь Песней» (свт. Григорий) доказывает, каким образом и почему под образом брачного союза людей нужно разуметь в сей книге духовный союз человеческой души с Богом. В последовательном философско-богословском и гомилитическом объяснении шести глав Песни Песней свт. Григорий показывает, что эта книга, соблазнявшая иудеев и христиан при буквалистическом и еретическом грубо-чувственном объяснении, может возбуждать и развивать высокое благочестиво-аскетическое настроение в читателе при нравственно-возвышенном и чисто библейском понимании ее...  Толкование свт. Григория, служившее отобразом его собственного духовного аскетического настроения, дает ответ на вопрос о причине частого чтения и не менее частой цитации Песни Песней в древних аскетических творениях».

Блаж. Феодорит, епископ Кирский, который, пользуясь «законным святых отцов наследием», дал краткое, но ясное толковние на всю книгу. Толкование на Песнь Песней писал также Евсевий, епископ Кесарийский (†340) [21].

В толковании свт. Амвросия Медиоланского (†397) Суламита Песни Песней является аллегорическим образом Божией Матери. Это толкование нашло свое выражение в богослужебных последованиях Православной, и особенно католической Церкви.

В богослужении Православной Церкви используются некоторые образы Песни Песней, показывающие, например, чистоту Девы Марии (вся добра еси... и порока несть в Тебе – 4,7), чудо Приснодевства (запечатанный источник – 4,12) и др. В богослужении католической Церкви часто цитируются целые отрывки из «Песни Песней» применительно к Деве Марии (чтения праздников Рождества Богородицы, Благовещения, Успения) и святым женам.

Иная интерпретация Песни Песней у блаж. Августина (†430), который видел в книге аллегорическое изображение истории древних евреев.

 

Изображение в Песни Песней таинственного благодатного союза Христа и человеческой души соответствует духовному опыту богообщения величайших христианских подвижников. Поэтому не случайно, что Песнь Песней часто цитируется в их аскетических творениях. Говоря о пути человека к Богу и о единении с Ним, святые отцы-тайнозрители употребляют те же образы брачной любви, которыми в Песне Песней выражаются отношения двух ее действующих лиц.

Главной движущей силой, побуждающей христианских подвижников оставить мир и еже в мире (1 Ин. 2,16) и влекущей в пустыню, была (и есть) пламенная любовь ко Христу (срав. П.п. 8,6).