Глава 2 Коммуникативные качества речи Учение о качествах речи

Мы не поймем сути риторики и не научимся говорить и писать убедительно в разных ситуациях, пока не изучим качества речи.

Уже древние старались систематизировать качества речи, составляющие ее достоинства: «Достоинств речи пять: чистота эллинской речи, ясность, краткость, уместность, красота. Чистота эллинской речи заключается в чуждом ошибок способе выражения, в обиходной речи, но обработанной, а не случайной. Ясность есть способ выражения, представляющий мысль так, чтобы она была легко познаваема. Краткость есть выражение, заключающее в себе только необходимое для усвоения предмета. Уместность есть выражение, соответствующее предмету. Красота есть выражение, избегающее обыденности».¹

Современный исследователь Б.Н. Головин называет и определяет следующие качества речи: правильность, богатство, точность, краткость, логичность, выразительность, образность, уместность, доступность, действенность.²

Нас, однако, будут интересовать не все качества речи, а те, которые делают ее эффективной, действенной. Таких коммуникативных качеств речи четыре: правильность, ясность, уместность и красота.

Приведем комментарий к этим качествам речи.

Правильность – это соответствие плана выражения речи нормам грамматики и орфоэпии; ясность – соответствие плана выражения плану содержания в том его виде, в каком план содержания формируется в сознании говорящего и пишущего; красота – соответствие плана выражения и плана содержания эстетическим потребностям участников речевой коммуникации, уместность – соответствие плана выражения и плана содержания условиям общения (обстановке, ситуации, теме, жанру и пр.). Итак, правильность – это требование, предъявляемое к культуре речи. Ясность – наиболее актуальное качество речи. Кого убеждает малопонятная речь, требующая от слушателя постоянного напряжения? Человек, слушающий речь, имеет дело с той или иной неопределенностью и всегда рассчитывает на то, что говорящий прояснит для него ситуацию, поможет сориентироваться. Слушатель напоминает человека, который всматривается вдаль и различает там лишь неясные пятна; оратор же вооружает его биноклем. Вся совокупность риторических фигур связана с главной стратегией риторики, которая и вооружает биноклем, правда, лишь того, кто в нем нуждается.

Совершенно правильная, грамотная речь может быть неубедительной именно из‑за неясности. Так, некоторые ученые‑экономисты оказываются беспомощными, выходя в публичное пространство, потому что их попросту не понимают. При этом ясности вредят не только малопонятные термины. Сложное рассуждение ученого коллега понимают благодаря тому, что привыкли вычленять логическую структуру речи. Но непривычному человеку надо помочь, обнажая структуру повторами, расстановкой логических ударений, вопросами, актуализирующими внимание.

Если бы мы, например, написали в этой книге и оставили без комментария такое определение риторической фигуры: «Фигура – специальное средство усиления изобразительности, основанное на иконизме означающего и означаемого языкового знака», – это было бы совершенно правильно и с точки зрения формы, и с точки зрения содержания, но вряд ли ясно для неподготовленного читателя. И дело не только в непонятном термине «иконизм» и в обманчиво понятном слове «специальное», но и в том, что за словом «усиление» скрыто целое рассуждение: слова от природы могут обладать той или иной изобразительностью, а фигура способна создавать ее приращение.

С другой стороны, не вполне правильная речь может быть вполне ясной. И даже слишком ясной, как реплика мещанина, сказавшего Раскольникову: «Ты и есть убивец». Цицерон, споря с Цезарем, отстаивал возможность пожертвовать правильностью ради понятности. Однако прав и Цезарь. Безграмотная речь редко производит хорошее впечатление, и тому, кто хочет убедить, лучше следовать норме.

Уместность как качество речи сродни ее правильности. Правильность строится на фундаменте грамматической нормы; уместность опирается на норму стилистическую, фиксирующую то, что уместно для речи деловой, неофициальной, научной, публицистической и т. д.

Следует отметить, что уместность сама по себе не подменяет ясности. Можно уместно, с соблюдением всех правил речевого этикета выразить свою просьбу, но не обосновать ее, не сделать ясной и не убедить слушателя.

Красота в наибольшей степени характерна для речи художественной и зависит не только от определенных средств, но и от эстетических установок, различных у разных групп людей. Памятуя о латинской пословице de gustibus et coloribus non est disputandum, передаваемой русской пословицей на вкус и цвет товарищей нет, не будем включать в риторику для делового человека рекомендации, связанные с красотой речи.

Риторика никогда не занимается празднословием. Она всегда решает конкретную задачу – подыскивает аргументы для прояснения ситуации общения. Средства словесного воздействия должны быть уместными, то есть должны соответствовать аудитории, речевой ситуации и ситуации общения. Люди разного пола, возраста и этнической принадлежности могут отреагировать на один и тот же довод по‑разному – от горячего принятия его до индифферентности к нему и категорического его отвержения.

В аудитории в ситуации общения выбираются приемлемые для каждого случая содержание и форма риторического приема. Притча или развернутая метафора, вставной рассказ или пример как средства убеждения воспринимаются по‑разному. Даже расположение доводов в речи может соответствовать или противоречить чувствам аудитории.

Адекватность риторических приемов по отношению к речевой ситуации связана с использованием речевых жанров и соблюдением законов жанра. Даже сознательное нарушение жанровых постулатов в целях экспрессии тоже опирается на знание законов жанра и, по большому счету, входит в правила риторической игры. Вот почему фиксация признаков речевых жанров столь необходима для овладения искусством красноречия.

В жанрах (в памяти носителей языка) закреплен опыт успешного речевого общения. Например, жанр приветствия представляет собой уместное применение определенных формул речевого этикета. Эти формулы сложились стихийно, как наиболее подходящие, адекватные общению реплики при встрече. Сложился репертуар этих реплик {Привет! Как дела? Как жизнь? Как вы себя чувствуете? и т. д.), соответствующих разным случаям жизни. Жанр формирует читательские ожидания. Речевой этикет определяется правилами речевого поведения для речевого контакта собеседников, поддержания общения в целесообразной тональности. Нарушение правил оборачивается неадекватностью речевого поведения, например, неоправданной фамильярностью. Однако устойчивые признаки жанра не исключают и жанровых новаций, изобретаемых в риторических целях.

В общественно‑речевой практике выделяют функциональные стили: официально‑деловой, публицистический, научный и разговорный.

В деловой риторике используются и разные жанры, и разные функциональные стили в зависимости от ситуации, целей общения и аудитории. Если вы, например, участвуете в телевизионной дискуссии, то в вашем выступлении будут преобладать средства публицистического стиля. Если вы читаете лекцию на научную тему, то вы ориентируетесь на научный стиль. Для убеждения сотрудников в чем‑либо целесообразен разговорный стиль.

Публицистические жанры распространены в риторике. У многих людей риторические приемы ассоциируются именно с публицистическим стилем, хотя они значительно шире и включают элементы всех функциональных стилей.

Черты убеждающей речи свойственны и научным, и научно‑популярным жанрам. Не случайно традиционно выделяется академическое красноречие. Самые строгие и традиционно регламентированные научные жанры требуют усиления ясности, точности, которые в меньшей степени достигаются метафорами и сравнениями, а также другими изобразительными средствами и в большей степени – композицией, правильным рубрицированием, структурированием материала.

Всевозможные деловые бумаги, приказы, указы, статьи закона, деловые письма и прочие материалы и документы должны быть понятными, убедительными, логически доказательными. Риторические возможности их чрезвычайно велики, хотя нередко им не придают должного значения. Все риторические доводы (в наименьшей мере доводы к пафосу) тут находят свое применение. Как это ни парадоксально, но по своим функциям многие деловые жанры близки к торжественному (эпидейктическому) красноречию.

Более свободны в риторическом отношении разговорные жанры. Разговор обычно ассоциируется у нас с диалогом, хотя к разговорным жанрам могут относиться и развернутые монологи, например, слово психотерапевта, адресованное больному, или «распекание» подчиненного его непосредственным начальником. Диалог имеет место в публицистических жанрах, например, в теледебатах, научных дискуссиях, в деловых переговорах. С точки зрения риторической стратегии, монолог бывает схожим с репликами в диалоге (тем более что риторика знает и весьма малые по объему монологические жанры, например, лозунг). Исследователи диалога выделяют такие его виды, как бытовой разговор, деловая беседа, собеседование, интервью, переговоры. К этому делению следует относиться так же, как к жанрам вообще, т. е. применять риторические средства, считаясь с тем, что допустимо по законам жанра.

Речевые жанры связаны с письменной и устной формами речи. Распространены и синтетические формы, когда написанное и визуально воспринимаемое в реальном времени сопровождается словами (телереклама).

Выбор риторических средств и приемов зависит от каналов распространения информации. Это телевидение, радио, периодика, электронные сети, непериодические издания, а также межличностное и публичное общение.

Мы предполагаем рекомендовать читателю общую риторическую стратегию – способы аргументации, словесные приемы композиции. Эти знания могут быть творчески применены к различным речевым ситуациям.