§ 2. Использование критериев оценки законности судебных

постановлений в Президиуме Верховного Суда

Положение ст. 387 ГПК РФ является общим и применяется всеми надзорными инстанциями. Однако в применении критериев оценки законности судебных постановлений существует некоторое отличие, обусловленное правилами надзорной подсудности.

Согласно ч. 3 ст. 377 ГПК РФ надзорные жалобы, представления прокурора на определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ и Военной коллегии Верховного Суда РФ, вынесенные ими в надзорном порядке, подаются в Президиум Верховного Суда РФ при условии, что такие определения нарушают единство судебной практики.

Президиум Верховного Суда РФ проверяет указанные судебные определения в случае, если они нарушают единство судебной практики.

Нарушение единства судебной практики является самостоятельным основанием для отмены или изменения обжалуемых судебных постановлений в порядке надзора в Президиуме Верховного Суда РФ. Это положение определяет не только подсудность, но и "полномочия Президиума Верховного Суда Российской Федерации, которые в отношении дел, поднадзорных Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации, строго ограничены" <1>. При этом термин "единство судебной практики" гражданское процессуальное законодательство не расшифровывает, что, в свою очередь, порождает определенные проблемы понимания и правоприменения.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 23 марта 2005 г. N 25пв04 // Бюллетень ВС РФ. 2005. N 9. С. 1.

В Постановлении от 30 декабря 2009 г. N 56пв09 Президиум Верховного Суда РФ разъяснил, что под единством судебной практики следует понимать правильное и единообразное применение судами на всей территории Российской Федерации федерального законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел. Для Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ нарушением единства судебной практики может считаться вынесение определений, противоречащих постановлениям Пленума Верховного Суда РФ, содержащим разъяснения по вопросам судебной практики, и постановлениям Президиума Верховного Суда РФ по конкретным делам <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 30 декабря 2009 г. N 56пв09.

В настоящее время гл. 41 ГПК РФ предусматривает две процедуры надзорной проверки: общий порядок проверки вступивших в законную силу судебных постановлений, установленный в ст. 377 ГПК РФ, и "блиц"-процедуру, когда жалоба подается непосредственно должностным лицам, указанным в ч. 1 ст. 389 ГПК РФ. Существование двух порядков обжалования судебных постановлений в рамках производства в суде надзорной инстанции предполагает некоторое отличие в содержании надзорных жалоб (представлений). Эти особенности будут изложены в конце данного параграфа.

Согласно ч. 1 ст. 389 ГПК РФ в целях обеспечения единства судебной практики Председатель Верховного Суда РФ или его заместитель вправе по жалобе заинтересованных лиц или по представлению прокурора внести в Президиум Верховного Суда РФ представление о проверке в порядке надзора судебных постановлений, нарушающих права, свободы или законные интересы неопределенного круга лиц, иные публичные интересы либо принятых с нарушением правил подведомственности или подсудности.

Приведенное положение не только устанавливает цель надзорной проверки - обеспечение единства судебной практики, но и указывает, что объект проверки - судебные постановления, а также то, что они нарушают права, свободы или законные интересы неопределенного круга лиц, иные публичные интересы.

Возникает вопрос: проверяет ли Президиум Верховного Суда РФ иные судебные постановления помимо указанных в п. 5 ч. 2 и ч. 3 ст. 377 ГПК РФ?

Да. Исходя из ст. 126 Конституции РФ и цели проведения проверки в порядке ст. 389 ГПК РФ, следует, что надзор за соблюдением единства судебной практики распространяется в том числе на судебные постановления по делам, подсудным мировым судьям.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 5 февраля 2007 г. N 2-П указал, что в целях обеспечения единства судебной практики не исключается проверка судебных постановлений по делам, подсудным мировым судьям, в порядке ст. 389 ГПК РФ <1>. Следует отметить, что проверка Президиумом Верховного Суда РФ судебных постановлений по делам, подсудным мировым судьям, осуществлялась с момента введения в действие ГПК РФ <2>.

--------------------------------

<1> Российская газета. 2007. 14 февраля.

<2> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 23 ноября 2005 г. N 252пв05 // Бюллетень ВС РФ. 2006. N 7. С. 1; Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 1 августа 2007 г. N 13пв-06 // Бюллетень ВС РФ. 2008. N 1. С. 13.

Положение ч. 1 ст. 389 ГПК РФ также содержит указание на нарушения норм процессуального права - правила о подведомственности и подсудности споров, являющиеся основаниями для отмены судебных постановлений в порядке надзора. Перечисленные нарушения норм процессуального права относятся к безусловным основаниям к отмене судебных постановлений не только в порядке надзора, но и в суде второй инстанции.

Обращает внимание то, что редакция ч. 1 ст. 389 не содержит указания на судебные постановления, которые нарушают права и свободы, интересы гражданина. Означает ли это, что проверка в порядке ст. 389 ГПК РФ не может осуществляться в интересах гражданина?

Ответ на этот вопрос будет отрицательным. Исходя из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом, следует, что судебная защита прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации и субъектов Российской Федерации, муниципальных образований осуществляется на основе равенства. Именно поэтому ст. 2 ГПК РФ гарантирует всем субъектам гражданских, трудовых и иных правоотношений равную судебную защиту.

Кроме того, целью проведения надзорной проверки в Президиуме обозначено соблюдение единства судебной практики, которое может быть нарушено при рассмотрении дела по различным вопросам (материального и процессуального) права, регулирующего аспекты реализации интересов как граждан, неопределенного круга или публичных интересов, то отказ в рассмотрении надзорной жалобы (представления) на решение по такому делу, по сути, означал бы отказ в правосудии, что несовместимо со ст. 2, 18, 19 Конституции РФ и ст. 2 ГПК РФ.

Проверка судебных постановлений в Президиуме Верховного Суда РФ имеет тройственную задачу: обеспечения единства судебной практики, что является конституционной задачей Верховного Суда РФ как высшего судебного органа в системе судов общей юрисдикции; обеспечения частноправовых и публичных интересов, установленных в нормах процессуального права; обеспечения судебной защиты частноправовых и публичных интересов, воспроизведенных в нормах материального права.

В качестве примера рассмотрим следующее Постановление.

Б. обратилась в Санкт-Петербургский городской суд с заявлением о пересмотре решения Санкт-Петербургского городского суда по вновь открывшимся обстоятельствам. В обоснование заявления указала, что в связи с обращением ряда граждан, в том числе и ее, чьи полномочия судей были прекращены досрочно решениями квалификационных коллегий судей, Конституционным Судом РФ принято Постановление от 28 февраля 2008 г. N 3-П "По делу о проверке конституционности ряда положений ст. 6.1 и 12.1 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации" и ст. 21, 22 и 26 Федерального закона "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации" в связи с жалобами граждан Г.Н. Белюсовой, Г.И. Зиминой, Х.Б. Саркитова, С.В. Семак и А.А. Филатовой", согласно п. 6 которого правоприменительные решения по делам граждан-заявителей подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий. По делу Б. квалификационной коллегией судей и судом применены положения п. 1 ст. 12.1 "О статусе судей в Российской Федерации", п. 6 ст. 21, п. 1 и 2 ст. 22 Федерального закона "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации" в толковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в указанном Постановлении.

Определением Санкт-Петербургского городского суда, оставленным без изменения Определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, в удовлетворении заявления о пересмотре состоявшихся по делу судебных постановлений отказано.

Проверив обжалуемые судебные постановления, Президиум Верховного Суда РФ пришел к выводу о том, что допущенные судебными инстанциями нарушения норм материального права являются существенными, повлияли на исход дела, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов, и отменил состоявшиеся по делу судебные постановления с передачей дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, указав следующее.

Состоявшиеся по делу судебные постановления приняты без учета вышеприведенных норм федерального законодательства и Постановления Конституционного Суда РФ от 28 февраля 2008 г. N 3-П.

В пункте 6 данного Постановления Конституционный Суд РФ указал, что правоприменительные решения по делам граждан - заявителей по настоящему делу, принятые на основании положений п. 11 ст. 6.1 и п. 1 ст. 12.1 Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации", п. 6 ст. 21, п. 1 и 2 ст. 22 Федерального закона "Об органах судейского сообщества в Российской Федерации" в толковании, расходящемся с их конституционно-правовым смыслом, выявленным в Постановлении от 28 февраля 2008 г., подлежат пересмотру в установленном порядке, если для этого нет иных препятствий. Постановление Конституционного Суда РФ от 28 февраля 2008 г. N 3-П принято в том числе по обращению заявительницы.

Из положений ч. 4 и 6 ст. 125 Конституции РФ, ч. 3 ст. 79 и ч. 2 ст. 100 Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" следует, что в отношении дел заявителей, обратившихся в Конституционный Суд РФ, решение Конституционного Суда РФ, которым в результате выявления конституционно-правового смысла нормы устраняется ее действие в неконституционном толковании, имеет те же последствия, что и решение, которым норма признается не соответствующей Конституции РФ. Дела этих заявителей, во всяком случае, подлежат пересмотру компетентными органами безотносительно к истечению пресекательных сроков обращения в эти органы и независимо от того, предусмотрены ли соответствующие основания для пересмотра дела в иных, помимо Федерального конституционного закона "О Конституционном Суде Российской Федерации", актах (п. 3 Определения Конституционного Суда РФ от 27 ноября 2008 г. N 737-О-Р по ходатайству А.А. Филатовой о разъяснении Постановления Конституционного Суда РФ от 28.02.2008 N 3-П).

В связи с этим решение Санкт-Петербургского городского суда подлежит пересмотру по вновь открывшимся обстоятельствам на основании п. 5 ч. 2 ст. 392 ГПК РФ, в порядке гл. 42 ГПК РФ во взаимосвязи с ч. 4 ст. 1 ГПК РФ.

Поскольку кассационная инстанция допущенные судом первой инстанции нарушения норм материального права не устранила и его выводы признала правильными, то в этой связи определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ также подлежит отмене <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 15 июля 2009 г. N 44пв09.

Состоявшиеся по делу судебные постановления нарушали права истца, без исправления которых невозможна защита его прав и законных интересов.

Отказ в пересмотре неправосудного решения, вынесенного без учета толкования Конституционным Судом РФ и применения ст. 392 ГПК РФ, не позволил восстановить нарушенное право заявителя.

В данном случае право на суд в смысле ст. 6 Конвенции, ст. 46 Конституции РФ, законный интерес в справедливом судебном разбирательстве и вынесении законного решения совпадают с публичным интересом.

Публичный интерес (общества и государства) в данном деле нарушен в части единообразного толкования применения законодательства о статусе судей и гражданского процессуального законодательства.

В данном деле суд толковал нормы материального права без учета позиции Конституционного Суда РФ о соответствии этих норм Конституции РФ. По заявлению Б. помимо прочих заявителей Конституционный Суд РФ принял Постановление, прямо указав о пересмотре судами дел заявителей. Однако вынесенные судебные решения по делу заявительницы нельзя признать законными, поскольку в результате выявления конституционно-правового смысла нормы устраняется ее действие, в неконституционном толковании имеет те же последствия, что и решение, которым норма признается не соответствующей Конституции РФ.

Применение норм закона, признанных неконституционными, по сути, является существенным нарушением норм материального права, которое повлияло на исход дела, и поэтому состоявшиеся судебные постановления незаконны и подлежат отмене в порядке надзора как нарушающие единообразие судебной практики.

Президиум Верховного Суда РФ признал существенным нарушение норм процессуального права, повлиявшее на исход дела, и нарушение единства судебной практики при проверке Определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, которым отменены состоявшиеся судебные постановления с направлением на новое рассмотрение в суд первой инстанции дела по иску нотариальной палаты к Л. о лишении полномочий нотариуса и аннулировании его лицензии на право занятия нотариальной деятельностью.

В соответствии со ст. 387 ГПК РФ, в редакции, действовавшей на время вынесения обжалуемого судебного определения, основаниями для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора являются существенные нарушения норм материального или процессуального права.

В пунктах 23 - 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 января 2003 г. N 2, действовавших на время вынесения указанного определения, обращено внимание судов на то, что в силу ст. 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в порядке надзора являются не любые нарушения норм материального или процессуального права, а только те, которые признаны существенными. Существенность нарушения норм процессуального права суд надзорной инстанции устанавливает по правилам ст. 364 ГПК РФ; нарушение норм материального права устанавливается им по правилам ст. 363 ГПК РФ, причем существенность этих нарушений оценивается и признается судом надзорной инстанции по каждому делу с учетом его конкретных обстоятельств и значимости последствий этих нарушений для лица, в отношении которого они допущены.

С учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, высказанных в Постановлении от 5 февраля 2007 г. N 2-П и Определении от 4 июня 2007 г. N 423-О-П, в качестве существенных нарушений норм материального или процессуального права как предусмотренных ст. 387 ГПК РФ оснований для отмены или изменения судебных постановлений нижестоящих судов в порядке надзора могут выступать лишь такие ошибки в толковании и применении закона, которые повлияли на исход дела и без исправления которых невозможны эффективное восстановление и защита нарушенных прав и свобод, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Определение наличия или отсутствия оснований для проверки вынесенных по конкретному делу судебных постановлений осуществляется соответствующим (компетентным) судом надзорной инстанции, который должен установить, являются ли обстоятельства, приведенные в надзорной жалобе в качестве оснований для изменения или отмены судебных постановлений в порядке надзора, достаточными для отступления от принципа правовой определенности и стабильности вступивших в законную силу судебных актов, а их отмена (изменение) и ее правовые последствия - соразмерными допущенным нарушениям норм материального и (или) процессуального права.

Обжалуемое судебное определение вынесено без учета вышеназванных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ и позиции Конституционного Суда РФ.

Вынесенные по делу судебные постановления были отменены Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда РФ в порядке надзора не в связи с существенными нарушениями закона, а в связи с иной оценкой обстоятельств по делу. Таким образом, обжалуемое судебное определение вынесено с нарушением ст. 387 ГПК РФ и принципа единства судебной практики.

В связи с тем что определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ повлекло новое рассмотрение дела, наряду с отменой данного определения подлежат отмене и вынесенные при новом рассмотрении дела судебные постановления <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 12 ноября 2008 г. N 16пв08.

Президиум Верховного Суда РФ установил, что Судебная коллегия по гражданским делам, действуя как надзорная инстанция, по сути, не проверяла законность обжалуемых судебных постановлений в порядке надзора, а реализовала полномочия суда второй инстанции, переоценив доказательства.

На это обстоятельство, как на недопустимое, не раз обращал внимание Европейский суд в своих постановлениях по жалобам против Российской Федерации. В Постановлении по жалобе Лучкина против России от 10 апреля 2008 г. Европейский суд подчеркнул, что при отмене вступившего в законную силу решения суда по делу заявительницы "не было заявлено в суде надзорной инстанции, что в ходе предыдущих судебных процессов были допущены фундаментальные нарушения, такие, как, например, ошибка в установлении юрисдикции, серьезные нарушения процессуальных норм либо злоупотребление полномочиями. Судебное решение, вынесенное в пользу заявительницы, было отменено на том основании, что суды низших инстанций неточно применили нормы материального права. Данное обстоятельство не являлось фундаментальным нарушением в соответствии с прецедентной практикой Суда и не могло оправдать отход от принципа правовой определенности".

Из приведенной позиции Европейского суда можно сделать вывод, что одно только несогласие с оценкой доказательств, обстоятельств по делу вышестоящего суда не является достаточным для отступления от принципа правовой определенности и отмены вступившего в законную силу и подлежащего исполнению судебного решения.

Согласно позиции Европейского суда существенные нарушения касаются форм и порядка судебного разбирательства.

При рассмотрении надзорной жалобы по делу по иску нотариальной палаты к Л. о лишении полномочий нотариуса и аннулировании его лицензии на право занятия нотариальной деятельностью Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ вышла за пределы полномочий надзорной инстанции, что Президиумом Верховного Суда РФ оценено как существенное нарушение норм процессуального права в смысле ст. 387 и 389 ГПК РФ.

Европейский суд в Постановлении по жалобе Молодыка и другие против Российской Федерации от 23 июля 2009 г. напомнил о своей неизменной позиции, согласно которой при отсутствии фундаментальной ошибки в предыдущих судебных разбирательствах несогласие сторон с оценкой, данной судом первой и второй инстанций, не является существенным непреодолимым обстоятельством, оправдывающим отмену судебного решения, вступившего в законную силу и подлежащего исполнению.

В целях предупреждения нарушений ст. 6 Конвенции Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 12 февраля 2008 г. N 2 указал, что "принцип правовой определенности предполагает, что суд не вправе пересматривать вступившее в законную силу постановление только в целях проведения повторного слушания и получения нового судебного постановления. Иная точка зрения суда надзорной инстанции на то, как должно было быть разрешено дело, не может являться поводом для отмены или изменения судебного постановления нижестоящего суда".

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ при рассмотрении надзорной жалобы не дала оценку ее доводов с точки зрения признания их достаточными для отмены состоявшихся по делу судебных постановлений, а произвела переоценку обстоятельств. В судебном определении отсутствуют соответствующие выводы, обосновывающие отмену состоявшихся по делу судебных постановлений и возобновление производства. Отсутствие соответствующих выводов в определении суда надзорной инстанции позволяет сделать вывод о его незаконности.

Традиционно большое внимание обоснованности судебных постановлений, выносимых по результату рассмотрения дела в суде первой инстанции, уделяется в гражданском процессуальном законодательстве. Такой подход федерального законодателя определяется идеей разрешения спора по существу в суде первой инстанции и исключения возможности вступления в законную силу судебного решения, при вынесении которого допущены юридические ошибки. Однако в последнее время требования к судебным постановлениям значительно возросли. Это обусловлено реализацией концепции судебной реформы, провозглашением в Конституции РФ приоритета человека, его прав и свобод над другими социальными ценностями в государственной деятельности, ратификацией Конвенции и признанием юрисдикции Европейского суда по жалобам против Российской Федерации. В ряде постановлений, вынесенных по жалобам против Российской Федерации, Европейский суд констатировал различные нарушения Конвенции, причиной которых являлись необоснованные судебные постановления по делам заявителей <1>. Большую работу по предотвращению аналогичных нарушений проводит Верховный Суд РФ посредством разъяснений в постановлениях Пленума <2>, опубликования позиций Европейского суда <3>, а также при проверке судебных постановлений в порядке надзора.

--------------------------------

<1> См., например: Постановление Европейского суда по правам человека по жалобе Рякиб Бирюков против России от 17 января 2008 г.; Постановление Европейского суда по правам человека по жалобе Обухова против России от 8 января 2009 г.; Постановление Европейского суда по правам человека по жалобе Фурсенко против России от 24 апреля 2008 г.

<2> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении" // Бюллетень ВС РФ. 2004. N 2; Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 г. N 12 "О применении судами норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции" // Бюллетень ВС РФ. 2008. N 9.

<3> Бюллетень ВС РФ. 2009. N 9. С. 37, N 11. С. 34 - 36.

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 г. N 12 "О применении судами норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регулирующих производство в суде кассационной инстанции", кассационная жалоба может быть подана на часть решения суда, например мотивировочную.

Данное разъяснение может быть применимо по аналогии к обжалованию вступивших в законную силу судебных постановлений в порядке надзора.

Необоснованность судебного определения признана судом надзорной инстанции существенным нарушением норм процессуального права, повлиявшим на исход дела, и основанием для отмены в смысле ст. 387 и 389 ГПК РФ по следующему делу.

Президиум Верховного Суда РФ отменил определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ с направлением дела в суд надзорной инстанции для надлежащего выполнения требований ст. 388 ГПК РФ.

Нарушение единства судебной практики заключалось в том, что в соответствии со ст. 387 ГПК РФ, в редакции, действовавшей на момент принятия обжалуемого судебного акта и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, изложенного в п. 24 и 25 Постановления от 20 января 2003 г. N 2, в определении суда надзорной инстанции в соответствии со ст. 388 ГПК РФ должно быть указано, в чем именно состоит существенный характер нарушений, допущенных нижестоящими судами при рассмотрении дела, насколько они повлияли на исход дела и какова значимость последствий этих нарушений для лица, в отношении которого они допущены.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ вынесено без учета этих требований <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 14 мая 2008 г. N 5пв08пр.

Таким образом, определения и постановления суда надзорной инстанции должны быть обоснованы.

Несоблюдение этого требования влечет отмену судебного определения с передачей дела на новое рассмотрение в суд надзорной инстанции для устранения имеющихся недостатков.

Как и в предыдущих примерах, в данном деле Президиум Верховного Суда РФ отметил отсутствие мотивов принятия судебного постановления, что является существенным нарушением с точки зрения ст. 6 Конвенции и ее толкования Европейским судом. Европейский суд не раз напоминал в своих постановлениях, что право на справедливое судебное разбирательство подразумевает законность и обоснованность судебного решения <1>.

--------------------------------

<1> См., например: Постановление Европейского суда по правам человека по жалобе Красуля против России от 22 февраля 2007 г. // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2008. N 7. С. 62 - 73.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 14 Постановления от 11 января 2007 г. N 1 "О применении судами норм главы 48 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих производство в надзорной инстанции" обратил внимание судов, что "постановление (определение) суда надзорной инстанции должно соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 388 УПК РФ, и содержать выводы о правильности или ошибочности решений суда первой, второй или нижестоящей надзорной инстанций в тех пределах, в которых уголовное дело рассмотрено.

Предписания уголовно-процессуального закона (ч. 4 ст. 7, ч. 1 ст. 388, ч. 3 ст. 408 УПК РФ) не предоставляют суду надзорной инстанции возможность игнорировать или произвольно отклонять доводы надзорных жалобы или представления, не приводя фактических и правовых мотивов отказа в удовлетворении заявленных требований.

В постановлении (определении) суда надзорной инстанции не следует делать выводы о законности, обоснованности и справедливости пересматриваемого судебного решения в той его части, в которой оно не обжаловано и не проверялось в соответствии с требованиями ч. 1 и 2 ст. 410 УПК РФ" <1>.

--------------------------------

<1> Бюллетень ВС РФ. 2007. N 4. С. 5.

Приведенное разъяснение Верховного Суда РФ справедливо и, по мнению автора, актуально в отношении требований к обоснованности судебных определений и постановлений, выносимых судом надзорной инстанции по результату рассмотрения гражданских дел.

Несоблюдение судом норм процессуального права и нарушение единства судебной практики послужили основанием для отмены состоявшихся судебных постановлений по следующему делу.

Президиум Верховного Суда РФ отменил состоявшиеся судебные постановления с передачей на новое рассмотрение в суд первой инстанции дела по заявлению ОАО "Российские железные дороги" о признании предписания Государственной инспекции труда в г. Москве от 2 ноября 2007 г. N 710 незаконным.

В соответствии с п. 4 ч. 2 ст. 364, ст. 387 ГПК РФ разрешение вопроса о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, является основанием к отмене судебных постановлений в порядке надзора.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства ОАО "РЖД" о привлечении к участию в деле Роспрофжел(а) и разрешил вопрос о его правах и обязанностях без привлечения к участию в деле, чем нарушил единство судебной практики, выраженной в Постановлениях Президиума Верховного Суда РФ от 12 июля 2006 г. N 3пв06, от 5 марта 2008 г. N 4-ПВ08 и в Определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 24 июля 2007 г. N 5-В07-77 и от 20 января 2009 г. N 46-В08-18.

Нарушение судом процессуальных прав заинтересованных лиц, не привлеченных к участию в деле, признано существенным нарушением норм процессуального права, влияющим на исход дела, без устранения которого невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Суд первой инстанции также допустил нарушение ч. 3 ст. 196 ГПК РФ: кроме п. 1 предписания N 710 Инспекции, ОАО "РЖД" оспаривались также п. 2, 3 и 4 этого предписания, касающиеся изменения условий заключенных с работниками трудовых договоров и выплаты ежемесячного вознаграждения за выслугу лет. В этой части заявление судом по существу не рассмотрено, а также судом не уточнено, в чем именно состоит нарушение положений гл. 12 Трудового кодекса РФ, регулирующей изменение трудового договора <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 13 мая 2009 г. N 6пв09.

Данный пример судебной практики позволяет сделать вывод, что разрешение судом вопросов, затрагивающих права и обязанности лица, не привлеченного к участию в деле, является существенным нарушением норм процессуального права, которое повлияло на исход дела и может быть исправлено лишь посредством отмены судебного решения.

Европейский суд в Постановлении по жалобе Проценко против России от 31 июля 2008 г. отметил, что разрешение судом вопросов, затрагивающих права и законные интересы лиц, не привлеченных к участию в деле, влечет вынесение незаконного решения, отмена которого в порядке надзора не противоречит принципу правовой определенности. Лицо, не привлеченное к участию в деле, не имело возможности обжаловать в кассационном порядке решение суда, поэтому судебная ошибка стала очевидна только после вступления в законную силу решения суда, поскольку не могла быть исправлена судом второй инстанции. Данное обстоятельство по своему характеру и значению оправдывает возобновление судебного разбирательства посредством отмены в порядке надзора состоявшихся по делу судебных постановлений.

Нерассмотренные заявленные требования и отсутствие выводов суда в отношении их также признаны судом надзорной инстанции существенными нарушениями норм процессуального права, влекущими отмену судебных постановлений в порядке надзора.

Президиум Верховного Суда РФ указал, что суд не исследовал вопросы, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, что очевидно свидетельствует о необходимости исправления допущенных судебных ошибок посредством отмены состоявшихся судебных постановлений по делу.

Интересным представляется Постановление Президиума Верховного Суда РФ, вынесенное по результату рассмотрения дела по надзорной жалобе Л. на решение Хабаровского краевого суда и определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ.

Решением краевого суда, оставленным без изменения определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, заявленные требования удовлетворены частично: признан недействующим со дня вступления решения в законную силу п. 2 Постановления Правительства Хабаровского края от 30 декабря 2005 г. N 150-пр "О государственном регулировании розничной продажи алкогольной продукции на территории Хабаровского края" (в ред. Постановления Правительства края от 18 октября 2006 г. N 159-пр) в части слов "для организаций торговли; организаций общественного питания, расположенных в жилых домах".

Проверив материалы дела и обсудив доводы надзорной жалобы, Президиум Верховного Суда РФ пришел к выводу, что вынесенные судебные постановления подлежат отмене.

В соответствии с абз. 24 п. 1 ст. 26 Федерального закона "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции" (в ред. Федерального закона от 21 июля 2005 г. N 102-ФЗ) в области оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции запрещается розничная продажа алкогольной продукции с нарушением требований ст. 16, которая устанавливает порядок поставок и розничной продажи алкогольной продукции и определяет случаи, когда розничная продажа алкогольной продукции, в том числе алкогольной продукции с содержанием этилового спирта более 15% объема готовой продукции, не допускается. Пунктом 3.1 данной статьи предусмотрено право субъекта Российской Федерации устанавливать дополнительные ограничения времени розничной продажи алкогольной продукции с содержанием этилового спирта более 15% объема готовой продукции.

Из приведенных норм следует, что федеральный законодатель, устанавливая порядок розничной продажи алкогольной продукции, предусмотрел право субъектов Российской Федерации устанавливать дополнительные ограничения времени розничной продажи алкогольной продукции с содержанием этилового спирта более 15% объема готовой продукции.

Суд первой инстанции, отказывая заявителю в удовлетворении требования о признании недействующим п. 2 Постановления в части установления ограничения времени розничной продажи алкогольной продукции с содержанием этилового спирта более 15% объема готовой продукции с 23 часов текущих суток до 7 часов следующих суток, исходил именно из права субъекта Российской Федерации установить ограничение.

Однако при рассмотрении дела судом не учтено, что Правительством края такое ограничение введено только в отношении "организаций торговли; организаций общественного питания, расположенных в жилых домах". Поскольку в части этих слов решением суда п. 2 названного Постановления признан недействующим, оспоренная норма стала действовать в следующей редакции: "Установить ограничение времени розничной продажи алкогольной продукции с содержанием этилового спирта более 15% объема готовой продукции с 23 часов текущих суток до 7 часов следующих суток" и, таким образом, устанавливать эти ограничения уже в отношении всех организаций, занимающихся данным видом деятельности, без каких-либо исключений, что не предусматривалось Правительством края при принятии п. 2 Постановления (в ред. Постановления Правительства Хабаровского края от 18 октября 2006 г. N 159-пр).

Исходя из конституционного принципа разделения властей, суд, рассматривая дела об оспаривании нормативных правовых актов, принятых органами государственной власти, не вправе их изменять. Установив, что оспариваемый нормативный правовой акт или его часть противоречит федеральному закону либо другому нормативному правовому акту, имеющим большую юридическую силу, суд вправе признать данный нормативный правовой акт недействующим полностью или в части со дня его принятия или иного указанного судом времени согласно ч. 2 ст. 253 ГПК РФ.

В нарушение названного конституционного принципа, а также положений ст. 253 ГПК РФ, регламентирующих полномочия суда при принятии решения об оспаривании нормативного правового акта, решением суда первой инстанции по существу изменено содержание оспоренного нормативного правового акта, что в полномочия суда не входит.

Поскольку кассационная инстанция не устранила допущенные судом первой инстанции нарушения и его выводы признала правильными, то состоявшиеся судебные постановления по делу подлежат отмене в этой части <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 19 марта 2008 г. N 19пв07 // Бюллетень ВС РФ. 2008. N 9. С. 18, 19.

Европейский суд в Постановлениях по жалобам от 14 февраля 2008 г. Пшеничный против России и от 10 апреля 2008 г. Лучкина против России, перечисляя возможные существенные нарушения, оправдывающие отмену вступившего в законную силу решения суда, указал на превышение полномочий судом.

Нарушение судом правил ч. 2 ст. 253 ГПК РФ, приведшее к нарушению конституционного принципа разделения властей и их самостоятельности, является превышением полномочий судом при рассмотрении заявлений об оспаривании нормативного правового акта.

Кроме того, неприменение правила ч. 2 ст. 253 ГПК РФ также признано судом надзорной инстанции существенным нарушением в смысле ст. 387 ГПК РФ. Допущенные нарушения норм процессуального права повлияли на исход дела, без их устранения невозможно восстановить права заявителя и неопределенного круга лиц, публичных интересов.

Как следует из судебной практики применения ст. 387 и 389 ГПК РФ, под превышением полномочий понимается выход за пределы власти, предоставленной Кодексом при осуществлении судебного разбирательства на данной стадии судебного процесса. Если в предыдущем деле суд надзорной инстанции переоценил доказательства, что в соответствии со ст. 390 ГПК РФ в его полномочия не входит, то в данном случае суд первой инстанции вышел за пределы его полномочий и вторгся в компетенцию другой ветви власти при рассмотрении заявления об оспаривании нормативного правового акта.

Исходя из изложенного, превышение полномочий судом при рассмотрении дела по существу либо вышестоящим судом при проверке обжалуемых судебных постановлений по делу является существенным нарушением норм процессуального права, которое повлияло на исход дела в указанных случаях.

При рассмотрении следующего дела были нарушены не только права и законные интересы ответчика-работодателя, но и публичные интересы в сфере бюджетного и трудового законодательства.

Президиум Верховного Суда РФ, отменяя решение мирового судьи и определение апелляционной инстанции по делу по иску К. к войсковой части о взыскании задолженности по заработной плате, процентов за задержку в ее выплате и компенсации морального вреда, указал, что войсковая часть является бюджетным учреждением по смыслу ст. 6 Налогового кодекса РФ и финансируется исключительно из федерального бюджета. Незаконное взыскание бюджетных средств нарушает общественные, т.е. публичные, интересы в целевом расходовании бюджетных средств.

В период с 1 января 2005 г. по 6 октября 2006 г. ст. 133 Трудового кодекса РФ действовала в редакции Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ и предусматривала положение, согласно которому месячная заработная плата работника, отработавшего за этот период норму рабочего времени и выполнившего нормы труда (трудовые обязанности), не могла быть ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда. В части 3 ст. 133 Трудового кодекса РФ были определены источники, за счет которых обеспечивается минимальный размер оплаты труда, установленный федеральным законом. Часть 4 ст. 133 Трудового кодекса РФ, которая предусматривала при оплате труда на основе тарифной системы в качестве обязательного основания для увеличения тарифных ставок (окладов) повышение минимального размера оплаты труда, была введена в действие Федеральным законом от 30 июня 2006 г. N 90-ФЗ с 6 октября 2006 г.

Неправильное применение ст. 133 Трудового кодекса РФ нижестоящими судебными инстанциями заключалось в том, что в период, в который истица просила взыскать недоплаченную заработную плату, действующее законодательство не содержало ограничений по размерам тарифных ставок, окладов (должностных окладов), а также базовых окладов (базовых должностных окладов), базовых ставок заработной платы по профессиональным квалификационным группам работников и не ставило их в зависимость от минимального размера оплаты труда и, следовательно, повышение минимального размера оплаты труда федеральным законом не являлось обязательным основанием для одновременного повышения размера тарифной ставки (оклада) работников бюджетной сферы.

Президиум Верховного Суда РФ также указал, что, удовлетворяя исковые требования К., мировой судья не только нарушил публичные интересы, но и допустил нарушение единства судебной практики, а именно его решение противоречит правовой позиции Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, изложенной в судебном Определении от 3 августа 2005 г. по делу N 58-Г05-21, согласно которой по смыслу ст. 129, 133 Трудового кодекса РФ, в редакции, действовавшей до 6 октября 2006 г., понятия "минимальный размер оплаты труда" и "тарифная ставка" различны и повышение минимального размера оплаты труда федеральным законом не является обязательным основанием для одновременного повышения тарифных ставок (окладов) работников государственных учреждений субъектов Российской Федерации органами государственной власти субъекта Российской Федерации <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 24 июня 2009 г. N 25пв09 // Бюллетень ВС РФ. 2010. N 1. С. 14.

Правовое регулирование государственной службы ввиду осуществления особых функций служащими может содержать оправданные изъятия. К числу таких особенностей правового регулирования относится тарифная система оплаты вознаграждения за осуществление данного рода деятельности. Государство, предусматривая в законах особые условия прохождения государственной службы и вознаграждения за исполнение служебных обязанностей по заранее установленной тарифной системе за счет средств федерального бюджета, выступает как публичный орган, выражающий общие интересы, и как распорядитель бюджета, создаваемого и расходуемого в общих интересах. Качество, в котором государство выступает, когда согласовывает частноправовые и публично-правовые интересы, подчеркивал Конституционный Суд РФ в Постановлении от 15 июля 2009 г. N 13-П. Устанавливая в законе права и обязанности работника и работодателя, государство, по сути, устанавливает баланс интересов.

Учет (частного) интереса государственных служащих, в том числе истицы, в получении обусловленного договором и федеральным законом вознаграждения осуществляется при формировании бюджетной сметы - документа, устанавливающего расходы бюджетных обязательств бюджетного учреждения в соответствующем финансовом году, идущих на погашение обязательств, в том числе оплаты труда служащих.

В данном случае работник из числа гражданского персонала воинской части, получая заработную плату по заранее установленной тарифной системе за счет средств федерального бюджета, полагал, что размер заработной платы должен быть увеличен в связи с изменением минимального размера оплаты труда. Однако в спорный период времени не было нормы, устанавливающей обязанность повышения тарифных ставок в связи с повышением минимального размера оплаты труда. Такое положение было введено Федеральным законом 30 июня 2006 г. N 90-ФЗ.

Следовательно, не было основания для увеличения заработной платы истицы с 1 января 2005 г. по 30 апреля 2006 г.

Обязанность войсковой части как работодателя по выплате заработной платы работнику тесно связана с бюджетным финансированием и целевым расходованием бюджетных средств. Возложение на войсковую часть обязанности по выплате заработной платы, исчисляемой без учета единых правил и норм трудового законодательства, в большем размере, чем предусмотрено трудовым договором и федеральным законом, влечет перерасход бюджетных средств, предназначенных для оплаты труда работников. Перерасход бюджетных средств, предназначенных на оплату труда, нарушает публичные интересы в сфере бюджетного и трудового законодательства. В рассматриваемом трудовом споре истице незаконно назначена заработная плата в повышенном размере, и по надзорной жалобе войсковой части суд надзорной инстанции отменил обжалуемые судебные постановления в целях защиты публичных интересов и интересов войсковой части, собственником средств которой является Российская Федерация.

Следует иметь в виду, что государством гарантируется судебная защита только охраняемых законом интересов, именуемых в российском законодательстве законными интересами. Интересы, которые находятся за рамками закона, как в данном случае - разница денежного вознаграждения между ошибочно назначенным и предусмотренным законом размером, не подпадают под защиту государства и, следовательно, не являются законным интересом, а также не могут считаться собственностью в смысле ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Кроме того, ранее на незаконное расходование бюджетных средств как нарушение публичных интересов обращалось внимание судов в разъяснении Верховного Суда РФ <1>.

--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.

Практическое пособие "Практика применения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации" (под ред. В.М. Жуйкова) включено в информационный банк согласно публикации - Юрайт-Издат, 2005.

<1> Кнышев В.П., Потапенко С.В., Горохов Б.А. Практика применения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: Практ. пособие / Под ред. В.М. Жуйкова. М.: Юрайт-Издат, 2006. С. 165.

Президиум Верховного Суда РФ проверил судебные постановления по делу по иску С. к военному комиссариату о взыскании задолженности по выплате компенсации возмещения вреда, причиненного здоровью вследствие воздействия радиации, за период с 1 июня 2004 г. по 31 мая 2007 г., назначении ежемесячной компенсации в возмещение вреда, причиненного здоровью в связи с радиационном воздействием, и изменил определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ, исключив из мотивировочной части определения вывод о распространении на граждан, принимавших непосредственное участие в действиях подразделений особого риска, ставших инвалидами либо получивших лучевую болезнь или другие заболевания вследствие радиационного воздействия, имевшего место до 1 января 2005 г., обязанности по возмещению вреда здоровью независимо от времени развития заболевания (установления инвалидности) и времени обращения пострадавших в соответствующие органы за возмещением вреда.

Президиум Верховного Суда РФ установил, что данный вывод нельзя признать правильным, поскольку он противоречит п. 17.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 декабря 2000 г. N 35 "О некоторых вопросах, возникших при рассмотрении дел, связанных с реализацией инвалидами прав, гарантированных Законом Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в ред. от 11 мая 2007 г.), согласно которому требования о предоставлении компенсаций в возмещение вреда, гарантированных базовым Законом, названных выше категорий пострадавших, ставших инвалидами либо получивших лучевую болезнь или другие заболевания вследствие радиационного воздействия, имевшего место до 27 декабря 1991 г., также являются законными и обоснованными, но только в пределах, установленных соответствующими законами.

В силу п. 1 Постановления Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 г. N 2123-1 "О распространении действия Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" на граждан из подразделений особого риска" действие Закона РСФСР "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" распространяется на граждан из подразделений особого риска в пределах, установленных указанным Постановлением.

Согласно п. 2 данного Постановления лицам, ставшим инвалидами, указанным в п. 1 Постановления, гарантируется предоставление льгот и компенсаций, установленных ст. 14, ч. 1 - 3 и 7 ст. 24, ст. 29, ч. 1 ст. 39 названного Закона. При этом, распространяя положениями п. 2 Постановления Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 г. N 2123-1 действие ст. 14 базового Закона в полном объеме на граждан, принимавших непосредственное участие в действиях подразделений особого риска и ставших инвалидами, а также на граждан, принимавших непосредственное участие в действиях подразделений особого риска, указанных в подп. "а" - "г" п. 1 настоящего Постановления, законодатель, по существу, приравнял указанных лиц в части возмещения вреда здоровью к инвалидам-чернобыльцам.

Федеральный закон от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ, введенный в действие с 1 января 2005 г., внес в названные выше Постановление Верховного Совета РФ и в базовый Закон изменения и дополнения, повлиявшие на объем льгот, предоставляемых лицам, пострадавшим вследствие радиационного воздействия. В частности, с 1 января 2005 г. инвалидам из числа граждан, перечисленных в п. 1 Постановления Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 г. N 2123-1, гарантируется предоставление только мер социальной поддержки в пределах, установленных п. 2 названного Постановления (действие нормы о возмещении вреда здоровью на граждан, принимавших непосредственное участие в действиях подразделений особого риска и ставших инвалидами, распространено не было).

Вместе с тем п. 1 ст. 153 Федерального закона от 22 августа 2004 г. N 122-ФЗ предусмотрено сохранение в рамках длящихся правоотношений прав лиц на льготы и гарантии, носящие компенсационный характер, и после вступления в силу данного Федерального закона.

Поскольку истец реализовал свое право на получение ежемесячной денежной компенсации в возмещение вреда здоровью посредством обращения в суд с иском до 1 января 2005 г., то Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в Определении от 4 июля 2008 г. сделала правильный вывод о том, что указанные выплаты должны производиться истцу и после 1 января 2005 г. <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 8 апреля 2009 г. N 15пв08.

Как было отмечено, нарушения правил подсудности и подведомственности споров признаются существенными нарушениями норм процессуального права в смысле ст. 387 ГПК РФ. Однако ст. 389 ГПК РФ прямо указывает на эти нарушения как на основания для отмены судебных постановлений в порядке надзора.

Эти же юридические ошибки признаются Европейским судом существенными, являющимися достаточным обстоятельством для отхода от принципа правовой определенности <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Европейского суда по правам человека по жалобе Пшеничный против России от 14 февраля 2008 г.; Постановление Европейского суда по правам человека по жалобе Лучкина против России от 10 апреля 2008 г.

В следующем деле мировой судья допустил ошибку в фактических обстоятельствах дела, которая повлекла ряд существенных нарушений норм процессуального и материального права.

Так, Президиум Верховного Суда РФ по жалобе Председателя Высшего Арбитражного Суда РФ в целях обеспечения единства судебной практики отменил решение мирового судьи по делу по иску Ш. к Арбитражному суду Республики Саха (Якутия) о взыскании выходного пособия и направил на новое рассмотрение в Якутский городской суд в качестве суда первой инстанции, указав следующее.

Согласно п. 6 ч. 1 ст. 23 ГПК РФ мировому судье подсудны дела, возникающие из трудовых отношений, за исключением дел о восстановлении на работе и дел о разрешении коллективных трудовых споров.

Требование, основанное на применении Закона РФ "О статусе судей в Российской Федерации", не входит в число вопросов, регулируемых трудовым законодательством. Правоотношения, возникающие при применении указанного Закона, являются областью конституционно-правового и государственно-правового регулирования и не относятся к трудовым отношениям в том значении, которое им придается ст. 15 Трудового кодекса РФ и в разъяснениях п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (в ред. от 28 декабря 2006 г.).

Президиум Верховного Суда РФ также отметил, что мировым судьей не только неправомерно принято к своему производству и рассмотрено по существу заявленное требование, но и неправильно истолкованы нормы материального права - положения Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", что противоречит позиции Президиума Верховного Суда, изложенной в Постановлении от 1 августа 2007 г. N 15пв07 по иску С. о перерасчете выходного пособия.

Президиум Верховного Суда РФ обратил внимание на то, что при рассмотрении указанных требований необходимо учитывать, что расчет выходного пособия и выделение средств для его выплаты производились Высшим Арбитражным Судом РФ, являющимся главным распорядителем соответствующих средств федерального бюджета, за счет которых производятся выплаты такого рода судьям арбитражных судов. В таком случае привлечение к участию в деле Высшего Арбитражного Суда РФ в качестве третьего лица не отвечает его действительному процессуальному положению, являющемуся, по существу, надлежащим ответчиком по настоящему делу, по которому арбитражный суд, производящий выплату выходного пособия за счет выделенных ему Высшим Арбитражным Судом РФ средств, мог быть привлечен к участию в деле в качестве соответчика <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 5 марта 2008 г. N 4-ПВ08 // Бюллетень ВС РФ. 2008. N 7. С. 1.

Аналогичная позиция Президиума Верховного Суда РФ изложена в Постановлении от 5 марта 2008 г. N 3пв08.

Ошибка в фактических обстоятельствах дела повлекла нарушение норм процессуального права, определяющих подсудность спора, неправильное определение сторон по делу, а также применение норм материального права, не подлежащих применению в данном случае. Совокупность перечисленных существенных нарушений норм права является обстоятельством, оправдывающим отмену состоявшихся по делу судебных постановлений в порядке надзора, поскольку в предыдущих судебных разбирательствах допущены существенные нарушения норм права, повлиявшие на его исход и нарушившие права и законные интересы. При этом допущенные судом ошибки в применении норм процессуального и материального права являются следствием ошибок в фактах, которые в соответствии с прецедентным правом Европейского суда являются основанием, оправдывающим возобновление производства по делу посредством отмены состоявшихся судебных постановлений в порядке надзора.

При рассмотрении надзорной жалобы Федеральной миграционной службы России на решение мирового судьи по иску Г. к МВД Республики Дагестан, МВД РФ, УФМС России по Республике Дагестан о признании незаконным приказа об отзыве распоряжения МВД Республики Дагестан, обязании прикомандирования к УФМС России по Республике Дагестан и обязании трудоустройства в УФМС России по Республике Дагестан Президиум Верховного Суда РФ пришел к выводу о том, что состоявшиеся по делу судебные постановления подлежат отмене с передачей дела на новое рассмотрение в районный суд в качестве суда первой инстанции в соответствии со ст. 24 ГПК РФ. При этом Президиум Верховного Суда РФ указал, что состоявшиеся судебные постановления вынесены с существенными нарушениями норм процессуального и материального права и нарушают единство судебной практики.

Мировым судьей рассмотрено дело, не отнесенное к его подсудности в нарушение ст. 23 ГПК РФ, а также вопреки разъяснениям п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" (в ред. Постановления Пленума от 28 декабря 2006 г. N 63). При принятии дела к своему производству мировой судья неправильно определил предмет спора и не учел, что трудовые отношения между сотрудником органов внутренних дел и УФМС России по Республике Дагестан не существовали и не возникали, а имеют место административно-правовые отношения между федеральными органами исполнительной власти - МВД России и ФМС России. Рассмотрение дел, вытекающих из государственно-служебных отношений и административно-правовых отношений, законом к компетенции мирового судьи не отнесено.

Нормативные правовые акты о возложении на вновь созданные юридические лица системы ФМС России функций, которые ранее осуществляли МВД Российской Федерации, ГУВД, УВД субъектов Российской Федерации, в частности их паспортно-визовые подразделения, не затрагивают область трудовых отношений, т.е. нормами трудового права не являются, а имеют властный административно-правовой характер.

В отношении истца, который являлся сотрудником органов внутренних дел, должны применяться нормы права, регулирующие государственно-служебные отношения прохождения службы в органах внутренних дел, т.е. Положение о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденное Постановлением Верховного Совета РФ от 23 декабря 1992 г. N 4202-1 (с посл. изм. и доп.).

Прикомандирование сотрудников органов внутренних дел к органам государственного управления является одним из способов прохождения службы в органах внутренних дел. В соответствии со ст. 16 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации предусмотрено, что прикомандирование сотрудника органов внутренних дел оформляется приказом соответствующего должностного лица (такое полномочие предоставлено только Министру внутренних дел Российской Федерации в соответствии с подп. 14 п. 12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ N 927 от 19 июля 2004 г.). Прикомандированные к органам государственной власти сотрудники органов внутренних дел продолжают состоять на службе в органах внутренних дел, т.е. продолжают состоять с органами внутренних дел в государственно-служебных отношениях. Свои обязанности прикомандированный сотрудник выполняет в соответствии со ст. 3 и 11 Положения о службе в органах внутренних дел на основании служебного контракта с органами внутренних дел, т.е. данные отношения не содержат признаков трудовых отношений, предусмотренных ст. 15 Трудового кодекса РФ. ФМС России не становится работодателем, а прикомандированный сотрудник не становится работником ФМС России.

Из содержания названного Положения, Инструкции о порядке применения Положения о службе в органах внутренних дел, утвержденной Приказом МВД России от 14 декабря 1999 г. N 1038, следует, что решение о прикомандировании сотрудников органов внутренних дел к органам государственной власти является административно-правовым актом МВД России. Это решение не является предметом спора о праве и не порождает правоотношений, регулируемых трудовым законодательством. Споры, возникающие между должностными лицами МВД России и сотрудниками органов внутренних дел при решении вопроса о прикомандировании, не относятся к трудовым и не могут быть отнесены к подсудности мировых судей в соответствии со ст. 23 ГПК РФ. Такие споры являются областью административно-правового регулирования и могут быть рассмотрены в порядке, установленном гл. 25 ГПК РФ.

Суд также неправомерно решил вопрос о прикомандировании истца к федеральному органу исполнительной власти.

В соответствии с подп. 3 и 7 п. 10 Положения о Федеральной миграционной службе, утвержденного Указом Президента РФ от 19 июля 2004 г. N 928, директор ФМС России назначает на должность и освобождает от должности сотрудников и федеральных государственных служащих ФМС России, ее территориальных органов, а также иных входящих в систему ФМС России организаций и подразделений, если иной порядок не установлен законодательством Российской Федерации; издает приказы и распоряжения по вопросам, относящимся к компетенции ФМС России. В соответствии с подп. "г" п. 5 Указа Президента РФ от 19 июля 2004 г. N 928 директор ФМС России пользуется правами, предоставленными заместителю Министра внутренних дел РФ в части, касающейся применения Положения о службе в органах внутренних дел РФ в отношении подчиненных ему лиц начальствующего состава органов внутренних дел.

Полномочия по принятию решения о направлении прикомандированного к ФМС России сотрудника органов внутренних дел для прохождения службы в конкретный территориальный орган ФМС России и последующего назначения на должность отнесены к компетенции директора ФМС России.

Однако суд разрешил вопрос о правах и обязанностях директора ФМС России, касающихся прикомандирования и назначения на должности сотрудников органов внутренних дел в территориальных органах ФМС России, без привлечения ФМС России к участию в деле, что в соответствии со ст. 387, 364 ГПК РФ также является безусловным основанием для отмены судебных постановлений <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 12 марта 2008 г. N 21пв07.

Исходя из содержания приведенных судебных Постановлений Президиума Верховного Суда РФ N 21пв07 и 4-ПВ08, можно сделать ряд следующих выводов.

Неправильное определение характера спорных правоотношений влечет нарушение норм процессуального права, устанавливающих правила подсудности споров, также является причиной нарушения норм материального права.

Нарушение норм процессуального права о подсудности и существенное нарушение норм материального права нарушают единство судебной практики при рассмотрении дел, возникающих из государственно-служебных отношений и административно-правовых отношений.

Ввиду того что правоотношения в рассматриваемых спорах имели властный административно-правовой характер, то судебные постановления также нарушали публичные интересы. Нарушение публичного интереса при рассмотрении данных дел заключалось не только в нарушении правил подсудности, но и в неверном применении норм материального права, регулирующего правоотношения спорящих сторон, а также в незаконном расходовании бюджетных средств, получателем которых являются ответчики по делам.

Практика применения ст. 387 и 389 ГПК РФ свидетельствует, что сформулированные федеральным законодателем нормы не допускают произвольного возобновления производства по делу и отмены (изменения) состоявшихся судебных постановлений в порядке надзора.

В отличие от общего порядка обжалования процедура проверки судебных постановлений в Президиуме Верховного Суда РФ имеет особенности, обусловленные дополнительными критериями. Данные отличия находят свое отражение в содержании надзорных жалоб, представлений и в содержании процессуальных документов, выносимых по результату их рассмотрения. Рассмотрим их.

Лица, указанные в ч. 1 и 3 ст. 376 ГПК РФ, в своем обращении (надзорной жалобе, представлении прокурора) должны указать, какими судебными постановлениями нарушаются частноправовые и/или публичные интересы, в чем именно состоит это нарушение. При этом, исходя из содержания ст. 387 ГПК РФ, в своем прошении лицо также должно указать, каким именно законом (его статьей) охраняются публичные интересы.

Ввиду того что проверка в порядке ст. 389 ГПК РФ осуществляется Президиумом Верховного Суда РФ в целях соблюдения единства судебной практики, в надзорной жалобе (представлении прокурора) также должно содержаться указание, в чем состоит нарушение единства судебной практики обжалуемыми судебными постановлениями, и обоснование этого довода. Желательно привести ссылки на официально опубликованную практику Верховного Суда РФ в обоснование доводов своей жалобы и приложить ее копии.

Соблюдение этих требований Кодекса при составлении надзорной жалобы (представления прокурора) является необходимым условием для защиты законных интересов, соблюдения баланса частноправовых и публичных интересов. Перечисленные сведения важны, поскольку определяют предмет проверки и ее пределы.

При рассмотрении надзорной жалобы (представления прокурора) должностные лица, указанные в ч. 1 ст. 389 ГПК РФ, производят оценку и признание указанных заявителем нарушений существенными и повлиявшими на исход дела.

Согласно ч. 1.1 ст. 390 ГПК РФ при рассмотрении дела в надзорном порядке суд проверяет правильность применения и толкования норм материального и процессуального права судами, рассматривавшими дело, в пределах доводов надзорной жалобы или представления прокурора. Данная норма устанавливает общее правило рассмотрения дела в суде надзорной инстанции, однако ч. 1 ст. 389 и ч. 2 ст. 378 ГПК РФ указывают на то, что Президиум Верховного Суда РФ проверяет правильность применения и толкования норм права нижестоящими судами, которая оценивается также с точки зрения соблюдения единства судебной практики. На важность соблюдения приведенного положения Кодекса обращал внимание Верховный Суд РФ в Постановлении Пленума от 12 февраля 2008 г. N 2 (п. 7).

Исходя из смысла ст. 387 и ч. 1 ст. 389 ГПК РФ, реализация судом надзорной инстанции полномочий по отмене или изменению судебных постановлений возможна при наличии следующих выводов, которые отражаются в процессуальном документе: 1) что заявленные просителем нарушения норм права являются существенными и 2) повлиявшими на исход дела, 3) нарушают единство судебной практики и 4) что без осуществления названных полномочий невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

С учетом того что справедливое судебное разбирательство предполагает соблюдение баланса интересов сторон по делу и надлежащего осуществления правосудия (частноправового и публичного), в случае выхода судом надзорной инстанции за пределы доводов надзорной жалобы в судебном постановлении указывается помимо аргументов, его обосновывающих, вывод о том, что такое процессуальное действие осуществляется в целях максимального достижения баланса частноправовых и публичных интересов. Поскольку выход за пределы доводов надзорной жалобы является предусмотренным законом исключением из общего правила ч. 1.1 ст. 390 ГПК РФ, то вывод суда надзорной инстанции о том, что он осуществлен в целях соблюдения баланса интересов, наглядно демонстрирует соответствие надзорного производства критериям справедливого судебного разбирательства.

Отсутствие указанных выводов не дает лицам, обратившимся за судебной защитой на стадии производства в суде надзорной инстанции, а также обществу в целом понять, почему суд принял именно это решение.

В случае если указанные в надзорной жалобе (представлении прокурора) нарушения не являются существенными в смысле ст. 387 и ч. 1 ст. 389 ГПК РФ и обжалуемые судебные постановления не нарушают единства судебной практики, то полномочия суда надзорной инстанции по отмене или изменению обжалуемых судебных постановлений не могут быть реализованы. В ином случае это не соответствовало бы требованиям справедливого судебного разбирательства в смысле ст. 6 Конвенции, поскольку отмена вступившего в законную силу судебного решения привела бы к возобновлению производства по делу, что могло создать правовую неопределенность, нарушив баланс интересов в деле.

ПРИЛОЖЕНИЯ

Приложение 1

Избранные постановления

Европейского суда по правам человека <*>

--------------------------------

<*> Тексты не приводятся.

Постановление ЕСПЧ от 15.03.2007 "Дело Гаврикова (Gavrikova) против России" (жалоба N 42180/02).

Постановление Европейского суда по правам человека от 10.04.2008 "Дело Лучкина (Luchkina) против Российской Федерации".

Постановление Европейского суда по правам человека от 31.07.2008 "Дело Проценко (Protsenko) против Российской Федерации".

Постановление Европейского суда по правам человека от 14.02.2008 "Дело Пшеничный (Pshenichnyy) против Российской Федерации".

Приложение 2

ПЛЕНУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 12 февраля 2008 г. N 2

О ПРИМЕНЕНИИ НОРМ ГРАЖДАНСКОГО ПРОЦЕССУАЛЬНОГО

ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА В СУДЕ НАДЗОРНОЙ ИНСТАНЦИИ В СВЯЗИ С

ПРИНЯТИЕМ И ВВЕДЕНИЕМ В ДЕЙСТВИЕ ФЕДЕРАЛЬНОГО ЗАКОНА

ОТ 4 ДЕКАБРЯ 2007 Г. N 330-ФЗ "О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ

В ГРАЖДАНСКИЙ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" <*>

--------------------------------

<*> Не приводится.

Приложение 3

Избранные постановления

Верховного Суда Российской Федерации

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 24 декабря 2009 г. N 25-В09-24 <*>

--------------------------------

<*> Не приводится.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 18 августа 2009 г. N 5-В09-86 <*>

--------------------------------

<*> Не приводится.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 3 марта 2009 г. N 85-В09-1 <*>

--------------------------------

<*> Не приводится.

Приложение 4

Примерные образцы надзорных жалоб <*>

--------------------------------

<*> Тексты не приводятся.