2. Явление Идеала
Умерла, ожила – новое Первоначало. Такова логическая и хабитуально-историческая формула смерте-жизненного дискурса метафизики – невсеобщей метафизики – неметафизики.
Фундаментом метафизической системы является Первоначало. Здесь ни при чем время и порядок. Первоначало – всё, что не выводы, а напротив, всё, из чего выводятся метафизические выводы, – «начала наиболее общие»9. Поскольку всё выводимое выводится из Первоначала, дальше наш разговор пойдет о нем как о Причине всего.
У каждого мыслителя есть свои предпочтения Первоначала – то, что Лейбниц называл desideratum10. Выбор каждого падает на его метафизический Идеал Первоначала, который и становится Первоначалом. Это свойственно любому мыслимому Первоначалу. Следовательно, всё, что мы знаем о любом метафизическом Первоначале, – это то, что оно Идеал. Это свойство всеобщей метафизики. Нельзя построить всеобщую метафизику, но можно выделить ее свойства.
Могут возразить: то, что говорят, не есть то, о чем говорят; слово не есть обозначаемое им (соссюровское различение означающего и означаемого11); идеал не то же самое, чего он идеал. В каждой метафизической системе есть идеал первоначала, но это не значит, что само первоначало есть идеал как оно же; принятое философское первоначало лишь является для каждого мыслителя его идеалом первоначала.
Мы попали в парадоксальную область мета-системы, и «нет другой области, где встречалось бы больше нелепых идей, предрассудков, миражей, фикций»12. Но в метафизике невозможно не задевать мета-системы. Парадокс – судьба метафизика. Мы не создадим всеобщей метафизики, но поговорим о ней. И тогда даже идеологи непарадоксальности вступят с нами в мир «странных петель»13 и «вечного возвращения»14 парадокса: «надо с самого начала встать на почву «языка» и его считать нормой»15.
Если нет обозначаемого, но есть обозначающее, рассмотреть можно только второе. Что с того, что так (в форме Идеала) является Первоначало? Если никак оно по-другому в общем случае не является (в силу проблемы бессмертной неполноты метафизики), то важно рассмотреть, как оно является так. Важно рассмотреть Первоначало как Идеал.
3. Определение идеала
Для возможности размышлять об идеале необходимо дать его определение для рабочей видимости предмета разговора. Последующее уточнение определения – не уход от договоренности, а цель размышления. Идеал (метафизическое Первоначало) должен быть субстанцией. Не может быть нескольких субстанций, субстанция традиционно неделима, абсолютна, непротяженна, вневременна16. Идеал должен быть творчески-определяющей активностью. Если бы Идеал лишь обладал творчески-определяющей активностью, то помимо самого Идеала существовала бы некая активность, связанная с Идеалом отношением обладания, что не согласуется с субстанциальностью Идеала. Иное по отношению к Первоначалу – важнейший шаг, эксплицитно или имплицитно лежащий в основе любой метафизической системы, неотделимый от Первоначала.
Идеал – автореференция через иное. Идеал указывает на себя, отсылает сам к себе посредством не-себя. Правильность и аподиктичность определения Идеала индуктивно выводятся из рассмотрения идеалов в обыденном на основании жизненного опыта – экзистенциальной редукцией более мощно, чем позитивно-осторожной трансцендентальной феноменологической редукцией.
В общем, обыденный идеал есть референция, отсылающая к своему значению. Значением обыденного идеала является нечто идеальное, обладающее характеристиками идеала, т.е. сам идеал. Автореференция могла бы не нуждаться в ином, быть сама собой, аутентичной. Однако, конструируя понятие, мы говорим не о самой по себе автореференции, которая, конечно, является тождественной сама себе, нам интересен смысл ее как понятия. Смысл идеала не в тавтологии (иначе бы он не появился в мышлении), а в хабитуальных для сознания связях. В обыденности идеал чего-либо – то, что указывает на само себя (выделяется) в некоем классе и одновременно задает, определяет, эталонизирует этот класс. Идеаловое есть само оно в метаязыковой ино-форме.
Принятое определение Идеала структурно троично и выявляет три основных свойства. «Референция» обозначает интенциальную активность Идеала. Приставка «авто» – произвольность, самоопределенность, автономность Идеала. Формулировка «через иное» указывает на импликативный характер – в самоактуализации Идеала выявляется (творится) иное.
Выделенные свойства Идеала позволяют говорить о нем как об абсолютной, остающейся самой собой импликации (или экспликации, в зависимости от стороны рассмотрения) шопенгауэровской «чистой причинности»17. В самоактуализации ничего в абсолютном Идеале не меняется, но меняется иное, происходит выведение произвола Идеала.
В мышлении Идеал проявляется чистой импликацией. Импликация тут трактуется не как одноименная операция в логике. Чистая импликация – это свободное от посылок и выводов умозаключение, не определяемая содержанием понятий сама логическая связь понятий, задающая фундамент гуссерлевского синтеза и непрерывности сознания Я, «…как чистая экспликация»18. Implicatio как переплетение сути всего в едином и explicatio как раскручивание переплетения в истолковании – сущность Идеала в мышлении.
Начавшись с ego, феноменологическая редукция Э. Гуссерля не уводит из психологического пространства. Метод выноса за скобки по-новому структурирует одно и то же, обогащает язык скобками. Эту редукцию дополняет экзистенциальный подход – не вынос за скобки, а поэзия самой жизни.
Феноменологическая редукция – окольный путь через феномен – имеет свои результаты в экзистенциальной редукции как достижение аподиктичности. Феноменологическая трансцендентальная редукция эффективна настолько, насколько велика область пересечения Я и не‑Я. В пределе познавательного совершенствования Я вмещает не-Я, и тогда феноменологическая редукция становится экзистенциальной.