Русская геополитика

Однако, необходимо поставить вопрос – а существовала ли в конце XIX - начале XX вв. русская школа геополитики и были ли авторы, разрабатывающие основы этой науки? Да, были, причем их идеи во многом предвосхитили теоремы и аксиомы тех классиков, которых мы уже рассмотрели. В советское время, особенно после Второй мировой войны, геополитика как наука у нас всячески осуждалась, так как считалась буржуазной и реакционной, оправдывающей империалистическую агрессию. Тем не менее, даже при Хрущеве и Брежневе в военных кругах продолжали работать по классическим трудам ранних российских геополитиков (военных стратегов и статистов) и проводить анализ международной ситуации с учетом факторов политической и экономической географии. Петр Семенов (Тян-Шанский) (1827-1914), глава русского географического общества, путешественник, возглавивший экспедицию в неизвестный ранее Тянь-Шанский горный хребет. Им был издан фундаментальный труд, посвященный географии Российской Империи – географическо-статистический словарь в пяти томах, работа над которым велась с 1863 по 1885 гг. На то время это было уникальное новаторское издание, где были собраны мельчайшие сведения о регионах России, населенных пунктах, реках, озерах, горах и т.п. Петр Семенов, будучи видным научным деятелем, сотрудничал с другими видными учеными той эпохи, с которыми обсуждал проблемы международной политики в контексте положения России на карте мира. В работе «О значении России в колонизационном движении европейских народов» (1892) анализировал миграционные процессы и отмечал важность переселения крестьян в Сибирь с точки зрения экономики сельского хозяйства страны и распределения народонаселения на территории.

Владимир Ламанский (1833-1914) являлся одним из первых теоретиков славянского единства под патронажем России и православия. Ламанский был преподавателем Петербургской духовной академии. Помимо огромного количества статей и публикаций в периодике, являлся автором важных трудов «Изучение славянства и русское национальное самосознание» (1867) и «Об историческом изучении греко-славянского мира в Европе» (1871). С 1890 по 1990 гг. был профессором академии Генерального штаба, являлся редактором журнала «Живая старина» (1890-1912). Ламанский поставил вопрос пересмотра истории славянства с IX в. в связи с отношениями с западной и мусульманской цивилизациями. Разделял христианский мир на два ареала – восточный греко-славянский и западный романо-германский, что основано «на строгом различии их внутренних, существенных признаков». Отмечал, что немцы «наиболее боятся России, ибо справедливо в ней видят плотное, могущественное тело, которое, обладая притягательной силой и влиянием на западных славян, может легко вобрать вокруг себя все остальные славянские земли». Отмечал русофобию немецких ученых, которые наделяли русских и славян негативными чертами и даже сравнивали с неграми. Также уделял внимание проникновению евреев в Россию через польские земли. В книге "Три мира Азийско-Европейского материка" делил евроазиатский мир на три части: романо-германский, азиатский и греко-славянский, причем предвосхищал утрату Европой своего доминирующего положения, которое перенесется «в другие части света, особенно Америку и Австралию с Полинезией».

Лев Мечников (1838—1888), брат известного русского биолога Ильи Мечникова, революционер, эмигрировавший из России и принимавший участие в гражданской войне в Италии на стороне Гарибальди, один из участников анархистской секции Первого интернационала, основатель социологической школы в Японии, в своих трудах уделял значительное внимание связи географии и политики. Также Лев Мечников принимал участие в подготовке энциклопедии “Новая всеобщая география. Земля и люди” (1876-1894) которая была издана в 19 томах под редакцией Элизе Реклю. В работе «Японская империя» (1881) Мечников утверждает, что существует неразрывность среды и людей в истории. Он отмечал, что необходимо «выяснить и отыскать естественные, но часто таинственные пути, при помощи которых различная физико-географическая среда оказывает влияние на судьбы народов, предоставляя некоторым из них главенство над другими народами». Основной труд Мечникова – это “Цивилизация и великие исторические реки. Географическая теория развития современного общества”, изданный через год после его смерти. В нем Мечников указывал на значение водных артерий в развитии народов и государств. Всемирная история, таким образом, делилась на три периода:

1) речной, когда на арену вышли четыре древних цивилизации - Египет на Ниле, Месопотамия на Тигре и Евфрате, Индия на Инде и Ганге, Китай на Янцзы и Хуанхэ;

2) средиземноморский, или средневековый - с основания Карфагена до Карла Великого;

3) океанический, охватывающий Новое время с открытия Америки. По Мечникову этот период только начинался и в нем должны осуществиться идеалы социализма, приверженцем которых и являлся Лев Ильич. При этом необходимость обустройства и покорения стихий была напрямую связана с режимом правления. Осваивание рек привело к появлению деспотии, т.к. для усмирения водных массивов требовалось беспрекословное подчинение масс правителю.

Соответственно нужда кораблестроения была связана с другой формой мобилизации, что и привело к появлению феодального строя и т.д. Также Мечников отмечал попытки западноевропейской цивилизации утвердить себя в качестве единственного эталона, отказывая другим в праве на существование. Новая эпоха связывалась им со «стремлением европейской цивилизации стать универсальной, проникнуть во все глухие уголки земного шара». Считается, что концепция Мечникова о связи среды с народами повлияла на другого выдающегося русского ученого – Льва Гумилева. Также можно предположить, что некоторые идеи Льва Ильича были взаимосвязаны с идеями другого мыслителя – Владимира Вернадского, предложившего концепцию ноосферы. «История представляет собой социологическую эволюцию, подчиненную космическому влиянию среды», - писал Мечников. Николай Данилевский (1822-1885) – известный русский ученый, автор книги «Россия и Европа» (1871), оказавшей влияние на несколько поколений исследователей. В этом труде, вышедшем в один год с работой Ламанского, проводится знак равенства между Европой и романо-германской цивилизацией. «Европа не признает нас своими. Она видит в России и в славянах нечто ей чуждое, а вместе с тем такое, что не может служить для нее простым материалом, из которого она могла бы извлекать свои выгоды, как извлекает из Китая, Индии, Африки, большей части Америки и т.д.», - писал Данилевский. Обращалосб внимание и на политическую расстановку: «равновесие политических сил Европы вредно, даже гибельно для России, а нарушение его с чьей бы то ни было стороны – выгодно и благодетельно». Правда, на верхах к этому совету не прислушивались, и Российская Империя обычно оказывалась игрушкой в руках хитрых дипломатов. Дмитрий Милютин (1816-1912) – российский военный, подавивший сопротивление горцев на Кавказе, министр, реформировавший армию и флот после Крымской войны. Военачальник победоносной войны 1887-88 гг. стратег освобождения Балкан и присоединения к Российской Империи Туркестана. Предложил руководству государства компенсировать потери России в Крымской войне и бездействие на Западе активной военной политикой на Востоке. Считается основателем русской школы военной географии – являлся профессором этой дисциплины в Академии Генштаба с 1847 по 1855 гг. Автор программной работы "Критический взгляд на военную географию и военную статистику" (1846), предопределившей развитие военной стратегии на много лет вперед. Милютин утверждал, что необходимо проводить детальные исследования общей ситуации и отдельных регионов, полевые географически-политические исследования и создать военнополитическую агентуру, прежде всего на пространстве от Суэца до Токио. Такие военные светила как Маннергейм, Куропаткин, Корнилов, ученый Пржевальский и др. являются его последователями и учениками. Андрей Снесарев (1865-1937). Еще один профессиональный русский военный, внесший неоценимый вклад в развитие отечественной геополитической мысли. Последовательный противник союза с Британской Империей, объективно видевший в ней врага России, Андрей Евгеньевич начал свою карьеру в 1899 г. в Туркестане. Разрабатывал военную стратегию и политику для Юга, однако из-за своих антибританских взглядов, которых не скрывал, был переведен в Санкт-петербург, в управление генерал-квартермейстера Генерального штаба, которое занималось разведкой.  После революции перешел на сторону большевиков и служил в РККА в Туркестане, на западном фронте и на юге России. Содействовал антибританским восстаниям в Индии и Афганистане. В 1918 г. был назначен начальником Академии Генштаба. Разработал курсы лекций «Огневая тактика» и «Огневая мощь» и основал Институт Востоковедения. Автор книг «Североиндийский театр», «Краткий очерк Памира», «Военная география России», «Философия войны», «Авганистан», «Индия. Страна и народ» (в четырех частях), «Введение в военную географию» и др. В последней книге он разработал методику геополитического анализа, которая до сих пор применяется в Академии Генштаба РФ. Алексей Едрихин (1867-1933), писавший под псевдонимом Вандам, принадлежит к военным геополитикам, которые, будучи, как и Андрей Евгеньевич, антибритански настроенными, не приняли революцию 1917 г. Едрихин участвовал в англо-бурской войне на стороне буров, (параллельно будучи корреспондентом газеты «Новое время), заодно выполняя неофициальнеы поручения российского военного командования.  Также служил в Китае, является автором записки «Сведения о переустройстве вооружённых сил Китая». В 1906 г. был зачислен в Генштаб, а через год официально изменил фамилию на Вандам. После увольнения в запас написал две геополитические работы: «Наше положение» (1912) и «Величайшее из искусств. Обзор современного международного положения в свете высшей стратегии» (1913). В обеих подвергал резкой критике внешнюю политику Британии, которая на тот момент была союзницей. Также считал, что России необходима экспансия на юг:  "каждый нормально растущий народ не может довольствоваться все тою же когда-то занятою его предками, территорией и, по мере размножения, вынужден стремиться за пределы своих первоначальных владений". Выступал за создание блока сухопутных держав России, Германии и Франции против «утончённого деспотизма Англии». Вениамин Семенов Тян-Шанский (1870-1942), сын Петра Петровича Семенова продолжал и развивал дело своего отца. Кроме того, он был учеником Ламанского и Менделеева, являлся редактором  двадцатитомника «Россия. Полное географическое описание нашего Отечества» и был профессором Ленинградского университета. Вениамин Семенов был сторонником национальной экономики в стиле Фридриха Листа, а также ратовал за освоение природных ресурсов различных регионов России, индустриализацию и необходимость развития железнодорожных путей. Часто Вениамина Семеновича путают с его отцом и приписывают его труды Семену Петровичу, однако если сравнить даты выхода книг, все станет на свои места. В книге «О могущественном территориальном владении применительно к России» (1915) Семенов разработал глобальную геополитическую концепцию. Он отмечал исключительную роль трех средиземноморских центров, которые опоясаны плодородными почвами. На них были направлены устремления различных народов, которые держали их в своем владении, а влияние распространяли до пустынь, которые начинались в неком отдалении. Одним морем было Средиземное и Балтийское, которое проникало в Евразию с Запада на Севере и Юге, вторым – проникающее с Востока «азиатское», состоявшее из Японского, Желтого и двух Китайских морей. Третьим являлся Карибский бассейн с Мексиканским заливом. В борьбе за прибрежную зону и сложилось три основных территориальных типа могущественного владения:

1) кольцеобразный – вокруг моря;

2) чрезматериковый – от моря до моря;

3) клочкообразный – где через моря и океаны разбросаны острова и части материков, связанные рейсами военных и торговых кораблей. По Семенову тремя господами мира будут те народы, которые будут владеть одной из этих трех областей. Либо хозяином мира станет тот, кто сможет одновременно владеть всеми тремя группами средиземных морей. И эти идеи были высказаны еще в 1915 году!

Осознавая особенности географической протяженности России, Семенов считал необходимым создание новых колонизационных культурно-экономических баз – на Урале, Алтае, горном Туркестане, вокруг Байкала, которые могли бы выровнять потенциал европейской и азиатской частей. Несмотря на первые работы англо-саксонских геополитиков того времени, следует признать, что у Семенова экономическая составляющая была проработана значительно лучше. Петр Савицкий (1895-1968) – экономический географ по образованию, коллега Петра Струве, секретарь министра иностранных дел в антибольшевистском правительстве. Был лично знаком с Макиндером, с которым встречался в штабе белогвардейского правительства в Крыму. Позднее жил в эмиграции в Праге, где совместно с Трубецким, Алексеевым,Флоровским, Карсавиным, Сувчинским и др. основал евразийское движение. После ареста в 1945 г. советской властью, получил десятилетний срок, который отбывал в лагерях. После освобождения вернулся в Прагу. Вел переписку с Львом Гумилевым, который считал Савицкого своим учителем и продолжил развивать его идеи об исторических циклах и ритмах. Петр Савицкий интересен и важен для нас тем, что он первым из русских исследователей использовал в своих работах термин «геополитика».

Савицкий считал, что Россия является уникальным государством. Будучи не-Европой и не-Азией, но, одновременно географически находясь и в Европе и в Азии, она занимает срединное, центральное положение на континенте. Это уникальное расположение на континенте является основой идентичности для России-Евразии. На эту модель органично наложилась концепция континента-океана, отражающая место России в мировой экономике и наследие монголов, которые заложили основы российской государственности. Также в ряде статей он разработал понятие месторазвития как особую категорию динамического развития народа и государства в географической и культурной среде. «Россия-Евразия есть «месторазвитие» - одновременно географический, этнический, хозяйственный, исторический и т.п. ландшафт». Савицкий уделял много внимания и производственно-экономическим факторам в их связи с географической средой России. В своих геоэкономических и мировоззренческих построениях Петр Николаевич употреблял такое выражение, как «нулевая изотерма января» - это зона, где среднеянварская температура равняется 0 градусов по шкале Цельсия, используя ее за условную границу Евразии и Европы. Савицкий также предложил форму  организации власти для России-Евразии. Это должна была быть идеократия – государство должно строиться на духовной основе, а все его части и классы следовать идее-правительнице (термин был введен коллегой Савицкого по евразийскому движению Николаем Трубецким). Как мы уже сказали, продолжателем идей Савицкого, как в геополитике, так и в евразийстве, являлся Лев Николаевич Гумилев (1912-1992), называвший себя последним евразийцем. Автор множества работ, наиболее известные из которых это «Этногенез и биосфера Земли», «Древняя Русь и Великая степь». Если Савицкий говорил о месторазвитии, то Гумилев указывал на важность лесостепи, полагая, что это были участки, где происходил активный этногенез – совершались контакты между степными и лесными народами, приводившими к дальнейшей социальной динамике. Также и в отношении самого месторазвития, Гумилев считал, что подлинным оно было только в том случае, если территория сочетала два или более ландшафтов. Лев Николаевич также обосновал причины миграционных потоков и завоевательных походов, привязав их к пассионарным толчкам. По Гумилеву в начале в экосистеме (обществе) происходила микромутация, которая вызывала появление пассионарного признака в регионе. Пассионарность с научной точки зрения рассматривалась как избыток биохимической энергии живого вещества, обратный вектору инстинкта и определяющий способности к сверхнапряжению. Когда в этнической системе появлялось достаточное количество пассионариев, происходил пассинарный толчок, приводивший к изменениям в обществе, а зачастую и в соседних. Этот процесс назывался этногенезом, который имел свои фазы – начав с активной динамики через некоторое время импульс затихал и приводил к спаду жизненных сил у народа.

Фазы сменяли одна другую по нисходящей. Также Гумилев ввел термин «комплиментарность» - это ощущение подсознательной симпатии народов, определяющее деление на своих и чужих (как у Шмитта, но с этническим оттенком!). Государства, таким образом, могли определяться как суперэтнос, химера, мозаика, реликт. Гумилев говорил о важности ландшафта для этносов, на примере показывая, что народы, которые образовывали свои колонии вдали от тех мест, где жили их предки, старались подбирать условия, подобные тем, которые были у них на родине. В работе «Этногенез и биосфера Земли», в части, посвященной этносу в географии, Гумилев охотно цитирует одну из книг советского географа Л. С. Берга: «Географический ландшафт воздействует на организм принудительно, заставляя все особи варьировать в определенном направлении, насколько это допускает организация вида».

Работы Льва Гумилева во многом помогают понять исторические коллизии тех или иных народов, гибель и расцвет ряда этносов, построение и разрушение могущественных держав.