41 Вопрос

Ведущее место в системе нравственных принципов при поддержании государственного обвинения занимают законность, справедливость и объективность. Законность – принцип не только правовой, но и нравственный. Государственный обвинитель должен в своей деятельности руководствоваться законом не только потому, что в противном случае он будет привлечен к ответственности, но и потому что он представитель публичного органа уголовного преследования и по его деятельности общество судит о работе государственных органов. Нарушение закона недопустимо в любой сфере, особенно в деятельности органа, на которого возложена обязанность охранять права и законные интересы лиц. Глубокое уважение к закону – важнейшая составляющая морального облика прокурора.  Нравственный принцип справедливости наше отражение в общепризнанных принципах и нормах международного права (например, ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 г.), Конституции РФ, ст. 43 УК РФ, ст. 297 УПК РФ. Именно справедливость определяет главный смысл уголовного процесса, так как его «нравственная суть как определенного вида государственной деятельности заключается в том, что он выступает (должен выступать) в качестве средства защиты нормативов равенства и справедливости и нацелен на то, чтобы каждый виновный был привлечен к уголовной ответственности и понес наказание соразмерное содеянному, каждый потерпевший получил полную сатисфакцию за причиненный ему преступлением ущерб, а каждый ошибочно подверженный уголовному преследованию или осужденный реабилитации» [1, с. 16]. Любая несправедливость в отношении подсудимого не только нарушает закон, но и противоречит нормам нравственности.  В соответствии со ст. 20 УПК РСФСР 1960 г. прокурор был обязан принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, независимо от того, что он является представителем стороны обвинения. В УПК РФ данный принцип не нашел отражения, а прокурор обозначен как субъект уголовного преследования. Тем не менее, Генеральная прокуратура РФ ориентирует государственных обвинителей объективно оценивать в совокупности все собранные доказательства - как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого, а также всемерно способствовать установлению фактических обстоятельств дела с целью вынесения судом законного, обоснованного и справедливого решения; при определении своей позиции относительно наказания строго руководствоваться требованиями закона о его соразмерности и справедливости с учетом характера и степени общественной опасности преступления, личности виновного, а также обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание. Известно, что уголовное судопроизводство - одна из самых конфликтных сфер правоприменительной деятельности. Провозгласив состязательность уголовного процесса, законодатель признал наличие противоборствующих, спорящих сторон, выполняющих в нем различные процессуальные функции и зачастую преследующих противоречивые интересы при решении вопроса о причастности конкретного лица к преступлению. На практике это порождает конфликты между должностными лицами, ведущими производство по уголовному делу, и другими его профессиональными участниками, в частности адвокатами, нередко высказывающими взаимные претензии друг к другу [2, с. 35]. Государственный обвинитель вправе вступать в судебное разбирательство только будучи убежденным в обоснованности обвинительной версии. Именно на убежденности прокурора в доказанности предъявленного обвинения основано его моральное право утверждать от имени государства то, что инкриминируемое преступление совершено подсудимым. Убежденность должна формулироваться после предварительного и тщательного изучения материалов уголовного дела. Таким образом, государственный обвинитель не имеет морального права вступать в судебный процесс как без изучения материалов уголовного дела, так и без убежденности в виновности подсудимого, сформулировавшегося по результатам такого изучения. О важности убежденности в виновности обвиняемого как основания для поддержания государственного обвинения свидетельствует также предложение некоторых процессуалистов предусмотреть на законодательном уровне следующее правило: «Работник прокуратуры, которому поручено поддержание государственного обвинения в суде, обязан изучить материалы уголовного дела и заявить самоотвод от участия в судебном разбирательстве в случае, если доказательственная база вызывает у него сомнения. Данный самоотвод подлежит обязательному удовлетворению. Указанное правило не распространяется на прокуроров, которые лично утвердили обвинительное заключение» [3, с. 60-61]. Такая убежденность складывается по результатам оценки доказательств, имеющихся в материалах уголовного дела. Причем предоставляя свободу в оценке доказательств и воздвигая ее в принцип уголовного судопроизводства (ст. 17 УПК РФ), законодатель ограничивает ее законом и совестью. Действительно, ряд норм УПК РФ регулируют порядок собирания, проверки, оценки доказательств, исчерпывающий перечень источников доказательств, правила о недопустимости доказательств и т.п. Совесть же - это этическая категория, характеризующая способность человека осуществлять правовой самоконтроль, внутреннюю самооценку с позиций соответствия своего поведения требованиям нравственности, самостоятельно формулировать для себя нравственные задачи и требовать от себя их выполнение [4, с. 18]. Для прокурора совесть определяется как чувство или сознание нравственной ответственности за свое поведение по отношению к другим людям, обществу, как критерий уверенности в беспристрастности и справедливости своего решения. Таким образом, свобода оценки доказательств возлагает на прокурора обязанность соотносить свои решения и действия не только с правовыми, но и нравственными предписаниями. Объективность и чувство меры должны присутствовать у государственного обвинителя в ходе исследования доказательств, особенно показаний подсудимого, потерпевшего, свидетелей. Допрос должен вестись спокойно и корректно, недопустимо проявлять раздражительность, бестактность, грубость. В ходе допроса прокурор должен преследовать единственную цель – достижение истины, а не подтвердить любой ценой выдвинутое обвинение. Недопустимо использование судебной трибуны для удовлетворения личных амбиций, желаний «порисоваться» перед присутствующими.  В соответствии принципом свободы оценки доказательств, государственный обвинитель оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь при этом законом и совестью. И если в ходе такой оценки он придет к убеждению, что вина подсудимого в совершении инкриминируемого ему деяния не доказана, закон предоставляет ему право отказаться от обвинения. С этической точки зрения, в такой ситуации следует говорить не о праве, а об обязанности отказа от обвинения. Данное положение подтверждается п. 1.8 приказа Генеральной прокуратуры № 185, в котором четко определено - считать ненадлежащим исполнением служебного долга необоснованный отказ государственного обвинителя от обвинения либо требование о вынесении обвинительного приговора при отсутствии доказательств виновности подсудимого. В практике поддержания государственного обвинения отказ от обвинения рассматривается как чрезвычайное обстоятельство, поэтому выявляются такие негативные явления, когда прокурор поддерживает обвинение, будучи не уверенным в виновности подсудимого. Так, изучив материалы уголовного дела и будучи уверенным в виновности подсудимого, в судебном следствии обвинитель сталкивается с доказательствами стороны защиты, которые опровергают версию обвинения, что, несомненно, требует от прокурора отказа от обвинения. Складывается психологическая ситуация, характеризующаяся субъективными и объективными факторами, которая вынуждает государственного обвинителя при наличии сомнений в виновности подсудимого, поддерживать обвинение. Подобная ситуация не соответствует нормам нравственности и самому назначению уголовного судопроизводства. Не менее опасен и безмотивный отказ от обвинения. Суд и иные участники судебного разбирательства имеют право знать о мотивах принятого решения. Особенно это касается потерпевшего, лично заинтересованного в уголовном преследовании подсудимого, с которым прокурор вступает не только в процессуальные, но и моральные отношения. Таким образом, если по результатам судебного следствия у государственного обвинителя появятся неустранимые сомнения в виновности подсудимого или убеждение о его невиновности, он не имеет морального права поддерживать обвинение. Он обязан публично перед судом, участниками судебного разбирательства и присутствующими в зале судебного заседания заявить мотивированное ходатайство об отказе от обвинения. В этом состоит его профессиональный и нравственный долг. Это повышает авторитет прокуратуры как органа публичного уголовного преследования, демонстрируя тем самым, что государство заинтересовано в осуждении лиц, виновность которых доказана в установленном законом порядке совокупностью доказательств.