Древнерусская литература Сибири

Сибирская литература древней Руси представлена прежде всего историческими повестями, так назы­ваемыми сибирскими летописями. Они были созданы в XVI— XVII веках и посвящены важному для России событию — походу казачьей дружины Ермака в Сибирь. До наших дней дошло несколько летописных сводов, которые имеют разные названия: «Румянцевский летописец», «Хроног­рафическая повесть», «Строгановская летопись», «Кунгурский летописец» и другие. Вам предлагаются фрагменты из «Пого­динского летописца». Этот свод летописей сохранился до наших дней в единственном списке XVII века в составе рукописного сборника из собраний МЛ. Погодина, известного русского исто­рика, приятеля А.С. Пушкина.

Этот раздел дополнен балладой К.Ф. Рылеева «Смерть Ер­мака».

Летопись о приходе Ермака в Сибирь

1581 году, в царствование великого государя и вели­кого князя всея Руси самодержца и повелителя Ива­на Васильевича, послал Бог искупить грех идолопоклонства и одержать верх над царём Кучумом и басурманством его, а дал Бог мужество человеку не из знатного рода, предводителю не по царскому наказу, а вооружил Бог удачей и ратным умением ата­мана Ермака Тимофеева сына; прозвище у него было среди ка­заков Токмак, а с ним набралось 540 человек казаков вольных. Путь Ермака с соратниками в Сибирское царство. С Яика через верховья Иргиза, да вниз по Иргизу, а Иргиз-река бежит в Волгу с левой стороны; а Волгой шёл Ермак вверх, а из Волги — в Каму-реку, а Камой — вверх же; а из Камы-реки повернул направо в Чусовую-реку и Чусовой — вверх же, а из Чусовой-реки — в Серебряную-реку; а Серебряная-река бежит с правой стороны в Чусовую-реку из Сибирской земли, а Серебряною-рекою — вверх же, а из Серебряной-реки шёл до реки до Баранчука волоком, и суда на себе тащили, а рекой Баранчуком — вниз в реку Тагил; а Тагилом-рекою плыли вниз же до Туры-реки, а ныне по той реке Тагилу (путь) в Верхотурский уезд; а от Тагила поплыл Ермак с соратниками вниз по Туре-реке и на вёслах (...) подошли к Епанчину, который ныне известен как Ту­ринский острог и здесь у Ермака с татарами Кучума бой был, а языка татарского взять не смогли. Тогда же стало известно о них Кучуму-царю, но нападения Ермака на себя не ждал, а считал, что тот возвратится обратно на Чусовую. А от Епанчина пошли (казаки) на вёслах вниз Турою-рекой в Тобол-реку, а Тобол-река течёт с правой стороны из Степи, а Тура-река впадает в Тобол-реку. И Тоболом-рекой дошли до Тавды-реки; а Тавда-река впа­дает с левой стороны в Тобол-реку у Пелымского острога, за сто вёрст до города до Тобольска. И в устье той реки Тавды захвати­ли в плен татарина по имени Таузак, из придворных царя Кучу­ма. И рассказал (он) им про царя Кучума и его войско.

Когда царь Кучум услыхал о приходе в Сибирь русских вои­нов, и о доблести, и о храбрости их, то весьма был этим озабочен и сразу послал повсюду за своими: подданными, — чтобы соби­рались к нему в город Сибирь все воины и встали на бой против русского войска. И вот в скором времени собрались к нему мно­гочисленные татары и остяки, вогулы и другие ему подвластные народы. А царевича Маметкула послал царь Кучум навстречу русскому отряду с огромным войском и приказал изготовиться к бою. Сам же велел засеку устроить возле реки Иртыша под Чувашевым: насыпать земли и разными защитными приспособ­лениями укрепить, как необходимо для усиления обороны.

Маметкул же с войском своим дошёл до некоего урочища на реке на Тоболе, которое называется Баба-чанами. Ермак же и его воины, увидев такое сборище неверных, нисколько не испу­гались. И был здесь бой тяжкий, и перебили многих неверных, а оставшиеся отступили в город, к царю Кучуму. Казаки же поплы­ли в стругах своих по реке Тоболу к реке Иртышу. Татары нача­ли стрелять с высокого берега на струги их, но то место казаки прошли без потерь.

Об убийстве Ермака и других казаков царём Кучумом

1584 году предначертанный час настал— пришла к воинам смерть. Прибыли от бухарских от торговых лю­дей гонцы к Ермаку в город Сибирь и сообщили, что царь Кучум их в Сибирь не пропустил. Ермак же, услышав об этом, с боль­шим воинским отрядом вышел в стругах им навстречу, по реке Иртышу. А когда они дошли до реки Вагая, не найдя бухарцев, то поднялись ещё по реке Вагаю вверх до урочища, которое назы­вается Атбаш, но, не обнаружив их тут, возвратились. Настала ночь, казаки утомились от долгого пути, дошли до Перекопа и тут заночевали, раскинули шатры, а крепкого караула не поста­вили. Ослабели умами своими, как подошёл их смертный час! А Марь Кучум, обнаружив их, приказал в ту ночь быть настороже и многих татар по разными местам разослал. И тогда, в ту ночь, сильный дождь. А в полночь подошло множество неверных. Казаки же спали без всякой охраны, и напали на них неверные и перебили всех, только один казак убежал.

Когда Ермак увидел, что его воинов уничтожают неверные то помощи ни от кого не ожидая, бросился один к своему стругу но струг отошёл от берега, и (он) не смог догнать, поскольку одет был в железа, в тяжёлый панцирь, и, не доплыв до струга, уто­нул. Случилось это с воинами по Божьей воле в 5-й день месяца августа. Когда услышали оставшиеся в городе казаки о том, что Ермак и остальные казаки убиты, то очень горько и долго печа­лились.

А вскоре после этого пришли от государя из Москвы с воинс­ким отрядом князь Семён Волконский и головы Иван Киреев да Иван Глухов, а с ними казанские, и пермские, и вятские стрель­цы. А о приходе князя Семёна Волконского, и о том, как князя Семёна Волконского в городе Сибири не стало, как многие из Ермаковых казаков и из тех, кто из Руси пришёл, поумирали в городе от голода, как Иван Киреев отправился с царевичем Маметкулом в Москву, я выше говорил. А когда Иван Киреев с ца­ревичем Маметкулом пришёл в Москву в 1584 году, в то время по воле Бога царя Ивана Васильевича не стало. А завещал после своей смерти возвести на престол сына своего благочестивого государя царя и великого князя всея Руси Фёдора Ивановича.

Когда привезли царевича Маметкула, то по государеву ука­зу встречали его по достоинству, и одарил его государь царь и великий князь всея Руси Фёдор Иванович всякими милостями, а после — и служилых людей. А в Сибири в городе остался только Иван Глухов да с ним лишь девяносто человек Ермаковых каза­ков, побоялись здесь жить, и запасы все кончились. Вышли из города Сибири и поплыли вниз по реке Иртышу и по Великой Оби вниз же, а через Камень перешли Собью-рекою в Пустоозеро, а с ними казак Черкас Александров. А каким путём нынче ходят через Камень, того пути тогда не было. А из Пустоозера пришли в Русь, а город Сибирь покинули.

Кондратий Рылеев (1795 – 1826)

Кондратий Фёдорович Рылеев происходил из среды мелкопоместного дворянства. По окон­чании Петербургского кадетского корпуса в 1814 году, во время войны с Наполеоном, начал службу в действующей армии. Вышел в отставку спустя четыре года, служил в уголовном суде, а затем, с 1824 года, — в Россий­ско-Американской компании. Активная литературная и полити­ческая деятельность К. Рылеева начинается с 1820 года, когда была опубликована сатира «К временщику». Вместе с А.А. Бес­тужевым он издавал альманах "Полярная звезда», был одним из лидеров тайного Северного общества. Вдень восстания 14 дека­бря 1825 года К. Рылеев проявил бурную деятельность, в ночь на 15 декабря был арестован и спустя семь месяцев, 13 июля 1826 года, казнён вместе с пятью товарищами.

Смерть Ермака

Ревела буря, дождь шумел,

Во мраке молнии летали,

Бесперерывно гром гремел,

И ветры в дебрях бушевали...

Ко славе страстию дыша,

В стране суровой и угрюмой,

На диком бреге Иртыша

Сидел Ермак, объятый думой.

Товарищи его трудов,

Побед и громозвучной славы,

Среди раскинутых шатров

Беспечно спали близ дубравы.

«О, спите, спите, — мнил герой, —

Друзья, под бурею ревущей;

С рассветом глас раздастся мой,

На славу иль на смерть зовущий!

Вам нужен отдых; сладкий сон

И в бурю храбрых успокоит;

В мечтах напомнит славу он

И силы ратников удвоит.

Кто жизни не щадил своей

В разбоях, злато добывая,

Тот думать будет ли о ней,

За Русь святую погибая?

Своей и вражьей кровью смыв

Все преступленья буйной жизни

И за победы заслужив

Благословения отчизны, —

Нам смерть не может быть страшна;

Своё мы дело совершили:

Сибирь царю покорена,

И мы — не праздно в мире жили!»

Но роковой его удел

Уже сидел с героем рядом

И с сожалением глядел

На жертву любопытным взглядом.

Ревела буря, дождь шумел,

Во мраке молнии летали,

Бесперерывно гром гремел,

И ветры в дебрях бушевали.

Иртыш кипел в крутых брегах,

Вздымалися седые волны,

И рассыпались с рёвом в прах,

Бия о брег, казачьи чёлны.

С вождём покой в объятьях сна

Дружина храбрая вкушала;

С Кучумом буря лишь одна

На их погибель не дремала!

Страшась вступить с героем в бой,

Кучум к шатрам, как тать презренный,

Прокрался тайною тропой,

Татар толпами окруженный.

Мечи сверкнули в их руках —

И окровавилась долина,

И пала грозная в боях,

Не обнажив мечей, дружина...

Ермак воспрянул ото сна

И, гибель зря, стремится в волны,

Душа отвагою полна,

Но далеко от брега чёлны!

Иртыш волнуется сильней —

Ермак все силы напрягает

И мощною рукой своей

Валы седые рассекает.

Плывёт... уж близко челнока —

Но сила року уступила,

И, закипев страшней, река

Героя с шумом поглотила.

Лишивши сил богатыря

Бороться с ярою волною,

Тяжёлый панцирь — дар царя

Стал гибели его виною.

Ревела буря... вдруг луной

Иртыш кипящий серебрился,

И труп, извергнутый волной,

В броне медяной озарился.

Носились тучи, дождь шумел,

И молнии ещё сверкали,

И гром вдали ещё гремел,

И ветры в дебрях бушевали.

1821

Вопросы и задания

Вы ознакомились с текстом летописи и баллады Кондратия Рылеева «Смерть Ермака». Подумайте и ответьте на вопросы:

1. Какие исторические факты упоминаются в обоих текс­тах?

2. В каком произведении — летописи или балладе — они изображаются полнее и точнее?

3. Как описывается смерть Ермака в этих произведениях?

4. В каком из этих описаний сильнее выражены эмоции?

5. С помощью каких изобразительно-выразительных средств передаётся отношение к Ермаку и его гибели?

6. Почему баллада К. Рылеева «Смерть Ермака» стала на­родной песней и многие не знают имени её создателя?