66.Общественно-политическая жизнь Казахстана в 20-30 г.Г. Хх в.

С победой советского режима КЗ, как и многие другие окраины бывшей Российской империи, стал ареной для многочисленных социально-экономических экспериментов властей, в том числе и процесса перехода “отсталого” полукочевого хозяйства на “социалистические рельсы”. При этом ставилась задача “догнать” в развитии европейские народы России, т.е. перейти на европейскую модель экономики - пашенное земледелие и развитую индустрию. Общественно-политическая ситуация. Несмотря на некоторую либерализацию экономики, в политической жизни нарастали тенденции усиления авторитарной власти и диктата коммунистической партии, постепенно заменявшей собой государственный аппарат. Кроме того, провозглашение автономии во многом оказалось номинальным, и Казахстан так и не получил реального самоуправления. Большая часть промышленных предприятий и железные дороги находились под непосредственным управлением Москвы. Антидемократичные избирательные законы, представляющие преимущества рабочим, приводили к ограничению числа казахов в правящей элите. В 1922 г. в партийной организации Казахстана удельный вес казахов был всего 6,3%, из 163 делегатов I областной партконференции было всего 19 казахов, в 1920 г. казахи составили всего 17% общего числа промышленных рабочих.

В южных областях Казахстана, входящих в состав Туркестанской АССР, положение было еще более сложным. Попытка коммунистов коренных национальностей в 1920 г. изменить ситуацию путем объединения центральноазиатских республик в единую Тюркскую республику, создания Коммунистической партии тюркских народов привела к вмешательству центральных властей. В Ташкент была направлена комиссия ВЦИК и Совнаркома РСФСР (Турк. комиссия), все решения местных партийных органов о Тюркской республике и компартии отменялись, краевой комитет партии был распущен, а инициаторы реформ во главе с Т. Рыскуловым вынуждены были подать в отставку и уйти с партийных и государственных постов. Только в 1922 г. после официального признания своих “ошибок” они смогли вернуться к руководству республикой.

Особенно жесткие формы преследование проявлений национальной идеи принимает после прошедшего в июне 1923 г. совещания в ЦК РКП(б). На этом совещании критике подверглись лидер татарских коммунистов Султангалиев и поддерживавшие его представители национальных окраин, в т.ч. и Т. Рыскулов. Султангалиев был обвинен в национализме, связях с басмачеством и стремлении свергнуть Советскую власть. На представителей национальной интеллигенции обрушились репрессии. Еще в 1922 г. со всех руководящих постов были смещены бывшие члены партии Алаш, а в 1924 г. ряд казахов-коммунистов были отозваны из республики в центр.

Часть местных коммунистов тем не менее выступили против гонений на “алашординцев”. Так, С. Садвакасов постоянно призывал к широкому привлечению представителей либеральной интеллигенции к руководству. Аналогичную позицию занимал один из туркестанских лидеров С. Ходжанов. Последний выступил с идеями о национальном размежевании внутри Казахстана с целью создания национально однородного государственного образования. Тем не менее, центр продолжал политику подчинения национальных окраин. Основными проводниками этой политики в Казахстане стали Н. Ежов и Ф. Голощекин, присланные в республику для “усиления” партийной организации. Н. Ежов прибыл в Казахстан в 1923 г. на должность секретаря Семипалатинского Губкома, а в 1924 г. стал заведующим организационно-инструкторским отделом обкома партии и контролировал кадровые вопросы. Ф. Голощекин в 1925 г. был избран первым секретарем республиканской партийной организации. С его приходом к власти общественно-политическая ситуация в Казахстане значительно ухудшилась.