2.2 Стихотворение "Родина" как выражение подлинного патриотизма

Представление о Родине складывается у художника в процессе всего его творчества и, конечно, находит в нем свое отражение. Понятие Родины неотделимо от понятия народа и народности. По словам В.Г. Белинского, Лермонтов "вошел в царство народности как ее полный властелин и, проникшись ее духом, слившись с нею, он показал только свое родство с нею, а не тождество; даже в минуту творчества он видел ее перед собою, как предмет, и также по воле своей вышел из нее в другие сферы, как вошел в нее" (3, с. 667)

М.Ю. Лермонтов творил в эпоху безвременья. В такие периоды жизни особенно остро стоит вопрос о дальнейшем развитии страны и о ее будущем. У Лермонтова чувство патриотизма зарождается очень рано и в дальнейшем становится определяющим. Так, 15-летний юноша Лермонтов писал:

Я родину люблю И больше многих: среди ее полей Есть место, где я горесть начал знать, Есть место, где я буду отдыхать.

("Я видел тень блаженства…" 1831; 1, т.1, с.94)

Тема Родины для поэта гораздо шире темы России. Это связано с воплощением образа Родины, который, в свою очередь, зависит от художественного метода Лермонтова.

Разрыв между Россией дворянской и Россией народной трагически осмысливается поэтом в стихотворении "Бородино" (1837). Народная Россия живет по истинным человеческим законам, когда индивидуальность, личность не противопоставляет себя обществу, но черпает силу в своем единении с народом. Солдат, ведущий повествование, говорит одновременно и от своего лица, и от лица всех защитников Отечества. Неслучайно в стихотворении постоянно встречается местоимение "мы". Лермонтов вскрывает основополагающее свойство русской народной психологии: личность существует не сама по себе, но в слиянии с общиной. Это, по убеждению Лермонтова, и принесло победу русскому войску. Поэт нашел удивительную "точку отсчета": на сражение он смотрит не глазами полководца, как это было принято, а глазами рядового солдата, чей героизм и в самом строе мыслей, поведении, мироощущении и в повседневном героизме. В этом незаметном рядовом героизме и есть истинная причина победы России.

Мы долго молча отступали,

Досадно было, боя ждали,

Ворчали старики:

"Что ж мы? на зимние квартиры?

Не смеют что ли командиры

Чужие изорвать мундиры

О русские штыки?"

И вот нашли большое поле:

Есть разгуляться где на воле!

(Бородино, 1837; 1, т.1, с.154)

Так бесхитростно понимает солдат смысл выбора для решающего сражения Бородинского поля: есть где "разгуляться"! И в этой наивности - глубокая мудрость, ибо русскому крестьянину, волею судьбы ставшему воином, для победы достаточно чувствовать, знать, что от него зависит судьба России:

Уж постоим мы головою

За родину свою!

(Бородино, 1837; 1, т.1, с.154)

Солдаты идут в бой за Родину, повинуясь высшему мировому христианскому закону: "Как наши братья умирали!" В страшную минуту люди объединяются для защиты Родины, забывают о сословных различиях. Солдат с любовью вспоминает о командире, погибшем в сражении:

Полковник наш рожден был хватом:

Слуга царю, отец солдатам.

(Бородино, 1837; 1, т.1, с.154)

И эти естественные для людей взаимоотношения противостоят тем безнравственным законам, по которым живет "нынешнее племя", когда решают судьбу не достоинства человека, а принадлежность к высшему обществу.

После 1837 года лирический герой Лермонтова заметно изменяется: он начинает ощущать свое равенство со всеми остальными людьми, начинает уходить от демонизма. Сознавая себя жертвой времени, он тем самым признает себя его представителем. Отсюда - сочувственный интерес к жизни и сознанию других людей и даже внутреннее сближение с ними, вплоть до лирического перевоплощения в узника или солдата ("Узник", "Сосед", "Соседка", "Пленный рыцарь").

Приблизившись к людям, герой обретает новые возможности. Поэт постепенно преодолевает притяжение байроновской музы, все острее чувствует неразрешимость внутренних противоречий, бесперспективность позиции мятежного индивидуализма, "в самой действительности он пытается нащупать теперь опору для своих идеалов" (11, с.168), - отмечает А.М. Гуревич.

Лермонтов - поэт-романтик, следовательно, помимо конкретного образа России у него присутствует и обобщенно-символический образ Родины. В романтических произведениях поэта Родина является неким романтическим идеалом.

Автор испытывает презрение к тем, у кого нет Родины, кто свободен от "страстей и страданий". Так, он сравнивает таких людей с тучами ("Тучи" (1840), которым всего лишь "наскучили нивы бесплодные", и они, "вечно холодные, вечно свободные", мчатся "в сторону южную".

Нет, вам наскучили нивы бесплодные.

Чужды вам страсти и чужды страдания;

Вечно холодные, вечно свободные, Нет у вас родины, нет вам изгнания.

("Тучи", 1840; 1, т.1, с. 199)

Лирический герой Лермонтова непобедим лишь до тех пор, пока ходит по родной земле, а оторванность от нее ведет к гибели. В стихотворении "Листок" этот мотив также прослеживается.

Дубовый листок оторвался от ветки родимой

И в степь укатился, жестокою бурей гонимый;

Засох и увял он от холода, зноя и горя

И вот, наконец, докатился до Черного моря.

("Листок", 1841; 1, т.1, с.221)

Листок, оторванный "от ветки родимой", "засох и увял". Даже у "благодатного Черного моря" не находит приюта среди "зеленых ветвей" молодой чинары.

"На что мне тебя? - отвечает младая чинара. - Ты пылен и желт - и сынам моим свежим не пара.

Ты много видал - да к чему мне твои небылицы? Мой слух утомили давно уж и райские птицы.

Иди себе дальше, о странник!

Тебя я не знаю!

Я солнцем любима, цвету для него и блистаю.

По небу я ветви раскинула здесь на просторе,

И корни мои умывает холодное море".

("Листок", 1841; 1, т.1, с.221)

Чувство одиночества породило трагическое мироощущение, нашедшее отражение в стихотворении "Родина". Ничто, кажется, не дает такого умиротворения, такого ощущения покоя, даже радости, как это общение с деревенской Россией. Именно здесь отступает чувство одиночества.

М.Ю. Лермонтов рисует Россию народную, светлую, торжественную, величавую.

В стихотворениях, принадлежащих раннему периоду творчества М.Ю. Лермонтова, чувство патриотизма еще не достигает той аналитической ясности, той осознанности, которая проявляется в стихотворении "Родина". "Родина" - одно из значительнейших произведений русской лирики XIX века. Стихотворение "Родина" стало одним из шедевров не только лирики М.Ю. Лермонтова, но и всей русской поэзии. В отличие от патриотической поэзии поэтов-декабристов, А. Пушкина с ее гражданским пафосом, "Родина" Лермонтова - это лирическое раздумье поэта о своем отношении к Отчизне. Уже первые строки: "Люблю отчизну я, но странною любовью // Не победит её рассудок мой" - задают интонацию глубоко личного изъяснения и в то же время как бы вопроса самому себе. То обстоятельство, что непосредственно тема стихотворения - не любовь к Родине как таковая, но размышление о странности этой любви.

Люблю отчизну я,

но странною любовью;

Не победит её рассудок мой,

Ни слава, купленная кровью,

Ни полный гордого доверия покой,

Ни тёмной старины заветные преданья

Не шевелят во мне отрадного мечтанья.

(Родина, 1841; 1, т.1, с. 207)

Лермонтов противопоставляет свой патриотизм патриотизму официальному, казённому. Он заявляет о своей кровной связи с русской, родной ему природой, с русским народом.

Мотив "странной" любви развертывается в двух взаимосвязанных и вместе с тем контрастирующих планах: необъяснимой холодности к тому, что составляет общепризнанно-высокий предмет патриотического воодушевления ("слава, купленные кровью") противостоит столь же "непобедимая" рассудком привязанность к иному "лику" родины - картинам родной природы русской деревни. Принято считать, что известный рисунок Лермонтова, названный "Чета белеющих берез", представляет собой авторскую иллюстрацию к стихотворению "Родина".

Несмотря на общий жизнеутверждающий фон, в восприятии поэтом родной земли присутствует некий оттенок грусти. Можно сказать, что любовь к родине у М.Ю. Лермонтова, не теряя своей непосредственности и своего жара, впервые в русской литературе становится основной темой, превращается в проблему, которую поэт по-своему ставит и рассматривает.

Стихотворение "Родина" - выступление Лермонтова по одному из важнейших вопросов идейно-политической борьбы того времени в России, о путях ее развития. Он отказывается от основных точек зрения на вопрос о дальнейшей судьбе России. По Лермонтову, любовь к Родине не определяется идеями декабристов ("ни слава, купленная кровью"), религиозными идеалами ("ни полный гордого доверия покой"), а также принципами славянофилов ("ни темной старины заветные преданья"). Лермонтов утверждает свою любовь: это его глубоко личное чувство ("но я люблю - за что, не знаю сам").

Лермонтова всегда волновала судьба России, поэтому поэту было больно осознавать, что его Родина погрязла в бесчеловечности, жестокости и непонимании. "Иди в огонь за честь Отчизны, за убежденья, за любовь!" - призывает Н.А. Некрасов. Лжепатриотизму Лермонтов противопоставляет свое чувство, свою "странную любовь".

В стихотворении "Родина" проявляется совершенно новая в лирическом творчестве М.Ю. Лермонтова крестьянская тема. Собирательный образ русского крестьянства, в "Родине" сужается до образа простого человека. "Родина" - одно из самых интересных по композиции и противоречивости передаваемого чувства стихотворений. "Славе, купленной кровью", "заветным преданьям старины", всему тому, что почитается официальным выражением величия народа, поэт противопоставляет "дрожащие огни печальных деревень", "в степи кочующий обоз" … Вот она, Россия, - нищая, мужицкая, до боли родимая.

Ее степей холодное молчанье,

Ее лесов безбрежных колыханье,

Разливы рек ее, подобные морям;

Проселочным путем люблю скакать в телеге

И, взором медленным пронзая ночи тень,

Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,

Дрожащие огни печальных деревень;

Люблю дымок спаленной жнивы,

В степи ночующий обоз

И на холме средь желтой нивы

Чету белеющих берез.

С отрадой, многим незнакомой,

Я вижу полное гумно,

Избу, покрытую соломой,

С резными ставнями окно;

(Родина, 1841; 1, т.1, с. 208)

В стихотворении "Родина" поэтом с удивительной точностью передана широкомасштабность России: "безбрежные леса", "разливы рек, подобные морям". "Родина" - одно из немногих реалистических произведений поэта. Мы можем найти здесь неприукрашенное описание пейзажа средней полосы России. Его составляют "проселочные пути", "белеющие березы", "желтая нива", "полное гумно".

"Родина" Лермонтова полна глубокой нежности к родной земле, сердечной привязанности, без которой нет связи с Отчизной. Если вначале поэт пишет, что "любит за что, не знает сам", то потом конкретизирует: отрада вызвана созерцанием этого уклада жизни, этой природы.

Патриотическая тема в этом стихотворении приобрела лирический характер. В стихотворении Лермонтов высказывает несколько иное патриотическое сознание. Он сразу же отличает чуждые ему формы патриотизма. Постепенно поэт все больше переходит от обобщенной мысли к конкретной. Любовь поэта к России настоящая, взыскательная, глубокая. "В качестве основного чувства родины, - пишет об этом стихотворении У.Р. Фохт, - выдвигается нечто настолько по тому времени необычное, что поэт счел необходимым в пределах небольшого стихотворения четыре раза оговорить эту необычность: "Люблю отчизну я, но странною любовью!", "Не победит ее рассудок мой", "Но я люблю - за что, не знаю сам", "С отрадой многим незнакомой"" (37 с.27).

Поэт утверждает свою любовь к России народной, крестьянской, к мощи и простору русской природы, отражающей душу народа, к русской земле, возделанной его трудом. Ни общий контекст творчества М.Ю. Лермонтова, ни стилистика первых строк ("полный гордого доверия покой", " темной старины заветные преданья") не позволяют увидеть здесь какого-либо снижения ценностей патриотизма в его традиционном для долермонтовской поэзии государственно-исторического аспекта, хотя они и " не шевелят… отрадного мечтанья".

Сложная полнота отношения лирического героя "Родины" к своей стране обнаруживается и в композиции стихотворения. Родина представляется поэтом как некое единство, к которому герой обращает свои мысли и чувства. Чувство Родины никогда не покидало М.Ю. Лермонтова, и об этом свидетельствуют прямые высказывания лирического героя о Родине и народе в самом стихотворении. Образ героя вписан в образ родной земли, введен в ее сферу. Для лирического героя этого стихотворения важна его Родина, в ней он ищет свои идеалы, и именно в ней он видит простую, искреннюю и естественную жизнь, и герой хочет слиться с этой жизнью, хочет стать частью огромного целого - своей Родины. Лирический герой М.Ю. Лермонтова едет по проселочным путям с мыслью о ночлеге, засматривается на желтые нивы, на крытые соломой избы ее деревень, долго и сочувственно вглядывается в картину народного веселья. Именно поэтому в стихотворении возникает образ русской деревни, дорогой автору, но бесконечно далекий от романтических образов ранних произведений.

Наконец, в финале возникают образы "мужичков" - обитателей "печальных деревень". Все эти лики Родины горячо утверждаются автором - скрывающимся под маской лирического героя стихотворения. В зависимости от них он является, по мере движения стиха, и философом, обобщающим свое отношение к России, и путешественником, созерцающим ее природу и с любовью наблюдающим жизнь ее народа. Следует отметить, что развитие темы "Родины" - от "широкого" к "узкому", от "большого" к "малому", от философии к картинам природы и человеческой жизни - определяется языком и метром стихотворения. Характерно в стихотворении развитие лирической мысли от абстрактных представлений к конкретно-бытовым образам.

И в праздник, вечером росистым,

Смотреть до полночи готов

На пляску с топаньем и свистом

Под говор пьяных мужичков.

(Родина, 1841; 1, т.1, с. 208)

Стихотворение "Родина" состоит из трех строф. В первой строфе поэт размышляет о России в целом, о России как об огромной прекрасной стране. В связи с этим преобладают обобщающие или отвлеченные слова: отчизна, рассудок, слава, доверие, мечтанье, старина. Слова, относящиеся ко второй строфе, охватывают объекты более широкого масштаба: степи, леса, реки, проселочный путь, деревни. Во второй строфе "панорама" российского пейзажа постепенно сужается. "Холодное молчанье" степей, колыханье "безбрежных лесов", "разливы рек ее, подобные морям" - все это скрывает некую загадку, обещание великого будущего; просёлочный же путь в ночной тьме, дрожащие огни деревень говорят о печали настоящего.

Довольно резкая смена размера в третьей части привлекает внимание к тем реалиям русской жизни, которые вызывают у лирического героя "многим незнакомую" отраду: все эти детали связаны с людьми, живущими на российских просторах, с теми, для кого жизненно важно "полное гумно", кто живет в домах с "резными ставнями", а в праздник пляшет с "топаньем и свистом". Вслед за торжественно плавными, задумчивыми, замедленными шестистопными и пятистопными ямбами первой и второй строфы появляется четырехстопный ямб, выделяющий здесь переход к простому и обыденному тону, которым как бы подготовляется образ пляшущих мужиков, и потому язык, которым поэт говорит о русской деревне, прост и легок.

Первая строфа, посвященная размышлениям поэта о своей "странной любви" к отечеству, звучит торжественно и размеренно. Отчасти это происходит благодаря использованию инверсии: "люблю отчизну я", " не победит ее рассудок мой".

Лексика стихотворения, также разнообразна: в начале стихотворения - литературно-книжная ("рассудок", "слава, купленная кровью") и в последней части она сменяется простой разговорной речью ("скакать в телеге", "дымок жнивы", "говор пьяных мужичков"). "Объекты, представленные словарем третьей строфы, не только материальны, но и более локальны, ограничены, они - представляют собой лишь частности общей картины и недаром обозначены преимущественно словами единственного числа (по сравнению со второй строфой, в которой преобладало множественное число): обоз, нива, чета берез, изба, гумно." (21, с.145)

Также для усиления впечатления о мощи России используется гипербола: разливы рек подобны морям. Кроме того, М.Ю. Лермонтов использует аллитерацию. Сонорные согласные придают особую поэтичность звучанию строк о России. Также поэтическое звучание придают анафора и эпифора:

Ни слава, купленная кровью,

Ни полный гордого доверия покой,

Ни темной старины заветные преданья

Не шевелят во мне отрадного мечтанья

(Родина, 1841; 1, т.1, с. 207)

Ее степей холодное молчанье,

Ее лесов безбрежных колыханье…

(Родина, 1841; 1, т.1, с. 208)

Изображая деревню, М.Ю. Лермонтов, чтобы позволить читателю буквально прочувствовать атмосферу народного гуляния, использует аллитерацию: на "пляску с топаньем и свистом".

Для большей яркости и выразительности Лермонтов использует эпитеты: желтая нива, резные ставни, "вечером росистым", "пьяных мужичков" и олицетворения: "печальных деревень", "ночующий обоз". Благодаря олицетворению деревня сама, словно оживает, обретает душу.

Простота или сложность звучания зависит также и от употребляемых поэтом видов рифмовки. Например, в первой строфе произведения присутствует как перекрестная, так и парная и кольцевая рифмы, а в последней строфе мы сталкиваемся только с перекрестной рифмой.

В.Г. Белинский в письме к В.П. Боткину от 13 марта 1841 назвал "Родину" пушкинским стихотворением, потому что А.С. Пушкин первый показал, что значит подлинный реализм в поэзии, а М.Ю. Лермонтов в "Родине" - поэт-реалист. "Родина" принадлежала к числу произведений наиболее ценимых Л.Н. Толстым. Стихотворение М.Ю. Лермонтова положило начало литературной традиции, утвердив в русской поэзии жанр лирического раздумья о родине, где мысль о ней нерасторжима с образами русской деревни и природы. Стихотворение М.Ю. Лермонтова "Родина" отличается самодостаточностью, завершенностью, и индивидуальной полнотой. Оно располагает к его созерцательному восприятию, что свидетельствует о том, что данное литературное произведение обладает идейно - художественной целостностью.

В подходе к "деревенской" тематике оттенок поэтической созерцательности, некоторой "этнографичности" не говорит о безразличии автора к противоречиям крепостнической действительности. Об этом свидетельствует написанное вскоре стихотворение "Прощай, немытая Россия!".

В 1841 году Лермонтов узнает о новом изгнании на Кавказ.М.Ю. Лермонтов уезжал в угрюмом настроении. Он чувствовал, что его посылают на верную гибель. Гнев, ярость, презрение владели его рукой, когда он написал эти знаменитые строки:

Прощай, немытая Россия,

Страна рабов, страна господ,

И вы, мундиры голубые,

И ты, им преданный народ.

Быть может, за стеной Кавказа

Сокроюсь от твоих пашей,

От их всевидящего глаза,

От их всеслышащих ушей.

(Прощай, немытая Россия…1841; 1, т.1, с.213)

Если сравнить это стихотворение с предыдущим, можно увидеть явное, прямо противоположное несоответствие. И то и другое сочинение принадлежит одному автору, но какие совершенно разные России он описывает. Первую любит, хоть и называет свое чувство "странным", так как при взгляде со стороны, не могут вызывать "отрады" "печальные деревни" с "избами, покрытыми соломой", "разливы рек". Но Россия для Лермонтова и для тех, кому он адресует лирическое признание - Родина. А это придаёт "странности" индивидуальный смысл. Влюблённому в свою бедную, несовершенную родину московскому дворянину слышится не сквернословие, а "говор", и не мужиков, а покладистых "мужичков".

Во втором стихотворении автор не "скачет в телеге просёлочным путём", оглядывая окрестности влюблённым взором. Он, что есть мочи, бежит из России, спешит покинуть ту же самую Родину, которую в предыдущем стихотворении "любил странною любовью". Хочет оказаться "за стеной Кавказа" в окружении чужих ландшафтов, среди племён. Мечтает "сокрыться" от "пашей", хотя империя, которой он служит, Российская, не Османская. Он не замечает природы, которая его умиляла с детства, не слышит "говора пьяных мужичков". Теперь они у него только "послушный голубым мундирам народ", рабы из "страны рабов и господ". Автор отказывается назвать её Родиной, она… "немытая Россия".

Можно подумать, что стихотворцу, на бегу, было не до подбора определения; вплёл в строчку, что на раздражённый ум пришло. Но Лермонтов не таков. В его подлинниках каждое слово со смыслом. Нет, не мог он изменить гению, коим наградил его Творец. Не посмел бы необдуманно исковеркать начальную строчку "прощания с морем", что написал его кумир, "невольник чести": "Прощай, свободная стихия!".

В этих двух совершенно разных стихотворениях мы видим двух совершенно разных Лермонтовых, разделённых в физическом теле одного человека каким-то событием, что меняет в человеке сознание, приоритеты, взгляды на себя и окружающую действительность. Мы знаем Пушкина первых семи лет после Лицея. И знаем совсем другого Пушкина: остепенившегося, признавшего Бога, сторонника просвещённого самодержавия, кем он оставался до последних дней. Таковым его сделала судьбоносная ссылка в село Михайловское - "приют спокойствия, трудов и вдохновенья". Процесс перерождения, в интенсивной фазе, длился с 1824 по 1826 год. Он почти надвое разделил поэтическую жизнь гения в ее печатный период.

Лермонтов написал "Родину" в 1841 году, незадолго до смерти. "Немытая Россия" могла бы теоретически появиться под его пером, когда он, после отпуска, в том же году возвращался в свой полк на Кавказ. Появись такой дерзкий вызов власти в 1837 году, когда автор стихотворения "Смерть поэта" уже собирался по Высочайшему повелению отправиться на войну, он был бы сразу услышан всеми. Выходит, между двумя стихотворениями, резко противоположными по тональности, считанные месяцы, если не недели, а то и дни. Этого временного отрезка недостаточно для мировоззренческого перерождения человека, тем более байронического склада ума. Это лишь доказывает степень важности события, так потрясшего великого поэта.

Так же мы видим множество различий этих стихотворений в организации языковых элементов. Лермонтов использовал различные поэтические способы и приемы, одним из которых является антитеза.

Композиция стихотворения строится на принципе противопоставления двух его частей. В первой строфе объективированная констатация реальности, а вторая повернута в план "субъективный". Здесь все окрашено присутствием лирического "я" ("сокроюсь").

Единство стихотворения создается общим идейно-эмоциональным и ритмико-интонационным настроем, а также структурной связью частей. С эмоционально окрашенным словом "прощай", являющемся зачином стихотворения, тесно связан образ лирического "Я". Заменив "мундиров голубых" из первой строфы "пашами" во второй, автор усиливает образ деспотической действительности "немытой России".

Предметом поэтического осмысления в стихотворении являются не отдельные стороны русской жизни, а все самодержавно-крепостническое общество николаевской России.

Основную смысловую и эмоциональную нагрузку несет первая строка: "Прощай, немытая Россия!" Оскорбительно-дерзкое определение ("немытая") официальной России усугубляется и усиливается в следующих строках. В контрастном противопоставлении "мундиров голубых" и "им преданного народа". Все это вместе взятое: крепостное рабство, жандармский произвол и жалкая "преданность" ему передается в поэтической формуле Лермонтова как нечто единое, чему он говорит решительное "прощай". Эта формула предопределяет синтаксическую организацию и тональность речи.

Каждая строфа состоит из одного простого осложненного предложения: первое осложнено риторическими обращениями, а второе - однородными членами и вводным словом. Одно это делает строфы в интонационном отношении более напряженными.

Интонационное напряжение усиливается введением инверсии, нарушающей прямой порядок расположения слов, который является доминирующим в стихотворении. Инверсированы две последние строки первой строфы:

И вы, мундиры голубые,

И ты, им преданный народ.

(Прощай, немытая Россия…1841; 1, т.1, с.213)

Обычно прямой порядок слов в строке придает речи плавность, делает речь ровной в интонационном отношении. Однако это не наблюдается в тексте стихотворения благодаря синтаксическим параллелизмам, лексическим повторам, вводным словам и переносам:

Страна рабов, страна господ } повтор и внутристрочный параллелизм

И вы, мундиры голубые И ты, им преданный народ } повтор и синтаксический параллелизм

Быть может, за стеной Кавказа Сокроюсь от твоих пашей, } перенос

От их всевидящего глаза, } повтор и синтаксический

От их всеслышащих ушей } параллелизм

Повышение интонационной напряженности, приходится на такие фрагменты стихотворения, которые в смысловом отношении весьма существенны: в первой строфе контрастирующие образы "немытой России" (страна рабов, страна господ; мундиры голубые и им преданный народ), во второй строфе образ жандармов в качестве "пашей", а также образ страдающего, негодующего лирического героя, предполагавшего освободиться от "всевидящего глаза" и "всеслышащих ушей”.