44. Пространство и время в социально-гуманитарном познании

Время и Пространство основные формы существования материи. Философию, прежде всего, интересует вопрос об отношении времени и пространства к материи, т.е. являются ли время и пространство реальными или это чистые абстракции, существующие только в сознании.

Движение материи существует в пространстве и времени – это предельно широкие сущности, которые до сих пор не имеют определения.

Пространство – вместилище тел – обозначалась объективная протяженность форм, тел, вещей и их упорядоченность в человеческом ощущении.

Время – вместилище событий, либо гармонизирующее ряды ощущений, либо объективно присущая всем вещам деятельность.

Пространство и время раскрывают содержание философских рассуждений в историческом, научно-теоретическом или практическом плане.

Таким образом, и пространство и время – это не субстанции. Они характеризуют сущность отношений.

Сущность пространства – совокупность отношений, выражающих координацию сосуществования объектов.

Сущность времени - совокупность отношений, выражающих координацию сменяющих друг друга явлений.

И пространство, и время существуют в объективной реальности.

Свойства пространства и времени: объективность, независимость от сознания, восприятие и измерение.

45. Личностное неявное знание субъекта.

Личностное неявное знание субъекта скрытое, молчаливое, имплицитное, периферийное в отличие от центрального, или фокального, т.е. находящегося в фокусе сознания. Эмпирический базис личностного молчаливого знания - неосознаваемые ощущения как информация, полученная органами чувств, но не прошедшая через сознание в полном объеме; неосознанные и невербализованные навыки и умения, например, ходьбы, бега, плавания и т.п., которыми владеет наше тело, но не знает самосознание; наконец, жизненно-практическое, повседневное знание. Неявное знание представляет собой весьма специфический способ существования сознания. С одной стороны, неявное - это компоненты реального знания, составляющие его необходимую часть, с другой - форма их существования отлична от обычной, поскольку они представлены опосредствованно как неосознаваемые ощущения, навыки, подразумеваемый подтекст, историческое или методологическое априори, опущенная посылка в логическом выводе - энтимема и т.д. Неявные, скрытые компоненты знания широко представлены во всех текстах, существующих только как единство имплицитного и эксплицитного, текста и подтекста. В научных текстах как обязательные, дополнительные к явному знанию функционируют многообразные неявные основания и предпосылки, в т.ч. философские, общенаучные, этические, эстетические и др. В качестве неявных форм в научном знании присутствуют также традиции, обычаи повседневности и здравого смысла, а также пред-мнения, пред-знания, предрассудки, которым особое внимание уделяет герменевтика, поскольку в них представлена история. Неявное знание может быть понято, как до поры до времени невербализованная и дорефлективная форма сознания и самосознания субъекта, как важная предпосылка и условие общения, познания и понимания. Однако полагать, что всякое невербализованное знание есть неявное, было бы ошибкой, поскольку знание может быть объективировано и неязыковыми средствами, напр., в деятельности, жестах и мимике, средствами живописи, танца, музыки. Существование неявного, молчаливого знания часто означает, что человек знает больше, чем он может сказать, выразить в слове. Это явление подмечено очень давно в разных культурах. Напр., дзэн-буддисты полагали, что все вербальные тексты и предписания неистинны, ложны потому, что в словах не могут быть переданы сокровенные тайны бытия, истинная суть вещей и явлений. Необходим особый эзотерический язык символов, парадоксов и иносказаний, чтобы при непосредственном общении передать то, что скрыто за словами. Отсюда принципы теории и практики дзэн-буддизма: "Не опираться на слова и писания", "особая передача вне учения". В даосизме молчание выступает как знак высшей мудрости, ибо "знающий не говорит, а говорящий не знает".