Веданāсу веданāнупассиˉ вихарати

Как наблюдать ощущения в ощущениях? Без использования воображения. Медитирующему не надо представлять, будто бы он находится где-то снаружи и оттуда исследует свои ощущения. Снаружи никого нет. У вас должно быть прямое переживание. То же самое относится к кāе, читте и дхамме. Наблюдение должно происходить без разделения на наблюдателя и наблюдаемое, без представления о каком-либо внешнем наблюдателе.

…сукхам вā веданам ведайамāно ‘сукхам веданам ведайāмиˉ’ти паджāнāти…

Испытывая приятное ощущение (сукхам веданам ведайамāно), медитирующий понимает, что испытывает приятное ощущение.

…дуккхам вā веданам ведайамāно ‘дуккхам веданам ведайāмиˉ’ти паджāнāти;

адуккхамасукхам вā веданам ведайамāно ‘адуккхамасукхам веданам ведайāмиˉ’ти паджāнāти.

Точно так же поступают и с неприятным ощущением (дуккха веданā) – таким как боль, и с нейтральным ощущением (адуккхам-асукха веданā), которое не являются ни приятным, ни неприятным. Слова сукха и дуккха относятся к телесным ощущениям. Для приятных и неприятных ментальных состояний Будда использовал слова соманасса и доманасса. Следовательно, слова сукха и дуккха веданā относятся к телесным ощущениям. Тело само по себе не может чувствовать ощущения, их воспринимает чувствующая часть ума, но на основе тела.

Сāмисам вā сукхам веданам ведайамāно ‘сāмисам сукхам веданам ведайāмиˉ’ти паджāнāти;

нирāмисам вā сукхам веданам ведайамāно ‘нирāмисам сукхам веданам ведайāмиˉ’ти паджāнāти.

Если это приятное ощущение, человек понимает, сопровождается ли оно влечением и цеплянием (сāмиса) или оно без влечения и цепляния (нирāмиса). В современной Индии слово нирāмиса означает «вегетарианская пища», а сāмиса – «невегетарианская». В данном контексте эти слова используются в значении «чистый» и «нечистый». Приятное ощущение, возникающее в результате правильной практики медитации Випассаны, если его наблюдают без влечения или цепляния, ведет к чистоте. То же самые приятное ощущение, возникшее, возможно, в связи с каким-либо чувственным наслаждением, если на него реагируют влечением, привязываются к нему и пытаются его усилить, является пагубным и ведет к нечистоте. Оно ведет к продолжению страдания. В этом смысле приятное ощущение может быть чистым и нечистым.

Ощущение типа сāмиса нужно просто наблюдать, чтобы реакция на него стала слабее и прекратилась. Ощущение типа нирāмиса тоже просто наблюдают, по отношению к нему проявляют равностность и никак на него не реагируют. Тогда, естественно, в соответствии с законом природы, развивается способность объективного наблюдения. Ничего делать не нужно. Паджāнāти – это просто наблюдение, основанное на мудрости.

Самисам ва дуккхам веданāм… нирамисам ва дуккхам веданāм… паджанати.

Так же и с неприятным (дуккха) ощущением: чистое оно или нечистое, зависит от того, есть на него реакция или нет. Его тоже просто наблюдают, осознают и принимают таким, какое оно есть.

Сāмисам вā адуккхамасукхам веданам… нирāмисам вā адуккхамасукхам веданам ведайамāно ‘нирāмисам адуккхамасукхам веданам ведайāмиˉ’ти паджāнāти.

Точно так же поступают и с нейтральным (адуккхам-асукха) ощущением.

Ити адджхаттам вā веданāсу веданāнупассиˉ вихарати, бахиддхā вā веданāсу веданāнупассиˉ вихарати, адджхаттабахиддхā вā веданāсу веданāнупассиˉ вихарати.

А теперь следуют те же самые стадии, что и в каждом разделе. Человек чувствует ощущения внутри тела и снаружи, а потом одновременно и внутри, и снаружи – во всей физической структуре.

Существует другая традиция, в которой адджхаттам переводится как «чувствование собственного тела», бахиддхā – как «чувствование тела другого человека», а адджхатта-бахиддхā – как переключение с собственного тела на чье-то еще. Как уже говорилось, наша традиция не может этого принять, поскольку практик медитации работает в одиночестве – он сидит в лесу, под деревом или в келье. Приводятся такие аргументы: собирая подаяние, монах встречает людей и у него появляется возможность чувствовать их дыхание или ощущения. Однако у серьезного практика глаза во время ходьбы должны быть опущены (оккхитта-чаккху), и он может видеть только чьи-то ноги. Так что подобная трактовка представляется нелогичной. Безусловно, если медитирующий достиг высокой стадии в практике наблюдения, он становится очень восприимчивым не только к своим ощущениям, но и к вибрациям окружающей среды и всевозможных объектов – одушевленных и неодушевленных. Такое понимание в принципе допустимо. В противном же случае практика работы с чужим дыханием или ощущениями невозможна. Поэтому лучше понимать адджхаттам как «внутри собственного тела», а бахиддхā как «на поверхности собственного тела».

…самудайа-дхаммāнупассиˉ… вайа-дхаммāнупассиˉ… самудайа-вайа-дхаммāнупассиˉ вā веданāсу вихарати…

Эта и следующие стадии, которые повторяются в каждом разделе, очень важны. Медитирующий должен через них пройти. Он ощущает, как возникает веданā, как она исчезает, а затем как она возникает и в то же мгновение исчезает.

…‘аттхи веданā’ти вā панасса сати паччупаттхитā хоти.

В главе Кāйāнупассанā стадия ‘аттхи-кāйо’ ти наступает, когда тело становится просто массой субатомных частиц, когда нет оценок и суждений: саннā больше не распознаёт тело как тело человека или животного, женщины или мужчины, красивое или некрасивое. Оно становится просто телом, без всяких различий. Точно так же и ощущения, веданā, теперь рассматриваются просто как ощущения – ни приятные, ни неприятные. Нет никаких рассуждений, нет оценок, нет санни. Осознавание, которое теперь стало устойчивым, воспринимает ощущения просто как ощущения. И затем на пути к конечной цели человек проходит те же самые стадии.

Йāвадева нāнаматтāйа патиссатиматтāйа аниссито ча вихарати, на ча кинчи локе упāдийати.

Открытие Буддой роли веданы имело огромное значение для человечества. Это важная развилка, от которой расходятся два пути: дуккха-самудайа-гāминиˉ патипадā – путь, на котором постоянно порождается страдание, и дуккха-ниродха-гāминиˉ патипадā – путь, где страдание полностью искореняется. Он открыл, что любая реакция, любая сан˙кхāра может возникнуть только в результате ощущений – приятных, неприятных или нейтральных. На глубинном уровне ум постоянно реагирует на ведану, ощущения во всем теле, в каждой частице тела, пока в нем теплится жизнь. И если нет переживания ощущений, веданы, освободиться от влечения и отвращения можно только на поверхностном уровне ума. Возникает лишь иллюзия отсутствия реакции, потому что вы не реагируете только на внешние объекты: звук, образ, запах, прикосновение или вкус. Что же упущено? Вы упускаете реальность своего реагирования, потому что вследствие любого контакта органа чувств с объектом неизбежно возникает ощущение в теле – приятное, неприятное или нейтральное. Вот что упущено.

Вы должны дойти до того уровня, где вы чувствуете ощущения, но не реагируете на них. Только когда вы осознаёте ощущения и сохраняете равностность по отношению к ним, меняется привычная модель поведения на самом глубинном уровне ума. Только тогда глубоко укоренившиеся сан˙кхāры, подобные линиям, высеченным на скале с помощью резца и молотка – анусайа килеса, могут подняться на поверхность и исчезнуть. В противном случае процесс преумножения будет продолжаться. Вот почему веданā играет в Сатипаттхāне такую важную роль.

Читтāнупассанā – наблюдение ума

читте читтāнупасси вихарати

Как практик медитации наблюдает ум в уме?

«В уме» (читте) – значит посредством прямого переживания, то есть так же, как «в теле» и «в ощущениях». Чтобы при наблюдении ума вам не пришлось задействовать воображение, в уме что-то должно произойти – когда в нем что-то возникает, а потом исчезает, можно почувствовать это как ощущение.

сарāгам вā читтам ‘сарāгам читтам’ти паджāнāти,

виˉтарāгам вā читтам ‘виˉтарāгам читтам’ти паджāнāти.

Са-рāгам значит «с влечением», са-рāга. Если в уме возникло влечение, его просто наблюдают. Если оно проходит и ум от него освобождается (виˉта-рāгам), это тоже просто наблюдают: влечение возникло и прошло.

садосам вā читтам… виˉтадосам вā читтам ‘витадосам читтам’ти паджāнāти,

самохам вā читтам ‘самохам читтам’ ти паджāнāти,

виˉтамохам вā читтам ‘виˉтамохам читтам’ти паджāнāти.

Наблюдают и реальность ума с отвращением (доса) или без него: если отвращение проходит, то ум становится свободным от отвращения. Точно так же наблюдают и моха (иллюзию, заблуждение, замешательство, неведение): если неведение уходит, то ум становится свободным от него.

Сан˙кхиттам вā читтам… виккхиттам вā читтам…

махаггатам вā читтам… амахаггатам вā читтам…

са-уттарам вā читтам… ануттарам вā читтам…

самāхитам вā читтам… асамāхитам вā читтам…

вимуттам вā читтам… авимуттам вā читтам ‘авимуттам читтам’ти паджāнāти.

Независимо от того, ум спокоен и сосредоточен (сан˙кхитта) или он рассеян (викхитта), это просто наблюдают и принимают. В более глубоких джхāнах, когда ум расширяется с помощью воображения до бесконечности, его называют махāггата, то есть «обширный, расширенный». Независимо от того, является ли ум махāггата или нет, его просто наблюдают. Са-уттара означает, что есть более высокие умы или возможности для его развития. Ануттара означает, что нет ничего более высокого: ум достиг наивысшей стадии, он «непревосходимый». Это также наблюдают. Независимо от того, погружен ли ум в глубокое самāдхи (самāхита) или нет, его наблюдают. Независимо от того, ум скован или освобожден, его также наблюдают.

Ити адджхаттам вā… бахиддхā вā…адджхаттабахиддхā вā читте читтāнупассиˉ вихарати.

Затем следуют те же самые этапы. Ум наблюдают внутри и снаружи. Опять же в данной традиции толкование слова бахиддхā как ум другого человека, не принимается. На очень высокой стадии очищения у практика действительно развивается способность читать мысли других людей, но это не является конечной целью.

Ум внутри (адджхаттам) – это ум, который переживает то, что находится в пределах тела. Ум снаружи – это ум, который воспринимает внешние объекты: он чувствует, как звук входит в контакт с ушами, образ – с глазами, запах – с носом, вкус – с языком, что-либо осязаемое – с телом, он воспринимает мысли о чем-то внешнем. И всё же весь этот процесс протекает в пределах тела. Ум всегда остается внутри тела, даже если объект находится снаружи.

Затем человек переживает возникновение и исчезновение и достигает стадии ‘атти читтам’ ти: это просто виннāна, просто ум, нет «я», нет «моего» ума. На этой основе развивается осознанность. Есть только мудрость и понимание, только наблюдение. Не на что опереться, не за что цепляться.

‘аттхи читтам’ти…на ча кинчи локе упāдийати.

Практик Випассаны понимает: когда есть осознавание, одно лишь осознавание, работает только сознающая часть ума (виннāна). Нет больше процесса преумножения страдания. Вспомните слова, которые сказал Будда старому отшельнику. Тому самому отшельнику, который прошел пешком весь путь от Бомбея до Саваттхи, чтобы встретиться с Буддой. Этих слов оказалось достаточно, поскольку отшельник уже практиковал восемь джхāн: диттхе диттхаматтам бхависсати…– «в видении есть только видение». Ничего больше, потому что нет оценивания, нет реагирования. «Есть просто слышание как слышание, обоняние как обоняние, вкушение как вкушение, осязание как осязание и …виннāте виннāтаматтам… сознавание как сознавание». Достижение этой высокой стадии требует времени. Но чтобы пережить ниббāну, необходимо ее достичь.

Вы практикуете для того, чтобы понять этот процесс. Все органы чувств находятся в теле, поэтому тело имеет очень большое значение. Как только объект входит в контакт с глазами, ушами, носом, языком, кожей или умом, виннāна сознает: «Что-то произошло». Затем саннā оценивает это как хорошее или плохое, и ощущение, которое возникает вследствие этой оценки, становится приятным или неприятным. Сан˙кхāра реагирует, и это реагирование порождает зависимость, страдание. Другие части ума оказываются сильнее виннāны. Сан˙кхāра становится сильнее, а виннāна слабее. В результате рабская зависимость и страдание усиливаются. Практика состоит в том, чтобы ослаблять сан˙кхāру и санню и усиливать виннāну до тех пор, пока не останется ничего, кроме понимания и осознавания: йāвадева нāнаматтāйа патиссати-маттāйа.

До того как достичь просветления, Будда практиковал восемь джхāн. Восьмая джхāна называется невасаннā-нāсаннāйатана: в этой джхāне нельзя сказать о санне, что она есть, и нельзя сказать, что ее нет. Но всё же она остается, хотя становится очень слабой. Поэтому Будда не мог назвать себя полностью освобожденным. С помощью Випассаны он развил локуттара джхāны, ведущие к ниббāне, и ввел «девятую джхāну», которую назвал саннā-ведаита-ниродха: в ней саннā и веданā останавливаются. Пока саннā, даже будучи очень слабой, продолжает работать, она порождает реагирование, сан˙кхāру. Чтобы пережить виннāну как виннāну, нужно полностью искоренить санню.

Дхаммāнупассанā – наблюдение содержимого ума

дхаммесу дхамманупасси вихарати

Как кāйāнупассанā не может быть полной без веданāнупассаны, так и читтāнупассанā не является полной без дхаммāнупассаны. Чтобы вы могли чувствовать ум и тело, в них должно что-то возникать, в противном случае ваша практика – это только воображение. Поэтому читту можно переживать только в том случае, если что-то, скажем, рāга, доса или моха, возникает в уме и исчезает.

Всё, что содержится в уме, называется дхаммой.

Многие термины, используемые Буддой, очень трудно перевести, потому что они не имеют эквивалентов в других языках. Труднее всего перевести слово дхамма. Диапазон значений этого слова очень велик. Его корневое значение – дхāретиˉ’ти дхаммо: то, что содержится. Это то, что содержится в уме.

Потом слово дхамма приобрело значение «природа», «характеристика» всего, что возникает в уме:

Аттано сабхāвам аттано лаккханам дхāретиˉ’ти дхаммо.

Дхамма означает «природа», «собственная характеристика» того, что содержится.

На некоторых языках современной Индии говорят, что дхамма огня – гореть. Горение – его характеристика, иначе это не огонь. Дхамма льда – охлаждать, иначе это не лед. Точно так же рāга (влечение) содержит в себе собственную дхамму, имеет характерное свойство – порождать беспокойство и страдание. Дхамма любви и сострадания – это спокойствие, гармония и умиротворенность. Таким образом, слово дхамма приобрело значение «природа» или «качество».

Спустя несколько веков произошло разделение дхаммы (в значении «природа») на кусала-дхамму (благую) и акусала-дхамму (пагубную) применительно к ее плодам. Порождающие пагубные плоды ментальные загрязнения – такие, как гнев, ненависть, враждебность, страсть, страх и эго, – были названы акусала. Достойные похвалы и ведущие к лучшей жизни качества – такие, как сострадание, доброта, бескорыстное служение, – были названы кусала. Таким образом, в древней литературе мы находим, что дхамма делилась на «чистую» и «нечистую».

Постепенно акусала стали называть адхаммой (или пāпа) – анти-Дхаммой (или грехом), тем, что приводит к вращению в круговороте страдания. А слово Дхамма стали использовать для обозначения всего благого в человеке – того, что ведет к освобождению.

Постепенно слово дхамма приобретало всё новые значения. По мере наблюдения последствий того, что происходит в уме (скажем, результатов гнева или сострадания) становится понятным закон причины и следствия, закон природы. Поэтому дхаммой можно называть и то, что содержится в уме, и характерные качества того, что содержится в уме, и закон природы, всеобщий закон природы.

Как же медитирующий практикует наблюдение дхамм?

Ниˉваранапаббам – препятствия

дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати панчасу ниˉваранесу.

Ниˉварана значит «завеса» или «покрывало»: то, что мешает видеть реальность. На 10-дневном курсе о ниˉваранах говорилось как о пяти врагах: влечении, отвращении, сонливости, возбужденности и сомнении. Есть такой пример. В далекие времена, когда не было зеркал, днем использовали горшки с чистой водой, чтобы увидеть свое отражение. Если вода грязная, мутная или неспокойная, то разглядеть отражение невозможно. Точно так же и эти ниˉвараны – они являются вашими врагами, препятствиями на пути наблюдения реальности, потому что искажают реальность и не дают вам ее увидеть.

Опять же при наблюдении дхамм не используется воображение: дхамма переживается в дхамме (дхаммесу). Размышление также не используются. Как же тогда наблюдают эти препятствия?

сантам вā адджхаттам кāмаччхандам ‘аттхи ме адджхаттам кāмаччхандо’ти паджāнāти,

асантам вā адджхаттам кāмаччхандам ‘наттхи ме адджхаттам кāмаччхандо’ти паджāнāти

Если есть влечение к чувственным наслаждениям (кāмаччханда), вы это просто принимаете. Вы это просто осознаёте. Если нет влечения, вы это понимаете и просто осознаёте реальность такой, какая она есть, от момента к моменту.

…йатхā ча ануппаннасса кāмаччхандасса уппāдо хоти танча паджāнāти, йатхā ча уппаннасса кāмаччхандасса пахāнам хоти танча паджāнāти, йатхā ча пахиˉнасса кāмаччхандасса āйатим ануппāдо хоти танча паджāнāти.

Затем те влечения к чувственным наслаждениям (кāмаччханда), которые лежали глубоко внутри и не выходили (ануппанна), теперь поднимаются на поверхность (уппāда). Вы это тоже осознаёте (паджāнāти). Всё, что возникает, рано или поздно исчезает, самудайа-вайа. Так же и влечение: оно возникает и исчезает. И когда кāмаччханды слой за слоем выходят на поверхность, и вы их наблюдаете, они искореняются (пахāна). Те слои, которые были искоренены (пахиˉна), никогда больше уже не вернутся (āйатим ануппāдо). Всё это вы просто наблюдаете и осознаёте (паджāнāти).

Когда искореняются все накопленные влечения, достигается полное освобождение. Привычка ума порождать влечение искоренена, и подобного рода сан˙кхāры больше не могут возникать.

Сантам вā адджхаттам бйāпāдам… Сантам вā адджхаттам тхинамиддхам… Сантам вā адджхаттам уддхаччакуккуччам… Сантам вā адджхаттам вичикиччхам… танча паджāнāти.

Точно так же практик медитации подходит к пониманию отвращения (бйāпāдам): оно или есть, или его нет. Весь процесс Випассаны описан в этих строках. Накопленное отвращение, которое, подобно спящему вулкану, лежало глубоко внутри, поднимается на поверхность. Вы его тоже наблюдаете, и оно искореняется. Пока полностью не изменится стереотип поведения, сан˙кхāра отвращения того же типа снова и снова будет возникать. Если же все сан˙кхāры искоренены на глубинном уровне, они больше никогда не вернутся. Это и есть конечная цель. Невозможно, чтобы арахант вновь начал порождать влечение или отвращение.

Таким же образом искореняются тхина-миддха (сонливость ума и вялость тела), уддхачча-куккучча (беспокойство) и вичикиччхā (сомнения, скептицизм).

Нужно ясно понимать, что всё, возникающее в уме, любая дхамма, даже простая мысль, сопровождается ощущением в теле: веданā самосаранā саббе дхаммā. Это закон природы, Будда его не создавал, он его открыл. Независимо от того, что возникло в уме – гнев, страсть или еще что-то, – если практик медитации наблюдает ощущение, то он работает правильно. В противном случае всё это превращается в интеллектуальную игру. С поверхностного уровня гнев может уйти, но глубоко внутри ощущение остаётся, и ум продолжает реагировать на него гневом, а медитирующий этого даже не замечает. Поэтому в данной традиции мы не можем позволить себе упускать ощущения в теле. Будды говорит совершенно ясно: сампаджаннам на ринчати. Каждое мгновение вы должны осознавать возникновение и исчезновение ощущений.

Какой бы раздел кāйāнупассаны, веданāнупассаны, читтāнупассаны или дхаммāнупассаны вы ни практиковали, если нет понимания возникновения и исчезновения ощущений, вы не сможете добраться до накопленных в глубинах ума загрязнений, а также искоренить их. Практика превратится в игру на поверхностном уровне.

Далее идут те же этапы:

Ити адджхаттам вā дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати…‘аттхи дхаммā’ти…на ча кинчи локе упāдийати.

Наблюдая то, что внутри и на поверхности, а затем возникновение и исчезновение, вы достигаете стадии ‘аттхи дхаммā’ти: нет ни плохого, ни хорошего, ни моего, ни вашего, есть только закон природы, только содержимое ума и его глубинная природа. И дальше повторяются те же этапы, пока не останется ничего, за что можно было бы цепляться.

Если в уме возникло влечение, вы не можете избавиться от него с помощью отвращения, потому что тем самым порождаете новую сан˙кхāру отвращения. Если вы просто принимаете тот факт, что в уме есть влечение, тогда вы просто наблюдаете, и реагирование, которое является природой этого влечения, не преумножается. Оно слабеет, угасает. Точно так же наблюдают и любые ментальные загрязнения. Практику интеллектуальных размышлений о теле как о чем-то отвратительном, которая разбиралась в главе Кāйāнупассанā, Будда давал в самом начале лишь для того, чтобы направить человека по правильному пути. Как только начинается практика Випассаны, уже нет отвращения к безобразному телу; его просто наблюдают таким, какое оно есть, с мудростью и пониманием возникновения и исчезновения – йатхāбхуˉта-нāна-дассанам; нāна, как и паджāнāти, – просто осознавание с пониманием аниччи. Всё, что возникает, – плохое или хорошее, чистое или грязное, просто наблюдают, не пытаясь ни удержать, ни оттолкнуть. Это правильный путь, ведущий к конечной цели.

Путь долог, но он начинается с первого шага. Не стоит отчаиваться, если конечная цель далека. Ваши усилия не будут напрасными, все они принесут пользу. Вы следуете по правильному пути к конечной цели. Шаг за шагом вы оказываетесь всё ближе и ближе к конечной цели и когда-нибудь непременно ее достигнете.

Продолжайте следовать по пути, шаг за шагом. Используйте это время и предоставленные вам возможности. Слушая и понимая слова Будды, обращенные к вам, старайтесь использовать эту чудесную технику. Насколько возможно, старайтесь никогда не упускать сампаджанню. Всё время, за исключением лишь периода глубокого сна, что бы вы ни делали, старайтесь быть осознанными и сохранять сампаджанню – ради вашего блага, ради вашей пользы, ради освобождения. Пусть все вы освободитесь от оков и страданий!

Пусть все существа будут счастливы!

ДЕНЬ 6

Закончился шестой день курса Сатипаттхāны. Продолжим изучать главу Дхаммāнупассанā. Дхамма – это содержимое ума, это природа содержимого ума, это всеобщий закон природы. Будда, просветленный, не хотел создавать секту или религию. Открыв высшую истину на самом глубоком уровне, Будда объяснял этот закон всем людям независимо от их принадлежности к той или иной секте, к той или иной общине, от их национальности, цвета кожи или пола, чтобы помочь им понять реальность и освободиться от страданий. Вся Вселенная, всё живое и неживое – всё подчиняется этому закону. С Буддой или без него, этот закон управляет постоянным взаимодействием ума и материи, всеми потоками, глубинными потоками, пересекающимися потоками в каждом человеке. Однако люди продолжают играть в игры на поверхностном уровне ума, обманывая себя, пребывая в неведении, и умножают страдания, укрепляя свои оковы.

Кхандха-паббам – совокупности

дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати панчасу упāдāнаккхандхесу

Кхандха означает «агрегат», «совокупность», «скопление». Мы называем себя людьми. Это поверхностная истина, но на глубинном уровне каждый человек – я, вы, он или она – просто панча кхандхā, пять совокупностей. Будда хочет, чтобы вы двигались к глубинам этой реальности, где не отождествляются с именем, где все люди – просто пять совокупностей.

Одна из совокупностей – это бесчисленные субатомные материальные частицы, калапы, образующие материю. Ум подразделяется еще на четыре совокупности: виннāну, которая сознаёт, санню, которая распознаёт и оценивает, ведану, которая чувствует, и сан˙кхāру, которая реагирует и создаёт. Соединенные вместе, эти пять совокупностей и называются личностью, человеком. Но на уровне высшей истины это просто пять совокупностей. Весь процесс Сатипаттхāны, весь процесс Випассаны состоит в том, чтобы осознать это на уровне опыта. В противном случае иллюзия отождествления себя с одной из пяти совокупностей или их соединением, отождествление с «я», «моё», «мной», то есть неведение, – вызывает огромную к ним привязанность и стремление их удержать, что в результате приводит к невыносимым страданиям. Это не вера, чтобы принимать ее из преданности, только потому, что так сказал просветленный, не философия, чтобы принимать ее на уровне интеллекта за рациональность и логичность. Эту истину нужно постичь на уровне опыта, осознать ее в пределах собственного тела. Когда эта истина становится ясной, меняется привычная модель поведения на глубочайшем уровне ума и достигается освобождение. Это Дхамма – закон природы.

Упāдāна означает «привязанность, цепляние». Она развивается по отношению к пяти совокупностям, которые являются ее объектами; можно также сказать, что пять совокупностей возникают и соединяются вследствие упаданы. Они являются совокупностями привязанности.

И вновь медитирующий наблюдает дхамму в дхамме, наблюдает пять совокупностей. Как же медитирующий практикует?

…‘ити руˉпам, ити руˉпасса самудайо, ити руˉпасса аттхан˙гамо…

Это материя, это возникновение материи, это исчезновение материи, всё это переживается на уровне опыта. Руˉпа означает «материя», самудайа означает «возникновение», аттхан˙гамо – «исчезновение».

ити веданā, ити веданāйа самудайо, ити веданāйа аттхан˙гамо;

ити саннā, ити саннāйа самудайо, ити саннāйа аттхан˙гамо;

ити сан˙кхāрā, ити сан˙кхāрāнам самудайо, ити сан˙кхāрāнам аттхан˙гамо;

ити виннāнам, ити виннāнасса самудайо, ити виннāнасса аттхан˙гамо’ти.

Когда вы переживаете на опыте также и ментальные совокупности: ощущение (ведану), восприятие (санню), реагирование (сан˙кхāру) и сознавание (виннāну), вы осознаёте всё то, что происходит внутри.

Ити адджхаттам вā дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати,…‘аттхи дхамма’ти…

Те же самые этапы: внутри, снаружи, внутри и снаружи одновременно. Затем ‘аттхи дхамма’ ти: «О, это – дхамма». Осознавание утверждается в реальности того, что эти пять совокупностей – это всё, что есть. На высшей стадии наблюдения приходит понимание того, что есть только ум и материя, ничего больше. Нет «я», нет «моего», нет «меня».

На обыденном, условном уровне приходится использовать такие слова, как «я» и «вы», но на реальном, высшем уровне есть только пять кхандх. Так, например, мы условно называем нечто, соединенное вместе, автомобилем, но если мы его разберем и разложим отдельные части, то какая из частей будет автомобилем? Шины? Колеса? Сиденья? Двигатель? Аккумулятор? Корпус? На самом деле автомобиль – это просто различные части, соединенные вместе.

Точно так же дни недели: понедельник, вторник, среда, четверг, пятница, суббота и воскресенье. Соединенные вместе, они составляют неделю, тридцать дней составляют месяц, а двенадцать месяцев – год, но только на обыденном, кажущемся уровне. Цель Випассаны состоит в том, чтобы разделять, рассекать, разъединять и наблюдать реальность такой, какая она есть. Тогда привязанность уходит. Остаются кхандхи, они возникают и исчезают, но это всего лишь совокупности, поскольку упāдāна, привязанность, уходит. Такова Дхамма кхандх.

Йāвадева нāнаматтāйа патиссатиматтāйа аниссито ча вихарати, на ча кинчи локе упāдийати.

Затем следует стадия нāнаматтāйа патиссатиматтāйа, также известная в те времена как самйак-даршана, кевала-даршана, самйак-джнāна, кевала-джнāна – только наблюдение и только понимание. Затем аниссито ча вихарати: нет никакой зависимости, потому что нет привязанности – нет ничего, за что можно было бы цепляться.

Āйатана-паббам – чувственные сферы

дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати чхасу адджхаттикабāхиресу āйатанесу.

Āйатана – шесть чувственных сфер, шесть органов чувств: глаза, уши, нос, язык, кожа и ум. Все шесть считаются внутренними (адджхаттика), поскольку находятся на теле или внутри тела. Их объекты находятся снаружи (бāхиресу): объект глаза – образ, цвет, форма, свет; объект уха – звук; объект носа – запах; объект языка – вкус; объект тела, кожи – что-либо осязаемое; объект ума – мысль, эмоция, фантазия, мечта. Хотя их называют внешними, они становятся объектами, лишь когда вступают в контакт с внутренними āйатанами, которые находятся в пределах тела. Например, для слепого от рождения не существует мира цвета, света, очертаний и форм, он не может постичь этот мир. Шесть внутренних āйатан и шесть внешних āйатан вместе составляют двенадцать āйатан. И бāхиресу (внешние) āйатаны реально существуют для нас лишь тогда, когда каждая из них входит в контакт с соответствующим органом чувств.

Как же работать с шестью внутренними и шестью внешними чувственными сферами?

чаккхум ча паджāнāти, руˉпе ча паджāнāти, йанча тадубхайам патичча уппадджати самйоджанам танча паджāнāти…

Истина чаккху (органа зрения) и его объекта, руˉпа (очертания или формы) паджāнāти – постигается. Йанча тадубхайам патичча: на основе этих двух, вследствие их контакта, уппадджати самйоджанам, возникают оковы, ограничения.

…йатхā ча ануппаннасса самйоджанасса уппāдо хоти танча паджāнāти…

Медитирующий работает с теми оковами, которые в данный момент возникают: самйоджанасса уппāдо хоти танча паджāнāти. Реальность такова, что при любом контакте возникает вибрация: пхасса-паччайā-веданā. Саннā оценивает: женщина, мужчина; красивый, уродливый; приятный, неприятный. В соответствии с этой оценкой ощущения становятся приятными или неприятными, и тотчас же сан˙кхāра, реагирующая часть ума, начинает порождать влечение или отвращение. Так возникают ограничения, так они множатся.

Работа с шестью органами чувств идет в пределах ума и материи. Это основа для анализа и непрерывного осознавания того, как всё происходит. Если вы пребываете в неведении, вы продолжаете завязывать новые узлы и порождать всё новые и новые ограничения. Если вы не реагируете, так как переживаете и наблюдаете ограничения на основе мудрости, они ослабевают. Начинает меняться привычный стереотип реагирования. Старые ограничения теперь могут выйти на поверхность: йатхā ча ануппаннасса самйоджанасса уппāдо хоти танча паджāнāти. Вы наблюдаете возникновение (уппāда) ограничений, которые раньше не поднимались на поверхность (ануппанна).

…йатхā ча уппаннасса самйоджанасса пахāнам хоти танча паджāнāти,

йатхā ча пахиˉнасса самйоджанасса āйатим ануппāдо хоти танча паджāнāти.

По мере того как вы наблюдаете, ограничения искореняются (пахāнам) одно за другим: йатхā ча уппаннасса самйоджанасса пахāнам хоти танча паджāнāти. Все они выходят на поверхность и исчезают; после этого они больше уже не возникают (āйатим ануппāдо). Достигается стадия за пределами ограничений, стадия полного освобождения.

Есть три типа искоренения. Даже если вы просто соблюдаете шиˉлу, если на поверхностном уровне ума вы не слишком остро реагируете влечением или отвращением, то на короткое время вы искореняете ограничения. Если вы идете глубже и практикуете самāдхи, происходит более глубокое искоренение: затрагиваются корни. Затем, если вы практикуете випассану, эти корни искореняются на глубинном уровне ума – пахāнам.

Есть такой пример. Испытывающий жажду подходит к заросшему ядовитыми водорослями пруду, чтобы выпить воды. Он руками очищает от водорослей небольшой участок, чтобы получить временный доступ и зачерпнуть немного воды, но потом этот участок вновь зарастает водорослями. Это кратковременное искоренение. Это шиˉла. Чтобы доступ к воде был более удобным, человек устанавливает четыре шеста и натягивает между ними сеть, сдерживая тем самым рост водорослей. Это самāдхи. Если самāдхи в процессе практики становится всё глубже, расчищается всё больший участок, но корни еще остаются. Паннā удаляет все водоросли дочиста. Это настоящая пахāна – на самом коренном уровне. И именно об этом здесь говорится: йатхā ча пахиˉнасса самйоджанасса āйатим ануппāдо хоти танча паджāнāти. Достигается полное искоренение всех оков, всех ограничений; они не могут возникнуть вновь (ануппāдо). Это стадия араханта, стадия полного освобождения.

Сотанча паджāнāти, садде ча паджāнāти, йанча тадубхайам патичча уппадджати самйоджанам танча паджāнāти…

Точно так же наблюдают орган слуха, звук, и оковы, которые возникают вследствие этих двух.

…йатхā ча ануппаннасса самйоджанасса уппāдо хоти танча паджāнāти, йатхā ча уппаннасса самйоджанасса пахāнам хоти танча паджāнāти, йатхā ча пахиˉнасса самйоджанасса āйатим ануппāдо хоти танча паджāнāти.

По мере того как развивается равностность, оковы, которые раньше никогда не выходили на поверхность, теперь поднимаются и искореняются. Это тоже наблюдают:

Гхāнанча паджāнāти, гандхе ча паджāнāти… Дживханча паджāнāти, расе ча паджāнāти… Кāйанча паджāнāти, пхоттхаббе ча паджāнāти… Мананча паджāнāти, дхамме ча паджāнāти… āйатим ануппāдо хоти танча паджāнāти…

Точно так же медитирующий наблюдает (паджāнāти) орган обоняния – нос и запах, орган вкуса – язык и вкус, тело и всё осязаемое, ум и его содержимое (дхамме). Каждый раз оковы, ограничения поднимаются, искореняются и больше уже не возникают. И каждый раз стадию араханта не просто принимают на уровне философии, ее переживают и наблюдают: паджāнāти.

Ити адджхаттам вā дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати…‘аттхи дхаммā’ти…на ча кинчи локе упāдийати.

Далее следует тот же самый процесс: «Это – дхамма». Все шесть органов чувств и соответствующие им объекты – это просто дхамма, здесь нет «я», нет «моего», нет «его» или «ее», нет индивидуума. Разделяя, рассекая, разъединяя и растворяя, наблюдая органы чувств по отдельности, человек становится просто массой, процессом взаимодействия всех āйатан в совокупности. При одном лишь интеллектуальном понимании, неведение будет препятствовать наблюдению этой дхаммы, этого процесса, и освобождению от оков, ограничений.

В ходе практики вы должны пройти через те же самые этапы, чтобы достичь конечной цели.

Бодджхан˙га-паббам – факторы просветления

дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати саттасу бодджхан˙гесу

Бодджхан˙га – фактор просветления; есть семь качеств, которые необходимо развить в себе для того, чтобы достичь конечной цели.

Ум сам по себе совершенно чист, виннāна совершенно чиста, но из-за прошлых сан˙кхāр, вследствие прошлой обусловленности, саннā всегда дает неверные оценки, и когда затем возникает ощущение, вновь создаются всё новые и новые сан˙кхāры. Вследствие всего этого процесса ум теряет присущую ему изначальную чистоту и становится очень возбужденным. Бодджхан˙ги возвращают эту чистоту: когда их наблюдают на уровне реальности, они усиливаются и становятся совершенными. Если совершенны все бодджхан˙ги, то совершенно и просветление. Таков весь процесс Випассаны.

Первая бодджхан˙га – это сати, осознанность. Без нее дальнейшее продвижение по пути невозможно. Сати, объективное наблюдение реальности, является самым важным фактором, поскольку осознанность должна присутствовать постоянно, от момента к моменту, причем для каждого из остальных факторов.

Второй фактор – это дхамма-вичайа. Слова чайа или чайана означает «соединять». Кажущаяся, плотная, интегрированная, мнимая истина порождает так много иллюзий и заблуждений, что приводит к ошибочным решениям и неправильным действиям. Вичайа или вичайана означает «разделять, рассекать, разбирать, разъединять» – так, как это предполагается в Випассане. Сначала дхамма-вичайа понимается на интеллектуальном уровне. Тело рассматривают просто как четыре стихии, где нет никакого «я», ум – просто как четыре совокупности, четыре составляющих. Вы наблюдаете шесть органов чувств и соответствующие им объекты, их контакт друг с другом и процесс преумножения. Обретенная ясность ума дает вам руководство, в соответствии с которым вы действительно начинаете практиковать Випассану и постигать истину на уровне реальности.

Третья бодджхан˙га – это вирийа (усилие), она аналогична саммā-вāйāмо в Благородном восьмеричном пути. Требуется огромное усилие, но усилие направлено на то, чтобы не реагировать, позволить всему идти своим чередом. Даже если вы одержали победу в тысяче сражений и одолели тысячу врагов, победить в этой внутренней борьбе нереагирования гораздо труднее, потому что старая модель поведения состоит в том, чтобы действовать, реагировать. Но не сражайтесь так, как Āнанда: «Я должен стать арахантом, я должен искоренить загрязнения». В этом случае ум утрачивает равновесие. Другая крайность – не работать, вообще ничего не наблюдать, а просто позволить всему идти своим чередом. Да, пусть всё идет, как идет, но в то же время нужно осознавать реальность такой, какая она есть. Некоторое напряжение необходимо: при чрезмерном напряжении или вовсе без усилий ничего не получится. Например, некоторое давление необходимо, чтобы просверлить отверстие в драгоценном камне, но слишком сильное давление его разрушит. Таков срединный путь.

Вирийа (усилие) – в том, чтобы просто наблюдать, понимая изменчивую природу вещей – возникновение и исчезновение, то есть практиковать, не реагируя. Освобождение достигается благодаря Дхамме, закону природы.

По мере того как вы практикуете, используя факторы сати, дхамма-вичайа и вирийа, загрязнения уходят, приходит и усиливается пиˉти – приятные ощущения в теле, состояние восторга и блаженства. Однако вы должны быть осторожными. Если разовьется привязанность к этому свободному потоку тонких вибраций во всем теле, если вы будете предвкушать это переживание и стремиться его удержать, то оно уже не бодджхан˙га. Если же сохраняется понимание аниччи, понимание того, что здесь всё еще сфера ума и материи, сфера возникновения и исчезновения, тогда загрязнения уходят, а пиˉти развивается и становится фактором просветления.

По мере того как вы наблюдаете приятные ощущения, которые, волна за волной, возникают и исчезают, наступает важная стадия, которая называется пассаддхи: глубокое состояние покоя и безмятежности. В нем даже самый тихий звук нарушает равновесие. Мешает даже собственное утонченное дыхание, меняющее направление у входа в ноздри. Ум становится умиротворенным, спокойным и безмятежным. И вновь вас подстерегает опасность: создается ложное впечатление, что эта глубокая умиротворенность, которую вы раньше никогда не испытывали, и есть освобождение. Как пиˉти, блаженство, становится оковами, если используется неправильно, так и пассаддхи тоже может стать оковами, ограничениями. Это только привал на пути: конечная цель еще далеко. Вы можете удостовериться, что шесть органов чувств продолжают функционировать: приоткройте глаза, прислушайтесь: вы всё еще в сфере возникновения и исчезновения. Вы еще не вышли за пределы сферы ум-материя.

На этой высокой стадии тонкие вибрации сохраняются, хотя уловить их трудно, и это ощущение называется адуккхамасукхам. Если состояние пиˉти ощущалось как приятное, то теперь, когда вы испытываете просто спокойствие и умиротворение, опасность состоит в том, что вы не переживаете аниччу. Освободиться от влечения к приятным ощущениям или отвращения к неприятным ощущениям гораздо легче, чем отрешиться от ощущения спокойствия и умиротворения. Будьте очень внимательны: сохраняйте остроту ума, почувствуйте едва уловимые вибрации, проверьте, работают ли органы чувств, и сохраняйте понимание того, что это переживание – тоже аничча.

Часто возникает вопрос о нейтральных ощущениях. Будда не имел в виду поверхностные ощущения, возникающие на начальной стадии, которые не являются ни приятными, ни неприятными. Он говорил вовсе не об этом. Наблюдая такие ощущения, люди испытывают скуку: это значит, что у них есть влечение и отвращение. Они теряют интерес и хотят чего-то еще, а поскольку переживание утрачивает новизну, они хотят испытать нечто большее, нечто новое – то, чего у них еще не было. Такова привычная модель поведения ума.

Люди из разных сект, разных общин, разных стран, у которых разные религиозные взгляды, верования и убеждения, – все они приходят к Ганге Випассаны, чтобы утолить жажду – освободиться от неведения и страдания. Даже если они воспринимают всю структуру ум-материя как возникающую и исчезающую, не имеющую сущности, это глубокое нейтральное ощущение, вследствие обусловленности людей, создает у них иллюзию вечности и потому может стать препятствием на пути. Тем, кто в силу традиции верит в бессмертие души, кажется, что пассаддхи и есть такое бессмертие. Другим, верящим в бессмертного создателя, существующего внутри нас, кажется, что это и есть неизменный создатель. Опасная иллюзия. Тщательно исследуйте пассаддхи – переживание спокойствия и умиротворения. Если вы осознаёте едва уловимые вибрации, возникающие и исчезающие, тогда это – бодджхан˙га, которая дает вам силу, чтобы двигаться дальше. Вы накапливаете опыт.

Следующий фактор просветления – самāдхи. Самāдхи – это сосредоточенность, погруженность. Различные виды самāдхи были известны еще до того, как Будда стал буддой, их практикуют и сейчас. Когда достигаются восемь джхāн, возникает опасность: у человека появляется ощущение, что цель уже достигнута. В действительности это только локийа самāдхи, которое приводит лишь к тому, что мы перемещаемся по кругу из одного плана бытия в другой – жизнь за жизнью. Саммā-самāдхи выводит нас из круговращения в разных планах бытия и полностью освобождает от оков рождения и смерти и разного рода страданий. Саммā-самāдхи практикуется с сампаджанней – осознаванием феномена ум-материя и пониманием его природы – возникновения и исчезновения. Ум сосредоточивается на реальности. Тогда самāдхи становится локуттара – за пределами всех уровней бытия. Одновременно с погружением в джхāну достигаются и плоды ниббāны. Практикуя самāдхи, медитирующий одну за другой достигает стадий: сотāпанна, сакадāгāми, анāгāми и арахант. Тогда самāдхи становится фактором просветления.

Упеккхā – равностность ума, является седьмым фактором просветления. Как и сати, она должна присутствовать на каждом этапе, от начала и до конца. С какими бы факторами вы ни работали, осознанность и равностность должны присутствовать всегда.

Чистому уму присущи все эти факторы. Загрязнения, когда их наблюдают, выходят на поверхность и искореняются; но эти факторы просветления, по мере того как их наблюдают, один за другим выходят на поверхность, развиваются, усиливаются и становятся совершенными. В данном разделе объясняется, как достичь конечной цели полного просветления.

сантам вā адджхаттам сатисамбодджхан˙гам ‘аттхи ме адджхаттам сатисамбодджхан˙го’ти паджāнāти, асантам вā адджхаттам сатисамбодджхан˙гам ‘наттхи ме адджхаттам сатисамбодджхан˙го’ ти паджāнāти.

Когда фактор просветления сати присутствует (сантам), медитирующий понимает (паджāнāти): «Аттхи ме адджхаттам» («Сейчас он присутствует во мне»). Когда его нет (асантам), медитирующий принимает и эту реальность: «Наттхи ме адджхаттам» («Теперь его во мне нет»).

…йатхā ча ануппаннасса сатисамбодджхан˙гасса уппāдо хоти танча паджāнāти, йатхā ча уппаннасса сатисамбодджхан˙гасса бхāванāйа пāрипуˉриˉ хоти танча паджāнāти.

Теперь все накопленные в прошлом факторы просветления сати вам помогают. Они выходят на поверхность (ануппаннасса уппāдо хоти), и медитирующий это понимает (танча паджāнāти). Они всё возникают и возникают, он их наблюдает на основе мудрости, и они множатся, пока не становятся совершенными – развитыми полностью (бхāванāйа пāрипуˉриˉ).

Сантам вā адджхаттам дхаммавичайасамбодджхан˙гам… бхāванāйа пāрипуˉриˉ хоти танча паджāнāти.

Точно так же и дхамма-вичайа – аналитическое исследование истины, оно просто присутствует или отсутствует, и человек это понимает. Прошлая дхамма-вичайа, ранее не поднимавшаяся на поверхность, каждый раз поднимается из глубин ума и наблюдается: эту способность развивают и доводят до совершенства, достигается конечная цель. Всё это человек понимает.

…виˉрийасамбодджхан˙гам… …пиˉтисамбодджхан˙гам… …пассаддхисамбодджхан˙гам… …самāдхисамбодджхан˙гам… Сантам вā адджхаттам упеккхāсамбодджхан˙гам… бхāванāйа пāрипуˉриˉ хоти танча паджāнāти.

Факторы просветления: виˉрийа (усилие), пиˉти (восторг, блаженство с приятными ощущениями в теле), пассаддхи (спокойствие), самāдхи (сосредоточенность) и упеккхā (равностность), наблюдают таким же образом с пониманием и развивают до совершенства.

Ити адджхаттам вā дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати…‘аттхи дхаммā’ти…на ча кинчи локе упāдийати.

Дхаммы наблюдают внутри, снаружи, а также одновременно и внутри, и снаружи; наблюдают их возникновение, исчезновение, затем одновременно и возникновение, и исчезновение. Практик медитации понимает: «Это – дхаммы», – и осознанность утверждается на основе понимания этой реальности. Нет больше стремления что-то удерживать, за что-то цепляться. Так практикуется дхаммāнупассанā.

Вопросы и ответы:

Вопрос: Правда ли, что направлять внимание – это для нас единственная возможность проявить свободу, а всё остальное управляется Дхаммой?

Ответ: Всё управляется Дхаммой. Направлять внимание – единственный способ себя освободить. Вы можете делать всё, что захотите, но если вы реагируете, Дхамма свяжет вас по рукам и ногам. Если же вы просто наблюдаете, Дхамма, вне всякого сомнения, вас освободит. Таков закон природы.

Вопрос: В чем разница между серьезным отношением к практике и влечением?

Ответ: Хороший вопрос. Если вы испытываете влечение к тому, чтобы работать серьезно, у вас развивается влечение к достижению результата или, по крайней мере, привязанность к тому, чтобы работать серьезно. Исследуйте себя: если вы заметили, что, когда вы относитесь к работе несерьезно, это вас угнетает, – тогда здесь есть влечение. Просто признайте тот факт, что вы работали несерьезно, и начните вновь – понимая, что работать надо серьезно. Тогда вы будете продвигаться вперед.

Вопрос: Действительно ли нейтральные ощущения появляются вследствие нейтральных реакций, и мы надеемся заменить их простым наблюдением?

Ответ: Нейтральные ощущения возникают вследствие неведения. Неведение уходит, когда вы их просто наблюдаете. Вы понимаете, что это меняющийся феномен. Когда вы замечаете, что уходит грубое, плотное, неприятное ощущение, – это поверхностное понимание аниччи, хотя, несомненно, оно весьма полезно. Более глубокое понимание основано на том, что вы осознаёте едва уловимые, глубинные вибрации – вы понимаете, что эти ощущения возникают и исчезают каждое мгновение.

Вопрос: Если во время медитации человек отвлекается и на какое-то время погружается в мысли о чувственных желаниях, прежде чем снова начать наблюдать, умножает ли он уже существующие сан˙кхāры, ухудшая свое положение, вместо того, чтобы очищать их?

Ответ: Раньше процесс преумножения шел непрерывно. Теперь несколько мгновений наблюдения превратятся сначала в несколько секунд, потом в несколько минут, а потом и в несколько часов, и это идет вам на пользу. Практикуя Випассану, вы понимаете, что всякий раз, погружаясь в поток чувственных желаний, вы продолжаете множить свои страдания, а чем больше вы их наблюдаете, тем быстрее от них освобождаетесь.

Вопрос: В учении Будды, вероятно, имеется в виду, что нужно просто скользить вниманием через все тело вместе с дыханием. Откуда же тогда появилась практика наблюдения «часть за частью» и действительно ли она так важна?

Ответ: Когда Будда говорит сабба-кāйа-патисамведиˉ ассасиссāмиˉ’ти сиккхати, здесь сиккхати означает «учится». В других местах используется паджāнāти – «понимает правильно». Вы должны учиться проходить вниманием всё тело за одно дыхание, и процесс обучения состоит в том, что вы наблюдаете его часть за частью. Наблюдая, вы позволяете всему твердому и плотному растворяться, пока не растворится всё тело, и тогда вы уже можете скользить, проходя его в целом. Затем вы снова проходите тело часть за частью, потому что, хотя и создается впечатление, что вы осознаёте всё тело, в нем могут еще оставаться малые неосознанные участки. Вы учитесь (сиккхати) тому, как достичь стадии бхан˙га-нāна.

Вопрос: В Сутте дается описание 4-х видов наблюдения и множества различных практик. Вы же учите только наблюдать дыхание и телесные ощущения. В тексте эти практики не классифицируются по степени важности. Почему бы также не обучать и другим практикам, таким как медитация при ходьбе или отслеживание мыслей и идей?

Ответ: Есть разные традиции. Разным людям Будда – полностью просветленный человек – давал разные объекты медитации для начальной практики, исходя из уровня их подготовки, способностей и склонностей. Однако по мере продвижения они должны были пройти те же самые стадии.

Наша живая традиция начинается с практики наблюдения дыхания, затем человек переходит к наблюдению ощущений, переживанию их возникновения и исчезновения. Осознавание дыхания и ощущений приведет вас к конечной цели. Не запрещается пробовать что-то другое. Но если вы идете по этому пути, если успешно практикуете эту технику и захотите лишь из любопытства попробовать что-то еще, вы просто потеряете время. Если вы уже чувствуете ощущения во всем теле, а теперь пытаетесь наблюдать процесс ходьбы – вот нога поднимается, вот она опускается, другая нога поднимается, опускается, но не чувствуете при этом ощущений, – ваша способность чувствовать ощущения на тонком уровне будет притупляться. И если вы снова вернетесь к этой технике, вы не сможете чувствовать ощущения на глубинном уровне. Разумеется, есть люди, у которых очень грубый, нечувствительный тип ума, которым трудно наблюдать тонкое дыхание. Возможно, им больше подошла бы медитация при ходьбе.

Трудно чувствовать и тонкое дыхание на небольшом участке. Если вы уже отчетливо ощущаете его, а затем попытаетесь, положив руку, почувствовать дыхание в области живота (это довольно грубая техника), вы будете двигаться назад. Будда учит вас двигаться от олāрико к сукхума – от грубого к тонкому. Если на каком-то этапе из глубины поднимается что-то грубое, тут ничего не поделаешь. Но вы не можете себе позволить просто из любопытства переключиться на работу с грубыми объектами, начать с азов другой техники, совершенно забыв о тонкой реальности, которую вы уже пережили. Если вам больше подходит другая техника, остановитесь на ней и работайте, чтобы достичь конечной цели: время дорого. Не тратьте напрасно свою бесценную жизнь, не бегайте туда-сюда.

Вопрос: «Я» не существует.

Ответ: Да, «я» не существует!

Вопрос: Тогда что же нуждается в просветлении?

Ответ: Неведение нуждается в просветлении, оковы, ограничения нуждаются в освобождении. Ничего больше.

Вопрос: Как бы вы определили сострадательный ум? Можем ли мы использовать сострадание наряду с осознанностью, работая с собственным страданием?

Ответ: Если в вашем уме есть сострадание, можете считать, что это сострадательный ум. Разумеется, будьте добры к себе, любите себя, имейте сострадание, в первую очередь, к самим себе. Всякий раз, когда вы порождаете сан˙кхāры влечения и отвращения по отношению к другому человеку, вы безжалостно навлекаете на себя несчастья. Ваш гнев не причинит вреда серьезному практику Випассаны, и неизвестно, причинит ли он вред другому человеку, но себе вы вредите: вы становитесь несчастными. Не делайте этого. Проявляйте к себе доброту и сострадание.

Вопрос: Правда ли, что именно в толковании веданы наше направление Випассаны больше всего отличается от других буддийских традиций? Как в других традициях определяется веданā, если не как физическое ощущение?

Ответ: Да. В других традициях веданā толкуется только как чувство, присутствующее в уме. Мы не осуждаем другие традиции, и это верно, что веданā является одной из четырех совокупностей, составляющих ума. Мы должны объяснять, а не просто переводить слова Будды, потому что некоторые из них ранее уже были разъяснены им самим. Например, сампаджанна объяснялась им как переживание возникновения и исчезновения ощущений. К тому же многие слова сегодня либо устарели, либо приобрели совершенно другое значение. Поэтому нам приходится обращаться к Типитаке для того, чтобы найти определения, данные самим Буддой. Будда объяснял, что сукха и дуккха веданā относятся к телу, а соманасса и доманасса – к уму. В главе Веданāнупассанā он использует слова сукха и дуккха веданā, а не соманасса и доманасса, и именно поэтому мы должны работать с ощущениями в теле.

* * *

Всё, что вы поняли на интеллектуальном уровне, и всё, что пережили на опыте, используйте с пользой для себя. Используйте Дхамму не только на курсе, но и в повседневной жизни. Реакции всегда полны негативности. Живите жизнью Дхаммы. Что бы ни происходило вокруг, наблюдайте реальность на уровне ощущений и сохраняйте невозмутимость. Тогда все ваши решения, все ваши действия будут благими – не реакциями, а позитивными действиями, несущими благо вам и другим людям.

Пусть все вы обретете способность жить такой жизнью, которая приносит благо и вам, и другим людям. Пусть все вы обретете лучшие плоды Дхаммы: мир, гармонию, счастье!

Пусть все существа будут счастливы!

ДЕНЬ 7

Закончился седьмой день курса Сатипаттхāны. Мы подходим к заключительной части Махā-сатипаттхāна-сутты.

Чату-сачча-паббам – Четыре благородные истины

дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати чатуˉсу арийасаччесу

Как практиковать дхаммāнупассанā, наблюдая Четыре благородные истины?

‘идам дуккхам’ти йатхāбхуˉтам паджāнāти, ‘айам дуккхасамудайо’ти йатхāбхуˉтам паджāнāти, ‘айам дуккханиродхо’ ти йатхāбхуˉтам паджāнāти, ‘айам дуккханиродхагāминиˉ патипадā’ти йатхāбхуˉтам паджāнāти.

«Это страдание». «Это возникновение страдания». «Это полное прекращение страдания». «Это путь, который ведет к полному прекращению страдания». Каждая истина понимается йатхā-бхуˉтам – так, как есть.

Паджāнāти означает «понимать на основе мудрости». Йатхā-бхуˉтам (так, как есть; так, как происходит) означает «прямое переживание и понимание», как учил Будда в своей первой проповеди. Уже был известен факт, что страдание возникает вследствие влечения. Не было новым и то, что влечение должно быть искоренено. Все люди страдают, но сам по себе этот факт не делает никого благородным человеком. Открытие Будды было в том, как его превратить в арийа сачча - благородную истину,  чтобы тот, кто познал ее на собственном опыте, стал благородным человеком и, получив, по крайней мере, первое переживание ниббāны, достиг первой стадии освобождения.

В каждой из Четырех благородных истин должны быть три части, три составляющие (так что всего их двенадцать). Первая часть Первой благородной истины: «Это страдание, дуккха», – понятна всем. Вторая часть, париннеййа, означает, что человек должен постичь страдание во всей полноте – все его аспекты, всю его сферу. То же слово париджāнāти ранее использовалось, когда мы говорили о полном осознавании веданы на уровне сампаджанни. Париджāнāти достигается, когда человек выходит за пределы веданы. В противном случае какая-то часть веданы всё еще может оставаться неисследованной. Точно так же нужно исследовать и всю сферу дуккхи, дойти до ее предела. И тогда приходит черед третьей части, париннāта, выход за пределы: «Дуккха полностью исследована». Значит, мы ее превосходим: это арийа сачча. Требование исследовать всю сферу может считаться выполненным лишь в том случае, если мы выходим за ее пределы.

На поверхностном уровне существуют Четыре благородные истины, но по мере того как вы идете глубже, все они сливаются в одну, как и четыре сатипаттхāны.

Дуккха самудайа, возникновение страдания или его причина, то есть влечение, – это Вторая благородная истина. От учений будд прошлого сохранилось лишь интеллектуальное понимание и поверхностное принятие этого основного принципа. Однако вторая его часть – это пахāтаббам: влечение должно быть полностью искоренено. И затем идет третья часть, пахиˉнам: влечение искоренено, достигнута стадия полного освобождения. Вклад Будды состоял в том, что он восстановил этот давно утраченный глубинный аспект.

Точно так же Третья благородная истина – дуккха ниродха, прекращение страдания. Недостаточно принять ее лишь из преданности или на основе логических рассуждений. Вторая ее часть – саччхикāтаббам: прекращение страдания должно подтверждаться опытом. А третья часть – саччхикатам: оно подтверждено опытом, и тогда эта истина становится полной, совершенной.

Четвертая благородная истина – магга, путь; она также лишена смысла, если принимается лишь на уровне интеллекта. Вторая ее часть – бхāветаббам: путь нужно практиковать постоянно до тех пор, пока эта истина не станет полной, совершенной – бхāвитам. Только пройдя весь Путь, в совершенстве постигнув все Четыре благородные истины, во всех трех аспектах, Готама стал буддой.

Поначалу пять его друзей – им первым Будда хотел объяснить Дхамму – даже не захотели его слушать. Они были убеждены, что без суровой практики самоистязания достичь освобождения невозможно. Но Будда уже пробовал это. Он морил себя голодом, пока не превратился в живой скелет, он был так слаб, что не мог сделать даже пару шагов. Но раньше он практиковал восемь джхāн и поэтому видел, что глубокие загрязнения у него всё еще остались. Практика истязания тела оказалась бесполезной, поэтому он ее прекратил и начал принимать пищу.

Чтобы убедить своих друзей, он сказал, что непосредственно пережил Четыре благородные истины – такими, какие они есть, йатхā-бхуˉтам паджāнāти, что мудрость его основана на опыте, а не на интеллекте или преданности. Только тогда они согласились его выслушать.

Дуккха-саччам – Истина о страдании

дуккхам арийа-саччам

Далее излагается Благородная истина о страдании – от самого грубого до самого тонкого ее уровня.

Джāти пи дуккхā, джарā пи дуккхā, (бйāдхи пи дуккхā,) маранам пи дуккхам, сокапаридевадуккхадоманассупāйāсā пи дуккхā, аппийехи сампайого пи дуккхо, пийехи виппайого пи дуккхо, йампиччхам на лабхати там пи дуккхам, сан˙кхиттена панчупāдāнаккхандхā дуккхā.

Каждое проявление дуккхи объясняется с помощью синонимов. Джāти – это рождение на каком-либо плане бытия. Джарā – старость, дряхлость, ослабление способности чувствовать. Бйāдхи – болезнь или слабость. Маранам – смерть на любом из уровней бытия, распад совокупностей. Сока – печаль, ментальное страдание, горе от утраты чего-то очень дорого, и паридева – вызванные эти горем слезы, рыдания. Дуккха – физическая боль, неприятные телесные ощущения. Доманасса – неприятные состояния ума. Упāйāса – ментальное страдание, скорбь вследствие утраты или несчастья. Всё это дуккха.

Здесь и в других объяснениях термин дуккха используется для обозначения неприятных или болезненных телесных ощущений, а доманасса (от слова мана, ум) – неприятных состояний ума. Это могут быть мысли, воспоминания, страхи. Точно так же термин сукха используется для обозначения приятных телесных ощущений, а соманасса – для приятных состояний ума. В главе веданāнупассанā используются термины дуккха и сукха веданā, и потому в этой традиции особое значение придается именно телесным ощущениям, которые выбираются в качестве объекта медитации.

На более тонком уровне аппийехи сампайого – это соединение с чем-либо неприятным: это может быть руˉпа – образ, цвет или свет; садда – звук; гандха – запах; раса – вкус; пхоттхабба – прикосновение; дхамма – мысль. Пийехи виппайого – разделение с приятным, например, разлука с теми, кто нам дорог, с друзьями и семьей.

Еще более тонкий уровень – иччхам на лабхати, неполучение желаемого. Например, если кто-то хочет вырваться из круговорота перерождений, но не достигает этой стадии, это на паттаббам – неисполнение желания. Это страдание. Подобным же образом, если появляется желание освободиться от старости, болезней, смерти, всякого рода ментальных страданий и физической боли, но это желание не исполняется, то возникает страдание.

Сан˙кхиттена – вкратце, на еще более глубоком уровне: панч-упāдāна-ккхандха. Упāдāна – привязанность к панча кхандхам, пяти совокупностям: руˉпа (материя), веданā (ощущение), саннā (распознавание), сан˙кхāра (реакция) и виннāна (сознавание) – есть страдание.

Принятие Первой благородной истины на уровне логики или из преданности не поможет: она должна быть пережита на опыте (йатхāбхуˉтам паджāнāти) и до самого конца. Это достигается путем практики шиˉлы и самāдхи. Сосредоточив ум, вы наблюдаете тонкую реальность, наблюдаете, как работают пять кхандх и шесть органов чувств. Таков процесс Благородного восьмеричного пути.

Испытываемые поначалу грубые, сильные, болезненные ощущения – это, несомненно, дуккха. Однако их нужно наблюдать с невозмутимостью, потому что реагирование будет лишь преумножать страдание. Если вы сохраняете невозмутимость, то ощущения рассыпаются, расщепляются, распадаются на части и растворяются, и даже если боль еще остается, глубоко внутри наряду с ней ощущаются едва уловимые вибрации. Размываемая этими волнами боль уже не воспринимается как страдание. И когда она уходит, остается лишь поток очень тонких вибраций, что способствует появлению пиˉти. Это всё еще сфера дуккхи, здесь нет истинного счастья, поскольку это аничча – возникновение и исчезновение. Первое переживание бхан˙ги очень важно для того, чтобы просто постичь истину, суть которой состоит в том, что вся материальная структура есть не что иное, как субатомные частицы. Однако не надо рассматривать эту стадию как освобождение от страдания, сфера дуккхи еще не пройдена до конца. Снова вернутся неприятные ощущения: это произойдет отчасти из-за того, что будут выходить на поверхность прошлые глубокие сан˙кхāры, отчасти из-за неудобной позы, болезни и еще каких-то причин. Любое приятное переживание, вследствии его непостоянства, содержит дуккху – такова его изменчивая природа.

На следующей стадии – пассаддхи, спокойствия, нет ничего неприятного и, казалось бы, нет и дуккхи, однако всё еще остается самудайа-вайа. Но тем не менее саббе сан˙кхāрā аниччā – всё созданное, всё составное рано или поздно неизбежно разрушится. Тяжелые переживания еще вернутся, потому что пассаддхи – это преходящее переживание, оно всё еще в сфере ума и материи. Сфера дуккхи пройдена еще не полностью. Можно будет сказать, что она полностью исследована, только тогда, когда достигнута стадия за ее пределами, где ничто не возникает, ничто не создается.

Итак, понимание дуккхи на грубом, поверхностном уровне нельзя назвать Благородной истиной. Париджāнāти (полное понимание) означает исследование всей сферы дуккхи на основе прямого переживания. И лишь когда достигается париннāтам (окончательное понимание), тогда оно действительно становится Благородной истиной.

Самудайа-саччам – Истина о возникновении страдания

дуккхасамудайам арийасаччам

Вторая благородная истина – истина о возникновении страдания.

Йāйам танхā поноббхавикā нандиˉрāгасахагатā татрататрāбхинандиниˉ, сеййатхидам, кāматанхā бхаватанхā вибхаватанхā.

Это танхā, влечение: поноббхавикā – приводящее к новым рождениям, нандиˉ-рāга-сахагатā – связанное с желанием получать удовольствие, татра-татрāбхинандиниˉ – получать удовольствие повсюду; сеййатхидам – а именно:

Кāма-танхā – чувственное желание. Любое, даже слабое желание быстро перерастает во влечение; преобладающим является сексуальное желание.

Бхава-танхā – желание жить, даже несмотря на то, что тело, как и вся Вселенная, постоянно разрушается. Вследствие эго, а также влечения к процессу становления, кажутся привлекательными философские взгляды, проповедующие бессмертие.

Вибхава-танхā – противоположна бхава-танха и имеет две разновидности. Первая – это желание, чтобы цикл рождения и смерти прервался, однако имея неуравновешенный ум вследствие такого влечения, данной стадии достичь невозможно. Вторая – отказ признать, что страдание продолжается и после смерти, пока остаются сан˙кхāры. Причина его – боязнь последствий пагубных действий, совершенных в этой жизни. Отсюда неуравновешенный ум, влечение и цепляние за философию, по которой жизнь дается только один раз.

Вследствие этих трех видов влечения, танхā, и возникает дуккха.

Но где же возникает это влечение, танхā, и где оно пребывает?

Йам локе пийаруˉпам сāтаруˉпам еттхесā танхā уппадджамāнā уппадджати, еттха нивисамāнā нивисати.

Влечение возникает (уппадджати) и пребывает, укореняется (нивисати) в локе везде, где есть удовольствие (локе пийа-рупам сата-рупам). Слова пийа и сāта означают «приятный», «доставляющий удовольствие». Одно из значений термина лока – «мир», «план бытия», однако здесь он означает «в пределах тела».

Есть такая история. Однажды мимо монастыря, у ворот которого сидел Будда, проходил дэва по имени Рохита, напевая: Чараивети, чараивети – «Иди, продолжай идти». Отвечая на вопрос Будды, Рохита сказал, что таким образом хочет исследовать всю сферу локи, чтобы затем выйти за ее пределы. Будда улыбнулся и объяснил ему, что вся Вселенная, причина ее возникновения и прекращения, а также путь, ведущий к ее прекращению, находятся в пределах тела.

Буквально значение слова лока: лунджати палунджатиˉти локо – лока постоянно пребывает в процессе разрушения. Она возникает и исчезает. Она представляет собой всю сферу ума и материи, которая понимается в пределах тела. Всякий раз, когда вы сажаете семя какого-либо плана бытия, вы его переживаете. Очень неприятная сан˙кхāра ведет к тому, что вы переживаете лишь адский огонь внутри – сейчас и тогда, когда плод созреет. Сажая семя небесного плана, вы испытываете радость, сажая семя брāхманического плана, вы чувствуете покой – и сейчас, и в будущем. Стадия ниббāны, где ничто не возникает и ничто не исчезает – также переживается в пределах тела.

Следовательно, влечение возникает тогда, когда вы ощущаете что-то приятное в пределах тела. Теперь подробно говорится о том, где возникает влечение.

Чаккху локе пийаруˉпам сāтаруˉпам, еттхесā танхā уппадджамāнā уппадджати, еттха нивисамāнā нивисати… Сотам… Гхāнам… Дживхā… Кāйо… Мано локе пийаруˉпам сāтаруˉпам, еттхесā танхā уппадджамāнā уппадджати, еттха нивисамāнā нивисати.

Влечение возникает и остается на уровне чаккху – органа зрения, – когда человек видит что-то приятное, доставляющее удовольствие. То же самое происходит, когда человек что-то ощущает на уровне органа слуха, обоняния и вкуса, на уровне тела и ума.

Руˉпа… Саддā… Гандхā… Расā… Пхоттхаббā… Дхаммā… нивисати.

Везде, где ощущается удовольствие от соответствующих им объектов: формы, звука, запаха, вкуса, прикосновения или мысли – влечение возникает и там остается.

Чаккху-виннāнам… Сота-виннāнам… Гхāна-виннāнам… Дживхā-виннāнам… Кāйа-виннāнам… Мано-виннāнам… нивисати.

Влечение возникает в любой из шести виннāн, относящейся к органам чувств. Для общего описания ума вполне достаточно четырех составляющих в целом: виннāны, санни, веданы и сан˙кхāры. Но на более глубоком уровне изучения Випассаны их разделяют по органам чувств. Однако если эта стадия не достигнута, то начинается философствование, потому что несмотря на переживание возникновения и исчезновения кажется, что наблюдатель, которым является виннāна, вечен и не подвержен разделению или рассечению. Его рассматривают в качестве бессмертной души – дже виннāйа те āйа йе āйа те виннāйа (виннāна и есть душа, душа и есть виннāна). Однако на более глубоком уровне она разделяется: виннāна зрения не может слышать, виннāна слуха не может видеть, любая виннāна или сразу все эти виннāны могут остановиться, и когда виннāна ума также останавливается – наступает ниббāна.

Будда дает более подробное объяснение:

Чаккху-сампхассо… Чаккху-сампхассаджā веданā… Руˉпа-саннā… Руˉпа-санчетанā… Руˉпа-танхā… Руˉпа-витакко… Руˉпа-вичāро… нивисати.

Вследствие контакта (сампхассо) с любым из органов чувств возникает влечение, и это влечение там остается. Вследствие этого контакта также возникает ощущение (сампхассаджā веданā), и вновь влечение к нему возникает и остается. Затем идет оценивание, восприятие (саннā) объекта любого из органов чувств, по отношению к нему возникает влечение, и оно остается. Санчетанā (реакция ума) на объект является синонимом сан˙кхāры: и вновь здесь возникает влечение, и оно остается. Далее идет влечение (танхā), оно возникает и остается уже по отношению к объектам органов чувств. Затем – начальное приложение мысли к объекту (витакко). И наконец, вращение в этой мысли (вичāро). В каждом случае весь этот процесс происходит на уровне каждого из шести органов чувств.

Вторая благородная истина называется дуккха-самудайа. Для общего понимания можно сказать, что танхā есть причина страдания. Однако самудайа означает «возникновение», потому что страдание возникает одновременно с влечением, без какой-либо паузы.

Ниродха-саччам – Истина о прекращении страдания

дуккханиродхам арийасаччам

Третья благородная истина – это полное искоренение влечения, так что оно больше никогда не возникает. «Это полное угасание и исчезновение данного влечения, изживание его, избавление и освобождение от него, полный отказ от него».

Йо тассāйева танхāйа асесавирāганиродхо чāго патиниссагго мутти анāлайо.

Где же это происходит?

Йам локе пийаруˉпам сāтаруˉпам, еттхесā танхā пахиˉйамāнā пахиˉйати, еттха нирудджхамāнā нирудджхати.

Везде, где танхā (влечение) возникает и пребывает в локе, то есть в сфере ума и материи, там оно должно быть искоренено (пахиˉйамāнā пахиˉйати) и изжито (нирудджхамāнā нирудджхати). Оно должно быть проработано и полностью искоренено на уровне шести органов чувств: зрения, слуха, обоняния, вкуса, осязания и ума. И снова дается более подробное описание:

Чаккху… Сотам… Гхāнам… Дживхā… Кāйо… Мано локе пийаруˉпам сāтаруˉпам, еттхесā танхā пахиˉйамāнā пахиˉйати, еттха нирудджхамāнā нирудджхати.

Руˉпа… Саддā… Гандхā… Расā… Пхоттхаббā… Дхаммā… нирудджхати.

Чаккху-виннāнам… Чаккху-сампхассо… Чаккху-сампхассаджā веданā… Руˉпа-саннā… Руˉпа-санчетанā… Руˉпа-танхā… Руˉпа-витакко… Руˉпа-вичāро… нирудджхати.

Прекращение должно быть полным, на уровне шести органов чувств и соответствующих им объектов. И снова шесть виннāн (сознаваний) предшествуют как контакту, так и возникающему вследствие него ощущению. Затем следуют шесть видов санни, которые оценивают ощущение. Вслед за ними шесть видов санчетан (волевых действий), которые также можно назвать сан˙кхāрами. Далее следует танхā (влечение). Витакко – это зарождение мысли вследствие реакции на контакт объекта с органами чувств, пробуждение воспоминаний или мыслей о будущем в связи с этим контактом. За витаккой следует вичāро – непрерывный процесс мышления, связанный с этим объектом.

Такова Благородная истина о прекращении страдания. Провести на этом курсе подробный, детальный анализ на уровне опыта совершенно невозможно, но в Сутте учение излагается полностью. Ведь среди слушавших Сутту могли быть практики медитации, работающие на третьей или четвертой стадиях ниббāны – анāгāмиˉ или араханты. На этих высоких стадиях выделяется и раскрывается каждая деталь. Вы осознаёте каждое возникающее ощущение, даже едва заметное, понимаете, как оно соотносится с теми или иными органами чувств и их объектами. Теперь вы понимаете, как оно возникает в связи с санней и санчетаной (сан˙кхāрой); вы понимаете, как оно прекращается по той или иной причине. На столь высокой стадии все может быть разделено и рассечено на мельчайшие детали. Однако сейчас (и даже на стадии сотāпанна) осознаваемая реальность, хотя и глубока, но не настолько; поэтому вполне достаточно, наряду с пониманием аниччи, осознавать, возникает ли влечение или отвращение вследствие того или иного ощущения.

Магга-саччам – Истина о пути

Дуккха-ниродха-гāминиˉ патипадā арийасаччам

Четвертая благородная истина дает путь, ведущий к искоренению страдания.

арийо аттхан˙гико магго, сеййатхидам, саммāдиттхи, саммāсан˙каппо, саммāвāчā, саммāкамманто, саммā-āджиˉво, саммāвāйāмо, саммāсати, саммāсамāдхи.

Это Восьмеричный путь. И далее объясняется каждая из его частей.

Правильное понимание (саммā-диттхи):

дуккхе нāнам, дуккха-самудайе нāнам, дуккха-ниродхе нāнам, дуккха-ниродха-гāминийā патипадāйа нāнам.

Это мудрость, основанная на опыте: понимание страдания, его возникновения, его прекращения и мудрость пути: йатхā-бхуˉтам паджāнāти, правильное понимание реальности – такой, какая она есть.

Правильное мышление (саммā-сан˙каппо):

Неккхамма-сан˙каппо, абйāпāда-сан˙каппо, авихимсā-сан˙каппо.

Это мысли, свободные от привязанности, свободные от гнева и насилия.

Правильная речь (саммā-вāчā):

мусāвāдā вераманиˉ, писунāйа вāчāйа вераманиˉ, пхарусāйа вāчāйа вераманиˉ, сампхаппалāпā вераманиˉ.

В вашей речи нет лжи и притворства, она никому не причиняет боль. В ней нет злословия и клеветы. И вновь постарайтесь понять, что она должна быть йатхā-бхуˉтам паджāнāти. Это должно происходить в реальности. Вы должны это пережить на своем опыте, наряду с пониманием того, что в вашей жизни больше нет места лжи, притворству, оскорблениям, злословию и клевете. Если вы не практикуете правильную речь, если вы ее не применяете, если она не стала частью вашей жизни, тогда это не саммā, а всего лишь миччхā – эмоциональная или интеллектуальная игра. А она должна стать йатхā-бхуˉта.

Правильное действие (саммā-камманто):

пāнāтипāтā вераманиˉ, адиннāдāнā вераманиˉ, кāмесумиччхāчāрā вераманиˉ.

Это отказ, воздержание (вераманиˉ) на физическом уровне – от убийства (пāнāтипāтā), воровства (адиннāдāнā) и сексуальной невоздержанности (кāмесу-миччхāчāрā). Вы должны пережить его на опыте, сделать частью вашей жизни. Только если вы живете жизнью, в которой нет места убийству, воровству и сексуальной невоздержанности, тогда вы паджāнāти – переживаете это в реальности.

Правильные средства к существованию (саммā-āджиˉво):

арийасāвако миччхā-āджиˉвам пахāйа саммā-āджиˉвена джиˉвитам каппети.

Это отказ (пахāйа) от неправедных, сомнительных (миччхā) видов заработка. И вновь то же самое условие: честные способы заработка должны стать частью вашей жизни.

Правильное усилие (саммā-вāйāмо) состоит из четырех частей:

ануппаннāнам пāпакāнам акусалāнам дхаммāнам ануппāдāйа… уппаннāнам пāпакāнам акусалāнам дхаммāнам пахāнāйа…

ануппаннāнам кусалāнам дхаммāнам уппāдāйа… уппаннāнам кусалāнам дхаммāнам тхитийā асаммосāйа

бхиййобхāвāйа вепуллāйа бхāванāйа пāрипуˉрийā…

…чхандам джанети вāйамати виˉрийам āрабхати читтам пагганхāти падахати.

Это значит воздерживаться от имеющих пагубные последствия загрязнений (пāпакāнам акусалāнам дхаммāнам) еще до того, как они возникли (ануппаннāнам), и освобождаться от уппаннāнам (уже возникших) загрязнений. Это значит пробуждать еще не проявившуюся добродетель, благие состояния ума (кусалāнам дхаммāнам), а проявившуюся добродетель сохранять и преумножать, не давать ей угаснуть. Пока она не проявится в полной мере и не станет совершенной (бхāванāйа пāрипуˉрийā).

И в каждом случае практик медитации «делает большое усилие (чхандам джанети вāйамати), пробуждает энергию (виˉрийам āрабхати), прикладывает ум (читтам пагганхāти) и старается изо всех сил (падахати)».

Правильное осознавание (саммā-сати):

кайе кāйāнупассиˉ вихарати… веданāсу веданāнупассиˉ вихарати… читте читтāнупассиˉ вихарати… дхаммесу дхаммāну-пассиˉ вихарати āтāпиˉ сампаджāно сатимā, винеййа локе абхидджхāдоманассам.

Везде, где Будда говорит о сати, он повторяет описание четырех сатипаттхāн. Это значит, что всегда должна присутствовать сампаджанна, то есть переживание возникновения и исчезновения ощущений. В противном случае то, что вы практикуете, это не саммā-сати, а обычная осознанность цирковой гимнастки.

Правильное сосредоточение (саммā-самāдхи) – это практика четырех джхāн.

вивиччева кāмехи вивичча акусалехи дхаммехи савитаккам савичāрам вивекаджам пиˉтисукхам…

витаккавичāрāнам вуˉпасамā адджхаттам сампасāданам четасо екодибхāвам авитаккам авичāрам самāдхиджам пиˉтисукхам…

пиˉтийā ча вирāгā упеккхако ча вихарати сато ча сампаджāно сукханча кāйена патисамведети йам там арийā āчиккханти ‘упеккхако сатимā сукхавихāриˉ’ти…

сукхасса ча пахāнā дуккхасса ча пахāнā пуббева соманассадоманассāнам аттхан˙гамā адуккхамасукхам упеккхāсатипāрисуддхим…

В первой джхāне медитирующий отрешается от чувственных желаний (кāмехи) и загрязнений ума. Это сосредоточенность са-витаккам са-вичāрам: с вниманием к объекту медитации и постоянным осознаванием объекта. Здесь есть непривязанность (вивекаджам) и пиˉти-сукхам – радостное состояние ума вместе с приятным ощущением в теле. Ум сосредоточен. Во второй джхāне – витаккавичāрāнам вуˉпасамā: объект медитации уходит, остается радостное состояние ума и приятное ощущение в теле. В третьей джхāне исчезает радостное состояние ума (пиˉти), остается лишь сукха – приятное ощущение в теле как результат сосредоточенности ума. Но теперь добавляется сампаджанна – реальность возникновения и исчезновения.

Постарайтесь понять, что джхāны были известны в Индии еще до того, как Будда стал буддой. Он достиг седьмой и восьмой джхāны под руководством двух своих учителей. Но здесь изучают лишь первые четыре джхāны. Причина в том, что в тех джхāнах, которые он изучал раньше, отсутствовало понятие сампаджанни. В результате можно было искоренить лишь неглубокие загрязнения, лежащие на поверхности. Без сампаджанни невозможно проникнуть вглубь и удалить глубоко укоренившиеся ментальные загрязнения. Эти загрязнения оставались, вследствие чего череда перерождений продолжалась. Теперь же, когда практикуют четыре джхāны, на уровне третьей джхāны наблюдают возникновение и исчезновение. Здесь присутствует сампаджанна.

В четвертой джхāне нет больше сукхи и дуккхи. Исчезают также соманасса и доманасса. Нет ни приятных, ни неприятных ощущений в уме. Есть только спокойствие, адуккхам-асукхам, есть только равностность, осознанность и полное очищение – упеккхā-сати-пāрисуддхим. Термин сампаджāно теперь уже не используется, потому что это стадия ниббāны. Четвертая джхāна приходит вместе с четвертой стадией ниббāны, стадией араханта. Вкладом Будды в практику медитации того времени была сампаджанна – средство, с помощью которого можно выйти за пределы всей сферы ум-материя.

Это и есть Четвертая благородная истина

Ити адджхаттам вā дхаммесу дхаммāнупассиˉ вихарати…‘аттхи дхамма’ ти…на ча кинчи локе упāдийати.

И вновь повторяется описание тех же самых этапов: осознанность утверждается на основе понимания, что нет ничего, кроме дхаммы, и теперь не за что больше цепляться.

Всё, что здесь объясняется, должно быть понято и пережито на опыте. Мы можем об этом читать, но понимание смысла слов Будды приходит только с практикой на глубоком уровне. А на стадии араханта всё становится ясно благодаря переживанию и личному опыту.