Задача 2:

Возвращаясь с празднования дня рождения Петровой, студенты физкультурного института Кораблев и Вавин поспорили на 5 тыс. руб. на то, что даже в уставшем состоянии Вавин сможет под­тянуться на турнике 30 раз.

Вавин в присутствии пяти свидетелей выиграл спор, подтянув­шись 30 раз.

На следующее утро Вавин потребовал от Кораблева 5 тыс. руб., выигранных вчера вечером.

Кораблев платить отказался и заявил, что успел проконсультиро­ваться со своим приятелем-юристом, который сказал, что Вавин и Кораблев, по сути, заключили договор пари. Требования, возникшие из договора пари, не подлежат судебной защите в силу прямого указа­ния закона (ст. 1062 ГК РФ).

Настаивая на уплате 5 тыс. руб., Вавин сослался на мнение сту- дента-юриста Гричишкина, который полагал, что по смыслу ст. 1062 ГК РФ закон отказывает в судебной защите только требований, воз­никших из азартных игр и пари, основанных исключительно на рис­ке. В данном случае исход пари, заключенного Кораблевым и Вавиным, зависел не от случая, а от способностей и физической подго­товки Вавина. Мотивом заключения сделки был не азарт, а желание разрешить спор относительно физической подготовки Вавина.

Задача 3:

ЗАО «Миф» (страхователь) обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с ООО «Утес» (страховщик) страховой вы­платы в связи с кражей автомобиля с застрахованным грузом.

Право требования страховой выплаты было передано истцу стра­хователем - индивидуальным предпринимателем Вольским по дого­вору о переуступке прав требования (цессии).

При рассмотрении спора были установлены следующие обстоя­тельства.

Индивидуальным предпринимателем Вольским и ООО «Утес» был заключен генеральный договор транспортного страхования грузов, на основании которого страхователь представил страховщику два пись­менных заявления о намерении заключить договор страхования, со­держащих неполные сведения о перевозимом грузе: запасные части к автомобилям ВАЗ согласно накладным (упаковка стандартная; пере­возка осуществляется с участием экспедитора в течение 10 дней).

Страховщиком были выданы страховые полисы на страхование грузов: запасных частей к автомобилям ВАЗ, доставляемых авто­транспортом из города Тольятти в Москву, в которых содержалось дополнительное условие о предоставлении страхового покрытия на время стоянки лишь при наличии охраняемой стоянки.

Во время стоянки автомобиль с грузом был похищен, что подтвер­ждалось постановлением следственных органов.

Данное обстоятельство предприниматель Вольский (страхователь) расценил как наступление страхового случая и передал право требо­вания страховой выплаты ЗАО «Миф».

В обоснование отказа в удовлетворении требования о выплате страхового возмещения ООО «Утес» привело следующие доводы.

Во-первых, согласно полисам страховщик принимает на страхова­ние груз на основании Правил страхования грузов, оформляемое до­говором страхования грузов, заключаемого на основании письмен­ного заявления страхователя, с обязательным указанием всех необхо­димых данных о перевозимом грузе.

Однако в заявлении страхователя отсутствует требуемая полнота характеристики груза, а в полисах также не имелось сведений о номе­ре и дате перевозочного документа, тем самым не подтверждено, что застрахована именно спорная партия груза.

Во-вторых, страховые полисы содержали условие о наличии стра­хового покрытия только при обеспечении охраняемой стоянки.

Между тем, это условие было нарушено водителем и экспедито­ром, так как автомашины были оставлены без охраны более чем на один час, что подтверждается материалами уголовного дела.

В-третьих, уступка прав требования при страховании груза грузо­отправителем противоречит законодательству, так как только грузо­отправитель вправе предъявить требование перевозчику вследствие утраты груза.

На основании ст. 387 ГК РФ к страховщику должны перейти все права требования к перевозчику, которые имел страхователь как гру­зоотправитель в порядке суброгации.

В то же время договор между Вольским и ЗАО «Миф» содержит только переуступку права требования к страховщику о выплате стра­хового возмещения.

Никаких прав требования к перевозчику у ЗАО «Миф» нет.

Следовательно, в данном случае суброгация страховщику прав гру­зоотправителя к перевозчику, ответственному за наступление страхо­вого случая, не может иметь место.

Задача 4:

Глава крестьянского хозяйства Таранов получил в банке «Агропром» кредит на приобретение сельскохозяйственной техники сроком на шесть лет.

Через год Таранов умер.

Банк обратился к наследникам Таранова — другим членам кресть­янского хозяйства с требованием о возврате кредита.

Наследники Таранова полагали, что кредит был взят для нужд всего крестьянского хозяйства, а потому оснований для его досроч­ного возврата не имеется.

Задача 5:

Директор ООО «Бублик» Леханов обратился в арбитраж­ный суд с иском о взыскании с банка «Форум» 650 тыс. руб. за не­обоснованную выплату суммы покрытия по аккредитиву.

Как заявил в суде представитель истца, договор поставки, заклю­ченный между истцом (приказодателем) и бенефициаром, был под­писан в спешке, а потому не содержал всех существенных условий договора поставки. В частности, в договоре не были указаны наиме­нование и количество поставляемого товара, которые стороны наме­ревались согласовать в будущем путем подписания дополнительного соглашения. Однако этого не произошло, значит, договор не может считаться заключенным. Следовательно, банк не мог осуществить раскрытие аккредитива, так как из условий аккредитива явствовало, что выплата могла быть произведена банком по предъявлении в том числе и договора поставки, заключенного в соответствии с законода­тельством. Кроме того, документы, направленные истцом в банк, не свидетельство ваш о том, что бенефициар исполнил договорные обя­зательства. При таких обстоятельствах банк должен был сознавать, что выплата бенефициару не обоснована.

Представители банка возражали против иска, утверждая, что при решении вопроса о выплате по аккредитиву банк не обязан проверять соответствие договора, заключенного плательщиком с бенефициа­ром, условиям аккредитива.