Как гибли лайнеры

Изменение характера войны первыми почувствовали все-таки военные моряки. Строки устава Королевского Флота, написанные еще в 1653 году, гласящие, что "если корабль поврежден настолько, что ему грозит опасность быть уничтоженным или взятым в плен, ближайший к нему наименее занятый противником корабль должен оказать немедленную посильную помощь и содействие", пришлось забыть. Их сменила сухая и жестокая рекомендация: "Это наставление является развитием принципа, отныне являющегося статьей боевого устава, по которому поврежденные в эскадренном бою корабли отныне предоставляются собственной участи".

Но вскоре и простым людям, очень далеким от военных дел, пришлось на собственном трагическом опыте убедиться, что новый век принес новую войну. Рассказ о действиях германских подводных лодок Первой Мировой войне будет неполным, если не рассказать о нескольких беспримерных по жестокости и бессмысленности атаках пассажирских лайнеров. Приходится признать, что, по крайней мере в те годы, у немцев как нации явно было что-то не в порядке с мозгами. "Гуннские зверства", которые спустя пару десятков лет плавно превратились в "фашистские зверства", отнюдь не пропагандистская выдумка.

Дикое разрушение мирных городов, массовые расстрелы заложников, уничтожение культурных ценностей, садистское потопление пассажирских кораблей – вот неполный перечень деяний нации, претендовавшей и претендующей на звание "культуртрегера". И события последних лет лишь подтверждают, что немцы произошли от других; обезьян, чем все остальное человечество. Если Люфтваффе второй раз появляются на Балканах, где никогда не сотрутся в памяти людей опустошительные бомбардировки Белграда весной 1941 года, можно лишь восхититься меткости фразы насчет "отсутствия такта и здравого смысла, присущих лишь этой нации". Вильгельм II имел все основания провозгласить себя наследником древних германцев, огнем и кровью писавших свою историю.

На основании последующего беспристрастного анализа можно твердо заявить: все утверждения германских подводнике", будто они "не видели", "не знали", "думали" и "предполагали", есть не что иное, как гнусная преднамеренная ложь. Все эти шнейдеры, швигеры, валентинеры и прочие – не кто иные, как трусливые убийцы, пытающиеся задним числом оправдать свои кровавые преступления.

Уже 26 октября 1914 года подводная лодка U-24 капитан-лейтенанта Шнейдера в ЛаМанше хладнокровно торпедировала французский пароход "Амираль Гантом", на борту которого находились около 2000 бельгийских беженцев, в том числе женщины и дети.

Пароход был серьезно поврежден, но его удалось отбуксировать в Булонь, хотя 40 человек все-таки погибли. Но самые кровавые подвиги немецких подводников были еще впереди.

Германское командование собиралось развязать беспощадную истребительную войну против торгового судоходства, и оно это сделало. Но если уничтожение пароходов с грузом, который сами англичане объявили военной контрабандой, вполне естественно и законно, то охоту за пассажирскими судами оправдать нельзя. Она прекрасно вписывается в развязанную немцами кампанию устрашения, которая с самого начала велась преступными методами. Мы приведем декларацию германского Адмиралштаба.

"Все воды, омывающие Великобританию и Ирландию, включая весь ЛаМанш, отныне объявляются зоной военных действий. Начиная с 18 февраля, все вражеские торговые суда, обнаруженные в зоне военных действий, будут уничтожаться вне зависимости от опасности для экипажа и пассажиров.

Нейтральные суда также подвергают себя опасности в зоне военных действий, так как 31 января Британское Правительство приказало своим судам использовать для прикрытия нейтральный флаг, а также из-за непредвиденных случайностей, которые неизбежны в морской войне, становится невозможно избежать атак нейтральных судов, ошибочно принятых за вражеские.

Мореплавание к северу от Шетландских островов, в восточной части Северного моря, а также в пределах 30 морских миль вдоль голландского побережья является безопасным.

Начальник Адмиралштаба: адмирал фон Поль "Reihanzeiger", 4 февраля 1915 года" Но германские адмиралы просчитались. Они никого не запугали, но восстановили против себя даже те страны, которые сначала относились к Германии вполне благожелательно, и главную роль в этом сыграли атаки пассажирских судов. Этот же фактор сыграл не последнюю роль во вступлении в войну Соединенных Штатов. Была, разумеется, знаменитая "депеша Циммермана", существовали иные политические, экономические и психологические факторы, однако потопление "Лузитании", "Арабика" и ряда других судов стало одним из самых важных аргументов президента Вильсона, потребовавшего начала войны с Германией.