2. Этический скептицизм и нигилизм: от софистов до Ницше и логических позитивистов

2.1. Этический скептицизм и релятивизм.

2.2. Теория бессмысленности этических высказываний.

2.3. Этический нигилизм.

2.1. Этический скептицизм, релятивизм и нигилизм – это теории, которые отрицают, что нормативные высказывания могут быть истинными. Все они восходят к учениям древнегреческих софистов (V в. до Р.Х.) и скептиков (IV до Р.Х. – III в. по Р.Х.). Этический скептик (от греч. скептомай – «исследую») полагает, что предметы нормативных высказываний (благо и связанные с ним ценности) возможно и существуют, но мы не можем знать ни о том, действительно ли они существуют, ни о том, чтó они собой представляют. Как правило, этический скептицизм является разновидностью общего скептицизма относительно возможностей человеческого знания, поэтому против него могут выдвинуты те же возражения. Главное из них заключается в том, что скептики принимают чрезвычайно строгий идеал знания – абсолютно очевидного, достоверного и неопровержимого, тогда как любое знание, опирающееся на опыт (в том числе этическое знание), предполагает изменения теории в соответствии с опытом и изменения в понимании опыта под влиянием теории. Кроме того, в своей последовательной форме скептицизм оказывается логически противоречивым: окончательно отрицая возможность достижения истинного знания, он тем самым выдаёт себя за окончательное знание об истинном положении дел.

Релятивизм (от лат. relatio – «отношение») – учение об относительности этических ценностей. Он может быть составной частью скептицизма или нигилизма. Релятивисты отрицают существование блага и других ценностей на том основании, что в различных человеческих обществах в разное время были приняты разные ценности, а некоторые этические обстоятельства получали при этом прямо противоположную оценку.

Следует, однако, заметить, что хотя этические оценки подчас расходятся и даже бывают прямо противоположными, но на протяжении всей истории человечества они обнаруживают немало общего (причём именно в главном), а расхождения (причём нередко лишь в частностях) обусловлены конкретными жизненными обстоятельствами различных людей и народов, их религиозными и прочими представлениями, изменение которых влияет и на этику. Помимо этого этика в силу своей значимости для человека зачастую превращается в область конфликта собственно этических ценностей с неэтическими интересами и установками (например, личной выгодой), а такой конфликт и в других областях приводит к разногласиям между его участниками. Наряду с этим можно указать и на то обстоятельство, что относительно других предметов знания в науке также существуют расхождения, а само знание об этих предметах развивается и меняется. Однако наличие разных теорий о каком-либо предмете ещё не означает его несуществования. Таким образом, этический скептицизм и релятивизм не могут быть признаны обоснованными и убедительными этическими теориями.

2.2. В ХХ веке появляются теории, отрицающие, что нормативные высказывания имеют своим содержанием какие-либо реальные предметы или обстоятельства, поскольку эти высказывания бессмысленны. Австрийский философ Людвиг Витгенштейн (1889 – 1951) вводит так называемый критерий осмысленности, согласно которому имеют смысл лишь высказывания, выражающие результаты наблюдений (факты) и логические законы. Нормативные высказывания – это высказывания, прямо или косвенно содержащие долженствование, поэтому, согласно закону Юма, они не являются высказываниями о фактах. А поскольку они не являются и высказываниями о логических законах, то они бессмысленны. Вместе с тем, сам Л. Витгенштейн считал, что их бессмысленность не означает, что к ним не надо относиться серьёзно. Напротив, он полагал, что нормативные высказывания могут быть понятны и много говорить тому, кто имеет соответствующий этический опыт, не выразимый средствами обычного языка.

Однако для последователей Л. Витгенштейна, ставших основателями нонкогнитивизма, бессмысленность нормативных высказываний исключает серьёзное отношение к ним. С их точки зрения такие высказывания лишены какого-либо предметного содержания и лишь выражают одобрение человеком тех или иных поступков, его эмоции по поводу этих поступков и побуждение других к совершению подобных поступков.

Однако в действительности нормативные высказывания описывают реальные предметы и обстоятельства: например, констатируют, что определённый тип поступков обязателен, разрешён или запрещён, что тот или иной человек имеет те или этические качества (например, готовность помогать слабым). Кроме того, можно считать поступок хорошим, но не одобрять его и не побуждать к его совершению (например, если он связан с большими трудностями или лишениями). Наконец, сам критерий осмысленности произвольно ограничивает сферу опыта, исключая из неё не только этический, но также эстетический и многие другие виды опыта.

2.3. Этический нигилизм (от лат. nihil – «ничто») утверждает, что все нормативные этические высказывания не просто недостоверны или бессмысленны, а ложны. Современный австралийский этический нигилист Джон Л. Мэки (1917 – 1981) пытался опровергнуть существование этических ценностей, демонстрируя их «странный» характер. Если благо и другие ценности существуют, то они, как полагает Дж. Мэки, должны одновременно и давать человеку понять, в чём состоит благо, и принуждать его осуществить это благо. Однако, согласно Д. Юму, влиять на волю может только желание, но никак не этическое убеждение.

В качестве возражения следует указать, что, во-первых, соображение Юма ложно: убеждение может влиять на волю даже вопреки желанию. Можно не хотеть идти к врачу, но, тем не менее, заставить себя сделать это из убеждения, что иначе будет нанесён непоправимый вред здоровью. Таким же образом может действовать и этическое убеждение. Во-вторых, хотя понимание этической ценности какого-либо предмета является для человека основанием для осуществления этой ценности, но этическое убеждение действует отнюдь не принудительно – ведь человек может и воздержаться от поступка. Поэтому аргумент Дж. Мэки оказывается несостоятельным.

Влиятельный немецкий этический нигилист Фридрих Ницше (1844 – 1900) стремился не только разоблачить привычную этику как одно из человеческих заблуждений, но и создать собственную этику, которая описывала бы свободную от всякой нормативности «природу» человека. Согласно Ницше, «от природы» существует два типа людей – «благородные» и «низкие». «Благородные» обладают такими природными достоинствами, как сила, отвага, жизненность, открытость, великодушие, чувство чести, «низкие» – противоположными качествами. Друг к другу «благородные» относятся с уважением, а к «низким» – с презрением, тогда как «низкие» питают к ним зависть и ненависть. При этом ни те, ни другие не руководствуются в своих чувствах этическими оценками. Но хотя «низкие», как полагает Ницше, тяготятся своим положением и ненавидят «благородных», они скрывают от себя эти чувства и начинают выражать их в форме этической оценки: «благородные» становятся для них не предметом зависти и ненависти, а «этически плохими» и достойными сожаления, а они сами – «этически хорошими» и достойными подражания. Так они осуществляют своеобразную месть сильным и втайне надеются, что и сами сильные согласятся с их этической оценкой и будут страдать из-за неё. Упадок человеческой природы Ницше связывает именно с тем, что «благородные» действительно начинают применять к себе этические нормы и ценности и из-за этого теряют свою жизненную силу.

Несмотря на интересные психологические наблюдения, теорию Ницше невозможно принять, поскольку центральное для этой теории понятие природы является крайне произвольным и не опирается ни на данные естественных наук, ни на данные наук о человеке. Таким образом, скептицизм, релятивизм и нигилизм не могут объяснить существование и специфику этических норм и ценностей.