5. Уголовная ответственность юридических лиц

Статья 26 Конвенции против коррупции предусматривает введение института уголовной ответственности юридических лиц. Данный институт существует в законодательстве многих государств: Австралии, Англии, Бельгии, Венгрии, Дании, Израиля, Ирландии, Исландии, Канады, КНР, Нидерландов, Норвегии, Польши, Румынии, Словении, США, Финляндии, Франции, Швейцарии, ряда других государств.

В других государствах (в частности, Германии, Испании, России) имплементация этого положения Конвенции вступает в противоречие с действующими требованиями национального законодательства и традиционными уголовно-правовыми доктринами виновной ответственности.

Как известно, обязательное условие уголовной ответственности - вина, понимаемая как психическое отношение лица к содеянному. К юридическому лицу, по традиционной уголовно-правовой доктрине, понятие вины не применимо. Поэтому в тех странах, где закон допускает уголовную ответственность юридического лица, принято считать, что вина его воплощается в виновном поведении руководителей или представителей. В Англии это получило название «принцип отождествления (идентификации)». Его суть состоит в том, что действие (или бездействие) и психическое состояние высших должностных лиц корпорации (контролирующих служащих) определяется как действие и психическое состояние корпорации.

В России для введения уголовной ответственности юридических лиц необходим не только слом устоявшихся стереотипов, но и изменение концепции уголовного законодательства (Слайд 31). Нуждается в решении вопрос об определении физических лиц (директор, бухгалтер, учредитель и т.д.), чьи действия будут обусловливать причастность юридического лица к коррупционному преступлению. При введении таких норм следует учесть, что их применение может повлечь ущерб для держателей акций, владельцев долей, не совершавших преступлений.

Сказанное объясняет позицию российского законодателя, ограничившегося введением административной ответственности юридических лиц за коррупцию (Ст.19.28 КоАП). Такой подход не вступает в противоречие с уголовно-правовой доктриной, обеспечивает большую оперативность привлечения к ответственности, позволяет дифференцировать правонарушения в зависимости от степени их опасности с большой вариативностью размеров административных наказаний. В частности, предусматривается возможность наложения административного штрафа за коррупционные правонарушения юридических лиц в размере до 100 миллионов рублей (около 2,5 млн. Евро).

Практика применения мер юридической ответственности (уголовной, административной, гражданско-правовой) за коррупционные нарушения, совершенные юридическими лицами, требует дополнительного изучения и дальнейших исследований эффективности используемых мер.

6. Взаимодействие органов по борьбе с коррупцией с предпринимательским и научным сообществом

Конвенция ООН против коррупции предусматривает создание специализированных органов по предупреждению и противодействию коррупции (ст. 6).

Так, во Франции при министерстве юстиции образована Центральная служба по борьбе с коррупцией. Специализированные органы по борьбе с коррупцией, наделенные широкой компетенцией, сформированы в Сингапуре, Филиппинах, Польше, Литве, Латвии, Кыргызстане, ряде других государств.

В отдельных странах создаются особые судебные инстанции и трибуналы. В частности, в Индии действует Трибунал по рассмотрению коррупционных правонарушений. В Испании коррупционные дела рассматриваются в специальном судебном присутствии с резиденцией в Мадриде – т.н. Национальном суде (Audiencia Nacional de Espana). В особом судебном порядке рассматриваются коррупционные обвинения в Италии.

Вместе с тем, следует подчеркнуть, что в борьбе с коррупцией задействовано множество органов. В отсутствие должной координации их деятельности эффективность противодействия коррупции заметно снижается, что обусловливает необходимость создания особых координационных механизмов не только на национальном, но и на международном уровнях.

Так, в Российской Федерации в систему противодействия коррупции входят: Генеральная прокуратура Российской Федерации; Министерство юстиции Российской Федерации; Федеральная служба безопасности; Министерство внутренних дел Российской Федерации; Следственный комитет Российской Федерации. Чтобы решить проблему координации их деятельности, Указом Президента Российской Федерации от 19 мая 2008 г. № 815 «О мерах по противодействию коррупции» образован Совет при Президенте Российской Федерации по противодействию коррупции.

По решению президиума Совета при Президенте Российской Федерации на наш Институт возложены функции по координации научного и учебно-методического обеспечения противодействия коррупции. В рамках этой деятельности разработан План мероприятий по координации научного и учебно-методического обеспечения противодействия коррупции на 2011-2013 г.г., который содержит перечень организационных, научных, учебно-методических и мониторинговых мероприятий. Предусматривается проведение фундаментальных междисциплинарных научных исследований. В этом году наш Институт завершил совместно с Университетом Париж-1 Пантеон-Сорбонна крупный международный проект «Административные процедуры и контроль в свете европейского опыта». В результате исследования было предложено не только сокращение лицензируемых видов деятельности, но и совершенствование форм взаимодействия бизнес-структур с государственными органами, в том числе в сфере противодействия коррупции. В этом году завершается наша работа и над коллективной монографией «Коррупция: причины, проявления, противодействие». В рамках плана мероприятий предусматривается также подготовка методических рекомендаций по противодействию коррупции для органов власти и институтов гражданского общества, издание учебных курсов и научно-практических пособий.

Такая работа, по сути, направлена на реализацию положений Конвенции ООН против коррупции об организации образовательных и учебных программ, прививающих государственным служащим стереотипы правильного, добросовестного и надлежащего выполнения публичных функций.

Постоянно действующие программы обучения государственных чиновников, направленные на предотвращение коррупции, действуют и во многих других государствах мира (во Франции, Мексике, Таиланде, Корее, других странах).

В последние годы учебные курсы по противодействию коррупции проводят и международные органы и организации: Под эгидой ООН такие программы осуществляют Международная антикоррупционная академия и Программа развития ООН.

Надо особо заметить, что деятельность Международной антикоррупционной академии являет яркий пример взаимодействия международных организаций и национальных государственных органов, бизнес-структур и научного сообщества в деле борьбы с таким опасным социальным явлением, как коррупция, что позволяет ей занять достойное место в механизме реализации антикоррупционной стратегии международного сообщества.

1 Межамериканская конвенция о борьбе с коррупцией, принятая Организацией американских государств 29 марта 1996 г., Конвенция о борьбе с коррупцией, затрагивающей должностных лиц Европейских сообществ или должностных лиц государств — членов Европейского союза от 26 мая 1997 г., Конвенция о борьбе с подкупом иностранных должностных лиц в международных коммерческих сделках Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) от 21 ноября 1997 г., Конвенция об уголовной ответственности за коррупцию Совета Европы от 27 января 1999 г., Конвенция о гражданско-правовой ответственности за коррупцию Совета Европы от 4 ноября 1999 г. и т.д.

2 См.: Док. ООН, Е/CN.15/2009/4, c.15.

3 Были проведены три сессии: в Аммане в декабре 2006 года, в Нуса Дуа (Индонезия) в январе 2008 года и в Дохе (Катар) в ноябре 2009 года. Проведение четвертой сессии запланировано на 2011 год в Марокко, пятой сессии - на 2013 год в Панаме

4 В рамках первого цикла проводится обзор осуществления глав III (Криминализация и правоохранительная деятельность) и IY (Международное сотрудничество). В рамках второго цикла – глав II (Меры по предупреждению коррупции) и Y (Меры по возвращению активов

5 Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации», «О федеральной службе безопасности», «Об оперативно-розыскной деятельности», Гражданский кодекс Российской Федерации, Уголовный кодекс Российской Федерации, «О службе в таможенных органах Российской Федерации», «О судебных приставах», «О воинской обязанности и военной службе», «О статусе военнослужащих», «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации», Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях, Трудовой кодекс Российской Федерации, «О муниципальной службе в Российской Федерации»).

6 Например, в России для решения этой проблемы Президент РФ утвердил 28 апреля 2011 г. «Основы государственной политики Российской Федерации в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан», 13 апреля 2010 г. Национальную стратегию противодействия коррупции и Национальный план противодействия коррупции на 2010 – 2011 годы, ряд других нормативных правовых актов.

7 Их аналогом являются юридические лица публичного права, существующие во многих государствах мира.

8 Еще в 1970 г. в США был принят Закон о предоставлении информации о валюте и операциях за рубежом. В 1986 г. был принят Закон о контроле над отмыванием денег. В настоящее время в США существует разветвленная система законодательных актов, регламентирующих данную сферу.

9 В том же 1993 г. Министерство финансов Великобритания приняло Положение о противодействии отмыванию денег. В 2000 г. в этой стране был принят Закон о финансовых услугах и рынках, который ввел понятие финансовых преступлений, а в 2002 г. Закон О криминальных доходах, на основе которого было создано Агентство по изъятию активов.