Литература

1. Агапова И.И. Институциональна экономика: учеб. пособие. – М.: Экономист, 2006. (гл. 1,2);

2. Бренделева Е.А. Неоинституциональная экономическая теория: учеб. пособие. – М.: Дело и Сервис, 2006. (гл.1,2);

3. Введение в институциональный анализ: Учеб. пособие / Под. ред. В.Л. Тамбовцева. – М.: Экономический факультет МГУ, ТЕИС, 1996. (гл.1.1);

4. Корнейчук Б.В. Институциональная экономика: учебное пособие – М.: Гардарики, 2007. (гл. 1,2);

5. Кузьминов Я.И., Юдкевич М.М. Институциональная экономика: Учебно-методическое пособие. Часть 1-3 . – М.: ГУ ВШЭ, 2000. (гл.1,2);

6. Литвинцева Г.П. Введение в институциональную экономическую теорию. – Новосибирск: НГТУ, 1999.;

7. Институциональная экономика: Учеб. пособие / Под рук. Д.С. Львова. – М.: ИНФРА-М, 2001. (гл. 2,3);

8. Мамаева Л.Н. Институциональна экономика: курс лекций. – М.: «Дашков и К», 2009. (гл. 1);

9. Олейник А.Н. Институциональная экономика: Учебное пособие. – М.: ИНФРА – М, 2010. (гл.1,3);

10. Уильямсон О.И. Экономические институты капитализма: Фирмы, рынки, “отношенческая” контрактация. – СПб.: Лениздат; CEV Press, 1996.;

11. Шаститко А.Е. Новая институциональная экономическая теория. – 3-е изд., перераб. и доп. - М.: Экономический факультет МГУ, ТЕИС, 2002. (гл.1-3).

Тема 2. Нормы, правила и институты

1. Экономическое поведение и информация

Экономическое поведение характеризуется ограничениями при принятии решений. Это означает, что ограничения, возникающие в рамках задачи принятия решений, опосредующей экономическое действие, включают не только «стандартные» ограничения на доступные материально-вещественные, трудовые, природные и т.п. ресурсы. Они включают также и ограничения на доступную информацию, а также временное ограничение — на величину того отрезка времени, в течение которого необходимо оптимально (с точки зрения той или иной целевой функции) распределить ресурсы.

Если время сбора необходимой информации в условиях существования других ограничений (например, на денежные средства для ее приобретения) превышает максимально допустимое, индивид вынужден принимать решение при неполной информации, заведомо теряя в эффективности использования имеющихся у него ресурсов.

Предположим, что правительство объявило конкурс на исполнителя весьма выгодного контракта, установив ограниченные сроки подачи предложений, и объявив, что победитель устанавливается не только по критерию цены, но и по критерию качества проработки проекта по исполнению контракта. В таких условиях фирма, не способная в течение установленного срока разработать детальный план исполнения контракта, может оказаться в проигрыше, несмотря на адекватные возможности выполнения контракта по существу.

Очевидно, в данном примере временное ограничение определяет повышенные расходы других ресурсов на его выполнение. Если бы фирма, например, не стремилась разработать бизнес-план только собственными (ограниченными) силами, а наняла для его разработки сторонних специалистов (естественно, понеся большие издержки), она вышла бы на конкурс с более качественной документацией и смогла бы стать его победителем. Иначе говоря, данный пример демонстрирует некоторую «взаимозаменяемость» временного и ресурсных ограничений.

Рассмотрим, однако, другой пример: пусть рабочий получил задание выточить некоторую деталь на токарном станке. Очевидно, это задание предполагает выполнение целой серии отдельных действий, каждое из которых, в принципе, может осуществлять многими разными способами: заготовку от места их хранения до станка можно нести быстро или медленно, по прямой или по иной линии, заготовку можно крепить, закручивая гайки с большей или меньшей силой, резать можно разными резцами, скорость резания тоже можно выбирать в довольно широком диапазоне, и т.д. Если бы наш работник решил оптимизировать все свои действия, в явном виде ставя и решая соответствующие задачи распределения ресурсов, нетрудно догадаться, что, получив задание в прошлом году, он все еще решал бы такие задачи в году нынешнем. Дело в том, что, скажем, только оптимизация режимов резания требует постановки сотен экспериментов для получения необходимых данных, а формулирование, например, критерия оптимизации траектории движения индивида вообще представляет собой задачу, которую не ясно как решать. Этот пример подчеркивает также важность такого типа ограничений, как ограниченные калькулятивные способности людей, невозможность проведения ими без соответствующего инструментария длительных и масштабных вычислений.

Разберем еще один пример. Пусть группа граждан, желающая совместно заняться предпринимательством на территории России, стремиться зарегистрироваться в качестве юридического лица. Она может подготовить некоторый набор документов, который, как ей кажется, вполне достаточен для этого, затратив на это свои усилия, время и средства, и прийти с ним в регистрационные органы. Если этот набор не соответствует требованиям закона, эти органы, естественно, не зарегистрируют такое юридическое лицо. Наша группа граждан может в течение неопределенного срока повторять свои безуспешные попытки, используя, в сущности, метод проб и ошибок, однако не добиться успеха. Ведь упомянутые выше ограниченные калькулятивные и предсказательные способности не позволят им угадать, какие именно документы и в какой форме необходимо представить в регистрирующие органы для получения желаемого статуса.

Приведенные положения, примеры и рассуждения ясно показывают, что реальные экономические агенты, — хозяйствующие субъекты, — принимают решения не только на основе неполной, ограниченной информации о ресурсах и способах их использования, но и ограничены в возможностях обработки и переработки этой информации для выбора наилучшего варианта действий. Тем самым, реальные экономические агенты, согласно терминологии, предложенной Гербертом Саймоном, являются ограниченно рациональными субъектами. То есть они руководствуются принципом удовлетворенности, а не максимизации.

Фирмы, занимающиеся розничной торговлей, обычно используют для определения цен на свои товары одно из нескольких практических правил. Среди них:

• правило надбавки, согласно которому цена образуется как сумма производственных издержек и определенной фиксированной наценки;

• имитационное правило, предписывающее держать цену на уровне цен конкурентов;

В чем преимущества этих способов ценообразования? Прежде всего, они позволяют просто и относительно дешево измерить переменные, с помощью которых определяется цена, и эти вычисления достаточно легко проверить менеджерам вышестоящего звена. Таким образом, фирмы экономят на издержках сложного процесса оптимального ценообразования: устанавливая, возможно, не самые оптимальные цены на свою продукцию, они, тем не менее, выигрывают за счет экономии на издержках принятия решений и их последующего мониторинга.

Такое поведение характерно не только для индивидов, но и для фирм, действия которых основаны на сложных механизмах адаптации к меняющимся рыночным условиям и внешней неопределенности. Как правило, целью, которую ставит перед собой фирма, является не максимизация прибыли, а достижение отдельных показателей (нормы прибыли, удерживаемой доли рынка или продаж и т. п.).

Когда результаты деятельности фирмы не соответствуют заданным показателям, срабатывают два механизма. Во-первых, фирма начинает активнее искать новые возможности, расширяя круг рассматриваемых альтернатив. Во-вторых, фирма корректирует целевые показатели таким образом, чтобы они в большей степени соответствовали реальности и были практически достижимы. Если оба этих механизма действуют слишком медленно, то рациональное адаптивное поведение вытесняется поведением аффективным: решения принимаются под сильным влиянием эмоций.

У индивидов снижение притязаний также может иметь место, и обусловлено оно, во многом психологическими регуляторами — своего рода механизмами защиты от депрессии, которая обычно возникает при длительном несоответствии реальных результатов намеченным целям.

Эффект постановки проблемы (framing effect)

Одна и та же проблема, будучи сформулирована по-разному (например, в терминах издержек или в терминах выгод), как правило, решается индивидом по-разному.

При разной постановке одной и той же проблемы индивиды, как правило, по-разному относятся к риску. В частности, они в большей степени избегают риска, если проблема сформулирована в терминах выгод, и в меньшей — при ее формулировке в терминах издержек.

В работе Канемана и Тверски описан такой эксперимент. Перед респондентами ставилась задача выбора наилучшей программы спасения 600 чел., заболевших лихорадкой. Первая группа респондентов выбирала между программами А и В, вторая — между программами С и D.

Программа А	200 чел. будут спасены
Программа В	С вероятностью  600 чел. будут спасены
	С вероятностью  никто не будет спасен
Программа C	400 чел. погибнут
Программа D	С вероятностью  никто не погибнет
	С вероятностью  погибнут все

Ответы распределились следующим образом. В первой группе большинство респондентов (72%) указали программу А как предпочтительную. Во второй группе в качестве лучшего варианта большинство респондентов (78%) назвали программу D. При этом легко заметить, что программы А и С (как и программы В и D) по сути идентичны, хотя и сформулированы по-разному. Таким образом, в первом случае, когда проблема была сформулирована в терминах выгод, участники продемонстрировали отрицательное отношение к риску, а во втором, при анализе в терминах издержек, — положительное.

Похожий эксперимент описан в работе А. Тверски и Р. Талера. По заказу Министерства транспорта США две фирмы проводили исследование, целью которого было выяснить, какая из двух конкурирующих программ повышения безопасности водителей на дорогах кажется американским налогоплательщикам одного из штатов предпочтительней. В то время на дорогах этого штата ежегодно погибали 600 чел. Предполагалось, что программа А снизит это число до 570 чел. и обойдется налогоплательщикам в 12 млн. дол., а программа В снизит это число до 500 чел. и будет стоить 55 млн. дол.

В ходе исследования предпочтения оценивались по разным методикам. Первая фирма напрямую задавала вопрос, какую программу предпочитает тот или иной респондент. При такой постановке вопроса около 65% от общего числа опрашиваемых выбрали программу В. Эта программа спасает больше жизней, хотя и с бόльшими издержками на одного спасенного. Вторая фирма выдавала опрашиваемым всю информацию о программах А и В, кроме затрат на осуществление программы В, сформулировав вопрос так: «При каких затратах на программу В варианты А и В кажутся вам одинаково привлекательными?". Исследователи считали, что, задавая вопрос подобным образом, они получат информацию о предпочтениях. Действительно, тот, кто назовет цену ниже 55 млн. дол., должен предпочесть программу А, а тот, для кого программы имеют одинаковую привлекательность при цене выше 55 млн. дол., — программу В. Однако абсолютное большинство опрашиваемых (более 90%), отвечая на вопросы второй фирмы, указало цену ниже 55 млн. дол.

Поиск внутренних обоснований для выбора

Индивиды, будучи ограниченно рациональными, не всегда могут выбрать лучшую из множества доступных альтернатив лишь на основе своих предпочтений. Поэтому они часто вынуждены искать внутреннее обоснование, своего рода оправдание для решений, которые они принимают.

Например, в одном из них респондентам предлагалась роль клиента туристической фирмы⁵. Клиент должен был выбрать один из туров одинаковой стоимости, но с разной программой. Каждая программа  включала дней пребывания в Париже и   дней пребывания в Лондоне:

Первой группе респондентов предложили выбрать между турами А, В и С, и абсолютное большинство выбрало тур А. Второй группе респондентов предложили на выбор туры А, В и D, и большинство остановило свой выбор на туре В. Казалось бы, разный выбор свидетельствует об отсутствии рациональной логики, если и в том, и в другом случае респондентам были доступны обе альтернативы — А и В. Но такой выбор можно объяснить следующим образом. Туры А и В сравнить сложно. Купив тур А, вы больше времени проводите в Париже, зато меньше — в Лондоне. Купив тур В, вы, наоборот, посвящаете Лондону больше времени, чем Парижу. Однако тур А точно лучше тура С, поскольку, купив тур С, вы проведете меньше времени в каждом из городов. Таким образом, для респондентов первой группы выбор альтернативы А внутренне оправдан. Аналогично, для респондентов второй группы тур В строго лучше тура D, и именно его они и выбирают. Таким образом, в каждой ситуации выбора респонденты принимали во внимание структуру поставленной перед ними задачи.