Глава 1. Категории «правовая система» и «правовая семья» в юридической науке : теоретико – правовая характеристика

1.1 Правовая система и правовая семья : соотношение понятий

Интерес к категории «правовая система» обозначился в отечественной юридической науке после публикации в 1967 г. на русском языке работы Р. Давида «Основные правовые системы современности». К этому времени в отечественном правоведении уже была разработана и устоялась категория «система права». Под системой права понимали и продолжают понимать объективно существующее внутреннее строение права, его подразделение на отрасли, подотрасли и институты¹; определенную внутреннюю структуру права (строение, организацию, расположение частей), которая складывается объективно как отражение реально существующих и развивающихся общественных отношений².

Несмотря на сходство терминов «система права» и «правовая система» по звучанию, они не стали синонимами. Напротив, основной вектор научных исследований был направлен в сторону различения этих понятий. Изначально в отечественной юридической науке сложилось две основных точки зрения по объему понятия правовой системы, которые представляли собой узкий и широкий подход к исследуемому понятию.

Согласно узкому подходу, понятие правовой системы либо отождествлялось с понятием «система права», либо в его объем дополнительно включались отдельные правовые явления, но не более того. Отстаивался данный подход такими учеными как Д.А. Керимов, Л.С. Явич, Н.И. Козюбра. В частности, Л.С. Явич характеризовал правовую систему в качестве структурированной совокупности отдельных правовых норм, включающей относительно самостоятельные образования (институты, отрасли, группы отраслей)¹, то есть не дифференцировал ее от системы права. Не разграничивались термины «правовая система» и «система права» в трудах и других ученых того времени, которые хотя и не занимались концептуальной разработкой этих категорий, но использовали и ту, и другую в своих исследованиях².

В соответствии с широкой трактовкой, в понятие правовой системы включаются разнородные элементы, связанные с правовой действительностью. Такого рода широкая интерпретация понятия «правовая система» была предложена, в частности, авторским коллективом монографии «Правовая система социализма», по мнению которого советская правовая система охватывает целый комплекс правовых явлений. В статике – это совокупность правовых норм, принципов, институтов, отраслей (нормативный момент), совокупность правовых взглядов, идей, представлений (идеологический момент), совокупность правовых учреждений (организационный момент). В динамике – те процессы, которые придают праву подвижность (правотворчество, реализация права, возникновение, изменение, прекращение правоотношений, правовое мышление и т.д.)³.

Именно широкое понимание правовой системы утвердилось со временем в отечественной юридической науке. До этого самый высокий уровень обобщения правовой материи отражал термин «правовая надстройка» («юридическая надстройка»). Он основывался на марксистско – ленинских идеях о базисе и надстройке, о социально – экономических формациях, о соотношении экономики и политики и права, которые являлись общей методологической основой для понимания самой сути государственно – правовых явлений. Тем самым методологическая ценность понятия правовой надстройки виделась в том, чтобы раскрыть местоположение всех правовых явлений в общественной системе относительно экономического базиса. Данное понятие стало разрабатываться в конце 1950 – х годов. Первоначально под термином «правовая надстройка» понимали собственно право, а также правовые взгляды и учреждения. В дальнейшем, большинство авторов, исследующих эти вопросы, приходят к выводу, что рамками правовой надстройки охватываются также правовые отношения. Например, В.Н. Кудрявцев считал, что структуру правовой надстройки образуют правовые нормы, правоотношения, правосознание, правовые учреждения¹.

Вместе с тем, в 1980 – е годы многие отечественные ученые пришли к осознанию несовершенства научных концепций, разрабатываемых применительно к категории «правовая надстройка». В это время наука начинает испытывать потребность в новой научной категории, с помощью которой возможно описание многообразных составляющих правовой действительности. Показательно, что в 1980 г. С.С. Алексеев задается вопросом : «Каким же понятием возможно охватить все эти элементы, чтобы в полной мере сохранить четкость, «неразмытость» научной категории, выражающей главное в правовой действительности, - институционное социально – классовое нормативное образование, т.е. объективное право?» и приходит к выводу, что им может служить понятие правовой системы². Авторы упомянутой коллективной монографии «Правовая система социализма», изданной в 1986 г., также убеждают читателей в необходимости совершенствования категориального аппарата правоведения, и, в частности, разработки понятия правовой системы, соответствующего современному правопониманию и комплексному решению вопросов совершенствования правовой формы общественных отношений. «Сложилась ситуация, когда аналитические разработки в праве перешагнули через наличные теории… потребность синтеза необходимо ведет к новой теории (понятию), более адекватно обобщающей данные анализа»¹. В итоге применение системного подхода привело отечественных ученых к дифференциации терминов «правовая система» и «система права» и к пониманию правовой системы как категории, «обобщенно характеризующей внутригосударственное право данной страны и объединяющей все основные его элементы и взаимосвязи между правовыми явлениями в обществе и государстве»².

Таким образом, в настоящее время в отечественной юридической науке большинством ученых разделяется широкий подход к понятию правовой системы. Как отмечает в этой связи В.В. Сорокин, «подход к правовой системе через характеристику ее как «всего правового» можно признать господствующим в отечественной правовой науке»³. При этом, считается, что различные правовые явления соединены между собой не случайным образом, а необходимыми связями и отношениями. Вследствие этого структура правовой системы, по мнению большинства исследователей, состоит из ряда взаимосвязанных элементов. Вместе с тем, в отечественной правовой науке не сложилось единообразного мнения о перечне этих элементов.

С.С. Алексеев выделял в правовой системе три компонента. Это юридическая практика; объективное (позитивное) право, представленное как совокупность общеобязательных норм, выраженных в законе, иных признаваемых государством формах позитивного права; и правовая идеология как активная сторона правосознания⁴. В последнюю группу, по мнению С.С. Алексеева, следует включать и правовую культуру, которая представлена как общее состояние законодательства, работы судов, правосознания населения всей страны, усвоения правовых ценностей.

Мнение С.С. Алексеева в целом было поддержано другими учеными, но в то же время в научных исследованиях начался процесс «наращивания» элементного ряда правовой системы, притом, что «ядро» правовой системы, то есть собственно объективное право, никогда не ставилось под сомнение.

Л.Б. Тиунова, развивая взгляды С.С. Алексеева, пришла к выводу, что в структуру правовой системы входит правосознание, группирующееся в одном аспекте в правовую идеологию и правовую психологию, а также правовая деятельность, которая в содержательном плане распадается на правотворчество (создание права), реализацию или применение права и его толкование¹.

С точки зрения Ю.А. Тихомирова, в структуре правовой системы следует выделять четыре элемента : 1) правопонимание – правовые взгляды, правосознание, правовая культура, правовые теории, концепции, правовой нигилизм; 2) правотворчество – как познавательный и процессуально оформленный способ подготовки и принятия правовых актов; 3) правовой массив – структурно оформленная совокупность официально установленных и взаимосвязанных правовых актов; 4) правоприменение – механизм реализации правовых актов и обеспечения законности².

По мнению Н.И. Матузова, правовая система включает: право как совокупность (система) создаваемых и охраняемых государством норм, законодательство как форму выражения этих норм (нормативные акты), систему правовых учреждений, судебную и юридическую практику, механизм правового регулирования, процесс правореализации (включая акты применения и толкования), законность и правопорядок; права, свободы и обязанности граждан (право в субъективном смысле); весь комплекс складывающихся в обществе правовых отношений, правовую идеологию³. Оригинальность его точки зрения состоит в том, что он включает в структуру правовой системы также правовые учреждения, осуществляющие правовую политику государства. Данное мнение разделяется далеко не всеми учеными. В частности, В.В. Сорокин отмечает, что в данном случае собственно правовая система подменяется частью ее внешней среды. Понятие же правовой системы предназначено для отражения внутренних правовых процессов применительно к правовым явлениям; в то время как юридические учреждения государственного и негосударственного типов охватываются понятием «политическая система»¹. Критикует он Н.И. Матузова за то, что компоненты и элементы правовой системы располагаются в его перечне на одном уровне как равнозначные категории (например, механизм правового регулирования и права и обязанности граждан), хотя они отражают разнопорядковые явления правовой действительности.

Сам В.В. Сорокин полагает, что в качестве самостоятельных компонентов правовой системы необходимо выделять следующие : 1) позитивное право как совокупность всех источников права, санкционированных государством; 2) правообразование как процесс формирования источников права; 3) реализацию права как процесс осуществления норм права; 4) правоотношения как особую правовую связь участников общественных отношений; 5) правосознание как совокупность представлений и чувств, выражающих отношение людей к праву².

Другой подход к правовой системе используется В.Д. Переваловым. Он идет по пути выделения разных уровней правовой системы и выделяет пять таких уровней : субъектно – сущностный, интеллектуально – психологический, нормативно – регулятивный, организационно – деятельный, социально – результативный. Субъектно – сущностный уровень подчеркивает значение субъектов права, носителей прав и юридических обязанностей. Интеллектуально – психологический включает индивидуальное и общественное правосознание, вырабатывающее отношение к правовой реальности и мотивы поведения. Нормативно – регулятивный уровень содержит сами правовые нормы. Организационно – деятельный уровень охватывает все юридически оформленные связи и отношения, формы реализации права, правотворческую и правоприменительную деятельность. Социально – результативный уровень правовой системы отражает результаты действия юридических норм (правовая культура, законность, правопорядок)¹.

С.П. Котковец в своих исследованиях правовой системы приходит к выводу, что необходимо различать формальную и содержательную составляющие правовой системы. С формальной стороны, правовая система состоит из нормативного аспекта (права, и вообще нормативной структуры общества, выраженной позитивно) и институционального аспекта (правовая регламентация процедур правотворчества и правореализации), а содержательная сторона правовой системы включает в себя аксиологический аспект (правовая культура, правопонимание, правосознание, правовой менталитет и т.п.) и исторический (генезис правовой системы)². С точки зрения структурного ряда своеобразие высказанной им точки зрения состоит во включении в элементный ряд правовой системы ее генезиса.

Анализ осмысления элементного ряда правовой системы в работах отечественных ученых показывает, что, несмотря на различие этого ряда, по основным положениям, как справедливо отмечает П.Л. Гальперина, мнения различных ученых совпадают³. Большинство исследователей при характеристике правовой системы ведут речь о трех основных элементах, обозначенных еще С.С. Алексеевым. Центральным компонентом правовой системы, безусловно, является право, имеющее внутреннюю систему и объективированное вовне в различных источниках (формах) права. Наряду с правом немаловажное значение имеют правосознание и юридическая практика, которые связывают в единое целое нормативно – правовые и индивидуально – конкретные предписания, правовые идеи и принимаемые на их основе решения и являются выражением процесса правообразования и непосредственного действия права.

Категория правовая система используется в отечественном правоведении как максимально широкая категория. Суть современного взгляда на ее содержание точно сформулировал В.Н. Княгинин : «Термин «правовая система» вне зависимости от того, какой смысл в него вкладывается, употребляется для обозначения некой правовой «тотальности», охватывающей всю совокупность правовых явлений в ее целостности вне зависимости от того, целостность ли это абстрактной теоретической модели правовой действительности или целостность правовой жизни конкретной страны, нации»¹.

Ценность понятия правовой системы заключается в том, что оно дает дополнительные аналитические возможности для комплексного анализа правовой сферы жизни общества. Это максимально возможный уровень научной абстракции, который допускает современная юридическая наука. Преимущество названного подхода состоит в том, что, будучи предельно широким, он призван дать многомерное описание правовой действительности того или иного государства.

Справедливости ради следует отметить, что в отечественном правоведении есть немногочисленная группа ученых, которые отвергают широкий подход к правовой системе и стоят на позициях, обоснованных в свое время Л.С. Явичем. Отстаивает данную точку зрения, в частности, В.С. Нерсесянц. Он отмечает, что термин «правовая система» вошел в отечественную науку в результате неправильного перевода названия работы Р. Давида : слова «система права» переведены в виде «правовой системы» : «под влиянием такого перевода многие авторы стали толковать «систему права» и «правовую систему» в качестве различных правовых категорий, рассматривая «правовую систему» как некое более широкое правовое явление, чем традиционное понятие «система права»¹. В итоге под правовой системой стали понимать все то, что в марксизме называлось «юридической надстройкой». По мнению В.С. Нерсесянца, подобные трактовки «правовой системы» в качестве какого – то нового правового понятия, охватывающего все право, «по существу означают подмену общего понятия права неким довольно условным (и во многом – случайным) словосочетанием»². Однако, как бы там ни было, понятие правовой системы именно в его широком прочтении стало необходимым элементом категориального аппарата современной юридической науки. Даже признание факта случайности перевода не отменяет то обстоятельство, что понятие правовой системы оказалось востребованным российским правоведением и получило в нем глубокую разработку.

Возникновение правовой системы обусловлено объективными закономерностями развития общества, потребностью государственно – организованных обществ в регулировании общественных отношений. Правовая система каждого государства отражает исторические, национальные, культурные особенности того или иного социума. В каждой стране исторически, в зависимости от национальных традиций, культуры, менталитета и других факторов социально – экономического и политического характера складывается своя правовая система. Тем самым, можно говорить о том, что правовая система каждого конкретного государства (национальная правовая система) имеет свою специфику.

В настоящее время насчитывается более двухсот правовых систем³. Многообразие и разнообразие правовых систем, а также наличие общих черт предопределяет необходимость и возможность их классификации. В результате классификации правовые системы подразделяются в определенные группы, для наименования которых в науке используется термин «правовая семья». Этот термин был впервые предложен участниками I Международного конгресса сравнительного права 1900 г.

С тех пор термин «правовая семья» прочно вошел в юридическую науку для обозначения национальных правовых систем, объединенных на основе сходства ряда признаков, позволяющих говорить об относительном единстве этих систем. При этом само определение понятии правовой семьи нельзя отнести к числу дискуссионных. Обычно речь идет о тех или иных уточнениях в рамках существующей дефиниции. Например, М.И. Абдулаев отмечает, что под правовой семьей понимается определенная совокупность национальных правовых систем, объединенных общностью исторического формирования, структуры источников, принципов правового регулирования, понятийно – категориального аппарата юридической науки¹. Вместе с тем, выделение такого рода «уточнений» связано с уже теми классификационными критериями, которые используются исследователем при выделении правовых семей и по этой причине не всегда уместно в рамках общего понятия правовой семьи.

Таким образом, в современной юридической науке активно используется термин «правовая система». Правовая система представляет собой совокупность внутреннее согласованных и взаимосвязанных правовых элементов, ядром которых выступает право (как совокупность общеобязательных норм, выраженных в признаваемых государством формах позитивного права), но взятое не само по себе, а в единстве с правосознанием и юридической практикой. Правовая система каждого государства (национальная правовая система) отличается известным своеобразием, предопределенным рядом факторов. Тем не менее, правовые системы разных государств на основе сходства общих признаков могут быть объединены в правовые семьи. Термины «правовая система» и «правовая семья» фиксируют очень широкий уровень обобщения правовых феноменов.