- •3.1. Основные этапы итальянского возрождения. Общая характеристика.
- •Раннее Возрождение: обращение к античности
- •Раннее Возрождение: гражданский гуманизм
- •Высокое возрождение: неоплатонизм
- •Высокое Возрождение: проблема человека
- •Второй этап Зрелого Возрождения. Начало конца.
- •Немного религии и философии
- •Позднее Возрождение
- •Немного религии и философии (2)
- •3. 2 Творчество Камоэнса как отражение ренессансного мироощущения в поэзии(сонеты)
Второй этап Зрелого Возрождения. Начало конца.
(То, что написано про Италию в 20.1 (Макиавелли и Ариосто) на самом деле относится именно сюда – ко второму этапу Зрелого (Высокому) Возрождения).
XVI столетие было для итальянского народа веком суровым, жестоким и кровавым. Всю первую половину его заполнили опустошительные войны. Их вели Франция, Испания и Империя, борясь на плодородных землях Италии за мировое господство. Постепенно в конфликт оказались втянутыми Англия и оттоманская Турция. Это была первая мировая война в Европе, и именно так ее восприняли современники. Итальянские государства принимали в ней деятельное участие. Но выступали они чаще всего на разных сторонах. Интервенция Карла VIII, а еще больше Людовика XII вновь разожгла внутриитальянские междоусобицы.
Наиболее активную роль в так называемых «итальянских войнах» (1494—1556) играл папский Рим, претендовавший в это время уже не только на религиозно-идеологическую, но также на культурную и военно-политическую гегемонию. Претензии эти не были вовсе необоснованными. В первой половине XVI в. банковский капитал Италии концентрировался главным образом в Риме. Медичи делаются теперь папами и опять окружают себя самыми прославленными художниками и поэтами. Карнавал, бушевавший при Лоренцо Великолепном на флорентийских улицах, переносится при сыне Лоренцо Льве Х в залы и дворики Ватикана. Флоренция как бы передает эстафету Вечному городу, и тот на какое-то время делается главным центром глубоко национального искусства Высокого Ренессанса. Именно в Риме сформировалась классика Браманте, Рафаэля и Микеланджело.
Однако удовлетворить национальные чаяния итальянского народа папское государство, естественно, не могло. Политика теократического абсолютизма ничем не отличалась от политики стиль красноречиво описанных Макьявелли итальянских государей, подозрительно поглядывающих на соседа и всегда готовых вцепиться друг другу в глотку. В 1508 г. воинственный Юлий II сколотил Камбрейскую лигу (помимо ряда итальянских государств, в нее вошли Испания, Франция и Империя), армия которой нанесла сокрушительное поражение самой богатой и могучей итальянской державе того времени — Венецианской республике. Однако уже через три года, желая вытеснить Францию из Ломбардии, тот же папа Юлий II заключил с венецианцами союз и, опираясь на их поддержку, сформировал Святейшую лигу (1511). Лозунгом лиги стало изгнание из Италии «варваров». Но ее главную военную силу составляли иноземные, испанские войска. Роль национального мессии оказалась папам явно не по плечу. Это со всей очевидностью доказали позорные неудачи Коньякской лиги (1526), на которую возлагали столь большие надежды Франческо Гвиччардини и Никколо Макьявелли. В результате недальновидной и чаще всего откровенно своекорыстной политики римских первосвященников Вечный город безжалостно разграбила взбунтовавшаяся солдатня Карла V (1527), в героически защищавшейся Флоренции был уничтожен республиканский строй (1530), а Италия окончательно утратила свою национальную независимость. Мир, подписанный в Като-Камбрези (1559), поставил в прямую или косвенную зависимость от Испании большую часть Апеннинского полуострова, в том числе и папскую область.
Одна лишь Венеция на протяжении всего XVI столетия сохранила свою традиционную политическую свободу, и это во многом предопределило то совершенно особое место, которое она заняла в культуре позднего итальянского Возрождения. Если в начале XVI в. мелкие итальянские государства пошли за Юлием II, ибо им казалось, что усилившаяся Венеция «была способна отнять у них тот призрак свободы, которым они еще пользовались» 47, то в 30—40-е годы те же самые государства начали связывать мечты о национальной независимости уже не с опозорившим себя и униженным Карлом V папским Римом, а с все еще вольной Светлейшей республикой. По всей стране пронесся клич: «Открой глаза, святой Марк, избавь Италию от страданий». Во второй половине XVI в. большинство итальянских политических утопий было ориентировано уже не на древний Рим или Спарту, а на государственный строй, существующий в республиканской Венеции.
Политический и национальный кризис первой половины XVI столетия имел глубокие социально-экономические причины и, в свою очередь, существенно повлиял на общественно-экономические структуры всей страны. Италия и в XVI в. продолжала оставаться богатой и экономически процветающей страной, но роль ее городов в процессе формирования западноевропейского капитализма становилась все более и более пассивной.
Существовавшее на протяжении всех предыдущих этапов Возрождения противоборство двух общественно-экономических укладов, раннекапиталистического и феодального, привело в XVI столетии к постепенному укреплению в Италии феодализма, причем даже и в таких областях и государствах, где феодальные отношения были, казалось бы, основательно расшатаны героическими усилиями «тощего» и «жирного народа». Так называемая рефеодализация создала благоприятную почву для Контрреформации, сопровождавшуюся широким идеологическим наступлением на важнейшие завоевания ренессансного гуманизма в области литературы, изобразительного искусства, научной и философской мысли. Начавшаяся еще в 30—40-е годы XVI в. (в 1534 г. был основан орден иезуитов, а в 1542 г. восстановлена «инквизиция) феодально-католическая реакция охватывает в Италии всю вторую половину столетия (в 1557 г. выходит первый «Индекс запрещенных книг», а в 1573 заканчивает работу Тридентский собор), достигая своего апогея в годы понтификатов бывшего великого инквизитора Пия V (1565—1562) и мрачного Сикста V (1585—1590), терроризировавшего всю страну массовыми казнями еретиков и вольнодумцев. Расправа церковников над Джордано Бруно и Томмазо Кампанеллой предшествовали костры и плахи, на которых кончили свою жизнь Никколо Франко (1570), Якопо Бонафидо (1550), Пьетро Карнесски (1567), Аонио Палеарио (1570), Франческо Пуччи (1597). Научная и литературная деятельность сделались в Италии занятием опасным, и во второй половине XVI в. многие итальянские литераторы покинули пределы родины, ища убежища в Швейцарии, Франции, Англии, Нидерландах. Гуманисты стали играть, по словам А. Грамши, «космополитическую роль».
Войны первой половины XVI в., в ходе которых испанские войска дважды реставрировали во Флоренции режим Медичи, а немецкие ландскнехты захватили и беззастенчиво разграбили «столицу католического мира, естественно, не могло не отразиться на литературе, искусстве и прежде всего на мироощущении итальянских писателей и художников, на всей их социальной психологии. Тема Страшного суда становится в это время магистральной темой ренессансной культуры. Даже спокойный и трезво мыслящий Ф. Гвиччардини печально заметил в 30-е годы, что, «когда гражданин живет в последние времена своего отечества», ему не остается ничего иного, как утешаться мыслью о том, что «все города, все государства, все царства смертны» и что «все когда-нибудь кончается, естественно или насильно».
Еще большее смятение в умы ренессансной «интеллигенции» вносили перестройка итальянской экономики и сопровождающая ее феодально-католическая реакция. Вместе с изменением типа придворного общества, в котором формализуется жесткая субординация и этикет, сменяется и тип так или иначе зависимого от общества «интеллигента». Это хорошо видно на примере Феррары. Внутренне свободному, ироничному и духовно уравновешенному Лодовико Ариосто в конце столетия соответствует истерзанный религиозными сомнениями Торквато Тассо, трагически тянущийся к пренебрежительно отвергающему его герцогскому двору, не нуждающемуся больше ни в поэте, ни в подлинной поэзии. К исходу итальянского Возрождения государям требовались не гуманисты, а лакеи и солдаты.
Тем не менее было бы очень неправильно рассматривать литературу, искусство и мысль итальянского XVI в. только под знаком непрерывного и якобы неодолимо нарастающего упадка нравственных, эстетических и гражданских ценностей, созданных предшествовавшими поколениями ренессансных поэтов, художников и гуманистов. Даже на ее последних, заключительных этапах культуру Чинквеченто формировала не контрреформация, а титаническое сопротивление гуманизма силам, враждебным культуре и человечности. Кровавые, изнурительные войны первой половины XVI столетия и последовавшая за ними феодально-католическая реакция привели к предельному обострению исторических противоречий итальянского Возрождения, но это повлекло за собой не столько пресловутую аристократизацию ренессансной культуры, сколько максимальное раскрытие заложенных в ней эстетических возможностей и трагическое углубление искони присущих ей индивидуалистических идеалов. В XVI в. кризис ренессансного гуманизма даже отдаленно не предвещал еще гибель гуманистической культуре как таковой. Первая треть XVI столетия — вершина итальянского Возрождения. Именно это время Италии порождало «титанов по силе мысли, страсти и характеру, по многосторонности и учености», и именно на этом этапе Возрождения в Италии создаются ее наивысшие, в известном смысле абсолютные художественные ценности.
